Демон-хранитель

Погода испортилась совершенно внезапно – казалось, на Южный Парк только-только начали опускаться сумерки, как внезапно небо затянуло низкими свинцовыми тучами, готовыми пролиться тяжёлыми каплями дождя в любую секунду. Воздух, до этого свежий, полный весенних запахов, внезапно начал давить на грудь, как это обычно бывает перед грозой, однако на горизонте не было видно всполохов молний, над городом не прокатывались раскаты грома. Казалось, крошечный, затерянный в горах городок замер в ожидании чего-то из ряда вон выходящего... Хотя что может удивить это место, где безумия стали так реальны, а реальность воспринималась по меньшей мере как моветон? И всё-таки было что-то непривычное в этой тишине... Не было слышно машин, и люди, обычно гулявшие по маленьким улочкам, куда-то подевались в этот странный вечер... Стэну порой казалось, что все жители Южного Парка в одночасье умерли... ну, или просто убрались куда подальше... что во всём городе остался только он, он один. А ещё – эта ноющая противная боль в уколотом пальце... и, конечно, пустая банка из-под пива, которую он пинал то с остервенением, то с выражением полной апатии и безразличия на лице. Он шёл, опустив голову, засунув руки в карманы, и лишь кусал время от времени губы... "Господи, что же я наделал? Нет... нет, так было надо! Кайл, Господи, получить его любой ценой..." Когда его слуха коснулся негромкий оклик, подросток вздрогнул всем телом – и тут же бешенство захватило его всецело, затмевая рассудок, сметая все на своем пути... как кто-то посмел нарушить его покой, как кому-то хватило хамства вмешаться в этот пустой мир Стэнли Марша, который возомнил себя настолько непобедимым, что решил тягаться с силами Ада? – Стэн! Эй, Стэн, погоди!.. Марш обернулся и страдальчески закатил глаза. Ах, это... Оно даже презрения не стоит... – Привет, Пип... – кисло ухмыльнувшись и поддев банку носком кроссовка, произнёс Стэн. – Добрый вечер, Стэн. Извини за беспокойство, но мне совершенно необходимо задать тебе несколько вопросов… Ты позволишь? Стэн усмехнулся и с силой пнул банку, загрохотавшую вниз по улице. Его всегда смешила эта излишняя вежливость англичанина. Ну что, неужели так трудно было просто сказать: "Эй, Стэн, а скажи-ка мне вот что…"? – Выкладывай, что у тебя… Пип в нерешительности перебирал пуговицы на куртке. – Честно говоря, наверное, это не моё дело… И не следовало бы мне лезть в это, но… – Ну чего у тебя там? – Стэн прижался спиной к какой-то стене, изрисованной убогими граффити, и посмотрел на Пипа взглядом, полным презрения. Англичанин же, потупившись, уставился на носки собственных идеально чистых лакированных ботинок и затараторил – быстро, со свойственным ему одному гадким акцентом, превращавшим нормальную человеческую речь в Бог знает что, и тем самым ещё сильнее раздражая Стэна: – Послушай, Стэн... я... знаю, что Дэмиан сейчас... ну, у них с Кайлом вроде как... – он замялся и окончательно побагровел; было видно, что молодой человек пытается подобрать слово, которое описало бы все то безумие, что происходило между Дэмианом и рыжеволосым красавцем, всецело владевшим мыслями Стэна Марша. – Они ебутся, – сплюнув, процедил Марш. – Любовники. Ты это хотел узнать? Пип махнул руками и заговорил ещё быстрее, часто моргая и покусывая губы от внутреннего напряжения: – Нет, нет! Это я знаю, я просто... Стэн, ты... – ...и я тут не при чем... – ещё холоднее прошипел Марш, опасно прищурившись. – Мне нет до этого дела. Кайл – мой друг, – тут его голос дрогнул, и лишь нечеловеческим усилием воли подростку удалось сдержать собственные эмоции, – и мне все равно, с кем он трахается. У меня есть... – он запнулся и тяжело вздохнул, – точнее, была... Венди... – Я понимаю... – еле слышно отозвался англичанин. – Я всё понимаю, просто... просто ты должен знать... ну, тебе же ведь не всё равно, что случится с твоим другом?.. – А ты как думаешь? – в этот раз Маршу не удалось сохранить ровный тон – казалось, его голос сочился горечью, а боль окутала его, превращаясь в настоящий кокон, не дающий возможности ни двигаться, ни даже дышать. – Тогда тем более… Видишь ли… Я… – Да скажешь ты уже? – не выдержал Стэн. Пип наконец оторвал одну пуговицу и, словно это придало ему сил, зачастил быстрее обычного: – Тебе следует предостеречь Кайла! Он должен как можно скорее разорвать всякие отношения с Дэмианом! Человеку нельзя, ни в коем случае нельзя связываться с тёмными силами, а тем более – завязывать всё на… – Пип никак не мог выговорить это нехорошее слово "секс". – … еблю… – холодно закончил за него Стэн. И спросил: – А тебя-то почему это так волнует? Вряд ли тебе так уж важно, что будет с Кайлом… Память услужливо подсунула Стэну отрывки прошлого: единственный, кто общался с Пипом всерьёз… С кем видели Пипа на улицах и в школе, ещё тогда, в третьем классе… – Ах вот оно что… – тихо, себе самому протянул Стэн. Горечь и раздражение волной затопили его. А следом пришла совсем безумная мысль… "А вдруг Пипу удастся вернуть Дэмиана? Может быть тогда Кайл станет моим?" Стэн вдруг очень ярко осознал, что абсолютно не представляет себе, что делать дальше. Сколько у него осталось времени? И как, ради всего святого, Дэмиан собирался выполнять свои обязательства? Совсем пунцовый, Пип робко тронул его за рукав. – Стэн? – Тебе он нужен? – сухо поинтересовался Марш, отдёрнув руку и прижав ее к своей груди так, точно Пип был чем-то грязным, чем-то, чего было неприятно даже слегка коснуться. Англичанин, безошибочно поняв Стэна, поспешил спрятать руки за спину окончательно склонил голову, так, что длинные пряди упали на его щёки, полностью скрывая профиль. – А ты как думаешь? – его голос был совершенно тихим, казалось, мальчик говорит скорее с самим собой, даже этот ужасающий акцент пропал – Пип говорил, как всякий нормальный человек, выросший в Южном Парке, штат Колорадо. Что-то глубоко внутри Стэна дёрнулось, и горячая волна прошла от живота по всему телу, разливаясь удушливым жаром до кончиков пальцев. Голова закружилась, перед глазами всё поплыло, руки предательски задрожали – и Марш схватил Пипа за грудки. – Ты поможешь мне? – он выдохнул это, не то спрашивая, не то утверждая, не сознавая, что с ним происходит, где он находится. Весь мир исчез, сузился до того крошечного пространства, где были они с Пипом... с Пипом, в котором – и Марш это чувствовал, чувствовал инстинктивно, как хищник чует скрытую от глаз добычу – был ключ к тому, что он должен был получить от сына Сатаны. Стэн не поверил своим глазам, когда Пип медленно качнул головой. – Я… не могу… Мне нельзя… – Как это "нельзя"? – непонимающе тряхнул головой Стэн. – Я не имею права мешать ему… Он сам мне запретил, и я не могу сделать то, что он не велел… – если бы Стэн не вслушивался так напряжённо, он бы принял эти слова за дуновение ветерка. Пип словно боялся, что тёмнота и ветер услышат его. Услышат – и тут же донесут демону. – Понимаешь, Стэнли, я просто физически не могу делать то, что он запретил… Маленькая слеза скатилась по щеке англичанина – то ли воспоминание о прошлой боли, то ли предчувствие новой. – Тогда как ты оказался здесь? И отчего хотел меня предостеречь? – Не предостеречь. Показать… – С каждой секундой Стэн всё меньше понимал, что происходит. Пип помялся ещё пару секунд, неловко потоптался на месте - что было довольно странно, обычно-то мальчик двигался с грацией, свойственной не каждой девушке, и, наконец, резко рванул рукав потёртой куртки вверх, открывая руку до локтя. Стэну показалось, что небо рухнуло на него - это тяжёлое чёрное небо, придавившее городок чугунной плитой. Он крепко зажмурился, надеясь, что это всё ему лишь чудится, что это всё - лишь кошмарный сон, что стоит открыть глаза - и всё будет хорошо, он окажется в своей комнате, на кровати... и не будет этого безумия, которое переворачивает всё с ног на голову... По бледной коже, извиваясь, бежали причудливые чёрные буквы. Завитушки, вензеля - от этого всего рябило в глазах, и даже Стэну с его практически идеальным зрением далеко не сразу удалось разобрать надпись, намертво въевшуюся в человеческую плоть. И даже когда он смог прочесть написанное - мозг всё ещё отказывался перерабатывать полученную информацию. Это было бы просто безумие... да, безумие... такого не могло быть... "Собственность Дэмиана, Сына Сатаны, Владыки Ада". "Ты хоть понимаешь, что тебя ждёт?" – Стэн словно опять услышал Кенни. – "Ты сам себя убил, сволочь! Даже хуже, чем убил"… Марш поёжился. Словно ледяная волна прокатилась по всему телу, вымораживая кровь в венах, полностью лишая возможности дышать. – И меня тоже ждёт это? – боясь услышать ответ, всё-таки спросил он. Пип снова качнул головой. – Нет, Стэнли. Это – моё место. И уж за него я смогу постоять, – Разительный контраст с обычно вежливым и в чем-то даже милым мелвином встряхнул Стэна. – Тебя ждёт другое… "Другое… Я ему не нужен… Но что же тогда?!" – догадка была совершенно неожиданной и ужасной в своей простоте. Стэн поднял голову и одарил Пипа тяжелым взглядом потёмневших и оттого ставших почти чёрными глаз. – Ты... ты хочешь сказать, что я должен получить тебя? – медленно, по слогам произнёс он. Пип лишь приоткрыл рот, но ему не дали возможности ответить – над городом прокатилось эхо громкого хохота. – Быстро соображаешь, Стэнли! "Но… Как же…" – Перед глазами снова выстроились ровные строчки договора: "а именно: то, что Исполнитель имеет сейчас"… Стэн только сейчас понял, как проста и надёжна была ловушка. Кто, кроме него, слепого в своей яростной ревности, мог подумать, что Кайл, разумный и такой свободолюбивый, принадлежит Дэмиану?! Как, почему он, Стэнли Марш, порой до отвращения дотошный к мелочам, не уточнил – о чём, вернее, о ком, собственно, идёт в Договоре речь? Чем больше Стэн осознавал, как его легко и красиво поймали, чем чётче видел пропасть под ногами, тем яснее становилась голова. И следующая мысль была уже вполне логичной и верной. "Кенни. Этот сукин сын знает явно больше, чем сказал. Ну да, с его-то опытом общения со Смертью… Как он сказал? Я-то выбрал другого?" – У Стэна даже ноги подкосились. – "Выбрал? ВЫБРАЛ?!" Да что же такое случилось, Господи?! Как, как он мог не заметить всего этого, не слышать, не понимать?! Стэн сделал шаг вперёд и врезался в Пипа, про существование которого он уже успел накрепко забыть. Пип только ошалело посмотрел на Стэна, мысленно гадая, способен ли тот ещё соображать, или уже нет. – Ах да… Это ты… Так что теперь? Ты для этого пришёл?! – Сам собой голос Марша поднялся до истеричных высот. – А всё просто, мой глупенький, маленький Стэнли... – резкий, тошнотворный запах серы ударил в нос, и Марш был вынужден прижать к лицу рукав, чтобы не задохнуться. Он видел, как по асфальту бегут тоненькие огненные прожилки, как эти трещины становятся всё шире, образуя пролом, и инстинктивно сделал несколько шагов назад, опасаясь провалиться прямо сейчас в эту пылающую бездну. Его жалкие попытки вызвали очередной приступ злорадного смеха – Дэмиан уже появился над проломом, окутанный клубами едкого дыма. Красноватые глаза сатанёнка сверкали, как у безумца, рот кривился в поистине дьявольской усмешке. Он подошёл к подростку и положил руку ему на плечо. Стэн не замедлил дернуться – прикосновение Дэмиана обожгло его калёным железом. – Сволочь!.. – это было единственное, что молодой человек смог выдавить из себя. – А ты как думал, мой дорогой? – Дэмиан ничуть не обиделся, напротив, всем своим видом он показывал полное удовлетворение происходящим. – Ловкий ход, ты так не думаешь? – Я... я из тебя всю душу вытрясу!.. – зашипел Стэн, сжимая крепкие кулаки. Дэмиан лишь махнул рукой в ответ на ярость подростка. – Нет, мой дорогой глупыш, это я вытрясу из тебя душу... точнее, ты сам мне её отдашь... ведь ты же прекрасно понимаешь, что в любом случае выиграю я... Пип лишь отвернулся, когда сын Сатаны произнёс эти слова, и печально покачал головой. Стэн запустил дрожащие пальцы под старенькую шапку и вцепился себе в волосы. – Я... да ты просто меня не знаешь... – он говорил скорее сам с собой, не желая даже поднять глаза на молодого демона. – Я... я отберу у тебя то, что принадлежит тебе... – А что же тогда Кайл, Стэн?.. – тихий, вкрадчивый голос – но уже не Дэмиана, а Пипа – заставил Марша оцепенеть. Кайл... обмен... Пип за Кайла... у сына Сатаны должна быть игрушка... один из них... и если не Кайл – то тогда я пропал... погиб... – Ты украл моё, я возьму твоё! – неожиданно даже для себя самого выпалил Стэн. Дэмиан в неком подобии удивления поднял бровь. – Как ты сказал? Твоё? – Бес расхохотался. От звука этого хохота Стэна пробила дрожь. – Мамочки… Ой… – еле дыша, сквозь смех выдавил сатанёнок. – Я за последние лет триста столько не смеялся, как за эти два дня… Стэн побагровел. – Чего ты ржёшь опять, скот?! – запальчиво воскликнул он. – Да с чего ты взял, что Кайл – это, как ты говоришь, "твоё"? – Он мой лучший друг! – Был… – Эти три буквы, сложившиеся в простое слово, как ржавым ножом полоснули Стэна по сердцу. Марш внезапно ощутил предательскую слабость в ногах и пошатнулся, как срубленное деревце. Он попытался собрать в кулак все своё мужество, попытался заставить себя успокоиться, но у него уже просто не было сил – они утекали через смертельную рану в сердце, только что нанесённую безжалостными словами Дэмиана. И Стэн начал медленно оседать... не падать – именно оседать... уж лучше бы сразу, лучше бы резко – и головой об асфальт, чтобы насмерть... но нет, это адское отродье, видимо, не позволяло... издевалось... и Стэн Марш, не имея больше никаких сил, опустился прямо на бордюр. Голова, безвольно мотнувшись, упала на грудь. Вдали наконец-то вспыхнула молния, соединив свинцовое небо с землей, а через пару секунд ударил гром. Взвыли сигнализации стоявших у обочин машин, тревожно зашелестела пыльная листва, негромко постукивая, покатилась по асфальту гонимая порывом ветра пустая банка... – А теперь... теперь он никогда не будет твоим. Кайлу Брофловски нет места в Аду, куда ты отправишься, если не сможешь получить то, чем я обладаю... – Дэмиан, лучезарно улыбнувшись, притянул к себе Пипа. Англичанин не сопротивлялся, но... а быть может, Стэну просто показалось... в его голубых глазах блеснули слезы... – Я получу!.. – выплюнул Стэн, уже мало соображая, что он говорит и куда может привести этот разговор. В это мгновение бескровные губы Пипа дрогнули, и мальчик прошептал – не то зловещё, не то сочувственно: – Но тогда рай для тебя будет потерян навсегда... а без Кайла земная жизнь станет такой, что Ад покажется тебе курортом, Стэнли... – Я знаю… – безвольно прошептал Стэн. – Я знаю… Дэмиан обхватил Пипа за талию и шагнул в сторону. – Довольно! – резко бросил он, буквально унося свою собственность. – Нам пора. Сделав несколько шагов, он обернулся через плечо. Стэн всё так же сидел на тротуаре. – Время идёт, Марш, – холодно сказал демон. И исчез, забрав свою жертву. * * * Кайл вышел из ванной, вытирая волосы большим махровым полотенцем, и бросил мимолетный взгляд на окно. Слава Богу, он сегодня не поехал никуда, хотя родители настаивали на том, чтобы старший сын отправился с ними и Айком в Денвер, – на улице бушевала непогода. Дождь лил стеной, капли ожесточенно барабанили в стекло, несмотря на пластиковые окна, было отчётливо слышно, как завывает волком ветер. Подросток невольно поёжился. Чувство тревоги, слегка успокоенное горячим душем, снова шевельнулось в его душе. Кайл упрямо сжал губы – нет же, всё будет хорошо! Мама и папа доберутся до Денвера целыми и невредимыми, отец и машину водит хорошо, и... – Да что ты о них печёшься? – насмешливый высокий голос раздался так внезапно, что полотенце выскользнуло из пальцев Кайла и упало на ковер. – Ты бы лучше о себе беспокоился – ты в куда бОльшей заднице, чем твои родители и братец! – Какого чёрта ты опять здесь? – Кайл поднял полотенце и завернулся в него, изо всех сил стараясь если не сохранить остатки самообладания, то хотя бы казаться спокойным и уверенным. – Ну скажем так – я по тебе соскучился… – На плечо легла ледяная ладонь. Кайл вздрогнул. – Ты лёд грузил, что ли? Дэмиан хмыкнул. – Не-а… Просто под дождь попал… Кайл обернулся. Дэмиан был абсолютно мокрый, чёрные волосы лежали как попало, зато красные глаза, как всегда, горели страшноватым огнём. Сатанёнок разглядывал Кайла с каким-то непонятным выражением лица. – С ума сошёл? Простынешь ведь… – Кайл коснулся тонкой шёлковой рубашки и суетливо отдёрнул руку. – А ну-ка, раздевайся. Дэмиан легко, с кошачьей грацией спрыгнул с кровати и принялся не спеша расстегивать пуговицы, обнажая гладкую грудь. – Раз ты настаиваешь, моя красавица... – чуть заметно улыбаясь, произнёс он. Кайл, коротко охнув, отвернулся от сатанёнка – щёки мальчика мгновенно вспыхнули. – Я просто переживаю... – Кайл закашлялся – он сам и не желал говорить тех слов, что внезапно сорвались с его губ. Он старался не смотреть на Дэмиана, он держался изо всех сил – и все равно воображение рисовало ему картину, которую могли увидеть его глаза; стоило лишь обернуться... Ногти врезались в ладони, оставляя на коже горящие желобки. Брофловски крепко зажмурился, но всё равно перед внутренним взором отчётливо вспыхнул образ Дэмиана, худощавого, красивого, гибкого... с белой кожей... красивыми руками, стройными ногами... с этими умопомрачительными тёмными волосами... мягкими, непослушными... иссиня-чёрными... И это лицо, циничное, усмехающееся... с правильными чёртами, с усмехающимися губами, слишком яркими на фоне белой кожи... – За меня?.. – ворс ковра приглушил шаг, который сделал сатанёнок, и его руки бессовестно обвили талию Кайла. Тот дёрнулся было, но внезапно расслабился и, удивляясь самому себе, прижался спиной к любовнику. От этого прикосновения приятно холодило кожу, разгоряченную после душа, ставшую отчего-то особенно чувствительной. – За весь мир... – Кайл говорил осторожно, боясь сболтнуть лишнее... боясь выдать себя... Губы Дэмиана касались мочки уха Брофловски, и, как уверял сам себя Кайл, случайно захватывали её, когда сатанёнок ответил: – Но ведь это я – твой мир... – Ты только одна его сторона, – ответил Кайл. Подавшись назад, он крепче прижался спиной к демону. От губ, ласкавших мочку его уха, Кайла пробрала сладкая дрожь. – Но не самая плохая… – шёпотом добавил он. Развернувшись лицом к сатанёнку, он нерешительно коснулся пальцами пряжки ремня на джинсах. Дэмиан криво усмехнулся. – Когда ты уже перестанешь стесняться? – ехидно спросил бес, стягивая с любовника полотенце. Кайл покраснел до корней волос, но тело словно жило своей жизнью, отдельной от головы. Прижавшись всем телом к замёрзшему и холодному бесу, Кайл тихо прошептал: – Как же я по тебе скучал… Рука Кайла, едва касаясь, скользнула по спине демона вдоль позвоночника. Дэмиан прикрыл глаза, машинально подавшись вперёд, сильнее прижимаясь к любовнику. – А как же "убирайся"? – ехидно спросил он. Кайл ладонью закрыл ему рот. – Молчи… Дэмиан снова усмехнулся, но на этот раз как-то очень грустно. Убрав руку, Кайл тихо прошептал, сам не веря, что он делает, что он делает это по доброй воле: – Поцелуй меня… Дэмиан послушно наклонился, еле заметно коснувшись губами манящих губ. Кайл закрыл глаза, с трудом сдерживая слёзы разочарования. И, в общем-то, зря. Уж что-что, а лицо беса сейчас стоило того, чтобы рассмотреть его внимательно. Куда только делась привычная насмешка, ехидно-издевательское выражение лица, так легко доводящее Стэна до безумия? Рядом с Кайлом, всё крепче сжимая его в объятиях, стоял молодой красивый юноша, в необычных красных глазах которого светились грусть и нежность. Руки его чуть подрагивали, будто он держал самое большое сокровище на свете и больше всего боялся выпустить его. Припухшие дрожащие губы выдавали сильное волнение, Дэмиан поминутно облизывал и покусывал их, с шумом выдыхая, будто давя в глубине какие-то несказанные слова… Кайл ласково провёл самыми кончиками пальцев по щеке любовника, ладонь спустилась по шее вниз, к груди. Очёртив пальцем круг вокруг соска, Кайл провёл пальцем ещё ниже, к ремню. – … хочу тебя, – едва слышно выдохнул он, сам боясь того, что сказал. И поднял голову, встретившись глазами с Дэмианом, заглянув будто в самую глубину тёмной души. Резко, будто отбросив все сомнения, Дэмиан впился губами в губы Кайла, жадно, горячо целуя того, к кому так тянулся. На Кайла накатила волна сладкого безумия, тихо постанывая от удовольствия, он со всей страстью отвечал на поцелуй, всё крепче прижимаясь к любовнику, одной рукой ероша ему волосы на затылке, другой лаская его спину. Накатывающее возбуждение становилось невыносимым, юное тело требовало немедленных и решительных действий. С трудом оторвавшись от сладких губ демона, почти задыхаясь, Кайл сделал шаг назад, потянув того за собой к кровати. Дэмиан шагнул за ним, снова заключив любимого в объятия. Ни один не сказал ни слова, всё и так было ясно и не требовало никаких подтверждений. Осторожно и бережно, будто самую большую драгоценность, Дэмиан опустил Кайла на кровать, опустился сверху, вжимая его своим весом в приятную прохладу покрывала. Кайл мгновенно обхватил его ногами, снова всем телом прижавшись к своему личному демону. – … не могу без тебя… – тихо выдохнул он. Поднявшись на локтях, Дэмиан разглядывал под собой это невыносимо прекрасное лицо, обрамлённое красновато-рыжими кудрями. Ладони Кайла прошлись по спине сатанёнка, лаская её, пролезли под ремень. На ягодицах Дэмиана Кайл чуть сжал пальцы, вызвав глухой жадный стон. Бес инстинктивно двинул бёдрами и теперь в ответ застонал уже Кайл, от трения ткани по голой коже чувствуя совершенно дикое какое-то наслаждение. Рванувшись вверх, Кайл с остервенением впился в губы Дэмиана, возвращая жадный, страстный поцелуй, лаская языком язык и губы сатанёнка, сцеловывая стоны и короткие, сдавленные междометия. – … ну же… – тихо прошептал он в самые губы любовника, трясущимися пальцами расстёгивая, наконец, надоевший ремень джинсов. Изящная рука Брофловски скользнула в боксеры Дэмиана, кольцом обхватывая стоящий член. Дэмиан, закусив губу и чудом сдержав почти сорвавшийся с губ протяжный стон, поднял бёдра вперёд – голова нестерпимо кружилась, кровь, бурлившая в венах, устремилась в низ живота. Пальцы Кайла медленно скользили по стволу, то слегка сжимая его, то едва касаясь, и сатанёнок вцепился пальцами в простыни, сминая их, чтобы хоть как-то попытаться удержать себя... Впрочем, и сам Брофловски был на грани – его рука, сначала такая робкая, а затем всё более уверенная, ласкала любовника, а ладонь второй скользила по собственной груди, по животу рыжего, лаская кожу, ставшую такой чувствительной, реагирующей на малейшее, самое невесомое прикосновение... с красивых губ Брофловски срывались негромкие стоны, бессвязные слова... он сам еле сдерживался, прикасаясь к телу того... ...нет, едва ли он нашёл бы в себе силы признаться в этом... даже самому себе... – Кайл... – Дэмиан внезапно прижал Брофловски к простыне, крепко, но в то же время нежно удерживая его бёдра руками. Кайл замер на мгновение, ошалело улыбаясь, так, как не улыбался, должно быть, никогда в жизни. Рыжие кудри разметались по белоснежной подушке, хрупкое тело подрагивало под пальцами Дэмиана, скользившими по тонкой белоснежной коже, пульсировавший от этих невесомых ласк самыми кончиками пальцев Дэмиан скользнул по бедру Брофловски, по его животу, погладил лобок, очёртил аккуратную впадинку пупка, и тело Кайла выгнулось навстречу желанной, заставляющей сходить с ума ласке. – Да? – выдохнул молодой человек, мягко обхватив ладонями лицо Дэмиана и склоняя его к своему лицу. Щёки рыжего горели, глаза сияли, как ярчайшие драгоценные камни, а губы, приоткрывшись, заставляли Дэмиана забыть обо всём на свете... и это пугающе-сладкое чувство было чем-то настолько новым, что сатанёнок на мгновение даже испугался – самого себя, того, что с ним происходит. Но тут Брофловски улыбнулся – и по сравнению с этой улыбкой казалось тусклым даже жаркое полуденное солнце. – Что? Но Дэмиан уже и сам не помнил, что хотел сказать… Уже ничего не было на свете, кроме этого мальчишки, в одночасье превратившегося из игрушки, развлечения в самого родного, самого желанного и… Демон прокусил губу, капнула кровь. – Больно?.. – тревожно спросил Кайл, трогательно-заботливым жестом поглаживая Дэмиана по щеке. Сын Сатаны лишь коротко охнул и припал губами к шее Брофловски, покрывая её короткими поцелуями. Долгий стон, казалось, наполнил собой всю комнату, ноги Кайла обхватили талию личного демона, бёдра ещё плотнее прижались к его бёдрам. – Я... кажется... ослеп... – прошептал Дэмиан между поцелуями и тут же пощекотал кончиком языка мочку уха Кайла, вызвав в подростке новую вспышку наслаждения. – Отчего?.. – голос Брофловски шёл откуда-то издалека, Кайл не узнавал сам себя, не узнавал ритма своей речи... – Ты... ты такой красивый... – Дэмиан не мог, да и не хотел уже сдерживать себя... он таял в этих руках, таких робких, таких мягких... – Ты... – отозвался Кайл. – Просто невероятно... я... Он не успел закончить фразу – губы Дэмиана жадно впились в его губы долгим обжигающим поцелуем. Кайл сходил с ума от этого всего. Никогда ещё он не чувствовал себя так… Никогда ещё не ощущал такого наслаждения, чистого, ни с чем не смешанного удовольствия…Губы демона словно выжигали всю его волю, оставалось только безумное желание никогда, ни за что на свете не отрываться, пить эти поцелуи, как умирающий от жажды в пустыне припадает к роднику. Кайл только теперь как-то очень резко осознал, что до этого и не жил совсем… Всё, что было раньше, казалось теперь серым, пустым и ненужным, по сравнению с этим грациозным телом в кольце его рук и ног… До полноты счастья – или окончательного безумия? – не хватало лишь одного… Его руки... эти прекрасные руки, их было слишком много... они скользили по коже, уже не холодной, как прежде, коже, отзывавшейся на ласки сладкой дрожью... в этом мире не было ничего, кроме этих рук, кроме ласк, кроме блаженства, которое Дэмиан испытывал от простых вроде бы – но таких чувственных прикосновений... Эти руки, которые стягивали с него джинсы, стягивали боксеры, обнажая тело полностью... и тело Кайла, прижавшееся к его телу... и сердце, стучавшее рядом с его сердцем... это была настоящая жизнь, это был мир, полный ярких, фееричных красок, мир, воздух которого не отравляет... это был мир, в котором хочется жить... Весь его мир сейчас сосредоточился здесь, весь его мир был в этом рыжеволосом мальчишке с горящими изумрудными глазами... – Кайл... – Дэмиан повторял это имя, как заклинание, покрывая лицо Брофловски поцелуями. – Кайл... Мой Кайл... Его пальцы скользнули вниз по боку рыжего, погладили его ягодицы и, помедлив, скользнули к подрагивающему колечку ануса. На секунду Брофловски застыл, и тут же замер Дэмиан, точно испугавшись причинить боль человеку, который был рядом... ...впервые за целую вечность он боялся сделать больно, вызвать слёзы... – Ну же... – Кайл нетерпеливо повел бёдрами, пытаясь насадиться на палец. – Я... я не могу так больше... Прошу тебя... Вместо ответа сатанёнок вновь накрыл губы Кайла поцелуем, а его палец осторожно, не спеша проник в тело подростка и замер там. – Смазка?.. – чуть удивленно выдохнул рыжий между поцелуями. – А... откуда?.. По губам Дэмиана скользнула легкая улыбка: – Я же страшный демон, не забывай... – Самый восхитительный... такой, какого больше... ох... нигде нет... – прошептал Кайл, двигаясь навстречу пальцу Дэмиана, стараясь ощутить его как можно глубже в собственном теле. И страшный демон, сын самого Сатаны, покраснел от этих простых и таких дорогих слов… Рыжий улыбнулся его реакции, но именно в этот момент Дэмиан добавил второй палец. Кайл охнул, инстинктивно двинув бёдрами вперёд, навстречу этому желанному, такому сладкому ощущению… – Пожалуйста… – с невыразимой мольбой в голосе прошептал он. – Не могу больше… Иди ко мне… Сатанёнок сдался. Убрав пальцы, он медленно, не спеша двинул бёдрами вперёд, проникая в Кайла. Мышцы рыжего сначала сжались, плотным кольцом обхватив член Дэмиана, но сын Сатаны тут же скользнул ещё глубже... медленными, немного даже издевательскими движениями он проникал в Брофловски, и каждое, даже самое мимолетное движение, ощущение тела, запах Дэмиана, его лицо, склонившееся к лицу Кайла, его губы, ласкавшие губы подростка... всё это сливалось в один безумный круговорот, все это заставляло Кайла стонать, выгибаясь навстречу тому, кто ещё недавно был мучителем, а сейчас волею Судьбы стал единственным необходимым во всей Вселенной существом... тем, без кого Кайл не мыслил, как дышать, как жить... без которого жизнь была бы не существованием, а медленной пыткой... – Ну... прошу тебя... да-а-а... – он застонал в голос, едва не рыдая, чувствуя, что демон вошёл на него на всю длину и замер, давая привыкнуть к этому неожиданно новому ощущению... – Ну же… Дэмиан начал двигаться, сначала медленно и плавно, постепенно всё больше распаляясь сам и заводя любовника, резкими толчками вколачивая себя в его тело. Безумно сладкая, горячая волна наслаждения накатывала на Кайла, накрывая с головой, заставляя забыть обо всём, не замечать ничего на свете, кроме этого прекрасного, точёного лица Дэмиана, бешеного удовольствия от его движений, прикосновений и горячих поцелуев… Кайл уже не мог говорить, только хриплые стоны вперемешку с каким-то рычанием срывались с его губ. Перед глазами всё плыло, голова кружилась, как дьявольская карусель. Весь он, вся его жизнь сместилась вниз, туда, где член Дэмиана то с силой входил на всю длину, то почти полностью выскальзывал из него. Ладони подростков скользили по их телам, лаская каждый миллиметр кожи, бёдра Кайла двигались навстречу бёдрам Дэмиана, и наслаждение накрывало его с каждой секундой всё больше... это было самое сладкое, самое безумное наслаждение, это была настоящая пытка удовольствием – подлинным, таким, которого Кайл не испытывал и о котором не знал до этих секунд... – Да... Кайл... – выдохнул Дэмиан, вбивая себя в подрагивающее тело. Брофловски же издал протяжный стон и, собрав последние силы, поднял бёдра так высоко, как только мог, чтобы ещё отчетливее почувствовать сатанёнка. Слова, смысла которых молодые люди уже не понимали и не сознавали, срывались с их губ, припухших от бесконечных сладких поцелуев, ласки прошивали тела насквозь разрядами высоковольтного тока, и наслаждение было уже настолько невыносимо-сладким, что казалось, ещё немного – и оба они умрут, не выдержав этого безумия... Дэмиан сделал ещё несколько движений и, глубоко войдя в Брофловски, кончил с гортанным криком, который заглушил даже раскат грома за окном. И почти тут же кончил сам Кайл – оргазм накрыл подростка с головой, и тело отозвалось на разрядку так, что перед глазами рыжего на несколько секунд потёмнело... атласная тёмнота, полная чего-то нового, чего-то волшебного, неземного, атласная тёмнота, звезды перед глазами... это не поддавалось описанию, это было выше человеческого понимания... – Любимый мой... – полурыдая произнёс Кайл, не понимая ещё, какие слова слетают с его губ, и прижал к себе подрагивающего, тяжело дышащего Дэмиана.