Никогда не умирать

«Пожалуйста, назовите своё имя». Имя... Билл медленно раскрыл глаза, будто просыпаясь от глубокого сна, и невидящим взглядом уставился в потолок. Имя? Имя... – Идите нахуй, – Фраза завершилась сдавленным кашлем – его сухое горло, кажется, превратилось в маленький филиал Сахары. – Я доктор, а не коп, – спокойно ответил голос, – Я никуда не фиксирую ваши слова... Просто скажите своё имя, чтобы я убедился, что вы его помните. Билл повернул голову. На доктора человек, склонившийся над ним, походил мало. Максимум – на первокурсника меда, единственный грамм солидности которого держится на очках и планшете в руках. И конечно, белом халате. Да, белый халат – это серьёзно. – Билл Сайфер. – Возраст? – Двадцать четыре года. – Гендер? – Мужской, – Он отвечал на вопросы не задумываясь, не волнуясь, что его могут попытаться на чём-то подловить. В конце концов, чего ему ещё бояться, когда... Билл резко дёрнулся на кушетке, пытаясь сесть, и почувствовал как рука доктора давит ему на грудь, с лёгкостью заставляя лечь обратно. Билл вспомнил – новенькое кресло, с ремнями, впивающимися в запястья, мерзкий медицинский запах, почти такой же, как здесь, и всех этих гордых собой людишек, которые впервые видели смерть. Как это можно было забыть? Билл умер, «понёс справедливое наказание», как писали газеты... И всё же он здесь. Он нервно и оттого почти страшно рассмеялся, задыхаясь от смеха и кашля. – Что, яд просрочился? – поинтересевался он, – Идём на второй заход? Впрочем, весёлость слетела с его лица так же быстро, как и появилась – жёлтые зрачки в панике заметались, а пальцы сжали края кушетки. Паника нахлынула на него огромной смертельной волной – будут ли они вводить вторую инъекцию прямо сейчас? Он дёрнул руками, чтобы... с удивлением понять, что те вовсе не связаны – впервые за целую вечность и маленькую тележку. – Нет, – тем временем ответил доктор, не мешая Биллу поражённо рассматривать свои исколотые иголками руки с нацепленными на ними непонятными приборами, – Инъекция сработала и вы умерли. Билл повернул голову к доктору, считая, что кажется, ослышался: – Что? – Вы умерли. А сейчас участвуете в секретной государственной программе по воскрешению людей, – парень неловко улыбнулся и уткнулся в свой планшет, избегая поражённого взгляда Билла. – Ты что, издеваешься? – поинтересовался Сайфер на удивление спокойно, пусть в его голосе и звучала неуверенность. – Нет. Вы же помните, как умерли, не так ли? Несколько часов ваше тело было мертво. Но наши инновационные разработки – парень каким-то удивительно рекламным жестом взмахнул рукой, – вернули вас в царство живых. – И тут же, смутившись своей несолидности, постарался натянуть деловой вид Билл медленно моргнул. – Понятно, – хотя на самом деле понятно ничего не было. – А кто ты такой? На «секретные государственные программы» начали приглашать школьников? – Он и сам не заметил, как губы расползлись в привычной ядовитой усмешке. – Вообще-то, я... – с видимым раздражением начал парень, но Билл бесцеремонно его перебил: – И движения мои ника-ак не ограничены. – Он сел на кушетке, чувствуя, как последняя «посмертная» слабость испаряется из его тела. Для мертвеца чувствовал он себя совсем неплохо. – Не боитесь что я на вас зверски нападу? – Он рад был снова улыбаться своей знаменитой уродливой улыбкой, демонстрирующей дёсны. Право, он не понимал, почему людям не нравится. Доктор поморщился. – В этом нет необходимости. Приговор исполнен и я вас уверяю, что все обвинения с вас будут сняты, и после окончания реабилитации вы сможете вернуться к нормальной жизни. – Полный сомнения взгляд, сопровождавший слова про «нормальную жизнь», конечно, выдал его ложь с головой. Докторишка был прав, такое понятие Биллу не знакомо и нет ни шанса, что в правительстве этого не понимают. Сайферу грозит судьба если не смертника, то подопытной крысы... что ж, – Билл довольно прищурился, – с этим можно было работать. Угадав его мысли, парень поспешно добавил: – Я понимаю, что вы вряд ли захотите работать с правительством, но так или иначе, прерывание курса реабилитации может оказать фатальное воздействие на ваш организм. Так что если вы, э-э-э... планируете побег, – Билл приподнял бровь, удивлённый такой прямотой, – то я бы рекомендовал сначала обрести уверенность, что от этого у вас ничего не отвалится. – Парень неловко хмыкнул, протарабанив пальцами по задней части планшета. И, не давая Биллу шанса ответить, продолжил: – Думаю, когда мы разобрались в ситуации, можно продолжить обследование. И, – внезапно тон его стал строже и суше, – лучше быстрее. У меня много работы. – Хм... – Непроизвольно издал Билл, не зная, стоит ли подчиниться или лучше выпытать из докторишки больше. В итоге, придя к своеобразному компромиссу, он сказал: – Экология – вещь хорошая, но думаю, от единственного бейджика она бы не сильно пострадала. Как тебя зовут-то красавица? Доктор замолк, словно удивлённый таким вопросом, а потом смущённо протянул: – То-очно, забыл представиться. Диппер Пайнс. В смысле, доктор Диппер Пайнс. Приятно познакомиться. – Очень приятно, – эхом повторил Билл. И улыбнулся , как обычно, пугающе, – Надеюсь на плодотворное сотрудничество, Диппер Пайнс. *** – Отлично, – промычал себе под нос Пайнс. – Теперь можно перейти к обследованию головного мозга, – последние слова он произнёс как-то нараспев, глядя сквозь Билла – видимого, прямо на его мозг. Глаза его возбуждённо блестели. Билл ответил ему раздражённым взглядом. Перед глазами у доктора упорно хотелось пощёлкать пальцами, заставить его наконец обратить внимание на самого Сайфера, а не скучные параметры его организма. Ни одна едкая фраза, кинутая Биллом, не доходила до своего адресата – Диппер просто невнимательно кивал в ответ, даже не пытаясь осмыслить сказанное. – Прежде чем мы начнём, пожалуйста, ответьте на пару вопросов, – доктор постучал толстой пачкой документов по столу, уравнивая их между собой и ожидающе посмотрел на Сайфера. Билл закинул руки за голову, лениво ожидая очередной вопрос, ответа на который не знал. Собственное здоровье его никогда особо не интересовало – что было совершенно парадоксально при его цветущей любви к жизни, конечно. – Наблюдали у себя... – Его слова были внезапно прерваны тихим, но всё равно очень явно различимым дребезжанием дверного звонка. Диппер встрепенулся, словно очнувшись ото сна и удивлённо посмотрел на дверь. Через мгновение до него дошло: – А, точно. Обед. И под внимательным взглядом Билла вышел из палаты, как и во все предыдущие разы, проскальзывая через лишь на щёлку приоткрытую дверь, словно не желал впустить внутрь настырную кошку. Пискнул автоматический электронный замок, и плотная дверь снова отрезала Билла от остального мира. С десяток минут за дверью слышалась возня, а потом Пайнс вернулся, держа в руке... коробку пиццы? Доктор явно смутился под удивлённым взглядом Сайфера: – Кухня сейчас неисправна... Но насколько мне известно, проблем с ЖКТ у вас нет. – Он опустил коробку на пустующую прикроватнаю тумбочку – и прежде чем знакомый аромат выбил из головы Билла прочие мысли, он успел заметить, что пальцы Диппера уже были испачканы в крошках. Как давно Сайфер не ел нормальной еды? Чего-то вкусного, а не эти оплаченные налогами помои? Тихое хмыканье Диппера вернуло его в сознание. Поняв, что его голодный взгляд не остался незамеченным, Билл злобно зыркнул на доктора и открыл коробку, срывая защитную наклейку. Четыре вкуса в одной? Жалкий выбор для не умеющих ничего решать бесхребетных. Он осторожно подцепил пальцами кусочек с пепперони и сделал большой укус. На языке расцвёл забытый вкус колбасы, сыра и дешевизны. Вкусно. И болезненно напоминающе о свободе, которую он обязательно должен вернуть. Пайнс опустился на стоявший рядом стул и под возмущённым взглядом Билла тоже взял кусок. – Что? – он передёрнул плечами и поспешил оправдаться, – Я со вчерашнего не ел. Билл медленно дожевал свой кусок, прежде чем с убийственной спокойностью заключить: – Это же не больница. Пайнс возмущённо встрепенулся, но Билл, не давая ему ответить, повторил: – Не знаю, кто здесь так «хорош» в конспирации, но это явно не больница. – С чего ты... то есть, с чего вы взяли? – Диппер нахмурился, всеми силами демонстрируя своё недовольство таким выводом. Билл посмотрел на него скептически, пытаясь понять, на слепых этот маскарад рассчитан или для тупых. – Тут окно заколочено. – Он указал в сторону небольшого оконца под потолком, которое и впрямь было неумело заколочено досками. Гвозди были вбиты так криво, что Билл всерьёз подозревал, что они были делом рук лично Пайнса. – Ч-чтобы.... не продуло. – Диппер нервозно затеребил край мятого халата. – Все медицинские приборы свалены в одной единственной палате. Кучей. Ты чуть не умер, пока вытаскивал один из-под другого. – Билл иронично улыбнулся. – Планировка такая...? – спросил Диппер будто бы у самого Билла. – А за дверью, кажется, переносной зоопарк. – По крайней мере, судя по тому, как часто оттуда долетали отзвуки возни и как часто Пайнс, ойкнув, сбегал поднимать очередную громко уроненную вещь. – У вас аллергия на шерсть! – Наконец-то торжественно заявил Диппер, уцепившись за единственный пункт в этой пытке, в котором был уверен – Животные вам противопоказаны. – Ага, – с довольной улыбкой кивнул Билл, – А что они делают в тайном государственном исследовательском центре? Или больнице, лаборатории, не важно, что ты там наплёл. – Тон его медленно холодел, пока наконец в нём не стала звучать неприкрытая угроза. – Я бы хотел узнать правду... – Билл наклонился ближе – настолько, что доктор наверняка мог чувствовать его дыхание. Пайнс напряжённо замер, словно вмороженный в стул. Даже взгляд его остановился – словно целого человека кто-то вдруг поставил на паузу. – В противном случае я заполучу её сам. – Билл неестественно широко улыбнулся и прежде, чем Пайнс смог среагировать, со всей силы толкнул стул. Парень взвыл от боли и неожиданности, столкнувшись с полом, но попытка встать была моментально оборвана – Билл без стеснения сел на него верхом, придавливая весом своего тела. Диппер замер, не смея пошевелиться, когда игла шприца нависла над его глазом. – Ну что? Может, пора перестать играть в молчанку? – весело спросил Билл, небрежно болтая шприцом, – Может быть, мы будем болтать настолько хорошо, что ты даже поделишься со мной паролем от двери, а я взамен сохраню твои прекрасные глазки, – произнёс он нараспев, свободной рукой поправляя кудряшки на лбу парня. Под ними, оказывается, скрывалась Большая Медведица... И Биллу это нравилось. Сейчас Диппер выглядел явно симпатичней, чем при первой встрече – кого не красит ужас в глазах? Пайнс, однако, взял себя в руки на удивление быстро: – Я не успел происзвести оценку вашего интеллекта... – его голос против воли дрогнул, – Но тюремные эксперты пришли к выводу, что вы вполне вменяемы, и я решил им довериться. – О, – восторженно выдохнул Билл, – И ты правда думаешь, меня это остановит? – он хихикнул и выдохнул почти томно, – Малыш, неужели ты новости совсем не смотришь? – И кокетливо щёлкнул доктора по носу. – Смотрю, – вздрогнув, ответил Диппер, – Просто... У меня есть основания полагать, что вы достаточно разумны, чтобы не только остаться в стенах этого здания, но и всячески оказывать мне содействие. – Он вдруг уверенно, торжествующе улыбнулся, будто давно одержал над Биллом победу. Билл нахмурился, стараясь унять вспыхнувшую злость. Парень был трусом. Он бы... не стал голословно нести этот бред с такой уверенностью. – И что же... – не скрывая своей неприязни, начал он, но оказался поспешно перебит: – Пароль от двери – восемь-ноль-один-три. Просто открой её. Сам мог заметить, что охраны по ту сторону нет. Билл раздражённо цокнул языком, с сожалением убирая шприц. – Окей. Думаю, ты понимаешь, что случится, если ты меня обманешь. – Он небрежно, без капли ласки потрепал Диппера по щеке и направился к двери. «Пип, пип, пип, пип» – отозвался замок, и дверь покорно поддалась вперёд. Билл медленно открыл дверь, сам не зная, что ожидает увидеть. А потом... замер. Существо перед ним было отвратительно. Покрытое бледной и склизкой кожей, оно выглядело так, будто человек просто-напросто растаял, но при этом остался жив. Один выпученный, едва не вываливающийся глаз, и другой, засевший внутри кожных складок так глубоко, что только чёрная радушка помогала его различить, – оба смотрели на Билла. А вечно раскрытый, словно раздробленный рот безо всякого намёка на язык, что-то типо мычал капая на пол слизью. Одна рука (обычная человеческая рука!), торчавшая из бесформенной груды плоти, поползла в сторону Сайфера. Несколько долгих секунд понадобилось Биллу, чтобы осознать, что существо пытается приблизиться к нему. Билл оглушительно взвизгнул, судорожным движением закрыв дверь, и только после этого остановился, смущённый своим воплем. Пайнс поднялся с пола, отряхивая и без того не самый чистый халат. И спокойно, даже довольно посмотрел на Сайфера. На его лице отчётливо читалось «я же говорил», но Биллу было не до того, чтобы ставить выскочку на место. – Что это, блять, такое, – выдохнул он сквозь зубы. – Ричард Аддерли. – Диппер положил руки в карманы халата. – Был осуждён за разбой и убийство первой степени. В тюрьме умер от рака печени. Был первым подопытным в проекте «Второй жизни». После смерти пришёл в сознание примерно на четырнадцать минут, после чего начал терять рассудок и... «таять». Лицо Диппера было равнодушным, будто он говорил о погоде за заколоченным окном. – Этот коридор – его любимое место. Сколько ни пытался отогнать, не выходит. Остальные в других комнатах. Окно заколочено, чтобы никто, – он хмыкнул, – не утёк. Их тела проявляют крайнюю пластичность, они практически как желе. Билл почувствовал, что у него пересохло горло. Где-то в желудке начал понемногу нарастать жгучий страх. – А были... удачные эксперименты? Диппер обратил на него серьёзный взгляд. – Ты. – Билл выдохнул, будто из него разом вышел весь воздух. – Впрочем... – Пайнс вдруг с ноткой веселья развёл руками, – не так уж много времени прошло. Ты являешься самым удачным экспериментом, это так. Но я не могу гарантировать, что ты тоже не «растаешь» через какое-то время. Так что... Билл вдруг в мгновение ока подлетел к Пайнсу и выпалил, почти шипя: – ...Так что ты сделаешь всё, чтобы этого не случилось. – Естественно. – Диппер кивнул, уже ни капли не напуганный. – В этом моя задача и заключается. И раз мы наконец смогли договориться... – Он внезапно улыбнулся. – Надеюсь на плодотворное сотрудничество, Билл Сайфер.