Билет в прошлое

— Дамы и господа, добро пожаловать в Лондон. Пожалуйста, не отстегивайте ремни до полной остановки самолета.       Остановки самолета.       Взгляд Марты был прикован к странице книги, лежащей у нее на коленях. Она еще не была готова посмотреть в иллюминатор. Слишком много воспоминаний ждут ее за ним. Воспоминаний, от которых она два года тщетно пыталась избавиться. Маленький мальчик, сидящий за ней, заплакал и принялся бить ножками по спинке ее кресла, но из-за нервного напряжения она почти не замечала этого. Обычно чтение успокаивало ее. Сейчас ее глаза видели буквы, но мозг отказывался обрабатывать информацию. Взгляд девушки не сдвинулся с первой строчки ни разу. Она жалела, что взяла именно эту книгу, но в глубине души знала, что с любой другой дело обстояло бы так же.       Кто-то легонько коснулся ее руки. — Можете расстегнуть ремень, — произнес женский голос рядом с ней. — Моя дочь тоже боится летать.       Марта медленно повернула голову и посмотрела на свою соседку: — Боится летать? — В этом нет ничего постыдного. Однажды по пути в Чикаго у нее случился приступ паники. Персоналу пришлось дать ей успокоительное. Вы вцепились в края сиденья еще в Париже. Я сказала своему Биллу: «Эта девочка даже не знает, что мы сидим рядом с ней, и ни разу не перевернула страницу книги». Успокойтесь. Мы уже приземлились в аэропорте Хитроу. Все закончилось.       Осознав, что она действительно не прочитала ни одной страницы, Марта кивнула. Пожилая женщина с добрыми карими глазами смотрела на нее по-матерински.       По-матерински?       Девушка удивилась собственным мыслям. Она никогда не видела подобного взгляда, по крайней мере обращенного на нее. Она не могла вспомнить, как мать, смотрела на нее так. После смерти сестры все в их семье изменилось. Зато воспоминания о годах, последовавших за этим событием, врезались в ее память. Она понятия не имела, почему ей внезапно захотелось признаться незнакомому человеку, что она боится не летать, а оказаться в Англии. — Мы благополучно приземлились, — снова заверила ее соседка. — Можете перестать нервничать. — Наклонившись в сторону Марты, она посмотрела в иллюминатор. — Вы только посмотрите. Меня предупреждали конечно о скверной здешней погоде, но в первый же день увидеть дождь… Я впервые в Лондоне, а вы? — А я нет. — За свою доброту женщина заслужила вознаграждение, и темноволосая девушка постаралась изобразить на лице улыбку. — Я была здесь по делам несколько лет назад.       «Ошибка номер один», — подумала она. Женщина посмотрела на нее, оценивая темно-синий костюм-двойку: — А сейчас? — Моя лучшая подруга пригласила меня на свою свадьбу. — Боже мой, надо же! Свадьба — это прекрасно… и дети… — Она неодобрительно посмотрела на пассажирку, сидящую за ней, которая всю дорогу читала, игнорируя своего капризного сына. — Семья — самое главное. Убрав книгу в сумочку, Марта расстегнула ремень безопасности. Внезапно ей захотелось положить конец этому разговору. — Вы так добры. Простите, что я оказалась такой скучной собеседницей. А теперь, если позволите, я пойду. — Нет, дорогая, вы пока не можете покинуть ваше место. Разве вы не слышали объявление? В самолете летит кто-то важный. Очевидно, он должен выйти раньше остальных. — Женщина снова бросила взгляд в иллюминатор и восторженно вздохнула: — Вы только посмотрите! Целых три машины с тонированными стеклами. Ой, эти мужчины похожи на телохранителей. Прямо как в кино. А тот, что вышел из машины, наверное, самый главный. Он высокий, где-то метр девяносто. Да и к тому же весьма привлекательный. «Красивый мужчина под метр девяносто?»       Марта никого не ждала. Чтобы избежать ненужного внимания, она никому не сообщила, каким рейсом прилетит.       У нее сдавило грудь, и она пожалела, что оставила свой ингалятор в сумке на полке для ручной клади.       Какая-то невидимая сила заставила ее повернуть голову и посмотреть в иллюминатор. Он стоял на бетонированной площадке лицом к самолету. Его светлые глаза не были видны под зонтом. Тот факт, что его пустили на взлетно-посадочную полосу, говорил о его влиятельности. Обычного человека туда ни за что бы не пропустили. Но этот мужчина не обычный человек. Он Холмс. Само Британское правительство, когда не обременено спецслужбами. «Как это на него похоже, — подумала девушка. — Когда он тебе нужен, его нигде нет, а когда не нужен…»       Ее общительная соседка вытянула шею, чтобы получше рассмотреть мужчину. — Как вы думаете, кто он? Можно было бы предположить, что он член королевской семьи. Должно быть, он очень важная персона, раз ему позволили приехать на автомобиле на взлетно-посадочную полосу. У него столько телохранителей. Интересно, кого он встречает? — Меня. — Марта поднялась на ноги, чувствуя себя как осужденный, готовящийся идти на виселицу. — Его зовут Майкрофт Холмс. Он мой муж.       «Ошибка номер два», — подумала Лорел.       Ей недолго осталось быть женой Майкрофта. Она приехала, чтобы убить одним выстрелом двух зайцев — посетить свадьбу подруги и развестись. Из-за того, что поженились они в Италии, то и развестись быстро не получилось. — Надеюсь, вы хорошо отдохнете на свадьбе. — Проигнорировав изумленный взгляд женщины, Марта достала из багажного отделения над головой свой багаж и направилась в переднюю часть самолета. Она была рада, что надела туфли на высоком каблуке. В трудных ситуациях каблуки придают уверенность. Сейчас как раз такая ситуация. Пассажиры таращились на нее и перешептывались, но девушка едва это замечала. Все ее мысли были о том, как ей продержаться следующие несколько дней. Это будет самое сложное испытание в ее жизни. У нее такое чувство, что ей понадобится намного больше, нежели туфли на каблуке, чтобы его выдержать.       Зачем он приехал ее встречать? Этот упрямый, самодовольный, помешанный на контроле… Решил наказать ее или самого себя? Марта увидела пилота, стоящего наверху металлической лестницы. Его лоб блестел от пота. — Миссис Холмс, мы не знали о вашем присутствии на борту, — произнес он извиняющимся тоном. — Для нас это… — Он бросил нервный взгляд в сторону группы мужчин на взлетно-посадочной полосе. — Вам следовало дать о себе знать. — Я не хотела, чтобы кто-то узнал о моем присутствии. — Надеюсь, вы получили удовольствие от полета.       Как глупо было с ее стороны полагать, что ей удастся прибыть незаметно. Майкрофт, должно быть, получил доступ к спискам пассажиров во всех аэропортах. Это вполне в его духе.       Когда они были вместе, она постоянно удивлялась степени его влияния. Ведь как заявлял сам Холмс, мужчина занимал всего лишь скромную должность в правительстве. Заменив Антею, Марта поняла куда больше. Шерлок был прав, говоря о брате на работе. При виде Майкрофта, стоящего у подножия трапа, у нее задрожали колени. Она не видела его с того ужасного дня, при воспоминании о котором кровь стыла в ее жилах.       Когда Марта обещала Молли, что станет подружкой невесты на ее свадьбе, она думала, что сможет пойти на все ради подруги, но затем поняла, что ошиблась. К несчастью, это произошло слишком поздно.       Под пристальными взглядами пассажиров и членов экипажа она вышла в открытую дверь.       После жаркого солнца во Франции лондонский дождь показался особенно жестким. Он стучал по ткани ее зонта, когда она спускалась, ритмично отбивая каблуками шаг, по ступеням трапа. Это было все равно что спускаться в ад. Майкрофт, окруженный мрачными охранниками в темных костюмах, выглядел пугающе.       Этот ее приезд так отличается от первого визита сюда. Тогда ее переполняло приятное волнение, предвкушение чего-то нового и интересного. Она влюбилась в Англию. И особенно в одного мужчину.       В мужчину, которого она сейчас видит перед собой.       Она не видит его глаз, но ей это и не нужно для того, чтобы узнать, о чем он сейчас думает. Она чувствует исходящее от него напряжение, знает, что он так же, как и она, в мыслях перенесся в прошлое. — Майкрофт, — произнесла она с притворным спокойствием, — не было необходимости бросать все дела и ехать встречать меня. Слишком много чести для меня.       Уголки его красиво очерченного рта дрогнули. — Марта, ну как я мог не встретить свою дорогую женушку?       После двух лет разлуки встреча с ним лицом к лицу ошеломила ее. Но еще более сильное потрясение она испытала, когда внутри ее вспыхнул огонь сексуального желания, которое, как ей казалось, умерло два года назад. Ее охватило отчаяние, потому что она посчитала это предательством по отношению к самой себе.       Она не хочет желать этого мужчину! Майкрофт Холмс — холодный бессердечный мерзавец, который больше не заслуживает быть частью ее жизни. «Нет, он не холодный, а отстраненный», — машинально поправила себя девушка. В этом она не может его обвинять. Ей, такой осторожной в проявлении своих чувств, его холоднокровие и замкнутость поначалу казались очаровательными. Он пленил ее своей харизматичностью, мужественностью, своим нежеланием позволять ей от него прятаться. С ним она была так откровенна, как не была ни с кем до него.       Она всегда была скрытной. Это ее способ самозащиты. Ей понадобилась большая смелость, чтобы довериться ему, поэтому его предательство стало для нее таким сильным ударом.       Он сделал знак рукой, одна из машин подъехала к ней, и задняя дверца открылась. — Садись в машину, Марта. — Произнес Майкрофт ледяным тоном, но она не сдвинулась с места.       Она должна была подчиниться его приказу. Так поступали все остальные. В мире богатства и власти, о котором большинство людей не имеет никаких представлений, распоряжаются такие, как он.       «Ошибка номер три: она зря сюда приехала.»       Гнев, который она сдерживала два года, разъедал ее душу как кислота. Она не хочет оказаться в тесном замкнутом пространстве с этим человеком. — Мне нехорошо после самолета. Я немного погуляю, а потом поеду в отель.       Она забронировала номер в скромном маленьком отеле, о существовании которого Холмсу вряд ли известно. Там она сможет подготовиться морально к предстоящему мероприятию. — Забирайся в машину, или я запихну тебя туда сам, — процедил мужчина сквозь зубы. — Если ты снова поставишь меня в неловкое положение, ты об этом пожалеешь. Снова.       Однажды она уже это сделала. Больно уязвила его мужское самолюбие, уйдя от него без объяснений. Он ей этого не простил.       Ее это устраивало, поскольку она его тоже не простила.       И никогда не простит за то, что он ее бросил, когда она больше всего в нем нуждалась.       Она не может ни простить ему этого, ни забыть событий того ужасного дня, но все это не имеет значения, поскольку у нее нет ни малейшего желания возобновлять с ним отношения. Она приехала сюда не к нему, а к его брату. И к своей лучшей подруге. С этой мыслью Марта наклонилась и забралась в машину. Хорошо, что стекла в ней тонированные и за ними можно спрятаться от любопытных взглядов пассажиров самолета.       Секунду спустя Майкрофт присоединился к ней. Щелчок, с которым заблокировались дверцы, напомнил ей о том, что рядом с ней очень влиятельный человек. Наклонившись вперед, Холмс отдал приказ шоферу.       Машина пришла в движение, оставляя позади себя самолет. Сейчас из него наконец начнут выходить другие пассажиры. Девушка в машине завидовала их свободе. — Как ты узнал, что я прилечу этим рейсом? — спросила она его. — Что за странный вопрос?       Действительно странный. Если Холмсы чего-то не знают, значит, это их просто не интересует. — Я не ожидала, что ты приедешь меня встречать. Я собиралась вызвать такси. — Почему? Ты хотела узнать, заплачу ли я выкуп, если тебя похитят? Она немного отодвинулась, чтобы увеличить расстояние между ними. — Думаю, ты был бы рад избавиться от своей непокорной бывшей жены. — До тех пор, пока не подписаны документы о разводе, ты все еще Холмс, поэтому веди себя подобающим образом. Она откинула назад голову.       Марта Холмс. Звучит хорошо. Реальность гораздо хуже.       Семья Холмс — это группа людей, связанных друг с другом не только кровными узами, но также общими ценностями и традициями. Даже брат Майкрофта, Шерлок женится, несмотря на его бунтарский дух. Примерно через год после свадьбы Молли родит ребенка, затем еще одного. Так делают все Холмсы — производят на свет новых Холмсов для продолжения династии. Единственным исключением всегда были старшие дети. Что Рудольф, что Майкрофт посвятили себя политике и благополучию страны. У Марты сдавило горло, и она уставилась перед собой, радуясь, что темные волосы, достающие до поясницы, скрывают ее глаза.       Они с Майкрофтом не виделись больше двух лет, и за это время она научилась не искать в интернете его фотографии, хотя это было бы бессмысленно. Единственным способом пережить их разрыв было попытаться выбросить его из головы. Но оказалось, что в отношении этого мужчины принцип «с глаз долой — из сердца вон» не работает.       Стоит увидеть его один раз, и ты никогда уже его не забудешь. Майкрофт Холмс был хорош своей харизмой и манерами джентльмена, так что, куда бы он ни пошел, взгляды всех женщин устремлялись на него. Это всегда сводило ее с ума, хотя он ничего не делал для того, чтобы привлечь их внимание. Желание оказалось сильнее, чем сила воли, и Марта посмотрела на него. На нем, как и всегда, был костюм-тройка. Черный цвет ткани прекрасно сочетался с бордовым галстуком и платком в нагрудном кармане. — Почему Шерлок не приехал вместе с тобой в аэропорт? — Мой маленький брат верит в счастливый финал. — Мужчина хмыкнул. — Так на него не похоже…       Что это значит? Неужели Шерлок, а значит и Молли с ним, думает, что, если позволит им немного побыть наедине, они бросятся друг другу в объятия и от разделяющей их пропасти размером с Большой Каньон ничего не останется?       Марта вспомнила, как ее подруга сводничала в колледже. — В отличие от Шерлока, Молли всегда верила в сказки. Она неисправимый романтик. Именно поэтому она выходит замуж, несмотря на… — Девушка сделала паузу, чтобы подобрать подходящие слова. — Несмотря на то, что она была свидетелем того, как развалился наш брак? Учитывая твое не слишком серьезное отношение к брачным клятвам, меня удивило твое согласие стать подружкой невесты. В этом решении есть доля лицемерия, не считаешь?       Он сваливает всю вину на нее, освобождая себя от ответственности. Марта не стала с ним спорить, потому что не видела в этом необходимости. Если он ее ненавидит, ее это устраивает. Его враждебность помогает ей бороться с опасными чувствами, которые все еще живут в глубине ее сердца.       Она нашла тысячу причин, чтобы отказаться от почетной роли подружки невесты, но, разговаривая по телефону с Молли, не смогла озвучить ни одной из них.       «Это ошибка номер четыре. Не многовато ошибок?» — Я преданная подруга. — Преданная? — Медленно повернувшись к ней, Майкрофт посмотрел на нее своими яркими голубыми глазами, обрамленными светлыми ресницами. — И ты еще смеешь говорить о преданности? Очевидно, у нас с тобой разное понимание этого слова.       В отличие от нее, он никогда не скрывал своих эмоций относительно той ситуации. Если бы Ирэн Адлер узнала об том, то наверняка перестала бы называть его Снеговиком.       Чувствуя всю силу его презрения, Марта вжалась в спинку сиденья. Она могла бы бросить ему в лицо свои обвинения, но это вернуло бы их в прошлое, а ей хотелось двигаться дальше. Ее ладони были влажными и слегка дрожали. Чтобы успокоиться, она начала медленно дышать. — Если ты собираешься устроить свой очередной эмоциональный взрыв, подожди, пока мы не останемся наедине, — сказала она. — Это всего лишь свадьба. Мы можем ее пережить, не поубивав друг друга. — Всего лишь свадьба? Значит, по-твоему, свадьба — не важное событие, Марта? — Во всех предложениях он делал особое ударение на ее имени. Неужели хотел показать этим, что всё еще его помнит? — Давай не будем выяснять отношения, Майкрофт.       Он не способен понять, что мог ошибаться. Он не умеет извиняться. Она всегда знала, что в его лексиконе нет слова «прости» ни на одном из языков, которыми он владеет. — Почему? Потому что тебя пугают эмоции? Признайся, ты боишься того, что чувствуешь, когда находишься со мной. Всегда боялась. — Прошу тебя… — Ты боялась, потому и уехала, — произнес он обманчиво мягким тоном. — Ты думаешь, я уехала, потому что меня напугало то, как сильно я тебя любила? — яростно бросила она в ответ. — Ты слишком самодоволен. — Если я так тебе безразличен, почему ты не вернулась сюда раньше? — У меня не было причин возвращаться.       Марта пыталась сохранять спокойствие и держать под контролем свои мысли. Это удавалось ей с трудом, потому что она чувствовала на себе пристальный взгляд. — Ты хорошо выглядишь. Снимаешь стресс с помощью упражнений? — Я приехала ради своей подруги и твоего брата, а не ради н… не ради тебя или себя. — Ты даже не можешь это произнести. Нас. Слово, которое ты боишься произнести, — нас. Но тебе всегда было трудно быть частью нас. — Майкрофт вальяжно откинулся на сиденье. Он выглядел расслабленным и уверенным в себе. — Тебе лучше не употреблять слово «преданность» по отношению к себе. Это выводит меня из себя. Уверен, ты понимаешь.       Девушка чувствовала себя матадором, оказавшимся наедине с разъяренным быком, против которого у нее не было никакого оружия, кроме собственного гнева. Ее злило, что старший Холмс ведет себя так, будто не был виноват в их разрыве. Он даже не понял, какую боль ей причинил.       Одного искреннего «прости», возможно, было бы достаточно, чтобы исцелить ее душевную рану, но для того, чтобы перед ней извиниться, Майкрофту нужно было бы сначала осознать свою вину.       Напомнив себе о своем решении не обсуждать прошлое, Марта сменила тему: — Как поживает Шерлок? — Ждет с нетерпением, когда станет мужем. В отличие от тебя, Молли обещала родить ему ребенка, чтобы он хотя бы иногда возвращал Розамунд отцу. — Если ты собираешься продолжать меня попрекать, мне лучше вернуться домой следующим рейсом. — Я не позволю тебе так легко отделаться. В конце концов, ты наша почетная гостья. От его тона, в котором слышались горечь и сожаление, ее передернуло.       Сразу после их разрыва Марта спрашивала себя, была бы ее жизнь лучше, если бы она не встретила Мистера Британское Правительство. Ее жизнь всегда была слишком тяжелой, поэтому, когда в ней появился Майкрофт, она подумала, что попала в волшебную сказку. Тогда она не знала, что по окончании сказки жизнь станет еще тяжелее. — Совершенно очевидно, что приехать сюда было не лучшей моей идеей. — Если бы не свадьба Шерлока и Молли, тебя никто бы не пустил на территорию Англии.       Марта не стала говорить, что, если бы не свадьба ее подруги, ноги ее больше здесь не было бы. В двадцать первом веке оформить развод можно дистанционно.       Они примерно четверть часа ехали по улицам дождливого Лондона. Они отправлялись за город. К особняку старшего Холмса. Марта была влюблена в него. Ей не хотелось думать о маленькой часовне неподалеку, в которой они обменялись брачными клятвами, принимая решение быть вместе.       Она знала, что, несмотря на свое аристократическое происхождение и хорошее знание искусства, мужчина предпочитал не отставать от современности. Майкрофт без доступа в Интернет — все равно что Микеланджело без кисти. Посмотрев в окно, она обнаружила, что они покинули оживленные улицы.       Боль, которая охватила Марту с момента ее приезда, усилилась из-за воспоминаний, связанных с этим местом. Именно здесь она провела свою первую ночь любви.       Марта напряглась. Нет, он не может поселить ее здесь! — Я уже забронировала номер в отеле. — Я даже знаю в каком. Мои люди отменили твой предварительный заказ. Ты остановишься там, где я скажу, и будешь благодарна за оказанное гостеприимство.       У нее засосало под ложечкой. — Я планировала жить в городе и приехать к вам только на свадьбу. — Шерлок хочет, чтобы ты присутствовала на мероприятиях, предшествующих свадьбе. Сегодня у нас торжественный прием. Ты подружка невесты, и мы все надеемся тебя на нем увидеть.       Девушку бросило в дрожь. Работающий кондиционер был здесь ни при чем. — Я не собиралась присутствовать на всех этих мероприятиях. Я взяла с собой ноутбук. У меня полно работы. — Мне все равно. Ты будешь присутствовать на этом приеме и мило улыбаться. Все должны думать, что мы расстались как цивилизованные люди.       Как цивилизованные люди? Это явно не про них. Страсть, которую они испытывали друг к другу, была обжигающей, безумной, выходящей из-под контроля и затуманивающей здравый смысл.       Перспектива встречи с семейством была пугающей. Все Холмсы, за исключением Шерлока, ее ненавидят. Их можно понять. Ведь она посмела уйти от одного из них. Марта понятия не имела, как правила предписывают вести себя в ситуации, в которой оказалась она. Как быть женщине, которая испытала потрясение, потеряв ребенка, если ее мужу, законченному эгоисту, на это наплевать?       Во всей этой неприятной истории ее утешало лишь то, что Шерлок, не стал ее судить. Только ради своей единственной подруги и него она согласилась пройти через весь этот ад.       «Это спектакль», — сказала себе девушка. Она будет соответствовать ожиданиям других. Если они захотят, чтобы она улыбалась, она будет улыбаться. Если они захотят, чтобы она танцевала, она будет танцевать. Не обязательно показывать другим, что у тебя внутри. Она еще в детстве научилась так глубоко прятать свои чувства, что их мало кому удавалось увидеть.       Но уверенность в том, что она справится с ситуацией, покинула ее в тот момент, когда водитель свернул на дорогу, ведущую к загородному дому.       Когда Марта впервые увидела особняк, то пришла в восторг, но сейчас при мысли об этом месте у нее возникают совсем другие чувства. — Почему мы туда едем? Я не буду там жить! — бросила она, теряя самообладание. Она не сможет находиться в месте, полном воспоминаний о тех днях, когда она была счастлива и с оптимизмом смотрела в будущее. — Не все ли тебе равно, где ты будешь спать? — холодно спросил он. — Если у нас была «всего лишь свадьба», тогда в этом месте мы провели «всего лишь медовый месяц», и оно ничего для тебя не значит.       Дыхание девушки стало затрудненным. Она боялась, что у нее вот-вот начнется приступ астмы. В сумке у нее лежит ингалятор, но она воспользуется им в присутствии Майкрофта, если только ей будет совсем невмоготу.       Она в ловушке. Признаться в том, какие чувства вызывает у нее это место, значит открыть ему то, чего она не хочет открывать. Сказать, что ей все равно, значит остаться здесь. — Я думаю, что простого «спасибо» было бы достаточно.       Его тон был бесстрастным, и на мгновение она поверила в то, что для него ничего не значили те дни.       Для человека, который имеет пять домов и много путешествует, загородный особняк всего лишь пятьсот квадратных метров элитной жилплощади.       Он привез ее сюда, чтобы наказать? — По крайней мере, там есть высокоскоростной Интернет, — сказала Марта, по-прежнему глядя перед собой. — К тебе здесь будут относиться как к почетной гостье, хотя мы оба знаем, что ты этого не заслуживаешь. Пойдем.       Не дав ей возможности продолжить спор, он открыл дверцу и, взяв ее сумку, вылез из машины с решимостью, которая была присущая всему, что он делал.       Майкрофт не может свыкнуться с тем, что она его бросила. Он думает о своей уязвленной гордости, а не об их отношениях. Считает себя пострадавшей стороной. У нее не было выбора, кроме как последовать за ним по дорожке к дому. Она слышала, как машина развернулась и уехала.       Холмс открыл дверь дома. Заходя внутрь, она запретила себе думать о том, как он переносил ее на руках через этот порог в день их свадьбы. О том, как они любили друг друга всю ночь напролет. — Почему шофер тебя не подождал?       Он поставил ее сумку на пол: — А ты как думаешь? Может потому, что я здесь живу?       Она вся похолодела. Этого не может быть! — Пожалуйста, скажи мне, что это была шутка. — Ее голос прозвучал безжизненно. —       Здесь всего одна спальня.       Одна огромная спальня, в которой они… Майкрофт горько улыбнулся: — Все претензии к Молли. Это была ее идея. А если уж она настаивала, то и Шерлок тоже. — Я не буду с тобой спать! Думаешь, я позволю тебе лечь со мной в постель после того, что ты сделал?       Ее сердце бешено колотилось, и она инстинктивно сделала шаг назад, хотя знала, что он никогда не причинит ей боль. По крайней мере, физическую. — Я не могу остаться здесь с тобой. Это слишком… — Слишком что?       В его взгляде было что-то такое, отчего ее сердце учащенно забилось. Он всегда умел читать ее мысли. Сейчас она не должна ему этого позволять.       Она не хочет открываться. Для этого слишком поздно. К счастью, за много лет она научилась прятать свои чувства. — Это неудобно, — холодно ответила она. — Для нас обоих.       В течение нескольких секунд он пристально на нее смотрел, затем его губы сжались в тонкую линию. — Я думаю, что «неудобство» — это меньшая из наших проблем. Не беспокойся, у меня слишком много работы. Если тебя волнует, что я буду к тебе приставать, можешь расслабиться. Ты упустила свой шанс.       С оскорбительным равнодушием он ушел, но Марта не смогла расслабиться, поскольку в особняке везде были следы его присутствия. На спинке дивана висит сшитый на заказ пиджак. На столе стоит стакан с остатками виски и открытый ноутбук с горящим индикатором батареи. Все это показалось ей таким знакомым, что она какое-то время стояла на месте, внезапно охваченная желанием повернуть время вспять. Но разве все могло сложиться иначе? Их любовь была обречена с самого начала. Нет смысла спрашивать себя, что было бы, если бы она не ушла от него тогда.