Ненастье

Территория Речного племени стала еще более речной: то тут то там проклюнулись звонкие веселые ручьи. Нежные, пока еще совсем не густые кроны деревьев, просвечиваемые солнцем, создавали причудливую игру света на весеннем подлеске, а ветер с недавних пор вызывал столь любимый всеми легкий лиственный шум. Каждый в лесу явственно чувствовал приближение праздника, висящее в воздухе. В суровом и в чем-то примитивном мире котов-воителей не праздновались дни рождения и иные памятные даты: для изобретения календаря у целителей не было ни времени, ни возможностей. Важным днем для всех племенных было, естественно, появление котят, а также приобретение членами племен нового статуса: например, оруженосца или целителя. Понятия "праздник", в привычном нам смысле этого слова, среди живущих у озера не существовало. Но разве не является праздничным то ощущение, когда само состояние природы вознаграждает тебя за терпение в пору лишений теплом, дичью да чудесным цветением? Коты-воители особенно любили два времени года. Когда Юные листья наконец вступают в свои права, а растения и животные словно пробуждаются от долгой спячки. И в начале Падающих листьев, когда первые легкие ночные холода и золотеющие деревья знаменуют сытную и благодатную пору: именно в этот период дичь нагуливает жирок для суровой зимы, а ее детеныши уже сравнялись по размерам с взрослыми особями. Когда жара Зеленых листьев спала, но до морозов еще далеко, и погода радует мягкостью и красотой. Климат территории племен был довольно сухим, и зачастую осенью именно таких нежно-солнечных дней было больше, чем мрачно-дождливых. Для Речного племени, доверившего себя большой воде, сделавшего ее своей покровительницей, таким днем был ледоход. *** Прибрежные кусты и осока, казалось, не таили ни души, но на самом деле почти все дееспособные речные коты собрались сегодня у кромки воды. — Смотри, смотри как пошла! — орал белоснежный старейшина Аист, когда от огромной льдины с глухим треском откололся солидный кусок. Темно-синяя неспокойная вода с большими и малыми белыми островками казалась ночным небом. А ледяные глыбы напоминали облака, что плыли величаво, повинуясь слабым озерным течениям. Дожделапка тоже была тут, во все глаза смотрела на это действо. Оруженосцы небольшой компашкой расположились на свисающей низко над камышами кряжистой ивовой ветви. Были тут и новые лица — недавно младшие соседи по детской тоже стали учениками. Вот они, Лещелап и Ручеек, восторженно глазеют на представление: шутка ли, это первый раз, когда они видят озеро! Серо-голубая ученица перевела взгляд на молодежь. Вспомнила, как появились в детской крохотные комочки, маленькие слепые котята, и вот они уже стали полноценными личностями, почти взрослыми! Дожделапка тряхнула головой: "Это что я, старею? Какая-то странная ностальгия." Вспомнила также, как, после гибели их матери, мама Закатника приняла малышей. Цапелька, Чижик, да даже Дождинка — все очень хотели, чтобы Лещика и Ручейка забрала именно их семья, но выбор был очевиден: один сын Водяной Лилии против троицы Пятнолапы. Черепаховая королева в жизни не справилась бы с целыми пятью сорванцами. "Что ж, скоро-скоро все станет ясно. Я пойму, смогу ли я принести хоть какую-то пользу племени." — крутились в Дожделапкиной голове разные вариации одной мысли. Лапы слегка подрагивали от напряжения и нетерпения. *** Ледяные потоки казалось, разрезают кожу, насколько больно было стоять по колено в воде. Пятерка оруженосцев и столько же наставников облюбовали небольшой песчаный пляж, почти свободный от зарослей камыша, расположившись на мелководье. Здесь ледяного покрова уже не было, точнее, одни лишь прозрачные хрусткие хлопья его плавали, как бы намекая на жуткий холод. — Ну что, ребята, теперь понимаете, почему вчера я попросил вас ночевать на свежем воздухе? — издевательски пропел Лебедь, которому, похоже, было бы все равно, если бы даже он по-настоящему вмерз в лед. Точнее, это молодежи казалось, что воитель издевается, на самом-то деле, если присмотреться к тому, как переглядываются наставники, становится понятно, что такую тренировку прошли многие, если не все, речные коты. — А если я окунусь п-полностью в воду, наверное, привыкание пойдет быстрее? — выкрикнул Лещелап, стуча зубами от холода. — НЕТ! — котенок, уже набравший полные легкие воздуха для эпического погружения, вылупил глазки в ответ на истошный крик ужаса своего наставника Зернистого. — Даже не думай. Ты же не хочешь слечь с простудой в первую луну обучения? — подмигнул Лебедь. Серебристый котик задумчиво кивнул, наверное, представляя, какой опасности ему чудом удалось избежать. — Так, мелюзга, вылезайте из воды. Вы, все же, четверть луны как из детской вышли. А старшенькие пусть еще немного поморозятся. — скомандовала Полуночница. Дожделапка хоть и понимала, что это справедливо, но все равно не смогла сдержать раздраженный рык. — Да, и постарайтесь не слишком брызгаться, чтобы не замочить тело. — Ручеек и Лещелап зашлепали в сторону берега, старательно высоко поднимая лапки. Наконец, справедливость восторжествовала, и Дожделапку и компанию тоже отправили сушиться. — Мышиный помет! Мы, кажется, полдня просидели в воде, словно жабы! — крупно дрожа выругался Закатник, отряхивая то одну то другую лапу попеременно. Его симпатичная нежно-рыжая шуба намокла, сменив цвет на грязно-песочный, а тело, подобное пушистому шарику, смотрелось комично на тонких и длинных из-за прилипшего к коже меха ногах. — Нет. — Полуночница возвела полнолунные глаза к небу. Закатник вздрогнул от неожиданности, прижав ушки. Он-то надеялся, что его ворчание никто не услышит. — Солнце еще не перевалило за полдень. Посему получается, что ваше первое закаливание прошло быстрее, чем ты бы съел рыбку на обед. — она перевела взгляд на оруженосца, и тот спешно потупился. — Молодежь! Сейчас вам необходимо согреться. Можете побегать, подраться, или просто вылизаться. — проговорила Ирис. Младшие котята уже вовсю мутузили друг друга: Лещелап азартно нападал на брата, а тот сердито отпихивал его лапками, делая вид, что ему такая игра совсем не интересна. — Может, поиграем в охотников и добычу? — предложила Цапелька. — Чур, я не охотник! — резко выпалил Закатник, стремясь опередить Дожделапку, но голубая кошечка и не думала участвовать в глупой игре "кто первый выкрикнет". — Давайте лучше тянуть жребий. — Ученица отгрызла три стебелька и, отвернувшись, чтобы никто не видел, накрыла их обеими пушистыми лапками. — Тот, кому попадется короткая травинка, будет охотником, а остальные — добычей! "Слава Звездам, у меня длинная," — смешно округлив глаза, пробормотал Закатник. Под лапой Дожделапки осталась одна травинка, очевидно, короткая. Ученица стиснула зубы: она не любила водить в играх про погони, не любила заливистый смех "жертв", ей больше по душе была старая добрая драка. Стоять с глупым видом, не зная куда себя деть, да еще и когда остальные ученики дразнят — вот уж высшее удовольствие! Ну, зато, когда все же удается кого-то "поймать", становится повеселее! — Ну, держитесь! — оскалилась ученица, как можно сильнее распушив шубку. Цапелька и Закатник переглянулись и бросились врассыпную! "Закатник, конечно, менее проворен, но я бы хотела надрать сестрице уши за лучший выбор досуга!" — пронеслась шальная мысль в голове у кошки и она ринулась в погоню! Затеряться в уже густеющем подлеске легче легкого, так что Дожделапка скоро упустила ориентир в виде шумящих кустарников, и ей пришлось остановиться и принюхаться. Запах Цапельки, словно тонкая нить, вел вглубь рощи, и кошка сбавила темп, стараясь не потревожить кусты и травы. Наконец сестрицу выдал еле заметный лоскуток серебристой шубки, промелькнувший меж молодых лопухов. Но что это?.. Услышав голоса — конечно, ведь, похоже, обсуждали ее саму — Дожделапка сама не заметила, как навострила ушки. Подслушивать нехорошо, но... — Этот Закатник, конечно, туповат, но, лис возьми, он быстро учится! Раньше я и подумать не мог, что он сможет так вот легко повалить мою Дожделапку. — склонив голову, жаловался Лебедь. Полуночница ободряюще похлопала его хвостом по спине. — Может, тебе стоит признать, что из Ирис наставница вышла лучше, чем из тебя? — ехидно пропела воительница, но при этом выражение ее глаз было серьезное, немного сочувствующее. — Может... — Эй, не кисни! И это мой обычно такой самоуверенный друг?! Кто ты и куда ты дел Лебедя, отвечай! — небольшая Полуночница игриво толкнула белого великана плечом, и тот слегка пошатнулся. — Прости. Я поддела тебя, чтобы взбодрить, обычно это действовало. Надеюсь, не обидишься на меня. — Лебедь глубоко и протяжно вздохнул. — Да нет, ты права. Я сам затеял этот дурацкий спор, поэтому сдаваться не намерен! — Вот это настрой! Вот это я понимаю! — Ага. Надеюсь, ни одна глупая морда нас сейчас не подслушивает. — воитель резко обернулся, и его подозрительный оранжевый взгляд упал почти на то место, где затаилась Дожделапка. Кошечка почувствовала, как загораются щеки, принялась спешно искать пути отступления. Мысли бегали в голове по кругу, словно взбесившиеся муравьи. — Эй, — прошептала Полуночница. — Может, это Ирис? Не говорил бы ты лучше про всякие глупые морды... — Нет, она такими глупостями не занимается. Сказала — рыбачит, значит рыбачит. Пойду, что ли, посмотрю, кто там. Я слышал шорох. Может, мышь забежала? Так тогда я ее прикончу! — белый воин встал, потянулся, демонстрируя гладкие крепкие бока. Дожделапка как-то машинально пнула лапой маленький камешек, попавшийся как нельзя кстати, и он влетел в крону низенького куста в трех лисьих хвостах от кошкиного убежища. Лебедь, как и ожидалось, заметив шум, бросился в другую сторону, и, пользуясь этим, ученица быстренько слиняла. "Хм. Пари, получается? Что ж, не хотелось бы, конечно, подводить Лебедя, но... Что поделать? Наверное. Надо поймать Цапельку. Я уже забыла, где ее видела. Понимаю их. Даже мы вон Цапелькой порой спорим и стремимся показать всем, кто круче. А Лебедь и Ирис куда более похожи, хотя оба не хотят этого признавать." Подобно солнышку или одуванчику, Закатник неожиданно выкатился Дожделапке прямо под ноги. Хотя она больше была бы рада видеть свою цель, более напоминающую серебристую рыбку или лунный серп. Какое-то у ученицы сегодня задумчивое настроение, так и лезут в голову красивые слова! Она резко затормозила, подняв лапами небольшие облачка пыли. — Кха, кха, надоело уже так играть! — ученик отряхнулся, — Давай ты меня поймаешь, а то мне скучно сидеть на попе ровно! Он никогда не отличался терпением, а речь его забавная всегда смешила Дожделапку. Туповат? Может быть. Ничего страшного! Не всем же быть такими продуманными, как наша героиня? — О, спасибо! Я как раз не хочу водить. Очень благородно с твоей стороны! — Закатник закатил глаза. — Осален! — Вмиг повеселевшая Дожделапка шлепнула его по плечу, держась как можно дальше и максимально вытянув лапу, а после припустила, сверкая пятками. — Можешь так не спешить. Я сегодня добрый, на счет три выдвинусь в погоню! — улыбнулся рыжий котик, закрывая глаза. — Раз! — Дожделапка остановилась на миг, обернулась. — Два! — ученица сорвалась с места. — Три! Когда Закатник досчитал, Дожделапка была уже довольно далеко. Кошка деловито потопталась в студеном ручейке, прошла выше по течению, чтобы ее невозможно было отследить по запаху, побежала к берегу озера, и тут ее словно притянуло невидимой нитью. "О. Выглядит очень... Аппетитно?" В иные времена Дожделапка бы даже не заметила такую еду, более подходящую для воробушка, чем для гордой воительницы. Но те времена прошли. На ученицу также во все глаза смотрел крупный бурый жук со слегка мохнатым тельцем и жесткими крылышками. "Я слышала, что в голодные времена коты Ветра ели саранчу... Чем я хуже? Конечно, ветряные те еще сопляки..." Кошечка задумчиво склонила голову набок, а после, воровато осмотревшись, запузырила жука целиком, представляя себе, как неловко она выглядит, с раздутыми щеками и выпученными глазами. Его не пришлось даже прихлопывать лапой: видимо, глупое насекомое решило, что лучший способ спасти свою тушку — замереть и притвориться мертвым. Вкус? Что ж... Наверное, сброшенная змеиная кожа доставила бы какой-нибудь Теневой кошке такое же удовольствие. Хрустящее горьковато-жирноватое тельце не имело мяса и не напоминало привычную рыбу даже отдаленно, тем не менее, слюны выделилось столько, словно Дожделапке попался ее любимый деликатес: свежайший красноперый окунек. На душе стало теплее, и, хоть вкусно не было, зато не было и страшно, никаких негативных ассоциаций, лишь неловкость. "Ха, возможно, я доживу до сезона Голых деревьев. Чудесно!" Конечно, Дожделапка погибла бы, если бы с тех пор ни разу не попробовала мясо, но каждый прием пищи сопровождался такими непередаваемыми эмоциями и дикой тошнотой, что более походил на пытку. Да и прятаться с дичью приходилось каждый раз, не то от такого надругательства над едой любого нормального воителя хватил бы удар. Поэтому, несмотря ни на что, чаще всего кошечка перебивалась травками да корешками. На Цапельку ученица набрела совершенно случайно: не проронив ни слова, кошечка тотчас бросилась прочь. — Постой! Закатник водит, не бойся, подойди. — Не врешь? — подозрительно сверкнула глазом серебристая ученица. — Не вру. Цапелька послушалась. — Долго же тебя не было! Я, вон, даже успела посмотреть, как Ирис, Ряска и Зернистый ловят рыбу! Могла и воительницей стать, пока вы там с Закатником прохлаждаетесь! — Пф! Послушай лучше, что я предлагаю! Давай сами на него нападем? Скажи, интересно будет? — Ха-ха, да! Ни разу еще такого не было, чтобы добыча победила охотника! — Цапелька почти кровожадно улыбнулась, показывая ту сторону своей натуры, которую в милой и спокойной ученице никто и не подозревал. Она попробовала носом воздух, приоткрыв пасть, а после резко вернула серьезный вид. — Нам туда. — Так побежали! Ветки кустов упруго хлестали быстро бегущую кошку по бокам, урчащая бездна в животе, кажется, ненадолго успокоилась, а поодаль неслась Цапелька. Дожделапка вдруг явственно почувствовала то самое давно ускользнувшее ощущение собственной молодости. "Какой, все-таки, хороший день."