Билет в прошлое

      Ожидая, когда Марта выйдет на кухню, Майкрофт залпом осушил стакан виски, чтобы притупить завладевшие им чувства.       Он дал себе слово, что будет держаться с ней холодно и отчужденно как и со всеми людьми, но его решимость длилась до того момента, пока она не вышла из самолета. Его план не говорить с ней о том, что между ними было, пошел псу под хвост, когда он ее увидел. Внутри его боролись противоречивые чувства, и отсутствие эмоциональной реакции со стороны девушки приводило его в ярость. Она очень умело скрывает свои чувства.       Жалея о том, что у него нет времени совершить пробежку и частично избавиться от переполняющей его энергии, он слегка оттянул галстук и расстегнул верхнюю пуговицу своей белой рубашки и налил себе еще виски.       Она по-прежнему его винит. Это очевидный факт, но он не собирается это обсуждать.       Сразу после того, как у нее случился выкидыш, он пытался, но она была слишком потрясена случившимся. Он тоже переживал из-за потери ребенка, но смотрел на нее как реалист. Выкидыши случаются. У его собственной матери было два, у тетки один. Эта была первая беременность его жены, и она могла родить ему здоровых детей.       Он был реалистом, а она была безутешна и непреклонна. Если не считать сообщения, которое Марта отправила ему на почту, чтобы сказать, что ему нет необходимости прерывать деловую встречу из-за того, что она потеряла ребенка, она не хотела говорить с ним о случившемся. Майкрофт Холмс никогда не любил сообщений, а после того дня ненавидел их всей душой.       При воспоминании об этом ему стало не по себе, и он в миллионный раз пожалел о том, что отключил свой мобильный телефон перед той встречей. Если бы он ответил на ее звонок, сложились бы их отношения по-другому?       При мысли о предстоящем торжестве ему захотелось допить бутылку виски и забыться. Должно быть, он так ненавидит свадьбы, потому что его собственный брак закончился катастрофой.       Часть его хотела, чтобы его брат сбежал со своей невестой и они тайком поженились, но он знал, что это невозможно. Речь идет о чести семьи Холмс. И о младшем ребенке, к слову, любимом. Мамочка несказанно расстроится. И как бы старший сын не отнекивался, он должен присутствовать на торжестве. — Я готова, — послышался у него за спиной голос жены, и он взял под контроль свои эмоции, прежде чем повернуться.       Когда их взгляды встретились, пространство между ними заискрилось от напряжения.       Готова?       Он едва не рассмеялся. Ни один из них не может быть готов к тому, что их ждет впереди. Их расставание привлекло не меньше внимания, чем их свадьба.       Сегодня вечером не будет репортеров с фотокамерами, но гости будут с интересом за ними наблюдать. Всем не терпится узнать, как он будет обращаться с женой-скандалисткой, бросившей его.       Глядя на Марту, он чувствовал сексуальное желание. Ее стройная подтянутая фигура обтянута в темно-синее шелковое платье, а волосы завиты в кудри и струятся мягкими волнами по прямой спине и плечам.       Марта никогда не обладала классической красотой, но ее сила духа и энергичность имели для него большую привлекательность, нежели гладкие волосы или грудь четвертого размера. Только он знал, что за ее сдержанностью и решительностью прячется неуверенность в себе.       Глядя на нее было невозможно догадаться, какой хаос царит у нее внутри. Он никогда не встречал таких закрытых людей, как она. Хотя и сам Майкрофт был достаточно закрытым, считая окружающих его людей золотыми рыбками. Прошло много месяцев, прежде чем она наконец начала открываться. То, что он о ней узнал, потрясло его. Ее скупого рассказа о неудачном задании в Сербии, оказалось для него достаточно, чтобы он понял, почему она так отличается от всех женщин, которых он знал.       Должно быть, излишняя самонадеянность заставляла его верить в то, что он сможет разрушить ее защитные барьеры. Он потребовал доверия от человека, у которого никогда не было причин кому-либо доверять, и в конце концов это обернулось против него.       Чувство вины, которое он поначалу испытывал, быстро сменилось гневом. Марта положила конец их браку, наотрез отказавшись с ним разговаривать. Майкрофт вглядывался в ее черты, ища свидетельства того, что она жалела о своем решении. Ее лицо было непроницаемым, и его это ничуть не удивило. Она научилась скрывать свои чувства. Полагаться только на себя. Выудить из нее информацию личного характера всегда было непросто. В этом они так похожи.       На ее шее что-то блеснуло, и Майкрофт нахмурился при виде тонкой золотой цепочки. Тот факт, что она надела незнакомое ему украшение, заставил его напрячься. Он не дарил ей эту цепочку. Откуда она у нее?       Он представил себе, как мужские руки закрепляют цепочку у нее на шее. Как кто-то другой прикасается к ней, просит ее поделиться с ним своими секретами…       Неожиданно он услышал звон разбивающегося стекла и понял, что уронил стакан. Глядя на него как на вырвавшегося из клетки тигра, девушка попятилась назад: — Я принесу щетку и совок. — Не надо. — Но… — Я сказал, не надо. Экономка придет и все уберет. Нам нужно ехать. — Все будут строить домыслы. — Не посмеют. По крайней мере, не публично.       Она издала горький смешок: — Прости. Я забыла, что ты умеешь контролировать мысли других людей.       Внезапно Мистер Правительство пожалел о том, что уронил стакан, не допив виски. Одному лишь Богу известно, через что ему придется пройти за следующие несколько часов. Золотая цепочка блестела на солнце, дразня его. Под действием внутреннего порыва он схватил левую руку жены и приподнял ее. Тихо вскрикнув, она попыталась отдернуть руку, но он усилил хватку, пораженный глубиной боли, которая охватила его, когда он обнаружил, что на ее безымянном пальце нет кольца. — Где твое обручальное кольцо? — Я его не ношу. Мы с тобой больше не женаты. — Мы женаты до тех пор, пока наш развод не оформлен официально. На Сицилии этот процесс длится три года.       Марта снова попыталась освободиться, но он не отпустил ее. — Тебе не кажется, что проявлять собственнические чувства несколько поздновато? Майкрофт, брак — это нечто большее, нежели кольцо и листок бумаги. — Его имя из ее уст звучало отвратительно, будто она специально произносила его так. — И это ты говоришь мне, что собой представляет брак? Ты отнеслась к нашему браку как к чему-то одноразовому. — Ярость, клокотавшая внутри его, вырвалась наружу. — Почему ты сняла кольцо? У тебя появился кто-то еще? — На этом мероприятии главными будем не мы, а твой брат и моя подруга.       Майкрофт хотел, чтобы она рассмеялась и сказала что-то вроде: «Разумеется, у меня нет другого мужчины». Хотел, чтобы она сказала, что то, что их связывало, было чем-то редким и особенным. Вместо этого она уклонилась от ответа на его вопрос.       Под влиянием какого-то непонятного чувства мужчина схватил ее за плечи и рванул на себя. Ее безразличие только усилило его желание получить от нее ответ. Попутно он удивлялся своему поведению. Что эта женщина с ним делает?       Потеряв равновесие, Марта покачнулась и натолкнулась на него. Этого короткого контакта оказалось достаточно, чтобы ее дыхание участилось и его желание передалось ей. Это подтвердило то, что он уже знал, — что их влечение друг к другу так же сильно, как прежде.       «Я тебе небезразличен, Марта», — подумал он с мрачным удовлетворением. Она не сможет спрятать свое желание, как бы ни старалась. Через секунду он ее поцелует, и она поймет, что он хочет ее, даже несмотря на ее предательство. — У меня никого нет, — наконец призналась она. — Одного паршивого брака с меня достаточно.       Ее слова подействовали на него как ведро воды на огонь. Он отпустил ее так же внезапно, как и схватил.       Сколько он себя помнил, женщины всегда за ним бегали. Он привык к тому, что мог без труда заполучить любую из них. Затем он встретил Марту Хейг, и его самоуверенность сыграла с ним злую шутку. — Нас будут ждать на этом приеме, — сказал он. — Давай пойдем туда и покончим с этим делом. — Я позвоню Молли и скажу, что устала. Она поймет.       Ее лицо действительно было бледным, но ее отказ идти на прием никак не связан с усталостью. — Почему угрызения совести начали беспокоить тебя только сейчас, больше двух лет спустя? А может, это трусость? Может, ты боишься встретиться с моей семьей? Ты утверждаешь, что приехала сюда, потому что предана своей подруге. Докажи эту преданность на деле.       Марта еще сильнее побледнела, но, прежде чем он успел сказать что-то еще, она повернулась и, пройдя мимо него, направилась к входной двери. Их уже ждала машина. Девушка видела, как черный Jaguar подъехал к выездной дорожке. Она вышла и направилась по узкой дорожке мимо аккуратно стриженных кустов. Высокие каблуки ее туфель ритмично постукивали по плитке, бедра безупречной формы плавно покачивались при ходьбе.       Майкрофт последовал за ней, подавляя в себе желание догнать ее, прижать к ближайшему дереву и выяснить, что заставило ее разрушить все, что они вместе создали. Но еще больше ему хотелось сорвать с ее шеи золотую цепочку и заменить ее одним из украшений, которые он ей когда-то подарил. Дать всем понять, что она по-прежнему принадлежит ему.       Погруженный в свои мысли, он сел в авто с другой стороны от девушки. Их дорога прошла в молчании. Каждый смотрел в свое окно и не смел обернуться. Прибыв на место, Марта первая покинула машину, не дожидаясь галантности со стороны, по ее мнению, бывшего, мужа. Майкрофт в своем неизменном костюме-тройке с зонтом и Марта в своем темно-синем платье прошествовали к зданию, в котором сегодня они отпразднуют дату свадьбы единственного в мире консультирующего детектива. Девушка косилась на политика, с раздражением от отмечая темно-синий галстук и платок в нагрудном кармане. На самом пороге, опираясь о косяк. Они кивнули друг другу в знак приветствия. Майкрофт поднялся по ступеням чуть быстрее и пожал брату руку. — Молли здесь? — спросил он. — Ждет своего выхода.       Шерлок сверлил Марту анализирующим взглядом. Она смотрела ему прямо в глаза, словно хотела, чтобы он на нее набросился. Глядя на ее дерзко вскинутый подбородок, Майкрофт испытал чувство раздражения. — Шерлок, ты невнимателен по отношению к нашим гостям, — произнес он, надеясь, что брат поймет его намек. Затем он взял Марту за руку и обнаружил, что ее пальцы холодны как лед и слегка дрожат. Удивленный таким проявлением эмоций, он посмотрел на ее лицо, но оно было повернуто в другую сторону. Она попыталась высвободить свою руку, но он усилил хватку. Возможно, если бы он сделал это два года назад, она бы от него не ушла. Нервная работа в MI6 наложила отпечаток на ее дальнейшую жизнь. Внешне она кажется успешной деловой женщиной, а внутри у нее эмоциональный хаос. Когда-то он думал, что сможет с этим справиться, что его уверенности в себе и здравого смысла хватит на двоих, но ошибся.       Когда Шерлок ушел к гостям, девушка сердито посмотрела на Майкрофта: — Тебе нет необходимости меня защищать.       Он отпустил ее: — Я защищал не тебя, а свою семью. Сегодня вечер Шерлока, и я не хочу скандала. — Я не собиралась устраивать скандал. Это вы с Шерлоком не можете сдерживать свои эмоции. Хотя не припомню, что так было раньше. По крайней мере с тобой. — Она окинула его равнодушным взглядом. — Я свои прекрасно контролирую. — Давай не будем это обсуждать, Марта. По крайней мере, не здесь и не сейчас. — Я вообще не хочу этого делать. — Марта? — послышался у них за спиной голос невесты.       В следующую секунду Молли Хупер в зеленом платье промелькнула мимо Шерлока и заключила в объятия подругу. К ним подошла еще одна девушка. Ее светло-серое платье струилось легкими волнами до колена. Кудрявые волосы, достающие до поясницы, ниспадали на плечи, ничем не удерживаемые. Голубые глаза смотрели прямо на Марту. Они рассматривали друг друга всего несколько секунд. За это время Марта сделала вывод, что это они с Шерлоком очень похожи и возможно являются родственниками. — Ты здесь, дорогая! Мне столько всего нужно тебе рассказать. Пойдем со мной. — Не дав Марте возможности ответить, Молли взяла ее за руку и повела внутрь. Незнакомая девушка последовала за ними.       Майкрофт поднялся на балкон. Встретив вновь прибывших гостей, Шерлок с бокалом шампанского в руке присоединился к нему. Лицо его было мрачнее тучи. — Почему ты на это согласился? — Майкрофт курил. В последнее время он слишком много курил. — Так захотела Молли. — Шерлок всем видом пытался показать, что он не рад встрече с Мартой. В его гениальной голове как всегда появился какой-то план. — Но ты, судя по всему, против? — Ты согласился… Но это последнее, что нужно тебе. Скажи мне, что у тебя и в мыслях нет ее вернуть.       Майкрофт наблюдал за Мартой через распахнутые двери. Она медленно шла по комнате с Молли. Рядом, словно плыла, шла Эвр. Ее нахождение беспокоило старшего Холмса, но мамочка и Шерлок настояли о ее присутствии. — Я не думаю о том, чтобы ее вернуть. — Правда? — Шерлок улыбнулся Грегу и Джону, что помахали ему, стоя у дальнего стола. — Если бы ты об этом думал, тебя можно было бы понять. Марта женщина горячая. — Если ты не хочешь быть на собственной свадьбе с подбитым глазом, не говори так о моей жене, — пробурчал Майкрофт. — Она не твоя жена. Она скоро станет твоей бывшей женой, и чем скорей это произойдет, тем лучше. — Я думал, что Марта тебе нравилась. — Это было до того, как она тебя бросила, — сказал детектив, не сводя глаз с друзей. — Вот мой тебе совет. Она тебя недостойна. Отдай ее какому-нибудь парню.       Придя в ярость, Майкрофт ударил брата кулаком в челюсть. Тому понадобилось несколько секунд, чтобы справиться с потрясением и, бросившись вперед, прижать его к стене. Хватка Шерлока была железной, и Майкрофт почувствовал себя в ловушке. — Вы, оба! Немедленно прекратите!       Джон. Он как всегда вовремя появился, предотвращая грандиозную склоку. Разняв братьев, он встал между ними. Глядя на старшего Холмса, Шерлок потер ушибленную челюсть. Джон медленно отпустил его плечо: — Успокойтесь. В последний раз я видел, как вы дрались, Шерлок был под дозой. Что здесь происходит? — Я сказал, что ему следует отдать Марту другому парню, — ответил консультирующий детектив.       Майкрофт выступил вперед, но Ватсон его остановил, надавив ладонью ему на грудь. На удивление спокойный, Шерлок отошел назад и поправил свою бабочку: — Угощайся шампанским, Джон. Мы оба успокоились.       Доктор обвел взглядом зал. К счастью, никто не обратил никакого внимания на произошедшее. — Ты уверен? Полминуты назад ты потерял над собой контроль. — Я не терял самоконтроля. — Шерлок слизнул с нижней губы каплю крови. — Я просто хотел получить ответ на свой вопрос. Я его получил.       Когда Джон неохотно оставил их одних, Шерлок внимательно посмотрел на Майкрофта: — Если это любовь, то я рад, что у меня с Молли просто симпатия. Судя по тому, что я вижу, это сущий кошмар.       Майкрофт почувствовал, как его загривок начало покалывать. — Это не любовь. Стерев с губы кровь кончиками пальцев, Шерлок поднял бровь: — Если так, то, возможно, ты хочешь спросить себя, почему ты ударил меня в первый раз за столько лет. — Ты предложил мне… — Политик не смог себя заставить озвучить совет, который дал ему брат. — Я просто хотел проверить, удалось ли тебе ее забыть за эти два года. Мой ответ: не удалось. — Взяв у проходящей мимо официантки два бокала с шампанским, Шерлок протянул один ему: — Пей. Тебе это понадобится. Ты в еще большей беде, чем я предполагал.       Три девушки стяли в другом конце зала, непринужденно беседуя. Эвр больше не беспокоила Марту. Их знакомство произошло быстро и легко. — Майкрофт только что ударил Шерлока. Какой ужас! Я не хочу, чтобы на свадебных фотографиях он был с синяком. — Приподняв подол платья, Молли встала на носочки, чтобы лучше видеть происходящее на балконе. — Теперь Шерлок прижал его к стене. — Хм… Никогда не видела, чтобы братья дрались. Майкрофт всегда считал себя выше этого… — Эвр, скрестив руки на груди, слегка заинтересованно наблюдала за происходящим.       Марта подбежала к ней: — Он не пострадал? О боже, пусть кто-нибудь оттащит Шерлока. — Майкрофт в порядке. — Молли посмотрела на нее: — Я думала, ты больше его не любишь. — То, что я больше его не люблю, вовсе не означает, что я хочу, чтобы ему причинили боль. — Марта облизала губы. — Как ты думаешь, из-за чего они дерутся? — Конечно, из-за тебя. Из-за чего же еще? — Молли с завистью посмотрела на талию девушки. — Для женщины, переживающей разрыв с мужем, ты слишком хорошо выглядишь. Я бы сделала что угодно, чтобы иметь такой пресс, как у тебя. — Все, кроме упражнений, — сухо ответила Марта, и Молли улыбнулась: — Ты слишком хорошо меня знаешь.       Марта повернула голову и снова посмотрела в сторону балкона. — Я не хочу, чтобы они из-за меня дрались. — При мысли о том, что Майкрофт может сейчас испытывать боль, ее пульс участился. Сказав себе, что это нормальная реакция, она встала рядом с Молли. — Пойди туда и останови их. — Ни за что. Они могут испачкать кровью мое платье. Между прочим, оно от известного французского кутюрье. — Мисс Хупер провела ладонью по подолу. — У тебя было великолепное платье, и я, честно сказать, завидовала.       Грудь Марты сдавило еще сильнее. Она начала испытывать неприятные ощущения, когда ехала вместе с Холмсом из аэропорта, но ничего не предприняла, чтобы от них избавиться.       Узнав симптомы неминуемого приступа астмы, она заглянула в сумочку и убедилась, что взяла ингалятор. Причиной этих приступов всегда был стресс. С того момента, как она прибыла в Англию, она испытывала постоянное напряжение. — Я не хочу говорить о своей свадьбе. — Ты выбрала более удачный оттенок зеленого, чем я. Я остановила свой выбор на изумрудном, но сейчас думаю, что цвет травы, возможно, лучше подошел бы к моим темным волосам. — Как ты можешь думать об одежде, когда эти двое дерутся? Молли лишь пожала плечами и вытянула шею. — Тебе следует чувствовать себя польщенной. Так романтично, когда мужчины дерутся из-за тебя. — В том, что двое взрослых мужчин не могут держать под контролем свои эмоции, нет ничего романтичного. — Жаль, что она не может прятаться здесь до конца вечера. — Я не хочу, чтобы они дрались. — Когда мужчина защищает женщину, которую любит, он становится сильнее, так что у Майкрофта есть некоторое преимущество. Мне нравятся твои туфли. Ты купила их в Париже?       Марта не хотела видеть происходящего, поэтому отвернулась. — Майкрофт меня не любит. Мы с ним едва друг друга терпим. — Конечно. Именно поэтому ты ходишь взад-вперед, а он бьет Шерлока. Вы оба так равнодушны друг к другу. — Раздраженная, Эвр перевела взгляд со своих туфель на лицо Марты: — Ты знаешь, сколько женщин бегало за моим братом с тех пор, как он достиг совершеннолетия?       Девушка пришла в ужас, когда испытала что-то похожее на ревность. — При чем здесь это? — Он выбрал тебя. Это много значит. Я знаю, мой брат человек непростой, но он тебя любит. — Он выбрал меня потому, что я сказала ему «нет». Твоему брату никогда не нравилось это слово. Я бросила ему вызов. — Майкрофт выбрал тебя потому, что влюбился в тебя. Для него это важная причина. —       Тут вклинилась Молли. — Все. Хватит говорить обо мне. Нам следует говорить о тебе. Ты, наверное, ждешь с нетерпением завтрашнего дня? — Еще бы! Я так же радуюсь своей свадьбе, как ты радовалась своей. — Это разные вещи. — Почему? — Потому что ты готовилась к своей свадьбе полгода. — А вы с Майкрофтом поспешно поженились, потому что ни один из вас не мог ждать.       Думаю, это более романтично.       Продолжать этот разговор было все равно что ходить босиком по острым камням — больно и неприятно. — Это было импульсивно, а не романтично. — Марта потерла ладонями обнаженные руки, чтобы согреть их. — Если бы мы готовились к свадьбе шесть месяцев, ничего этого с нами не случилось бы. — Мой старший брат всегда был решительным. Ему не нужно много времени на обдумывание своих действий. — Эвр, на удивление, пыталась поддержать Молли, и заставить Марту признаться в очевидных не только для гения, определяющего человеческий век, но и для простого патологоанатома из Бартса чувств. — Это означает, что он считает, что его мнение единственно верное, и ему наплевать на мнение остальных. — Нет. Это означает, что он знает, чего хочет. — Эвр внимательно посмотрела на нее. — О, черт. Похоже, у вас все сложнее, чем я думала. Не хочешь об этом поговорить? — Молли всегда была стеснительной. Но после знакомства с Шерлоком она стала тверже в своих речах. — Совсем не хочу. — До встречи с тобой он даже не думал о браке, — мягко произнесла Эвр. — Для человека вроде Майкрофта сделать женщине предложение — это то же самое, что признаться ей в любви.       К сожалению, он думал, что его ответственность закончилась после того, как он надел ей на палец кольцо. Что после этого она должна была беспрекословно ему подчиняться, относиться к нему с тем же почтением, что и все остальные. Должна была прощать его, когда он причинял ей боль.       Но вместо этого, когда он причинил ей боль, она ответила ему тем же. И вот теперь она вернулась, и они снова делают друг другу больно. Нужно как можно скорее положить этому конец. Марта обернулась к Молли. — Мне не следовало приезжать, а тебе не следовало ставить нас в дурацкое положение. Почему ты так настаиваешь, чтобы я была подружкой невесты на твоей свадьбе? — Потому что ты моя лучшая подруга. Мы дружим с колледжа. Твоя комната была просторней, чем моя, и я часто торчала у тебя. — Ты выбрала не самое подходящее время для сантиментов, — сухо сказала Марта. То, что Молли самый близкий ей человек, вовсе не означает, что она готова обсуждать с ней свои чувства. — Отдавать любовь нелегко, но когда ты ее отдаешь, это навсегда. Я знаю, как сильно ты любила Майкрофта, — не унималась Молли. — Всякий раз, когда мы встречались с тобой в течение двух последних лет, ты уклонялась от обсуждения этой темы, но сейчас я не позволю тебе этого сделать. Я хочу знать, что у вас произошло. Расскажи мне все подробности. — Я ушла от него. — Почему ты ушла? — Хупер подошла к ней и взяла ее руки в свои. — Шерлок сказал мне, что у тебя был выкидыш. Не злись на него. Ты же знаешь всю его дедукцию. А дальше я заставила его рассказать, что у вас произошло. Жаль, что ты тогда мне не позвонила. — Ты ничего не смогла бы сделать. — Я смогла бы тебя выслушать. Ты, наверное, была опустошена.       Марта промолчала. Она сомневалась, что можно найти подходящее слово, чтобы описать то, что она чувствовала в тот день.       Молли крепче сжала ее руки: — Должно быть, тебе тогда было очень плохо. Но я не могу поверить, что ты ушла из-за этого. Просто не могу. Он что-нибудь тебе сказал? Что-нибудь сделал? Вот именно, что он ничего не сделал. Абсолютно ничего. Даже не прервал свою деловую встречу. Марта не наказывает его и не обижается. Она защищает себя. И она продолжит себя защищать, потому что делала это всегда. — Я знаю Холмсов, — заявила Хупер. — Они бесчувственны и эгоистичны. Они часто говорят не то и, если мы обижаемся, обвиняют нас в том, что мы слишком остро реагируем на происходящее или находимся под влиянием гормонов. Иногда мне хочется придушить Шерлока. — Завтра ты выходишь за него замуж. — Потому что я люблю его. Я учу его не быть несносным мерзавцем. Майкрофт его брат, но это вовсе не означает, что я не замечаю его недостатков. — Она отпустила руки Марты. — Я вижу, каким упрямым и самодовольным он может быть. Скажи мне, Марта, что он тебе сделал? Он пытался тобой командовать? Лично меня всегда выводило из себя, когда Шерлок пытался мне указывать.       Сердце Марты бешено колотилось. — Молли, Эвр, я очень признательна вам за все, что вы пытаетесь для меня сделать, но это ничего не изменит. Между мной и Майкрофтом все кончено. Мы не сможем ничего вернуть, да мне бы этого и не хотелось. — Вы были прекрасной парой. Такой прекрасной, что мне, одинокой и незамужней, было на вас тошно смотреть. Вы убедили всех нас в том, что любовь действительно существует. Даже циничного Шерлока удивили перемены, произошедшие с Майкрофтом.       Прежде мы никогда не слышали, чтобы он так много смеялся. Марта сердито посмотрела на подругу: — Мы едва знали друг друга, когда женились. Не нужно превращать все это в сказку, Молли. Никакой сказки не было, так что можешь не надеяться на счастливый финал.       Темные глаза Хупер увлажнились. — Вы с Майкрофтом должны быть вместе. — Ты поэтому не поехала меня встречать? Чтобы мы оказались вдвоем? Ты не знаешь, что делаешь. Прошу тебя, перестань вмешиваться в наши с ним дела. Из-за этого может пострадать много людей. — Люди уже страдают, Марта. Майкрофт старается быть сильным, но я вижу, как он мучается. Я знаю, что тебе тоже больно. — По щекам Молли покатились слезы, и она, тихо выругавшись, принялась их вытирать. — Ну вот, я, кажется испортила свой макияж. Марта, что бы между вами ни случилось, простите друг друга и начните новую жизнь. — Я уже начала новую жизнь. — Я имею в виду, с ним, а не без него.       Девушка устала спорить: — С твоей стороны было неправильно вмешаться и заставить нас остаться в одном доме. В его доме. Неправильно и жестоко. — Когда вы были вместе, вы постоянно прикасались друг к другу. — Молли шмыгнула носом. — Я подумала, что, если вы окажетесь наедине в замкнутом пространстве, вы сможете устранить все ваши разногласия. — Нет, мы не сможем. — Марта убедилась, что она здесь лишняя. — Я уеду завтра утром. Мне вообще не следовало сюда приезжать. — Ты подружка невесты! Я хочу, чтобы ты присутствовала на моей свадьбе. Марта печально посмотрела на нее: — Мое пребывание здесь раздирает на части семью Холмс. И ее саму тоже. Боль, которую она испытала, снова увидев Майкрофта, оказалась сильнее, чем она могла себе представить. — Не уезжай! — Нам уже не восемнадцать. Многое изменилось, — сухо ответила девушка. Она не могла понять, когда ее подруга стала такой эгоисткой. Неужели Молли не понимает, как для нее мучительно здесь находиться? — У тебя есть Эвр. Она может быть твоей подружкой невесты…       Сама Эвр молча стояла рядом и задумчиво скользила по ней взглядом. — Я хочу, чтобы ты осталась и вы с Майкрофтом снова были вместе.       Возможно, кто-то счел бы Молли Хупер поверхностной, но Марта завидовала ее неиссякаемому оптимизму, ее вере в то, что с хорошими людьми происходят хорошие вещи. — Сейчас начнется вечеринка в твою честь, — сказала Эвр, направившись к двери. — Нам пора присоединиться к остальным. — Она решила, что стоит пока прервать этот разговор. Молли не стала возражать и последовала за ней.       Марта вспомнила, как они в студенческие годы секретничали в ее комнате в общежитии, и ей внезапно захотелось вернуться в те беззаботные дни, когда все было так просто.       Некоторые люди считают, что лучше испытать любовь и потерять ее, чем вообще никогда не любить. Наверное, они спятили.