Звериные истории

Сичэнь впервые видел своего названого брата в таком состоянии. Минцзюэ не отличался спокойным нравом, но за последнюю неделю приступы ярости и злости участились. Дошло даже до того, что Сичэнь начал играть брату успокаивающую мелодию. Иначе от резиденции Божественного Ордена и камня не осталось. — Дагэ, что тебя беспокоит? — не выдержал однажды Сичэнь. Уж слишком сильными были эмоции названного брата. — Ничего, — Минцзюэ и сам не понимал, чего так беситься в последние время. После происшествия в нелегальном порту, все будто покатилось к демонам! Скандал с Орденом Цзинь вышел громкий, мерзкий и неприятный со всех сторон. Цзинь Гуаньшань обещал разобраться, на что сам Минцзюэ только скептически хмыкнул. Сию обязанность он наверняка переложит на плечи своего наследника, который, к его чести, обладает большими качествами лидера, чем его родной отец. — Твое «ничего» уже тридцатую тренировочную площадку уничтожило! — Сичэнь очень внимательно посмотрел на названого брата. — Не преувеличивай, — смутился Минцзюэ. Сичэнь весьма красноречиво проводил взглядом адептов, которые тащили через внутренний двор ордена сломанные доски. А потом так же посмотрел на главу Не. — Ну, перестарался чуток, с кем не бывает, — упрямо фыркнул Минцзюэ. И тут через двор прошло ещё несколько адептов, которые катили с десяток телег с расплавленными камнями. «Почему именно сейчас нужно все это тащить через чертов двор!!!» — Минцзюэ снова накрыл приступ ярости и опять перед глазами лицо того заклинателя. Образ этого мелкого проныры преследовал его уже и наяву. — Дагэ? — Сам не понимаю, — Минцзюэ было сложно признаться в таких мыслях. Но после той встречи все мысли только об этом наглом тигре. Может, его околдовали? Прокляли? Он понимал, что это бред, но мысли не демон, саблей не зарубишь. — Может, все дело в том бродячем заклинателе? — Сичэнь понимающе улыбнулся, догадываясь о причине нервозности названного брата. — Что? Только ты, ради всех богов, не начинай, — отмахнулся Минцзюэ. — Мне и младшего хватило с его стенаниями. — Он тебя разозлил? — Хуайсан донимает меня тем, что я не удосужился как следует поблагодарить его спасителей. — поморщился глава Не. — И как бы я это сделал? Они же сбежали, пока мы с этими работорговцами разбирались! Вот станет главой вместо меня, посмотрю, как он за всем уследить сможет! Сичэнь прикрыл рукавом рот, чтобы скрыть смешок. Столько эмоций от своего воинственного названного брата он видел не часто. Обычно Минцзюэ старался сдерживать свой характер, излишние эмоции только вредили. «И чего ты засел именно в моих мыслях?» — Минцзюэ раздражённо скрипнул зубами. Вроде и объект мыслей отсутствует рядом, из-за чего его так корежит? Будто в сердце гадюки завелись! Неспокойное сердце стремилось найти наглого заклинателя… И что? А вот «что» Минцзюэ даже не представлял. Но в одном был уверен, этот… этот должен быть здесь и с ним. *** Глубоко в лесной чаще сидящий перед костром заклинатель чихнул и настороженно замер, глядя на укутанного в одеяло тигренка. «Не проснулся, слава богам…» — вздохнул А-Яо и подкинул еще одно паленье в костер. Вот уже неделю он скрывался в лесах и от каждого шороха хватался за меч. Пока его брат находится в уязвимой животной форме, ему лучше держаться от заклинателей подальше. А-Сюань не осознавая себя человеком, испытав страх и затем стресс, обратился в зверя, который вполне мог порвать врага в клочья, да вот проблема. А-Сюаню было всего десять. Поэтому вместо смертельно опасного тигра получился детёныш. Яо дотронулся до ушек брата и ласково погладил по голове. Эта форма очень уязвима и при первом обращении держится не более двух дней. Но вот минул седьмой, а А-Сюань и не думает стать человеком. «Может, не стоило сбегать?» — в который раз Яо задает себе этот вопрос и не находит ответа. И если сначала он мог бы обратиться в какой-то людской орден с просьбой о ночлеге, то теперь нет. День назад его догнала бабочка-вестница, которая светилась золотом и мужским голосом, в котором чувствовалась большая сила, представилась Главой Божественного Ордена Ланьлин Цзинь. «Мой потерянный сын, я тешу себя надеждой, что это послание найдет тебя. Когда мой наследник поведал совету о твоем подвиге и пути заклинателеьства, что ты выбрал — это стало моей гордостью, как твоего отца. Не смотря на все богатства и славу, что наша семья могла тебе дать, ты решил идти своим путем. Это делает тебя очень честным и уважаемым человеком. Я слышал так же, что ты путешествуешь с еще одним моим сыном, которого настигла беда. Уважаемый сын, не беги от помощи, мы ждем тебя в Башне Золотого Карпа, прими нашу поддержку и помощь». — Слишком сладко ты поешь… — Мэн Яо сжал бабочку в ладони, уничтожив ту своей силой. Он знал, как такие вестницы находят адресат. Все дело в крови главы, а значит ему придется бежать еще быстрее. Во время ночной охоты он видел Цзинь Цзысюаня, тот выглядел до того высокомерно и надменно, что Яо стало больно. Особенно когда его предполагаемая невеста из волчьевого Ордена Цзян кинула ему цветок и тот поймал его не глядя, но не удостоил свою невесту даже взглядом. «Это ноша наследника!» — понял Яо, когда увидел того же Цзысюаня в одиночестве, прижимающего цветок, брошенный Девой Цзян, к груди с мечтательным выражением лица. Носить маску, подчиняясь правящему режиму и отцу — распутнику, который думает о девушках, как о мебели, если не ниже. Пожалуй Цзысюань не так уж и плох, и Дева Цзян одна из немногих, кто знает об этом. А вот её брат и, неожиданно, глава Храма Вэй на дух того не переносят и стерегут Деву Цзян, как два дракона свое золото. За размышлениями Яо не заметил, как возле спящего львенка закружила алая бабочка. Та устроилась прямо на макушке тигренка и выжидала, пока старший заклинатель обратит на нее внимание. — Кто? Поди прочь! — Яо не на шутку встревожился. Алый цвет отражал опасность, а ему и так хватало неприятностей. — Не стоит волноваться, почтенный Даочжан, — раздался позади него спокойный голос. — На этой тропе вам не причинят вреда. — Глава Храма Вэй, — Яо подскочил и, выставив меч вперед, низко поклонился. — Моей вестнице, кажется, понравился ваш младший братишка, — Вэй Ин поманил к себе бабочку и улыбнулся, сверкнув алыми глазами. — Вам нужна помощь? — Я… — Яо замялся и посмотрел на брата. Он доверял своей интуиции, и она все семь дней вела его именно сюда. Яо не ощущал от главы Храма Вэй опасности, так может ему рискнуть. «Он сказал на этой тропе мне не причинят вреда…» — Яо нахмурился и вопросительно посмотрел на главу Храма. — Что эта за тропа? — А, — Вэй Ин махнул рукой и тени за деревьями пришли в движение. Яо удивлённо смотрел на адептов-лисов, которых заметил только сейчас. — По ней идут те, кто ищет защиты. Храм Вэй нейтрален по своей политике, и на моей территории все конфликты остаются за границей — это правило. Идемте. Яо затушил костер, спрятал вещи в цынькунь и подхватил брата, пошел следом за главой Храма Вэй. Конечно, о обособленном и независимом храме, скрытом в лесах, ходило больше слухов, чем о всех Великих Орденах вместе взятых. Яо даже подумывал найти их, но потом все же решился на свой путь. Более того путешествовал он с братом. «Или все дело в темной энергии, которая есть в А-Сюане.» — у Яо не было ответов. Но он надеялся их получить. Вэй Усянь был загадочной личностью. Почти скрытной от заклинательского общества. Возможно, всё дело было в нападении на Храм, случившемся 13 лет назад. Но люди шептались, что Вэй Усянь незаконнорождённый сын Цзян Фенмяня и Цанзэ Саньжэнь. Говорили, что Глава Цзян мечтает сделать того своим наследником. Говорили, что сам Вэй Усянь мечтает жениться на Цзян Яньли и почти добился успеха… вот только Яо слишком хорошо знал цену сплетен. Госпожа Цзян относилась к молодому господину Вэю, как сестра, это было видно даже ему. Что же касается предполагаемой незаконнорождённости молодого главы, то не с его происхождением судить других. Яо поднял голову и увидел перед собой множество храмовых крыш. Самый большой из них стоял в центре, возвышаясь над остальными храмами, словно укрывая их от беды. — Глава Вэй вернулся. Приветливые возгласы звучали со всех сторон и, конечно, разбудили его брата. Тигренок распахнул свои глазки, сонно поморгав, и с удивлением стал озираться. Принюхавшись, он сначала насторожился, а потом попытался зарыться носом в ханьфу брата. Яо улыбнулся и укрыл тигрёнка рукавом, чтобы его никто не увидел. Все же в своей животной форме его брат был очень мил. — Вы, верно, устали с дороги, — Вэй Усянь подошел к нему в сопровождении двух служанок. — Я распорядился о комнате. Дева Джия и Дева Джу проводят вас и предоставят все необходимое. Если почтенный Даочжан и его брат согласятся разделить со мной трапезу, я буду рад. — Это честь для меня, глава Вэй, — Яо сбивала с толку такая благосклонность божественного потомка. Пусть о заносчивости Ланьлин Цзин слагали легенды, другие кланы так же были горделивы. — Вот только А-Сюань… — Не волнуйтесь, он скоро станет прежним, да малыш? — глава Вэй положил ладонь на рукав Яо, под которым прятался тигренок. Тот заволновался и даже заворчал, но потом успокоился. — Благодарю, — Яо поклонился и поспешил за служанками. — Глава Вэй, — спешащий адепт едва не налетел на своего главу. — У ворот… там… — Что? Армия демонов? — Вэй Усянь с улыбкой смотрел на своего адепта. — Нет, — адепт побледнел. — Прибыл клан Гусу Лань, со свадебными дарами. — Что? Вэй Усянь чуть не упал, поняв, что только что сказал ему адепт. А когда понял, то постарался взять себя в руки. На секунду он позволил себе мысль, что сваты пришли к нему. «Нет, не может быть. Наверняка какому-нибудь адепту приглянулась одна из наших красавиц. Ведь я теперь глава Храма, а значит такие вопросы должен решать я…» — Вэй Ин свой интерес ко второму молодому господину Ланю вполне осознавал. Вот только ничего путного не выйдет из него, поэтому он старался завязать хотя бы дружбу. Вот только на его письма Лань Чжань не отвечал. А как еще пересечься с этим нефритовым драконом Ин даже не представлял. — Пошли весть в Юньмэн и проводи их в центральный Храм, — отдал распоряжение Вэй Усянь, даже не предполагая за кого пришли просить представители драконьего ордена. Ему нужно взять себя в руки перед тем, как он встретиться с представителями Гусу Лань *** Тем временем Цзысюань отставал на пол шага от своей невесты, с которой прогуливался в саду Ланьлин Цзиня. Яньли шла медленно и улыбалась так, будто он её золотом одарил, а не простым букетом лотосов. Он был рад, что она здесь, рядом. Но видят предки, как же трудно при всех держать высокомерное лицо. — Молодой господин Цзинь чем-то расстроен? — Яньли остановилась в тени одного из павильонов, повернувшись к жениху лицом. — Прошу прощения, Дева Цзян, я… — Цзысюань не знал, как сформулировать свою мысль. После разразившегося скандала пришлось проводить внутреннее расследование. Старейшины были в ярости, многие попытались сбежать и сам Цзысюань все меньше чувствовал себя достойным девушки, стоявшей напротив. «Еще и с дуру ляпнул про Мэн Яо…чертов папаша сразу смекнул, кто он такой!» — его душила ярость, но не на единокровного брата, а на отца. Он вдруг развернул бурную деятельность по его поиску, прикрываясь участием и тревогой. «Семнадцать лет тебе не было никого дела до него, а теперь, стоило ему себя показать, как ты вдруг вспомнил…» — Цзысюаню хотелось кого-нибудь ударить. — Я волнуюсь о тех, кого не знал. Яньли не успела ответить своему жениху, как он, взяв её за руку, утянув в закрытую беседку и затолкав в угол, прижал к себе. Ей не нужно было спрашивать причину, ведь через некоторое время послышались голоса главы Божественного Ордина Гуаньшаня и его ближайших советников. — И все же, глава, вводить в семью безродного выродка… зачем? — Ха, — Гуаньшань остановился и настороженно посмотрел вокруг. Запах сына и девки из псиного ордена был резким, видимо, они гуляют где-то поблизости. — Он будет полезен. Цзысюань слишком много себе позволяет, щенок такой же по сути сучки, ничем не лучше сына шлюхи. Нужно поставить его на место. Жаль нельзя трахнуть эту девку Цзян, войны нам только не хватало, но ничего, я еще с ней позабавлюсь. Найдите Мэй Яо и второго ублюдка, они должны быть в моем доме! Цзысюань застыл от шока, слушая мерзкую речь своего отца. Он не питал иллюзий насчет отцовских чувств, но ему казалось, что признания, как наследник, он добился. Грязные слова про Яньли…когти на руках появились мгновенно, и он уж хотел выскочить, чтобы разорвать ублюдка своими руками, но тут чьи-то нежные руки взяли его лицо в свои ладони. Нежные дрожащие губы прижались к его губам, и вот Цзысюань уже напористо целует госпожу своего сердца. Ярость сдается напору нежности и страсти, но Цзысюань находит в себе силы отстраниться и заглянуть в лицо девушки. — Если хочешь узнать, то кто способен помешать тебе? — Яньли нежно проводит по шее любимого и тот снова её целует. — Дева Цзян… Яньли, — Цзысюань с трудом берет себя в руки и прислушивается, но снаружи больше не слышно голосов, а значит они в безопасности. — Будь осторожна, не ходи без сопровождения моего или матушки. Нет, наверное, лучше уехать, я попрошу матушку приказать мне, чтобы он не догадался… — Со мной все будет хорошо, — Яньли улыбнулась любимому. — Если ты хочешь найти своих братьев, я знаю, где они могут быть. Цзысюань смотрел на нее и не верил, что она досталась ему. Любящая, умная и знающая, как его поддержать. Он и правда не заслуживает даже ногтя этой девушки. Когда она говорит ему про Храм Вэй, Цзысюань едва не рвет на себе волосы, ибо дурак и не подумал. Этот Храм никогда не оставляет темных заклинателей, если такие им попадаются. Затем он хвалит свою забывчивость, ибо главе ордена он об умении младшего братишки ничего не сказал. Пережив на следующее утро мини-спектакль «Меня заставляют сопровождать невесту в Храм Вэй, ибо ей приспичило, а мне не надо!» они в сопровождении охраны Цзян и Ланьлин Цзинь отправились в путь.