(Не)сломленный

— Сосредоточься, — звучит над самым ухом голос Дитона, заставляя Стайлза подпрыгнуть от неожиданности. — Это не так-то просто, — парень открывает глаза и трет переносицу. Да уж, занятия по магии оказались немного не тем, чего он ожидал. Конечно, Стайлз понимал, что ему не станут сразу же рассказывать сложнейшие заклинания, но надежда была. Да что там, ему даже те самые обещаные книги почитать не дали. Когда Стайлз пришёл в ветклинику спустя неделю после выписки, энергии и желания учиться в нем было хоть отбавляй. — Итак, — влетая в комнату, улыбнулся парень, — с чего начнём? — С самого основного и важного, — ответил Дитон, доставая книгу, которую успел перевести. — Ух ты, звучит интригующе, — Стайлз скинул рюкзак и закатал рукава рубашки, будто прямо сейчас уже готовился магичить, — и что же это? Вместо ответа док открыл книгу, и протянул её парню, ткнув пальцем в нужную страницу. Взгляд Стайлза жадно забегал по строчкам, но чем дальше он читал, тем быстрее меркла его улыбка. — Медитация? Вы же это не серьёзно? — он удивлённо поднял глаза на ветеринара, но тот лишь усмехнулся. — Пожалуйста, скажите, что вы не серьёзно. — К сожалению… — начал было объяснять друид, но Стайлз его перебил. — Да ладно вам! — застонал Стилински, взмахнув руками. — Меня чуть не убили, потому что я не смог использовать силы, а вы предлагаете мне медитировать? У нас тут как бы чрезвычайная ситуация, не проще ли научить меня каким нибудь стоящим и важным заклинаниям? Типа, телепортации или владением стихиями? Ну или хотя бы заклинаниям для лечения? — Не проще, — возразил Дитон. — Не все так просто, как тебе кажется, Стайлз. Чтобы творить заклинания, тебе нужно научиться самому обращаться к силе, призывать её по своему желанию. Для этого и нужна медитация. Стайлз скривился, потом тяжело вздохнул и в итоге смирился. — Ладно. И как это делается? Никогда не занимался подобным, — он тоскливо посмотрел на Дитона. Спустя полчаса парень сидел все на том же многострадальном столе в позе лотоса. Как сказал док — правильное положение тела является залогом успеха в медитации. Но гиперактивный Стайлз не мог просто сидеть на месте, не шевелясь. Сначала ему было неудобно, потом начал чесаться локоть, спина. Парень постоянно дергался, и сосредочиться на себе и своём внутреннем мире никак не получалось. Еще сложнее было с пунктом «не думай ни о чем, выбрось все из головы». Легко сказать, да сложно сделать. Вот как можно ни о чем не думать? У Стайлза не получалось. Мысли скакали с одной на другую, путались и исчезать как-то не спешили. Парень из-за этого нервно дёргал ногой, жмурился, за что раз за разом получал замечания от учителя. После четвёртой или пятой попытки Дитон тяжело вздохнул и мысленно досчитал до десяти. Когда он соглашался брать Стайлза в ученики, то думал, что все пройдёт гладко. Стилински всегда был парнем сообразительным и все схватывал на лету, на что и был расчёт. Реальность же оказалась более суровой. Если бы Дитон сам тут не присутствовал, ни за что бы не поверил, что Стайлз может тормозить на элементарных вещах. Все же стоило принять во внимание его гиперактивность, из-за которой парень не мог просидеть спокойно и пяти минут. Однако если подросток хочет добиться успеха в магии, ему нужно работать над этим и стараться быть спокойнее. Хотя бы во время медитаций. Стайлз начинал снова и снова, но ничего не выходило, из-за чего сын шерифа стал раздражаться. — Ладно, давай попробуем по-другому, — Стилински открыл глаза и посмотрел на учителя. — Медитация — это состояние сосредоточенности на внутреннем мире. Нужно найти какую-то точку внутреннего равновесия и обратиться к ней, — не заметив ни капли понимания в глазах подростка, Дитон вздохнул и объяснил иначе. — Тебе нужно найти что-то, что помогает тебе расслабиться. Это может быть какая-то вещь, или образ, обращаясь к которым ты будешь чувствовать покой и расслабленность. У оборотней такое называется «якорем». Тебе нужно как-бы найти свой. Повторюсь, это может быть образ, представляя который ты будешь погружатся в свой внутренний мир. «Якоря» вполне могут меняться. Впрочем, сам знаешь. — Ладно, — вздохнул Стайлз, закрыл глаза и устроился поудобнее. Странно, но перед внутренним взором у него оказалась школьная библиотека. Множество стеллажей и столиков навевали спокойствие и какой-то домашний уют. Парень представил, как бродит между стелажами, проводя пальцами по обложкам книг. Поднимается на другой уровень, наслаждаясь тишиной и одиночеством. Только он и книги. Идеальная обстановка, идеальный внутренний мир. Дитон с облегчением вздохнул, когда Стайлз наконец, затих и, судя по всему, погрузился в себя. Он больше не дергался, не морщился. Лицо казалось расслабленым, на губах виднелась еле заметная улыбка, словно парень думал о чем-то приятном. — Позови её, — тихо произнёс друид, становясь перед парнем, — позови свою силу, Стайлз. Обратись к ней, представь, как она проходит через солнечное сплетение, течёт потоками по рукам, как искрится на кончиках пальцев. Голос учителя отвлек Стилински от изучения книг на стеллажах. Стайлз огляделся, словно пытаясь понять, откуда он доносится, а потом до него дошёл смысл слов ветеринара. Парень вышел на середину читального зала, и, глубоко вздохнув, позвал. Минута, две, три. Ничего не происходит. Стайлз сжимает зубы и пробует снова, зовёт, вспоминая, как появлялись искры, как ощущалась сила. Однако руки светится не спешат, а в душе снова поднимается раздражение, отчего вся сосредоточенность теряется. — Расслабься, — снова зовёт док, и парень опускает плечи, шумно выдыхая. Так, ладно. Он уже здесь, а, значит, на правильном пути. Осталось только найти связь с собственной магией, установить хотя бы хрупкий контакт. Стайлз садиться прямо на пол в библиотеке. Вытягивает руки перед собой и представляет, как сила, к которой он относился с восторгом и трепетом, проявляется. Он с затаенной надеждой ждёт, когда на пальцах заблестят еле заметные искорки и щекоткой побегут по венам ручейки силы. Стилински больше не злиться, наоборот, мягко зовёт, упрашивает, манит. Поэтому когда ладони начинают блестеть, Стайлз улыбается так искренне, словно ребёнок, получивший долгожданный подарок на Рождество. И открывает глаза. Дитон, видя что парень «очнулся», улыбается и кивает. Он справился, у него получилось. — И что теперь? — спрашивает Стайлз, показывая мужчине светящиеся руки. *** Стилински возвращается домой почти в восемь часов вечера, чувствуя себя счастливым. Он смог ещё три раза найти свою точку внутреннего равновесия, а после вызвать силу. От осознания, что у него все получается, улыбка сама вырастала на лице, а мысли забредали в далёкое будущее, где он творит сложнейшие заклинания щелчком пальцев и побеждает всю сверхъестественную гадость силой мысли. Не подумайте, что у него на почве осознания собственных сил вдруг начинается мания величия. Нет. Просто когда тебе твердят, что ты обычный беззащитный человек, и тыкают носом в собственные слабости, хочется доказать, что это не так. Стайлз хотел доказать стае, что он не слабый, что он способен на что-то большее, чем бесконечный сарказм, вечное мельтешение перед глазами, и бестолковое путание под ногами. По правде говоря, именно это задевало его так же сильно, как и слова Дерека о том, что он слабый. Разве Стайлз был бесполезным? Да, конечно, он не такой умный, как Мартин, но черт возьми, именно он придумывал все лучшие планы, искал информацию, просчитывал последствия. Да его Стая должны была на руках носить! Без него они были бы мертвы ещё во времена канимы. Ну или ситуация с оборотничеством Скотта могла бы закончиться по другому, если бы не Стилински. Но они его не ценили. И это было обидно. Так что Стайлз решил, что возьмёт от ситуации все, будет старательно учиться, много тренирововаться, чтобы когда нибудь оглянуться назад, туда, где остались друзья и показать им, как сильно они ошибались. Ведь магия, по сути, не изменила его. Он все тот же Стайлз, весёлый и улыбчивый парень, вечно находящий приключения. Неуклюжий, неловкий, шумный, произносящий тысячу слов в минуту и плюющийся сарказмом. Магия не меняла его, она просто открыла глаза на то, что было видно и раньше, просто никому не было до этого дела. Он не слабый. И речь не о физической силе или магии. Это внутренняя сила, сила души. Может быть парень стал немного жестче, подозрительнее, недоверчивее. Но это просто приспособление к изменившимся условиям. Это урок, который он вынес. Впредь Стайлз будет тщательнее подбирать окружение. Он «согнулся», но не сломался. И теперь эта сила словно награда, приз за терпение и стойкость. Но Стилински сделает все, чтобы она ему помогала, а не тянула на дно, вешая ярлык «сверхъестественное» и превращая в самоуверенного болвана, кичящегося собственным величием. Он не Дерек, он не Скотт, которые считают, что вправе решать за других, просто имея другой цвет глаз. Стайлз не хочет становиться таким. Поэтому он решает оставить все, как есть и не возвращаться в стаю. Да и общение с ребятами даётся ему сложно, хотя они часто его навещали. А со Скоттом у них все ещё были натянутые отношения. И это держало Стайлза в постоянном напряжении. Эта неопределённость давила на нервы. Вроде как помирились, а вроде как нет. Снова натянутая связь. И Стайлзу, честно говоря, казалось, что всем будет проще, если они все же оборвут её окончательно, чем такое вот дёргание. *** Попытки стаи наладить контакт становятся все более утомительными. В течении дня рядом с ним постоянно кто-то находится. Лидия что-то рассказывает, идя за ним до класса, где у них общий урок. Малия шутит и пытается растормошить его по пути в столовую. Кира незаметной тенью постоянно оказывается где-то в поле видимости. Скотт садится рядом на физике. Чем дальше, тем больше Стайлзу хочется бежать от них без оглядки и спрятаться где нибудь, где они не достанут его глупой болтовней и натянутыми улыбками. От этого тошнит. Это доводит Стилински до зубного скрежета. У него уже ощущение, что скоро он сотрёт зубы в порошок. Хочется послать каждого из них. Ну, может кроме Малии. Но Стайлз не может просто так сделать это, и поэтому его гениальный мозг подкидывает ему идею, в результате которой у Дэнни появляется новый лучший друг, который не отлипает от него до тех пор, пока кто-то из стаи в поле видимости. Ребята не решаются подходить, когда рядом Махилани, все же он не совсем из их компании, хоть и знает об оборотнях. — Да отвали ты уже, Стилински, — стонет Дэнни, чуть не убегая от Стайлза. — Будь другом, заткнись и помоги мне, — шипит сын шерифа, когда видит приближающуюся Киру. Девочка-цветочек ярко улыбается, когда видит парня, отчего тот хочет провалится сквозь землю. — Стайлз, привет! Я как раз тебя искала! — Юкимура снова улыбается и теребит мохнатую кисточку-аксессуар на ремешке сумки. — Привет, — кивает Стайлз, изо всех сил вцепившись ногтями в сгиб локтя вратаря. Дэнни резко шипит и дёргает рукой, ударяя парня локтем в бок. Теперь уже шипит Стилински, а потом, видя обеспокоенное и ничего непонимающее лицо девушки, неловко улыбается, — все хорошо, у него просто настроения сегодня нет, — Стайлз кидает злой взгляд на Махилани, тот в ответ закатывает глаза. Стайлз снова поворачивается к Кире, — что ты хотела? — А, да, я… — она смущённо улыбается и заправляет выпавший из косы локон за ухо, — Скотт просил передать тебе, что сегодня в семь часов будет собрание стаи. Если хочешь, можешь прийти. Он не будет против. И Дерек тоже. Ну, во всяком случае, Скотт в этом уверен, — она неловко улыбается. — О, — Стилински делает вид, что ему интересно, — хорошо, я подумаю. — Хорошо, — она кивает, снова улыбается (она хоть когда-нибудь этого не делает? По мнению Стайлза, улыбка всегда на её лице), доставая телефон. Парень готов поспорить, что она отчитывается МакКолу. Боже. — Увидимся. Стоит девушке скрыться из вида, как натянутая улыбка Стайлза тут же сползает с лица. Он отпускает наконец локоть Дэнни и шумно прислоняется спиной к шкафчику, пару раз постучавшись затылком. — Я так понимаю, ты не пойдёшь? — спрашивает Махилани, складывая учебники в свой шкафчик. — Не-а, — отрицательно качает головой Стайлз, закрывая глаза и чувствуя, как метал приятно холодит затылок. Вот уже третий урок у него болит голова, и не столько из-за проблем с учёбой (не то, чтобы у него были проблемы, хотя за время нахождения в больнице он многое пропустил, и нужно было нагонять программу), сколько из-за осознания, что в покое его не оставят до конца дня. — Зря, — цокает вдруг языком в ответ Дэнни, — я бы на твоём месте сходил. — Зачем? — лениво интересуется сын шерифа, открывая глаза. Он смотрит на друга и грустно усмехается, — чтобы послушать от Дерека, какой я бесполезный? Или возмущения, какого фига я вообще забыл на их собрании? — Кира же сказала, что он не против, — напомнил вратарь, пожимая плечами. — А ещё она сказала, что это Скотт в этом уверен. А это значит, что либо Хмуроволк не в курсе дел и при встрече он протрет мной в порыве «радостных» чувств все стены, либо будет делать вид, что меня не существует. И как-то ни один из этих вариантов меня не привлекает. Так что нет, я туда не пойду. Да и зачем по сути мне там быть? Меня не касаются их волчьи проблемы. — А если не волчьи? — спрашивает друг, шагая рядом до кабинета истории. — В смысле? — замирает Стайлз, непонимающее глядя на вратаря. — Если я правильно помню, у вас там есть какой то волшебный пень, который притягивает в наш город всяких сверхъестественных существ, — глянул на него Дэнни, заходя в класс. — Пока ещё не притягивает, — поправил его сын шерифа, садясь сзади него на свое место и скидывая на пол рюкзак. — С чего ты это взял? — развернулся к нему вратарь, усмехнувшись, — ты больше не лезешь в сверхъестественное, не ходишь на собрания. Так откуда тебе знать, появился кто-то или нет? — привёл разумный довод парень. — Я бы знал, — заупрямился Стайлз, не желая признавать правоту друга, — мне бы сказали. Да… Да тот же Дитон! — А откуда об этом может быть известно ему? — поинтересовался Дэнни. — Потому что Стая бы его предупредила, — как само собой подразумевающееся сказал Стайлз и пожал плечами, — он эмиссар. — Что-то вроде советника в стае, — пояснил Стилински, заметив в ответ непонимающий взгляд брюнета. — Да даже если и так. Его держат в курсе вообще всех событий? — задал вопрос Махилани. — Ну, вообще, да, — неуверенно ответил Стайлз, чувствуя странное тянущее чувство в груди, — во всяком случае, я так думаю. — Но ведь Скотт и остальные могут не рассказать ему, если кто-то появится. Они могут попытаться сами разобраться с этим. Если это оборотни или что-то такое, им это под силу, разве нет? — усомнился Дэнни, открывая тетрадь. — Я не думаю, что Стая начнёт действовать сама. Дитон всегда знает обо всем больше остальных, слабые места или сильные стороны. Он им необходим. Они не будут действовать за его спиной. Только не Скотт, — усмехнулся Стайлз, но внутренне напрягся. Что-то не давало ему покоя. — Ну, как знаешь, — пожал плечами гей и обратил все свое внимание на вошедшего учителя. Стайлз со вздохом открыл учебник, но его мысли были далеко от темы урока. *** Парень большими шагами меряет комнату, кусая кончик карандаша и периодически что-то подписывая на стеклянной доске, стоящей у него в комнате. Придя со школы, Стайлз не мог найти себе места, постоянно раздумывая, идти или нет к стае. С одной стороны, идти нет смысла. А с другой… А если Дэнни всё-же прав? В конце концов парень не выдерживает и решает сделать так, как поступает, если попадается сложное дело, требующее тщательного анализа и которое нужно раскрыть. Он делит стеклянную поверхность на две части, подписывая их как «плюсы» и «минусы». Стайлз смотрит на доску и без раздумий начинает заполнять сначала отрицательные доводы. Быстрым и неровным почерком заносит в колонку все аргументы «против»: а) Он не член стаи; б) Не выдержит в одном помещении с Дереком и пяти минут. Хейла точно выбесит его присутствие; в) Напряженные отношения со Скоттом и ребятами; С каждым пунктом Стайлз понимает, что все написаное — полный бред. Он просто не собирается возвращаться, его нервирует присутствие любого члена стаи. Ну и какое может быть возвращение, Господи? Он не собирается унижаться, и никому не даст вытирать об себя ноги. Стилински переводит взгляд на колонку «плюсы» и единственное, что записывает — возможность узнать важную информацию. Махилани ведь действительно может быть прав. А что, если в городе УЖЕ бродит какая нибудь тварь, о которой Стая молчит, надеясь справится своими силами? Стайлзу было бы все равно, если бы и он сам не был в опасности из-за этого. Доверять свою безопасность ребятам он опасается. Таким образом он сможет сам узнать об этом. А предупрежден — значит, вооружен. Во всяком случае, он не будет как слепой котенок жить в своем мирке, не подозревая об опасности. Стилински стоит перед доской ещё пару минут, а потом закидывает рюкзак на плечо и выходит из комнаты, бросая мимолетный взгляд на циферблат часов. Половина седьмого, а значит, успеет как раз вовремя. *** Стайлз останавливает джип перед лофтом, прекрасно зная, что об его появлении уже известно ребятам. Он выходит из машины и медленным, неспешным шагом идёт к зданию. Куда ему спешить? Стайлзу известно, как обычно проходят собрания стаи. Сначала ребята просто болтают, обсуждая ситуацию в целом. И лишь потом переходят к важным вопросам. Стилински приехал ровно к семи, так что собрание возможно, даже ещё не началось. Возможно, стоило подумать об этом раньше. Придётся сидеть и слушать всякий бред, прежде чем он узнает что-то стоящее. Парень заходит в лофт, и взгляды всех присутствующих тут же обращаются на него. Он давит в себе раздражение, надеясь никак не выдать истинных чувств химсигналами, и натягивает улыбку. — Стайлз, — Малия вскакивает с кресла и в мгновение ока оказывается перед ним, чтобы тут же обнять. Парень приобнимает её в ответ, а когда отстраняется, тут же натыкается на холодный взгляд Дерека. Хейл стоит у окна, сложив руки на груди, и всем своим видом показывает недовольство. Занятно. Стилински дарит ему в ответ жёсткую усмешку и оглядывает остальных. Кира приветливо машет рукой, сидя рядом со Скоттом. Сам же Альфа, заметив взгляд Стайлза, улыбается и кивает. Лидия перекидывает косу на грудь и склоняет голову к плечу. Но сын шерифа видит по её глазам, что она ему рада. И это на мгновение заставляет подростка чувствать себя виноватым. Он пришёл не потому, что хотел их видеть, а из-за того, что это действенный способ получения информации. Не будь это так, и ноги его здесь и не было бы. Парень тут же подавляет в себе эти чувства, не давая оборотням ничего учуять. Ни к чему им знать. Он не садится на диван или кресло, предпочитая встать у стены, подальше от стаи, словно просто какой-то наблюдатель. — Итак, раз все здесь, то можем начинать, — произносит Альфа Бейкон Хиллс, вставая. Стайлз кидает на него взгляд, но не слишком прислушивается к словам бывшего друга. Они обсуждают все события дня, что с кем случилось и тому подобное. Стайлз пропускает все это мимо ушей, уставившись взглядом в окно. — Ладно, сейчас важнее другое. За три дня в городе пропали двое человек. Кажется ситуация такая же, как с предыдущими тремя. На этот раз мужчина и женщина.— впервые подаёт голос Дерек, и Стайлз наконец приходит в себя, внимательно вслушиваясь. В городе начали пропадать люди? Стилински хмуриться. Отец ничего ему об этом не говорил. — Снова нашли обескровленные тела? — глухим голосом уточнил Скотт. Стайлз еле сдерживается, чтобы не закатить глаза. Он знает этот тон. МакКол опять строит из себя общественного героя, и корит себя за то, что не всем вовремя может помочь. (Упс, кажется, Стайлз все-таки изменился. Раньше он не был настолько язвительным и высокомерным) — Ну, одно мы знаем точно — это дело рук не оборотней, — замечает Малия. — Тогда кто это делает? — Ну не вампиры же? — предполагает Кира, складывая руки на коленях. — А они вообще существуют? — задаётся вопросом Тейт, замерев, — я думала, это выдумка. — Ну ты же существуешь. Так почему они не могут? — доноситься со стороны входа ехидный голос, принадлежащий старшему Хейлу. Питер проходит в лофт ленивой походкой, ухмыляясь в своей привычной манере. Стайлз следит за мужчиной краем глаза, напрягаясь. Почему-то с присутвием в комнате Питера парню стало неуютно. — Я не думаю, что это были вампиры. Даже если они существуют, — в голосе Скотта звучит нотка удивления. — Но чтобы выяснить, с кем мы имеем дело, нам нужно больше информации. — Предлагаешь ждать, пока ещё кого нибудь не убьют? — огрызается Дерек на парня. — Хотя мы все равно не сможем ничего определить. Люди пропадают, а потом находят тела. Находят везде, а не в одном районе или месте. Мы даже не сможем отследить это существо по запаху! У нас вообще нет информации и добыть её неоткуда. — Погодите, я правильно понимаю, что вы даже не пытались проводить какие нибудь исследования? — недоуменно спрашивает Стайлз, впервые подавая голос. Ребята переводят на него взгляд и, судя по выражению лиц, нет. — Господи Боже, вы серьёзно? Я что, один в вашей компании умею пользоваться интернетом? Ребята, и даже Дерек, как-то притихли и запереглядывались, вызывая в Стилински какую-то бурю эмоций. — И вы просто сидели и ждали, пока появятся новые жертвы? Что мешало после первых же найденных тел залезть в интернет и прошерстить парочку сайтов? Хотя бы поискать что-то похожее? Поискать в бестиарии? — бесновался парень, недоумевая. Он никогда предположить не мог, что тут все так запущено. — Я не думаю, что в городе начал орудовать маньяк-психопат, сливающий кровь. Понятно же, что это какая-то сверхъестественная тварь. А в интернете есть куча мифов и статей! Да даже лазать никуда не надо, можно просто спросить у Дитона! — Мы спрашивали. Он также как и мы понятия не имеет, что это, — развёл руками Альфа Бейкон Хиллс. Стайлз не выдерживает и закатывает глаза. — С этим нужно что-то делать, — в конце концов произнёс Стилински, — хоть что-то, а не сидеть и ждать, пока пропадет ещё сотня каких нибудь невинных людей. — Думаешь, мы этого не понимаем? — рявкает на него Дерек, поворачиваясь в его сторону. — Я думаю, что нет! — огрызается в ответ сын шерифа, выходя из себя, — такое ощущение, что до вас дойдёт вся серьёзность, только когда пропадет кто нибудь из стаи! — он широким жестом указывает на всех присутствующих, заставляя каждого вздрогнуть. — Так, ребята, хватит! — встаёт между Стайлзом и Дереком МакКол, на корню подавляя разгорающийся конфликт. Стайлз переводит взгляд сначала на него, потом на Хейла и молча возвращается на свое место у стены, складывая руки на груди. Это бессмысленно, вздыхает про себя подросток. Он недоумевает и злится от осознания, что ребята спокойно сидят, в то время как в городе кто-то убивает людей. Даже Скотт с его комплексом героя не предлагает никаких идей, не придумает планы, потому что оказался в тупике. — Стайлз прав, — встаёт со своего места Лидия, беря сумку, — пора начинать придумывать план. Я попробую собрать в интернете всю информацию, а вы подумайте, как можно отследить эту тварь. Стилински вздыхает с облегчением. Хоть у кого-то помимо него в этой комнате есть мозги. — Хорошо, — кивает Скотт, и Стайлз видит в его глазах знакомые искорки решимости. Ну, наконец-то.