(Не)сломленный

Стайлз медленно открывает глаза и из его груди вырывается вздох. Грудь болит неимоверно, заставляя тихо зашипеть сквозь зубы, когда он попытался приподняться и осмотреться. Стилински поворачивает голову, и натыкается взглядом на спящего в кресле рядом с больничной койкой Скотта. Стайлз осматривает бывшего друга, замечая на нем мятую одежду и огромные мешки под глазами. МакКол явно вымотался, так как даже не проснулся, когда Стайлз пришёл в себя. Сколько времени Скотт тут провел?.. Парень устало опускает голову на подушку, вспоминая, как оказался здесь. Последнее, что наиболее чётко помнит парень, это как Кейт его избивала. Кусками всплывают отрывки, как ворвалась Стая, не давая Кейт нанести последний удар. И больше не помнит ничего. Как он смог выжить? Сколько провел в отключке? Как они нашли его и Кейт? Как разобрались с Берсерками? Где была Лидия? Что в итоге стало с Арджент? Стилински снова переводит взгляд на Скотта и у него теплеет в груди. Они спасли его. Если бы не Стая, он был бы уже мёртв, Кейт не стала бы его щадить и рука у неё не дрогнула бы. Но ребята успели вовремя. Несмотря на все ссоры и сложности, они пришли на помощь. И Стайлз был благодарен за это. Он громко вздыхает, отчего МакКол вдруг начинает шевелиться, а потом открывает глаза. Увидев, что Стилински пришел в себя, Скотт вскакивает со своего места и подбегает к другу. — Стайлз! О, Господи! — на лице альфы появляется радостная улыбка. Он подходит в плотную и замирает, не решаясь делать что-то ещё. В глазах парня столько надежды, вины и боли, что Стайлз не выдерживает. — Иди сюда, — он хватает МакКола за руку, притягивая к себе, а сам приподнимается, несмотря на дискомфорт в груди. Он крепко обнимает альфу, пряча подбородок на плече друга. Скотт сначала неверяще замирает, а потом так же крепко обнимает Стилински в ответ. — Я тоже рад тебя видеть, Скотти, — шепчет Стайлз. Они сидят так пару минут, пока Скотт наконец не разрывает объятия. — Как ты себя чувствуешь? — взволнованно спрашивает капитан команды по лакроссу, оглядывая друга. От него не пахнет болью, разве что чуть чуть, а ещё лекарствами. — Учитывая, что я чудом остался жив — более менее нормально, — отвечает с ухмылкой Стайлз, снова опускаясь на подушки и морщась. — Стайлз, — взглядом побитого щенка смотрит на него Скотт. — Как долго я здесь? — переводит тему Стилински, не желая обсуждать сейчас их ссору. — Больше недели, — грустно отвечает МакКол, поджимая губы и опуская голову, и начиная рассказывать. — Мы успели привезти тебя вовремя. У тебя к тому времени была огромная потеря крови, и внутреннее кровотечение. Кейт сломала тебе ребра, осколки задели лёгкие. Ещё немного и было бы поздно… Стилински молчит, пытается осмыслить. — Как… Как вы нас нашли? — все же спрашивает он, не выдерживая. — Лидия почувствовала, что с тобой что-то происходит. Мы были у Дерека в лофте, составляли план, как убрать Кейт и берсерков. Сразу сообразили, что если ты в опасности, то значит она до тебя добралась. Мы уже были в машине, когда позвонил шериф, сообщая, что ты пропал. Ушёл днем, уже ночь, тебя нет и телефон недоступен. Он тут же кинулся в участок, чтобы организовывать твои поиски. Мы еле отговорили его этого делать. Тогда он отследил местоположение твоего джипа, Лидия поехала к нему, чтобы осмотреть место. Мы по запаху искали вас. Когда уже были на подъезде, позвонила Лидия, сказала, что ты умираешь или вот вот умрёшь. Скотт замолчал, глядя куда-то на свои руки. — Нам удалось избавиться от берсерков, мы добежали до склада, где тебя держали. Кейт удалось сбежать. Малия начала кричать, когда ты потерял сознание. Мы теряли время, нужно было срочно доставить тебя в больницу. Ворвался Питер, которого мы оставили на входе, на случай если придут ещё берсерки. Дерек был ранен, поэтому Питеру пришлось взять тебя на руки, чтобы донести до машины. — Уже здесь тебя увезли в реанимацию, состояние было тяжелое. Врачи бились больше двух суток. В сознание ты не приходил, но уже все было в порядке. Мы все эти дни дежурили возле тебя по очереди, ожидая, когда ты очнешься. Твой отец не отходил от тебя, мы еле заставляли его съездить домой. — Он тут? — тихо спросил Стайлз, глядя на МакКола. — Отправили домой час назад. Я позову маму и наберу ему, скажу, что ты пришёл в себя, — Скотт поднялся, и похлопав Стайлза по одеялу, пошёл к выходу из палаты. — Скотт, — голос Стилински нагнал его на пороге. Альфа обернулся, — спасибо, что пришли. Что спасли меня. — А разве могло быть иначе? — улыбнулся МакКол, — конечно, мы пришли. Мы не бросили бы тебя. Стайлз кивает. — Поговорим позже, отдыхай, — оборотень вышел, оставив Стилински одного в палате. *** Отец приехал через 15 минут. Ворвался в палату, когда Мелисса заканчивала осмотр парня. — Стайлз! — Ноа идёт к сыну, который садится удобнее и улыбается. — Я в порядке, пап. Все хорошо, — шепчет подросток, обнимая отца. Шериф грустно улыбается, сдерживая слезы. Все эти дни он не находил себе места. Когда ему сообщили, что Стайлз доставлен в больницу в тяжёлом состоянии, он едва не сошёл с ума. Всю ночь пробыл в больнице, ожидая от докторов хоть каких-то новостей. Когда ему сказали, что операция прошла успешно и угроза смерти миновала, он расплакался. Стайлза перевели в обычную палату, шериф постоянно был рядом. Мелиссе и ребятам с трудом удавалось убедить его съездить домой выспаться или принять душ. Завтраки, обеды и вечерние перекусы ребята приносили ему в больницу. — Я так и знал, что вся эта сверхъестественная чушь не доведёт до добра! Я…- начал Стилински старший. — Пап, — прервал его Стайлз, беря отца за руку, — я в порядке, правда. И если ты не заметил, последний месяц я не лез ни в какие неприятности, тем более связанные с оборотнями. Я с этим завязал. Кейт этого не знала, она искала Скотта, Дерека и Питера думала, что я все ещё в стае. Я просто должен был быть приманкой для них. Но все пошло не так. — Ты едва не погиб! — Но я жив, — отвечает парень, — и все ещё не собираюсь дальше влезать во все это. Обещаю. Шериф со вздохом обнимает сына, взъерошивая ему волосы. — Ты меня когда-нибудь до психушки доведешь, — бурчит Ноа, отпуская сына. — Возможно, — смеётся Стайлз, радуясь, что все хорошо. *** Следующие две недели Стайлз все ещё проводит в больнице. У нему каждый день заходит отец, Лидия, которая приносит ему свои конспекты, Малия, Кира, даже Дэнни. Однажды ребята из стаи пришли все вместе и извинились перед ним. Скотт приходил пару раз, но держался как-то растерянно и немного отстранённо. Когда к нему зашёл Дерек, Стайлз едва не подавился кашей, которой обедал. Уж кого-кого, а Хмуроволка он не ожидал видеть никак. Дерек пришёл всего на пару минут, поинтересовался состоянием. Выглядел хмурым, недовольным. Постоял рядом с кроватью, попялился на Стайлза, а тот в ответ на него. В конечном итоге, пожелал парню скорейшей поправки и ушёл, оставив сына шерифа в шоке глядеть на дверь, за которой скрылся Хейл. Очередной приход Скотта едва не закончился ещё большей ссорой, чем была. Стайлз сразу заметил, что альфа в тот день был молчаливее обычного. Постоянно отводил взгляд, тихо вздыхал. Сам больной тоже разговорчивым особо со Скоттом не был. С остальными он общался, как и раньше, разве что чуть более замкнуто. Но разговоры с другом не клеились совсем. Оба вели себя замкнуто, изредка перекидываясь словами. Тему ссоры обходили стороной, но Стайлз знал, что рано или поздно им нужно это обсудить. — Стайлз, я… — Скотт. Замолчи. Вот серьёзно, — прервал на корню извинения парня Стайлз. Он не хотел слушать оправдания. Стилински выгнали. Скотт это решение поддержал. Всё. Извинения были неуместны, потому как вины МакКол не чувствовал в полной мере. — Я просто хочу сказать, что мне жаль. Я не должен был винить тебя в смерти Эллисон. И вообще… Ты был прав. Я действительно был хреновым другом. Мне жаль. — Тихо ответил Скотт, будто не слыша слов Стилински. Стайлз почувствовал, что начинает злится. — Хреновым? Это ещё слабо сказано, чувак, — усмехается сын шерифа. — Знаю, но я… — Не надо говорить, что постараешься стать лучше, Скотт. Потому что мне все равно. Уже все равно. Но больше всего меня задевает тот факт, что ты извиняешься за это, а не за то, что встал на сторону Дерека-Гребанного-Хейла. Ты мой друг, ты мой брат. Во всяком случае, я так считал. А ты просто отказался от меня. Вытурил из стаи. Оборвал все связи. Вся Стая оборвала! Из-за тебя. Ты вёл себя как последний придурок. Так что не надо извинений, Скотт. Они ничего не стоят. — Я никогда не запрещал никому общаться с тобой, — тихо отвечает МакКол, опуская голову. — Правда? В таком случае они просто сами решили этого не делать, боясь навлечь на себя твой гнев. Или гнев Дерека. Ты ведь Альфа. И вполне мог выгнать ещё кого-то. Лидия приходила ко мне. Просила помочь вам разобраться с проблемами. С проблемами, черт возьми! И лишь Малия не побоялась прийти потом, чтобы поговорить. Да, она тоже молчала тогда. Но она извинилась, она объяснила свое решение. Знаешь, почему она молчала? Она боялась, что её тоже выгонят. Она уже была одна, и сейчас ей нужна Стая. Как тебе такая позиция, Скотт? Такая крепкая Стая, никаких слабых мест! — Я никогда бы не выгнал их, — вскидывает голову Скотт. — Послушай, Дерек был прав. Ты действительно мог пострадать, потому что это не шутки, Стайлз! Это оборотни. Мы хотели оградить тебя от всего этого! Ты уже стал Ногицунэ, и это наша вина. Моя. Ты из-за меня влез во все это дерьмо с оборотнями. Но я не хотел, чтобы ты погиб вот так вот! Мы постоянно рискуем. Ты этого не заслуживаешь. Ты всего лишь человек, Стайлз. Прости, что это было грубо, нужно было объяснить все по другому, но мы были на эмоциях. — Всего лишь человек? Скотт, твою мать, если ты не заметил, не только я человек! Несмотря на то, что Лидия банши, она по прежнему не бессмертна! Она так же может умереть в каждую минуту! И, черт возьми, она девушка, Скотт! То, что она владеет силой банши не делает её сильнее! Ты просто решил, что раз я человек, то мне там не место. Стая только из сверхъестественных существ, каждый член который может постоять за себя. Но знаешь, что? Развешивая ярлыки ты не делаешь Стаю лучше или сильнее. Стая — это семья, не мне тебе рассказывать это. И она сильнее тогда, когда сильна связь между её членами, когда каждый понимает, что он не один, и к нему придут на помощь. Вот настоящая Стая. А то, что вы с Дереком делаете — это строите стены между людьми. Я человек, но я с самого начала был с тобой. Я не бросал тебя в трудные минуты, я учил тебя! Мы выросли вместе. И ты вот так вот просто разорвал связь, что создавалась годами! Что заставляет тебя думать, что сейчас в вашей компании все хорошо? То, что никто ни на что не жалуется, вовсе не значит, что все в порядке. Вполне возможно, они просто бояться возразить тебе, чтобы их не выгнали. Ты ведь такой правильный! Всегда поступаешь благородно. Ты же Скотт МакКол! Истинный Альфа! — Думаешь, я рад этому?! — Скотт вскочил на ноги. По его щекам дорожками бежали слезы, — Да как ты не поймешь?! Я ненавижу эту жизнь! Я ненавижу то, кем я являюсь! И больше всего на свете я проклинаю себя за то, что из-за меня во все это влез и ты! У меня не было выбора, но у тебя был! И ты рисковал собой, чтобы помогать мне! Стайлз, да даже в этот раз ты едва не погиб! И это наша вина, моя! Кейт искала нас, а пострадал ты! Вот об этом я и говорил! Если ты погибнешь, это будет на моей вине. Как мне жить, зная, что мой лучший друг умер из-за меня? Как глядеть в глаза людям?! — В одном я с тобой соглашусь. В этот раз я едва не умер, и это ваша вина. Заметь, я целый месяц жил спокойно, как ты и хотел. Все было отлично. А потом ВЫ притащили сюда Кейт и этих тварей. И что в итоге? Я в больнице, а она опять сбежала! И в следующий раз на моем месте может оказаться и твоя мать! — Кейт больше никого никогда не побеспокоит, — прервал его Скотт, снова садясь в кресло и устало вздыхая. — Что? — не понял сразу Стайлз, садясь удобнее. — Стайлз, Кейт больше нет. Теперь уже окончательно. Питер выследил её на днях. Она все ещё была в городе, скрывалась в канализациях, чтобы перекрыть свой запах, — рассказал новости другой подросток — И он?.. — Это же Питер, — усмехнулся Скотт, — он снова с ней разобрался. Им было, о чем поговорить. — Да уж, — хмыкнул Стайлз, — это точно. — Кстати, я хотел ещё сказать… — Скотти, стоп. Давай оставим эту тему. Решение уже принято, и я не хочу ничего менять. Вы живёте своей жизнью, я своей. — упрямо качнул головой Стилински. — Но хоть общаться будем? — с надеждой спросил капитан команды. Он действительно чувствовал себя отвратительно из-за того, как вёл себя с другом. Но ему казалось, что так будет лучше. Пусть Стайлз злиться, проклинает его, но будет в безопасности. Именно поэтому он прекратил с ним общение и вёл себя как урод. Но это было ради безопасности друга. — Будем. На какие нибудь отвлеченные темы. Я не собираюсь разгребать ваши проблемы, Скотти, неа. Они ваши и только ваши. А с расследованиями обращайтесь к Лидии. Она сообразильная, — хихикнул Стилински. Скотт не выдержал и засмеялся. Все было хорошо. — Ладно. Раньше с этим мог помочь ещё и Айзек, а теперь только Лидия, — притворно вздохнул альфа. — Кстати, мне давно было интересно, где они? Я не видел ни Айзека, ни Итана, — поинтересовался Стайлз. — О, ты же не знаешь. Айзек вместе с Крисом улетел во Францию. Итан тоже тут недолго пробыл. В конце концов он отправился в Лондон, — рассказал Скотт. — Ого, — впечатлился сын шерифа. Оборотень хотел что-то ответить, но на его телефон пришла смс-ка. Парень глянул на экран, что-то ответил и поднял глаза на Стайлза. — Мне пора идти, — он поднялся со своего места. — Я рад, что мы разобрались, в какой-то степени. Увидимся. — Ага, — кивнул на прощание Стилински и остался в тишине больничной палаты. Ему многое нужно было обдумать.