(Не)сломленный

На лице Питера появилась самодовольная улыбка. Он сложил руки на груди и прислонился плечом к стене у входной двери. — Правда? Как неожиданно, — притворно вздохнул волк. — Я согласен, но у меня есть пара условий, — твёрдо повторил Стайлз, и, обойдя Питера так, чтобы даже случайно его не коснуться, прошёл в лофт. — О, да, конечно, проходи, — колко бросил ему в спину мужчина. Хейл закрыл дверь и, пройдя в комнату, уселся на диван, всей своей позой показывая, что он тут хозяин положения. Стайлз замер напротив, немного стушевавшись под лениво-изучающим взглядом оборотня. Они встретились глазами, и Питер приподнял бровь, как бы показывая, что готов услышать пожелания Стилински. Услышать, но о выполнении речи не шло. Хотя тут все зависит от того, чего хочет Стайлз. — Итак? — Первое — никто не должен узнать о том, кто я такой. Ни Скотт, ни Стая, и вообще никто, — начал выдвигать свои условия сын шерифа. — Вполне приемлемо, — неопределённо покачал головой Хейл, словно издеваясь. — Хотя хранить такие сведения в тайне от друзей… Да и потом, возраст у меня уже не тот, могу случайно забыться и ляпнуть… Что нибудь лишнее. — Если ты кому-нибудь проболтаешься, то, Богом клянусь, до следующего полнолуния ты не доживёшь. — Спокойным тоном заметил Стайлз. — Как грубо, — усмехнулся Питер, качая головой. — К тому же это очень самонадеянное заявление, — мужчина показательно сверкнул ярко-голубой радужкой глаз. Стилински еле заметно сглотнул и непроизвольно сделал полшага назад. Правда, тут же опомнился и попытался выровнять дыхание. Он не должен проявлять слабость, не сейчас, не перед Питером. Потому что если парень даст слабину, то Хейл сможет морально его раздавить, и тогда Стайлз точно попадет в ловушку оборотня. — Не стоит сверкать на меня своими глазищами, Питер. Я тебя не боюсь, — попытался отшутиться Стилински, хотя и он, и Хейл знали, что парень не был полностью честен. Может и не боялся прямо до ужаса, но все-таки опасался. И правильно делал. — И вообще-то, я ещё не закончил. — О, и какие же ещё у тебя условия? — лениво протянул мужчина, сцепляя руки на груди и расслаблено прикрывая глаза. Стайлзу вся эта ситуация показалась какой-то знакомой. И неправильной. Он должен ставить условия, выглядеть уверенным, и убедить Питера, что тот обязан помочь. Но выходит как-то наоборот. Хейл явно чувствует себя хозяином положения, слушает сына шерифа в пол уха и отвечает как-то слишком… несерьёзно? — Что? Ах, да, точно. Второе моё условие — полная неприкосновенность. Ты меня обучаешь, но держишь дистанцию. Не приближаешься даже на расстояние вытянутой руки. Не применяешь ко мне свою силу и вообще никак не угрожаешь моей жизни, — взмахнул руками Стилински в каком-то защитном жесте. — О, в таком случае предлагаю проводить обучение, находясь в разных комнатах. Или даже разных концах этого никчёмного городишки, — язвительно отозвался старший Хейл. — Было бы неплохо, — произнёс Стайлз, а потом, наткнувшись на взгляд холодных голубых глаз, потупился, — ну, ладно, ладно. Этот вариант убираем. Дистанция, окей? — Если ты думаешь, что я начну яростно настаивать на обратном, то ты заблуждаешься, Стайлз. Я не собираюсь тебя трогать, расслабься. Хотя, если ты меня достаёшь, я за себя не ручаюсь, — Питер с усмешкой посмотрел на подростка. — Ладно. Следующее — ты делаешь то, что нужно мне. Я имею ввиду, даёшь мне то, необходимо мне, а не тебе. Я не собираюсь плясать под твою дудку, как и становится твоим оружием, которое… — И что же тебе нужно? — перебил его оборотень. — А, эм… Сейчас это неважно, — замялся Стайлз, а потом перевёл хмурый взгляд на мужчину. Что-то тут не так. — И последнее, и, пожалуй, самое важное — без лжи. Ты говоришь только правду. Не врешь и ничего не скрываешь. И, если ты согласен на все это, то сделка состоится. — Не хочу тебя расстраивать, Стайлз, но сделка уже состоялась. В тот момент, когда ты ступил на порог этого лофта, со словами, что согласен, — вдруг произнёс Питер, гаденько усмехаясь. — А вот и нет. Я сказал, что согласен, но с условиями! — ответил Стилински, делая пару шагов вперёд. — Ты согласился, а вот про условия, лапушка, речь зашла потом, — Хейл мило улыбнулся, с насмешкой глядя на сына шерифа. Стайлз немного растерялся, понимая, что Питер, в общем-то, прав, но решил стоять на своём до последнего. — Но… — Я выслушал твои пожелания чисто из вежливости, — продолжил Хейл, не обращая внимания на реакцию подростка. — Пожелания? Вообще-то, это условия, при которых я согласен с тобой работать, — Стайлз раздражено махнул рукой. — Если я правильно помню, Стилински, это тебе нужна моя помощь, а не наоборот, — напомнил оборотень, беря в руки книгу. — Так и есть, но… — Тебе хватило меньше 20 минут, чтобы надоесть мне по горло. Повторюсь, это нужно тебе, а не мне. И давно пора понять, Стайлз, что я не играю по правилам, — весёлые нотки из голоса мужчины исчезли. — Если конечно не я их устанавливаю. — Хочу напомнить, Питер, что ты сам предложил мне эту гребанную помощь! Я просто хочу быть уверенным, что ты не поведёшь себя как обычно, и мне не прилетит нож в спину в самый неожиданный момент! — огрызнулся Стилински, вся уверенность которого исчезла в мгновение ока. — Ох, неужели ты все ещё такого плохого мнения обо мне? — в шутку охнул Питер, насмешливо прищурившись. — Хватит уже нести эту чушь про то, что ты на нашей стороне и стал хорошим! И я, и ты сам прекрасно знаешь, что это не так. Все это знают. И я не хочу тебе верить, но если мы будем работать вместе, то мне придётся. Я не знаю, какая тебе от этого выгода, но если ты действительно сможешь помочь, то я согласен, черт возьми. — Довольно честно, — хмыкнул Хейл, открывая книгу. — Так уж и быть, я помогу тебе. На своих условиях. А вот что насчёт твоих… Я подумаю над этим. Поразмышляю как нибудь на досуге, когда совершенно нечем будет заняться в этом богом забытом месте. — ехидно бросил Питер, притворно разводя руками. — Господи, ты вообще можешь по нормальному? — устало спросил Стайлз, на секунду прикрывая глаза. — Хотя, знаешь, мне плевать. Забудь. Я сейчас уйду, и будем делать вид, что этого разговора не было. — Обронил Стилински и быстрым шагом направился к выходу, чувствуя себя даже хуже, чем когда он сюда шёл. Чем он вообще думал? Действительно наивно верил, что Питер Хейл сможет вести себя нормально? Что поможет? — Жду тебя в субботу в заповеднике. В три часа дня. — Вдруг прилетело в спину парню, заставляя споткнуться на месте. Стайлз непонимающе обернулся и уставился на оборотня, который с интересом листал страницы книги. — Ты издеваешься? — спросил подросток, а потом до него дошло, — ты издеваешься! — Конечно, — хмыкнул Хейл. — Какого хрена?! — разозлился Стилински, совершенно теряя смысл происходящего. — Мне нравится, как ты злишься, — насмешливо улыбнулся мужчина. — Чего? — смутился немного Стайлз, а потом понял, что над ним снова издеваются. — Прекращай свои шуточки, Питер! Я пришёл сюда по важному делу, и у меня нет времени, чтобы торчать здесь просто так! — Хватит действовать мне на нервы, — закатил глаза оборотень, а потом поднялся и подошёл к парню. — Ещё немного, и я передумаю. Ну или утром Скотт найдёт где нибудь на крыльце своего дома твоё бездыханное тело. — Ты мне угрожаешь? — нахмурился Стилински, сжимая кулаки. — Думаю, тебе пора идти, — вдруг сменил тему Хейл, отходя к окну. — Мы не договорили, — фыркнул Стайлз. — Я сказал, что согласен тебя обучать. Ты тоже с этим согласился. Чего ещё тебе от меня нужно? — рыкнул Питер, — Я… Голос парня утонул в грохоте открываемой двери. Стайлз удивленно повернулся, чтобы увидеть очень хмурого Дерека, который с непередаваемым выражением лица осматривал картину перед собой. Он сразу учуял в своем лофте Стайлза, и ему это совершенно не понравилось. А тот факт, что Стилински был в одном помещении с его чокнутым дядей, почему-то напрягал. — Что здесь происходит? — грубо спросил младший Хейл, а потом перевел взор холодных глаз на сына шерифа, — Какого… хрена ты здесь делаешь? — Пожалуй, мне действительно пора, — хмыкнул Стайлз, кинул взгляд на Питера и, полностью игнорируя Дерека, вышел на улицу. Бывший альфа напряженно проводил парня взглядом, а потом повернулся к своему дяде, который уселся в кресло, с насмешкой глядя на Хмуроволка. — Зачем он приходил? — Проходил мимо, решил вот зайти, проведать, как дела у стаи, поинтересоваться, может, помощь нужна, — начал язвить старший представитель семьи Хейлов. — Но — вот неприятность — никого из вас не было, и он наткнулся на меня. Мы с ним довольно мило поболтали. Пока ты не пришёл, и не спугнул его. Довольно невежливо с твоей стороны, я считаю. Я давно говорил Талии, что ей нужно было тщательнее заниматься твоими манерами… — задумчиво протянул Питер, а потом услышал как Дерек рыкнул. Секунда — и мужчина уже стоит прижатый к стене, а злой Дерек держит его за воротник футболки. Новой, между прочим. — Что ты задумал?! — прорычал младший оборотень, крепче сжимая руки, до треска ткани. Питер раздраженно сверкнул глазами и без напряга стряхнул с себя хватку племянника. — Ты становишься ненормально подозрительным, Дерек. Не удивлюсь, если компания Скотта в конце концов сделает из тебя параноидального глупца, — саркастично бросил Хейл, и, обойдя племянника, осмотрел испорченный предмет гардероба. — Между прочим, это была новая футболка. Будешь должен. — Мне плевать, — зло рыкнул Дерек и подошел к Питеру, — Какого черта тебе нужно от Стайлза?! — А мне от него что-то нужно? — натурально удивился родственник. — Не зли меня ещё больше! — громко зарычал Хмуроволк, — что ты задумал, и зачем тебе Стайлз?! — А какая тебе разница, племянничек? — вдруг прищрился Питер. — Не ты ли недавно с пеной у рта яростно доказывал, что он не член этой стаи и делать ему тут нечего? И, насколько я помню, ты не особо-то доброжелательно с ним общался. Так что же изменилось, Дерек? — Тебя это не касается, — огрызнулся тот в ответ. — Серьёзно? Мне просто интересно, — начал Хейл, обходя младшего по кругу, — с каким пор ты так его защищаешь? — Мне плевать на него! Но я знаю тебя, и если ты снова планируешь как-то навредить моей стае, то… — То — что? Убьёшь меня, Дерек? — мило улыбнулся Питер, цокнул языком и склонил голову к плечу, — уже неактуально. И вряд ли тебе хватит на это сил. — Хочешь, проверим? — зарычал Хмуроволк и кинулся на дядю, пытаясь свалить его с ног. Старший волк играючи увернулся, и Дерек пролетел мимо. Тут же затормозил и снова бросился на родственника, занося руку для удара в челюсть. На этот раз Питер увернуться не успел, поэтому свалился на пол и сплюнул. Рывком поднявшись на ноги, Хейл принял свою волчью форму. Дерек повторил его действия и снова бросился вперёд, движимый неконтролируемой яростью. Она кипела внутри, вырывалась наружу, разносясь по лофту громким рычанием. Это было похоже больше на игру. Старший Хейл лишь отбивался, в то время как Дерек кидался на Питера, как голодный злой щенок на непутевого хозяина. Получал пинок, отлетал в сторону и снова бросался под ноги, пытаясь укусить побольнее. Такое поведение племянника вызвало у Питера недоумение. У Дерека уже давно не было проблем с контролем, да и вообще племянник никогда не вёл себя так глупо. В бою ему не было равных, а сейчас он просто бездумно пытался дотянуться до родственника хоть кончиком когтя. Но он и не думал, что Дерек просто выплескивал эмоции. Невозможно постоянно оставаться сильным, когда вокруг происходит столько вещей. И пусть Дерек всегда строил из себя холодный и бесчувственный кусок камня, на самом деле он очень сильно переживал. Он совершил множество ошибок. Он никогда не простит себе смерть Бойда. Как и Эрики. В его городе орудует какая то сверхъестественная тварь, а Дерек ничего не может с этим поделать. От собственного бессилия хотелось выть. Постоянный страх снова потерять стаю, кого-то из близких, давил на нервы. Но он никогда никому не показывал свои эмоции и не раскрывал чувства. Пусть он не был лидером стаи, но он был в ней самым опытным, самым старшим (ну, не считая Питера). Он должен был быть тем, с кого брали бы пример. А он был бессилен. И все эти эмоции медленно накапливались где-то внутри, грозя вот вот выплеснуться наружу. Питер вообще был отдельной темой. Дерек всегда старался не спускать с дяди глаз, зная, что просто так сидеть сложа руки старший Хейл не будет. Самый настоящий паук, который медленно, терпеливо и совершенно незаметно плетет свои сети, в которых в конце концов все и окажутся в самый неожиданный момент. Поэтому, когда сегодня Дерек увидел дядю в компании ни кого иного, как Стайлза, то окончательно сорвался. Он даже не сможет ответить, что именно послужило последним толчком, появление Стайлза, или его общение с Питером. Какие эмоции вызывает у него сам Стилински, Дерек так за эти три года и не смог определиться. Стайлз был активным. Стайлз был шумным. Порой даже слишком. Он был безумно надоеливым и откровенно бесячим. Слишком ехидный, слишком остроумным, слишком… Стайлз был просто сам по себе «слишком». Однако нельзя было не замечать, каким на самом то деле хорошим человеком и другом он был. Бескорыстный, бесстрашный, готовый броситься хоть в жерло вулкана, чтобы лучший друг не пострадал и не погиб. Упрямый, готовый стоять на своём до последнего. И, чего уж скрывать, Стайлз был красивым. С нестандартной точки зрения. С каждым годом он только совершенствовался. Дереку было слишком сложно выбрать для себя какую-то одну точку зрения на этого подростка. Однако все чаще почему то агрессии по отношению к Стилински становилось все больше. И, пожалуй, одной из причин было то, что Стайлз чем-то напоминал Дереку Питера. Такой же ехидный, такой же саркастичный, иногда себе на уме. Как и ненавистный дядя. Другой же причиной являлось поведение Стайлза. Вернее, его отношение к Дереку. Хейл никогда не был глупым или слепым. Он знал, что у него привлекательная внешность. Привык, что на него всегда вешаются девушки. Дерек просто не мог не заметить, как иногда на него смотрел Стайлз. Хотя парень и старался как-то держать себя в руках, но Хейл вечно ловил на себе его взгляды. И в них всегда было что-то… особенное. Интерес, восторг, симпатия. Оборотень часто подмечал, как задерживал дыхание сын шерифа, если они вдруг случайно оказывались близко друг к другу. Или как сердце парня начинало колотиться, когда Дерек рукой или плечом задевал подростка. Дерек знал, что Стайлз был в него влюблен. Изначально Хейл не планировал вообще обращать на это внимание. Подумаешь, подростковая влюблённость. Это быстро пройдёт. Однако, чем дальше, тем больше чувства Стилински не давали ему покоя. Не сказать, что Дерек влюбился в ответ. Совсем нет. Просто, эмоции Стайлза на него… давили. Иногда у Хейла срывало крышу, и хотелось просто поддаться ему и будь что будет. Но он тут же гнал от себя напрочь весь этот бред. Находиться со Стилински в одном помещении становилось все труднее. Он все чаще срывался на парня, старался как-то задеть, стукнуть. Пытался заставить себя бояться, чтобы внутренний волк наконец смог с облегчением вздохнуть. Чувства Стайлза действительно постепенно прошли, а вот привычка делать ему больно осталась. Дерек настолько привык вечно задевать Стилински, что вскоре это переросло даже в какую то ненависть к парню. Может быть, Хейл специально возвел вокруг себя эту колючую стену из ненависти, чтобы никто из них двоих не натворил ошибок. А когда закончилась вся эта история с Ногицунэ, Дерек понял, что нужно просто убрать Стайлза из их компании. Пусть это будет грубо, некрасиво, и Стилински возненавидет его в ответ, но, во всяком случае, они будут держаться друг от друга подальше, и сын шерифа будет в безопасности. Питер отражает очередной удар племянника, а потом одним движением отправляет его в стену, показывая, что шутки кончились, ему надоело. Дерек охает, но поднимается на ноги. — Пришёл в себя? — спрашивает старший Хейл, подходя ближе. Парень решает не отвечать родственнику. И так понятно, что злость выветрилась, и говорить с дядей ему не о чем. Он пытается молча обойти его, но внимание Питера вдруг привлекает кое что интересное, и он хватает Дерек за руку, останавливая. — И как давно? — мрачно спрашивает он. — О чем ты? — Дерек вырывается из хватки родственника и отходит от него. — Как давно у тебя проблемы с регенерацией? — повторяет вопрос Питер, осматривая медленно заживающие царапины на руке племянника. В ходе схватки он все же зацепил того когтями. И они не зажили сразу, как должны были. — Тебя это не касается, — огрызается Дерек, пока волк внутри жалобно скулит. — Серьёзно, Дерек? Если ты не заметил, у нас тут в городе чрезвычайная ситуация, а ты теряешь силы, и, дай угадаю, Скотт об этом не знает? — Ему необязательно знать, — отзывается Дерек, складывая руки на груди и подходя к окну. — Я сам могу с этим разобраться. — Это ведь последствия вмешательства Кейт, не так ли? Именно после того, как тебя вернули из тела подростка, ты начал терять силы. Я прав? — начал докапываться Питер. — И что тебе с того? — мрачно ответил младший Хейл, не желая слушать разглагольствования дяди. — А ты не думал, что будет дальше? — вдруг спросил тот, замирая на месте. — Что будет, когда у тебя пропадёт регенерация, ослабнут нюх, острое зрение и волчий слух? Каков этап будет следующим? — Я не знаю, — признался Дерек, по прежнему стоя спиной к родственнику. — На твоём месте я бы не сидел без дела. — Мне не нужны ни твои советы, ни твоё мнение. Оставь их при себе, — в конце концов произнёс оборотень, а потом быстрым шагом поднялся по лестнице на второй этаж, где находилась его комната. Питер проводил его взглядом и тихо хмыкнул. Глупые самоуверенные дети, думающие, что со всем смогут справиться сами. *** Стайлз уже полчаса лежал на кровати, уставившись взглядом в потолок своей комнаты. Он обдумывал свой разговор с Питером, анализировал. По правде говоря, Стилински так и не понял, выиграл ли он в этом бою, или скорее проиграл. Из хорошего было то, что Питер все-таки будет ему помогать. Но Хейл не принял его условий, а, значит, будет делать то, что сам посчитает нужным. Это было опасно. Это было… тревожно. Стайлз мучался, ему нужно было кому нибудь высказаться, пожаловаться. Все обсудить. Однако поговорить на эту тему было не с кем. Лиам до сих пор ничего не знает про силы парня, поэтому этот вариант пролетает. Дэнни тоже не в курсе, да и не хотелось впутывать его во все это. А больше у него никого и не было. К стае он не пошёл бы никогда. Тем более с этим вопросом. Конечно, был ещё его отец, но Стайлз не хотел идти к нему и признаваться, что лгал все это время. Стилински переворачивается на живот и устало утыкается лицом в подушку. Как всегда, придётся во всем разобраться самому. Суббота, то есть первая тренировка, ещё нескоро, а значит, он успеет выбрать себе линию поведения с Хейлом. Может быть, все будет не так уж и плохо. Кто знает. *** — Расслабься, — даёт указания Стайлз, глядя как Лиам старательно пытается не ерзать. Терпения в нем столько же, сколько и в Стилински. — Что ты слышишь? — Эм, ветер, твоё дыхание и сердцебиение, — неуверенно перечисляет Данбар, сидя с закрытыми глазами. Сын шерифа устало вздыхает. — Лиам, я говорю не об этом. Постарайся услышать что-то за пределами поля. Там, не знаю, белку на дереве в лесу, или храпящего в своём кабинете тренера, — размахивает руками парень, пытаясь донести до друга суть их сегодняшнего занятия. — Зачем? И это вообще возможно? — Для тебя и твоих способностей нет ничего невозможного. — А когда мы уже перейдём к тренировкам контроля? — устало спрашивает Лиам, — по моему, сейчас это гораздо актуальнее. Сегодня я опять чуть не сорвался. И полнолуние уже совсем скоро. — Я знаю. У меня все под контролем, — хмыкает Стайлз, еле заметно скривившись от головной боли. Он снова не спал всю ночь, мысли не давали покоя. — Ты в порядке? — к сожалению, это не укрывается от Данбара. — Ну да, а что? — спрашивает Стилински, делая вид, что ничего такого не было. — Просто ты как-то неважно выглядишь, — подметил Лиам, разглядывая старшеклассника перед собой. — И не только сегодня, но и в последние дни. — Я просто очень устал, — признался Стайлз, потирая руками лицо. — Не обращай внимания, я в порядке. Давай продолжать. — Нет, — вдруг покачал головой подросток, поднимаясь на ноги. — Идём. — Чего? Куда? А тренировка?.. — не понял его Стилински. — Плевать на неё. Ты когда вообще последний раз нормально отдыхал? — нахмурился Данбар, вставая перед своим учителем. — Эм, — замялся Стайлз, не желая признаваться, что это было очень давно, да и полноценным отдыхом это назвать было нельзя. Он неделями работает наизнос, даже выходные забиты под завязку. — Вот и я о том же. Поэтому сегодня у тебя выходной! — заявляет Лиам. — Хей, вообще-то у меня… — хотел было заупрямиться Стилински, у которого на вечер были планы. Естественно, отдых даже не подразумевался. — Ничего не хочу слышать! — перебил его младшеклассник. Вот так вот Стайлз впервые и оказался дома у Лиама. Всю дорогу он недоумевал, что происходит, так как друг не желал ничего объяснять, и не хотел никуда идти. Но Данбар был упертым, и чуть ли не волок за собой Стилински. В конце концов Стайлз смирился (да и противостоять волчьей силе он не был способен). Можно сказать, что вечер выдался с точностью наоборот тому, когда Лиам впервые пришёл за помощью к старшекласснику. Когда до Стайлза дошло, чего от него хотел парень, а это был обычный вечер двух друзей, который включал в себя поедание всяких вредностей, просмотр легендарных фильмов, которые они оба обожали, и видеоигры, то расслабился. Парни сходили в магазин, где набрали всякой всячины, и уселись перед ноутбуком Лиама. И Стайлз, не таясь, может сказать, что это был его самый лучший вечер за последние полгода. Раньше такие вот чисто мальчишеские посиделки он устраивал со Скоттом, своим лучшим другом. До того, как МакКолла обратили, парни толклись друг у друга. То Стайлз оставался с ночёвкой у Скотта, и тогда они полночи не спали, а Мелисса, мама Скотта, до хрипоты скрывала голос, пытаясь уговорить ребят играть потише, а лучше вообще лечь спать. А иногда МакКолл приходил к Стилински на ночь. Чаще всего это было, когда шериф был на работе в ночную смену, а Стайлзу было скучно одному. Сейчас парень вспоминает об этом с какой-то ностальгией и лёгкой горечью, наблюдая со стороны за смеющимся Лиамом, который по детски радуется победе в игре. Стайлзу грустно, но он с какой-то надеждой хочет верить, что Данбар если и не заменит ему бывшего лучшего друга, то хотя бы станет таким же, новым, настоящим и надёжным. Другом, перед которым можно будет, не таясь, показывать слабость, созваниваться посреди ночи. С которым можно будет смеяться, как сумасшедшие над какой-нибудь глупостью. Понимать друг друга с полуслова. Стайлзу просто нужен друг. Где-то в глубине души он знает, что никто и никогда не сможет заменить ему Скотта. Но он просто хочет избавиться от этого угнетающего чувства одиночества, которое иногда застает его врасплох. Лиам ещё подросток, и они только-только подружились. Стайлз не хочет ломать его, подстраивая под себя, делая из него того, кого Стилински хотелось бы видеть. Он не хочет делать Лиама просто заменой Скотту. Стайлз хочет, чтобы тот стал его настоящим другом. Уже в конце вечера, когда на экране ноутбука после очередного фильма пошли титры, Лиам решил поговорить важных вещах. — Знаешь, меня очень напрягает эта тишина. — Ты о чем? — перевёл на него взгляд Стайлз. — Ну, я про это… фейри. Почему оно опять затаилось? Серьёзно, разве это не странно? То люди неделями пропадали, а тут вот прям тишина. — Я не знаю, — вздохнул Стилински, мрачнея, — но, думаю, сейчас это нам только на руку. У нас появляется больше времени, чтобы все подготовить. Стая в курсе, и я уверен, у них уже есть супер надёжный план. Который просто обязан сработать. — А мы? Просто будет сидеть в стороне, ожидая, когда они со всем разберутся? — Нет, конечно! А мы с тобой план «Б». Если у них ничего не получится, то тогда нам придётся взять все в свои руки. Именно поэтому нужно разработать свой план, чем я и занимаюсь в последнее время. — И какие идеи? — поинтересовался Лиам, нетерпеливо ерзая на месте. — Расскажу как-нибудь потом, — Стайлз зевнул и щёлкнул подростка по носу, заставив того смешно поморщиться. — Уже поздно, думаю, мне пора. — Я провожу тебя. — До завтра, — кивнул на прощание Стайлз, сходя с крыльца, а потом обернулся, — и, Лиам? — Да? — Спасибо, — тепло улыбнулся старшеклассник, — правда, спасибо. — Для чего ещё нужны друзья? — ответил Лиам, улыбнувшись в ответ. — К тому же мне понравилось. Было круто. — Это точно, — хихикнул Стилински, а потом посерьёзнел, — но не думай, что это спасёт тебя от двойной нагрузки в следующую тренировку. Мы сегодня ничего не сделали. — Хей! Я же тебе помогал! — захныкал Данбар. — Ничего не знаю! Это не считалось, — фыркнул сын шерифа, взмахивая руками и, подмигнув, пошёл домой. — Тиран, — еле слышно буркнул Лиам. — Я все слышу! — крикнул Стайлз. — Я говорю, спокойной ночи! — язвительно отозвался в ответ подросток. — И тебе того же, — Стилински сделал вид, что поверил. Улыбка сама собой появилась на лице, настроение взлетело. И пусть дома у него снова будет бессонная ночь, в душе зарождалась надежда, что все будет хорошо.