Алфавит, млин, греческий

POV Главного Героя, пока ещё героини.

      Я никогда не думала, что утону. Просто потому что на воде всегда себя ощущала, как поплавок — сколько не топи, а всё равно вынырну на поверхность. Нырять не умела никогда, всегда попа торчала наружу и погружаться отказывалась напрочь. Даже, когда попыталась дайвинговать меня инструктор три раза притапливал, чтобы погрузить в воду, но получилось у него это только с энного раза и только после того, как на меня нацепили ещё два дополнительных «гружевых» пояса. Без понятия как это называется, никогда дайвингом всерьёз не увлекалась, просто на отдыхе решила попробовать.       То погружение мне понравилось, дискомфорта (давления в ушах) я не чувствовала, погрузились мы тогда для новичка глубоко — на 12 метров. Но, в принципе, сама я ничего не делала. Моей задачей было сложить лапки на груди, вяло подшевеливать ластами и жестами показать, если мне будет плохо, всё остальное делал инструктор. Как щенка за загривок «вёл» по экскурсионному маршруту, периодически отпуская и давая попозировать для фото: то на развалинах древнего города (искусственная инсталляция, специально для таких вот туристов), то на коралловых рифах, то…       Но больше я этого никогда не делала, в смысле не погружалась. Зачем? Я удовлетворила своё любопытство и получила свою долю ощущений. Точно так же было и с парашютом. Один раз прыгнула с инструктором в паре, и на этом всё. А вот в аэротрубе «летать» любила, благо город у нас мегаполис и развлечения там можно найти на любой вкус и цвет.       Так вот, умерла я — утонув.       Обидно, если честно, но с другой стороны… Я ведь не просто утонула. Я оказалась заблокирована в своей каюте, когда наш круизный теплоход очень быстро затонул. Дело было глубокой ночью, когда даже я ушла с палубы от развлечений, чтобы банально поспать. В момент крушения моя каюта оказалась мало того, что со стороны пробоины и соответственно перевернулась вниз под воду, когда судно легло на бок, так ещё и дверь каюты чем-то придавило. Дверь придавило, возможно, и уже водой, так как она просачивалась вниз, где я стояла на иллюминаторе и пыталась выбить стекло. До двери не дотягивалась никак, а стекло не поддавалось.       И дело даже не в том, что иллюминатор был наглухо задраен. Физика, мать её итить. Давление воды снизу было банально сильнее, чем мои усилия. В конце концов, стекло под напором этого самого давления выдавило, и выдавило, как понятно внутрь, а не наружу. Меня потоком воды припечатало к вожделенной двери. Видимо, там ещё было, куда стравливаться воздуху, а потому воздушного кармана не получилось.       В результате вода наполнила каюту до самого верха, и мне просто нечем стало дышать. Я не супервумен, чтобы одним плечом выбивать двери, которые чем-то там, походу, придавило, и спасение в последний момент, как в фильмах к главным героям, не пришло. И хотя я боролась за свою жизнь до последнего — спастись не сумела.       И оказалась здесь.       Не могу точно сказать…       Я потеряла сознание, после того как всё же хлебанула воды и, скорее всего, действительно умерла. А вот очнулась уже здесь и в этом теле.       Первой мыслью было: всё же успели, спасли.       А потом в палату вошёл некто, оказавшийся медбратом, и сдернул с меня простыню, чтобы… Э-э-э… поменять катетер мочеприёмника в ЧЛЕНЕ?       И только по придушенному писку и выпученным глазам этот самый медбрат понял, что пациент уже в сознании, только вот сам «пациент», я, уже опять была в отключке из-за шока.       В своё следующее пробуждение я уже не обнаружила в своих венах такого количества капельниц, трубочек, даже противного писка мониторинга и характерного шипения ИВЛ (искусственная вентиляция лёгких), как не обнаружила на своём личике и характерной маски. Первым делом руки метнулись под простыню и, таки ДА, у меня оказался член.       Второй мыслью была: спасли, но я в коме и сейчас ловлю поразительно реалистичные глюки.       Но проходили дни, и так казаться перестало, всё более «агитируя» за тот факт, что это и есть моя новая реальность.       Меня перевели из отделения реанимации в отделение интенсивной терапии, а чуть позже и вовсе в обычную палату. А вот уже там на меня навалились «сны».       Сначала мне снилось, что я бестелесным и бессловесным призраком кружусь над тонущим пароходом, а помощи всё ещё нет. Кто-то успел спрыгнуть с палуб в воду, а я, походу, к этому моменту уже мертва, заблокированная в своей каюте. Потом пришла помощь с берега, людей стали вылавливать. После аквалангисты погружались для того, чтобы вытащить из затонувшего парохода тела погибших. Моё было среди них. Родственники, опознание, слёзы, похороны.       И всё это «транслировалось» не в одну ночь, а каждую ночь, что называется, следующая серия. От чего по утрам, мне продолжало казаться, что вот это сон, а там была реальность. Только какая-то странная реальность — я призрак? Нет, все это сон. И эти сны — это тоже сон. Я очнусь, и всё будет, как прежде. Но каждый раз руки натыкались на член, и меня посещала истерика. Персонал не мог понять, что происходит, а говорить я отказывалась. Ко мне приставили персонального «мозгоправа», как я называла его про себя, но на контакт не шла. Отмалчивалась в тряпочку, только жамкала простыни в районе паха, то прижимая вдоль бёдер к кровати, выделяя бугорок того, чего там быть не должно, то опять собирала складками. На фоне этого отсутствие груди как-то мимо проходило, её и раньше-то не особо видно было. Нулевой размер, что тут скажешь. Прыщики с пимпками сосков.       Зеркало злостно отображало и меня и не меня одновременно. Точнее — это была точно я, только в мужском варианте. Чуть выше привычного роста, те же русые, чуток волнистые волосы ниже лопаток, те же глаза неопределённого цвета: то ли серые, то ли серо-голубые, а на свету зелень мерещится. Та же родинка под левым глазом, губы. Овал лица, только чуть более четко очерченные скулы, но это, скорее всего из-за диеты больничной, тело точно скинуло пару-тройку кило за время моего тут нахождения. Да у носа появилась еле заметная горбинка, как будто его когда-то сломали и срослось немного неправильно. У прошлой версии меня на этом месте был просто шрам.       Была у нас развлекуха по детству. Вставали в изножие кровати, такие с панцирной пружинящей сеткой, и падали лицом или спиной на матрас. Вот я и чуть просчиталась и попала лицом не на подушку, а по острому краю деревянной спинки. Сломать нос не сломала, до сих пор не понимаю, как так получилось, должна была сломать по всем законам физики, но шрам от рассечения остался.       В общем, какое-то время я ещё кружила «там» призраком, а потом — р-р-р-а-а-аз! И звёзды смазались в светящиеся полосочки и стало темно-темно. Я проснулась от ужаса, с заполошно бьющимся сердцем, и как-то вот поняла, что всё. Вот совсем всё! Снов о «там» больше не будет. Надо, наконец, признать — я умерла. Умерла там, и попала сюда.       М-да, попала, так попала.       Не будет ни рая, ни ада, будет просто другая жизнь. Как там говорил один незабвенный герой одной незабвенной книжки, по которой я в своё время фанатела? Смерть — это всего лишь начало нового приключения? Так? Или не так? Не важно, что-то в этом роде — это однозначно.       Про попаданцев, в том числе и со сменой пола тоже читывала — прорвёмся. Ведь это же интересно, посмотреть на жизнь из противоположной «шкурки»?       — Наверное, интересно, — решила я, произнеся эту фразу, впервые с того момента, как очнулась тут, вслух.       Голос был хриплый и ощутимо отдавал неожиданным баском, и в нём всё же чувствовалось великое сомнение в произнесённом. Но после этого я снова заснула, оглядев кровати своих невольных соседей, палата не была одноместной, чтобы убедиться, что мой ночной переполох их не разбудил.       А после пришли уже другие сны. Я так поняла, это начала просыпаться «память» этого тела. И всё это происходило более подробно и чуть ли не до мелочей о том, как мелкий Филипп, так, оказывается, зовут нынешнюю меня, ходил на горшок, а ещё раньше в пелёнки. Даже имя не поменялось. Меня ведь звали Филиппой. Нда, в прошлой жизни родители «козырнули», для моей страны — это было непривычное имечко, даже для мальчика, а уж для девочки. А тут чуть ли не самое заурядное, наравне все с теми же Сашами, Васями и да, Робертами, Томасами, и прочими. Всё вперемешку, не разделяя по неким признакам.       И вот тут я поняла, что действительно — попала.       Это с первого взгляда казалось, что этот мир не отличается от привычного для меня. Ну, точнее, магии нет, уже привычно, техническое развитие, судя по приборам в отделениях реанимации и интенсивной терапии, да и просто, если смотреть в окно, на том же уровне.       Только вот общество, как я и сама… Подкинуло сюрпризы.       Начать с того, что здесь уже давно были стёрты все границы. Не существовало отдельных стран, было одно глобальное общество, где перемешались все со всеми. Имели общий язык, культуру, религию и моральные ценности. В большинстве своём, по крайней мере. В космос люди тоже летали, и даже были в этом несколько более успешны, чем на Земле. Лун тут было четыре, и на каждой уже не одно десятилетие были обжитые базы и поселения. Как и у ближайшего соседа — Мрака, по Земному Марс, наверное. Тоже четвёртая планета от местного Солнца. Сама планета, тоже называлась по-простому — Земля, или на местном Ёрса.       Но это всё мелочи. Откровения совсем в ином.       Общество тут, оказывается, делится не на два пола, на целых четыре! Прям мечта толерантной Европы. Только тут это было обусловлено не просто самоидентификацией отдельного гражданина, а реально имело под собой основания на генно-клеточном уровне.       Если смотреть глобально, то я выделила бы как и на родине два пола: мужчины и женщины. А вот здесь те же мужчины уже «делились» на четыре гендера. Альфы, беты, гаммы и омеги. И если брать мужчин количественно, то их было заметно больше, чем женщин, которые были условно (для галочки в официальных документах) приписаны к гендеру — бета. Намного больше. А если брать из расчёта на понятия «рожает» или «зачинает», то двух гендеров становиться как-то (вдруг) поровну. Ну, в определённые моменты, как и во всей истории превалирует то одно, то другое, но в целом за исторический период всё оказывается в равновесии.       Это общее, так сказать. Теперь, что касается частностей.       Женщины, как я уже упомянул… Да, начинаю привыкать. Всё же я каждую ночь проживаю три-четыре года из жизни Филлиппа, его чувства, мысли, эмоции и уже не могу их отделить от себя. Только иногда, ещё проскальзывает грань между ним и мной, но всё больше и больше мы сливаемся в одно целое. Так вот. Женщины — и тут женщины. Возьмёшь любой атлас по анатомии и ничего нового не узнаешь. А вот мужчины…       Альфы — это такие себе шкафчики с антресолью, по самую маковку накачанные тестостероном и имеют узел на члене. Кстати, присказка, что сила есть, ума не надо — это не про них. Ну, как не про них, в каждом правиле есть исключения, так что… Этот же тезис касается и размеров альфачей. Могут встретиться и мелкие «особи», но от этого не менее альфатистые. Но всё же нельзя сказать про альф, что они все полагаются только и только на свои мышцы и грубую силу.       Альфы чистые зачинальщики. Но рожать от них могут только два гендера. Угадайте какие? Омеги — да. Женщины? А вот и ошиблись, поздравляю. Нет — гаммы. С бетами-мужчинами и женщинами у альф общего потомства быть не может, от слова «никак». Почему? Да кто ж его знает? На эту тему есть куча исследований и научных трудов, но ни Филлипп, ни теперь в его теле я в этот вопрос никогда не вдавались, а просто приняли за аксиому.       В этих союзах рождаются три гендера: альфы, омеги и гаммы. Может появиться и девочка — это нормально. А вот бета-мальчик — это уже показатель каких-то болезней одного из родителей. Почему? Ответ смотри выше.       Беты. В первую очередь мужчины. Обычные такие среднестатистические мужчинки из моего родного мира. Ни узлов, ни маток у них не имеется. Типаж может быть как альфа, так и омега. Всё, как и в родной реальности. Или шкафчик с антресолью, или средненький такой, или мелкий задира. Привычно и нормально. Детей могут иметь от женщин или гамм. Та-да-а-ам! Омеги пролетают.       Теперь омеги, гамм оставим на сладкое.       Омеги. Мальчики со всеми причиндалами, ага. Только ещё и матку имеют, рожать могут, а вот влагалища и груди нет. Андрогинами всех подряд назвать тоже сложно. Нормальные среднестатистические парни такие, но, понятно, мельче шкафчиков с антресольками. Тестостерона поменьше, эстрогена побольше, вместо полноценной щетины пушок. Ну, и поведение соответствующее. Течка у них, как правило, два раза в год, как раз то самое время, когда они забеременнеть могут. Во всё остальное время парни как парни. Рожать могут от альф и гамм. Беты: и мужчины, и женщины, для них в этом плане бесполезны.       И сладкое — гаммы.       То ещё чудо природы. Маятником машут, как уже понятно во все стороны. По первичным половым признакам — мальчики. Но есть и полноценный узел, и матка. Узел даёт возможность оплодотворить и омегу, и женщину, и другого гамму. А вот течек у них нет. Так что залететь могут в любой момент, если не используют защиту, от альфы, беты-мужчины и другого гаммы.       Природа не дура, и во всём любит равновесие. Так что гамм рождается мало. Очень мало. На десяток тысяч особей хорошо, если один родится, а то и на сто тысяч ни одного не рождается.       Вот такой вот алфавит, млин, греческий.       Как вы думаете, кто я?