Золотые пески

Адриан склонил голову, позволив светлым волосам упасть на лицо. Сколько он здесь? День? Два? Неделю? Месяц? Он давно потерял счёт дням. Да, то время, что он сидел в темнице, казалось ему вечностью. Но он не собирался говорить. Били его, пытали или уговаривали - ему было все равно. Он никому ничего не расскажет. Все потому, что он верен султану и ничто этого не изменит. Любовь нельзя сломить, купить или уничтожить. Так что он будет молчать. Его облили холодной водой. Салим, молча, прошел мимо него, откинув пустое ведро. Мужчина встал напротив пленника, оставаясь все так же равнодушным, но его глаз приобрел еще более бледный оттенок. - Вот уже четыре дня ты тут… Заметь, никто не идет к тебе на помощь. Султан забыл тебя. Он даже не попытался тебя спасти, когда мы забирали тебя из его дворца, - заметил седой. Наемник даже не вздрогнул. Он прошел хорошую подготовку. Обычно его сил хватало, чтобы сломить блок противника, но Салим оказался отличным воином. Адриану не тягаться с ним. Жаль, что он понял это слишком поздно. Но теперь ему оставалось лишь молчать и стараться не допускать и мысли о том, что его бросили. Это не так. Он еще помнил те жаркие ночи и признания Султана, а потому не сломается. - Знаешь, что мои ребята узнали про того, неудавшегося убийцу, который заколол брата Султана? Он был любовником. Так же как и ты… Султан молодец. Выбирает слабых жертв, пудрит им мозги и заставляет выполнить грязную работу, - заметил Салим, скрестив руки на груди и взирая на блондина. Тот остался спокоен. Это выражение лица будто приросло к нему. Однако в душе у него творилась настоящая буря. Он не хотел верить в том, что говорил воин, не хотел думать, что все было обманом. На ум пришли слова Фамира, которые лишь сильнее разбередили ему душу. Своих любовников Султан не скрывает... - Если ты признаешь, тебя отпустят. Ты всего лишь наемник. Ты просто так не будешь нападать на принца или кого-то еще. Здесь сыграли на твоих чувствах, - заявил мужчина, вздохнув. – Раньше я работал на Султана. Я знаю, что это за человек. Я видел всех его любовниц и любовников. Но даже я не знал, что у него есть несколько тайных любовников-наемников. Наемник сжал руки в кулаки и медленно разжал их. Он знал, что не должен испытывать чувств, привязываться к кому-то и проявлять эмоции, но тогда он не мог устоять. Сначала Адриан не хотел этого, но потом... потом все просто поменялось. Он уже не мог без этого жить, не мог протянуть и секунды без прикосновений мужчины и был готов на все, чтобы заполучить их снова в качестве похвалы. - Дай, догадаюсь. Вначале он нежен с тобой. Давит на твое самолюбие, говорит, что ты один из лучших… Что ты сильный воин и сильный мужчина, - заметил Салим, начиная ходить по комнате вокруг жертвы. – Затем он делится с тобой тайнами, своими «переживаниями». Допускает ближе, чем остальных. Оглянуться не успеваешь, а он уже признается тебе в своей страсти. Что ты для него единственный, при этом отдаляя от себя остальных любовников, что были на виду. Немудрено, что ты не догадываешься об остальных мужчинах-наемников. Седой присел на корточки перед блондином, смотря в его лицо. - Затем он показывает тебе свою жадность и страсть. Требует от тебя ежесекундной близости. Чтобы ты всегда был рядом с ним, чтобы он мог тобой насладиться, при этом пряча от остальных, как ценное сокровище… - усмехнулся вояка, пройдясь кончиками пальцев по щеке юноши. - Не говори об этом, как будто что-то знаешь, - сощурился наемник, впервые за это время открыв рот. Его голос был приятным, немного низким, с хрипотцой. Юноша облизнул губы, слизывая с них капли влаги. Он хотел пить, но просить об этом было ниже его достоинства. Салим усмехнулся и встал. Мужчина подошел к столу и налил чашку воды. Дело движется с мертвой точки. Седой знал, что сейчас блондин более всего открыт. Его убило предательство Султана. Стоит надавить на свежую рану, и дело пойдет… - Я могу говорить подобное. И знаешь почему? Семнадцать лет назад он пытался проделать это со мной, - усмехнулся вояка, подойдя ближе и давая парню выпить, сняв предварительно его оковы. Все равно он не сумеет бежать и причинить вред седому. – Он хотел, чтобы я убил Фамира. Но только я не стал. Я никому это не говорил, чтобы скрыть позор моей семьи. Ведь на тот момент любовником Султана и наемным убийцей Фамира стал мой брат. Адриан все с тем же ледяным спокойствием продолжил пить, чудом не поперхнувшись. Семнадцать лет назад? Уже тогда... Если воин не врет, ему действительно не на что надеяться. Он повелся на сладкие речи и теперь вынужден разгребать все это сам. - И зачем ты мне это все рассказываешь? - уточнил наемник, утолив жажду. - А кто тебе поверит? – усмехнулся Салим, садясь на табурет, что стоял в углу. – Все знают, что я служил раньше Султану. Все знают, что мой брат постарался убить Фамира. Но никто не знал, что он любовник Султана. Я пережил те времена, когда на меня косились, кидая в спину «шакал». Переживешь и ты. Только облегчи свою душу перед принцем, который ничего тебе не сделал. Наемник насмешливо на него посмотрел, усмехнувшись и отвернувшись. Да, ему было больно от предательства, но он видел, что Салим специально усиливает эту боль. Он ему не друг - об этом стоило помнить. Его никто и никогда не примет, так что и рассказывать не было смысла. Даже если он психанет и расскажет обо всем, ему некуда идти. Предателей не берут на службу, обратно он тоже вернуться не сможет - его тут же прикончат. А делать что-то другое он попросту не умел. Меч был продолжением его руки, его оружием, которое его кормило. Он в любом случае рано или поздно умрет сразу же, как выложит все. Так в чем смысл? - Сегодня достаточно. Ты устал, ты грязный, и у тебя кровоподтеки. С тебя достаточно наказаний. Но пока ты не выложишь мне все – ты не покинешь этот дворец. Так что следуй за мной. Если попытаешься сбежать – я отрублю тебе руку. Наемник без руки, что рыба без плавников, - строго заметил Салим, вставая. – Будешь жить рядом с моей комнатой. Я буду присматривать за тобой двадцать четыре часа. К оружию ты не допускаешься. Но я буду тебя тренировать. Твоя техника интересна, но несовершенна. Боюсь, ты плохо слушал своего учителя. «Или пошел на поводу у чувств», - мысленно добавил наемник. Сейчас он понимал, почему воинам запрещается любить или испытывать хоть что-то. Тогда он не сумел рассчитать свою силу, полностью уверенный в своей победе. Среди воинов Султана он был лучшим - вот почему тот долго ни о чем его не просил, вот почему их связь была такой долгой. Адриан был козырем, который был использован не вовремя. Впрочем, если бы не тот рыжеволосый мальчишка, ему бы удалось убить принца. Тогда ему не хватило пары миллиметров из-за того, что бывший раб дернул любовника на себя. Но когда он понял, что проиграл, впал в отчаяние. Это его и погубило. - А если нет? - приподнял брови бывший любовник Султана, поразившись самоуверенности своего собеседника. - Можешь остаться тут, среди крыс, насекомых и гадюк. Правда, боюсь, от твоего зловонного запаха сюда перестанут ходить слуги, чтобы приносить тебе еды, - пожал плечами седой, выходя из камеры и оставляя дверь открытой. Он был уверен в себе и своих людях, которые охраняли границы дворца. Наемник хмыкнул, поднимаясь. А этот вояка умел стимулировать. Он явно хороший начальник. Наверняка один из лучших воинов принца. Адриан вышел из камеры, проследовав за ним. Интересно, он и дальше будет выводить его из равновесия, чтобы выведать все, что можно? - Я отведу тебя в твою комнату. Прими ванную и поешь. Сегодня даю тебе день форы, но завтра будь готов к тренировке, - спокойно сказал мужчина, идя впереди него. – Тебе нельзя контактировать с кем-то. Особенно с принцем и его любовником. - Боишься? - хмыкнул Адриан, даже чувствуя себя немного странно. Он никогда не выходил из роли наемника, так что для него было странно почувствовать себя обычным человеком. Даже рядом с Султаном он никогда не расслаблялся, а сейчас приходилось оставаться в бездействии. - Нет. Просто это твое наказание, - холодно ответил Салим, подходя к деревянной двери и открывая ее. – Здесь твои покои. Не думай, что у тебя получиться сбежать от меня. Не делай глупых поступков и тебе в будущем это окупится. - Только один вопрос. Тогда ты сказал, что знаешь меня. Блефовал? - уточнил парень, подходя к двери. Если не говорить о Султане, это был единственный вопрос, который его интересовал. Все-таки ему было немного любопытно. - Я знаю твой стиль меча. А это уже о многом говорит. Также я знаю твоего учителя, - покачал головой Салим, скрестив руки на груди. – Я знаю твою цель, твои переживания… Этого достаточно, чтобы знать человека. - Да ты наивен, хоть и силен, - протянул Адриан, потеряв к нему интерес. - А я уж было подумал, что тут что-то поинтереснее. Наемник хмыкнул, окинув воина оценивающим взглядом с ног до головы. Думает, что опыт, который позволяет ему верой и правдой служить принцу, можно применить к обычной жизни? Что за глупец? - Пусть это будет моим ответом. У меня тоже есть свои секреты, - усмехнулся мужчина, уходя. У него тоже есть свои секреты, о которых первому встречному не стоит знать. Наемник покачал головой и зашел в комнату. Чтобы этот человек ни говорил, он не может залезть ему в душу. Да, он понимает, на что может давить, но это не позволяет ему говорить о нем так, как будто они давно знакомы. Слуги принесли ему еды чуть позже. Все же наемника давненько не кормили, так что надо было компенсировать этот факт. Однако тот их завернул, отослав обратно. Он не собирался вестись на показное гостеприимство. Может, он и безоружен и морально убит, но Адриан не собирался принимать подачки. Сейчас он вновь пожалел о том, что Султан запретил ему брать капсулу с ядом, которую обычно использовали наемники. Если они проигрывали бой, то просто раскусывали ее и моментально погибали. Это бы сильно облегчило судьбу наемника. Именно о подобной глупости его предупреждал Салим. Он лишь кивнул слуге, услышав от него эти слова. Парень же ушел в купальню, решив все же смыть с себя кровь и грязь. Он, конечно, мог бы и в болоте неделю просидеть, не поморщившись, но зачем ему это, если есть возможность вымыться? Раны щипали, но тот не обращал на это внимания. В первый раз что ли? Его не беспокоили. Сегодня у него выходной. Так сказал Салим. Раз наемник отказался от еды – пускай. Из дворца ему не сбежать и в королевские покои тоже не попасть. Впрочем, он и не пытался. Идти было попросту некуда. Повсюду его теперь ждала только смерть. В любом случае, он слишком долго был рядом с Султаном, а значит, слишком много знал. Конечно же, не всё, но он видел тайную службу, знал почти всю подноготную дворцовой жизни и хорошо ориентировался в тактике ведения дел. Да, навряд ли Султан его принял с распростертыми объятиями. Все его слова были ложью, все его касания – притворством, все его поцелуи – ядом. Все это запутало блондина. Немудрено, ведь это длилось так долго... Парень выстирал то, что осталось от его одежды и завалился на кровать. Даже шевелиться не хотелось. Этот наглец Салим разбередил своими словами его душу. Адриан потерял цель и не хотел больше сражаться. Был наемник и весь вышел. У него в комнате была другая одежда. Пусть он не гость, но он и не пленник. Теперь он что-то между учеником и противником вояки. Адриану принесли ужин, сказав, что еда останется в комнате, и заберут ее лишь завтра с утра. - Зануда, - буркнул парень, понимая, на что давил этот воин. Он ничего не ел четыре дня, а комната постепенно наполнялась запахом свежей еды. Кажется, воин просто не умел проигрывать. Мужчина просто уже знал характер наемников. Они упертые, самовлюбленные и гордые. Но они не дети и должны сами понимать, чего стоит вот так упираться. Без цели ни один человек не проживет. Надо значит дать Адриану новую цель. Парень вздохнул. Ладно, этот раунд он снова проиграл. Впрочем, ему уже не выиграть эту войну. Раз по-другому никак, он поест. В этом не было смысла, но его не было и в сопротивлении. Глупо все это. Салим знал, как надавить на противника. Он не боялся проигрыша. Его главной задачей было защищать принца. И не важно, каким способом и как он будет действовать. *** Адриан не помнил, как заснул. Все эти допросы действительно вымотали его, так что после сытного (насколько это смог выдержать отвыкший от пищи желудок) ужина он просто вырубился. Он не привык долго или крепко спать, но в этот раз все было по-другому. Он много лет жил в напряжении, но, потеряв цель, плюнул на все это. Его разбудили ближе к обеду. Слуга передал послание Салима. Адриан должен тренироваться. Но так как оружие ему опасно давать, мужчина решил практиковаться с ним на шестах. Это лучше чем ничего. Парень плохо понимал, для чего ему потребовалось поддерживать наемника в форме или чему-то учить. К тому же, у него не было никакого желания учиться. Так что он просто перевернулся на другой бок и снова заснул. Плевал он на все это. Однако Салим сам вскоре явился и стащил парня с кровати, кинув ему чистую целую одежду. - Если ты проиграл, то имей гордость вновь встать, как мужчина, - заметил седой, холодно смотря на юношу сверху-вниз. Тот не проникся. Он никому и ничего не обещал, так что не собирался идти на поводу у этого странного типа. Давить на его мужскую гордость было бесполезно - эти приемы парень знал наизусть. Однако он все же оделся, решив не смущать «гостя» своим видом. Искалеченное тело - не то, чем можно любоваться. Теперь он понимал это еще более четко. - Если ты не поймешь, что жизнь не закончилась, я начну с тобой по-другому общаться. Подумай над тем, что ты своим поведением напоминаешь больше дешевую шлюху, которую можно снять на рынке и затащить без всякого сопротивления в угол, - резко сказал Салим. За это мужчина получил крепкий удар ногой по яйцам. Он должен был понимать, на что подписывается, когда говорил это. Однако бить дальше парень его не стал. Эффекта неожиданности больше не будет, а в силе он проигрывал. Так зачем? Однако его ногу перехватили, а самого юношу прижали к крепкому сильному мужскому телу. Салим был выше него и крупнее в плечах. Старый вояка не даст маленькому щенку его ударить просто так. - Вот теперь я вижу в тебе наемника. Но если ты вновь забьешься в угол и продолжить скулить, то станешь моей личной шлюхой, - спокойно заявил седой, откинув парня на подушки. – Пойдем. Покажешь мне на что способен, кроме подлых жалких приемов. Парень ему не поверил, но в зал пошел. Он был эмоционально истощен, так что тренировка была лучшим решением. Из-за отсутствия стоящего противника, он начал терять форму. Рядовой воин был в разы слабее его, но Салим к таковым не относился. Тем интереснее. Мужчина подкинул ему шест. Поработают над движением ног. Седой заметил, что юноша не умел ими двигать во время боя. Легкий удар по коленке – и все. Бой окончен, а противник навсегда калека. Адриан принял оружие, взвесив его в руке. И почему ему в этой стране постоянно какая-то хрень вместо оружия достается? То сабля, теперь вот шест. Нет, чтобы помахать старыми добрыми мечами, к которым он так привык. Что ж, возможно, разнообразие пойдет ему на пользу. - Ты не умеешь двигаться. Тебе стоит поработать над движениями, прежде чем брать меч, - заметил Салим, заметив его недовольство. – Здесь мы будем тренироваться. Большой зал больше всего подходил для этого. Сюда редко, кто заходит, так что никого они не покалечат. - Тебе-то это все зачем? - посмотрел ему в глаза наемник. - Разве не проще будет устранить противника, зная о его слабостях? Он и вправду этого не понимал. Насчет движений он был в курсе - старые раны не позволяли двигаться так, как много лет назад. Для Салима он был зеленым юнцом, но сам по себе уже был немолод. - Меня раздражает в тебе то, что ты рано опускаешь руки, - заметил мужчина, стягивая с себя вверх. Его спина, живот, грудь были покрыты шрамами, ожогами. Следы от плетей красовались на руках и ногах. Он долгое время был в рабстве, был наемником и только под старость, а для его жизни именно сейчас началась старость, стал главнокомандующим принца. Парень особо не впечатлился. Он видел шрамы и похуже. Правда, обычно эти люди были мертвы, но факт оставался фактом. Все наемники проходили довольно жесткое обучение, а потому остаться без следов на теле было невозможно. Это говорило разве что об опыте вояки, но не более. - Нападай, - сухо бросил Салим, взяв второй шест и взвесив его в руке. Он не чувствовал оружие. Оружие стало частью его тела. Редко, когда мы чувствуем ноги или руки. Лишь боль в них. Вот такой же частью тела мужчины стал шест. - Ну да, конечно, - фыркнул себе под нос Адриан, медленно обходя по кругу воина. Тот явно дразнил его, раз решил показать, куда бить. Обычно местные наемники использовали летящие одежды, чтобы избежать перегрева во время боя и скрыть очертания своего тела от противника. Салим же явно его ни во что не ставил, раз решил обнажиться. Вот он, такой открытый и спокойный, будто совсем не ожидает удара. Но это было не так. Парень сощурился и напал. Обычный человек не заметил бы его движений, но в случае с этим воином наемник не обольщался. Седой мог ему противостоять. Более того, он был куда сильнее и опытнее, а значит, вскоре победа все равно будет за ним. Главное оставить бы на его теле пару синяков, если удастся. Мужчина тут же выставил шест так, что отразил удар противника и ударил его по ноге. Все же он взялся его учить. Если тот выучится, то возможно сумеет и сбежать из дворца. А там он любого заткнет и спасет свою жизнь. Однако тот тоже выставил блок. Раздался звон металла. В тот раз Адриан проявил безрассудство, потеряв голову, но сейчас он был спокоен. Можно было сказать, что он находится в состоянии апатии, отрешившись от той боли, что терзала его душу. Салим должен был понимать, что перед ним не новичок, а значит, учить с нуля его не придется. Главный урок вояка ему уже преподал. - Молодец. Быстро учишься. Главное не давать эмоциям взять вверх. Удары должны быть не столь сильными, как столь точными, - кивнул седой, замечая каждое движение противника. А ведь он с одним глазом! - Если ты закроешь рот, я буду тебе очень благодарен, - фыркнул парень, блокируя ответные выпады мужчины. Салим действительно был в отличной форме - это нельзя было не заметить. Наемник мало обращал внимание на внешний вид противника - от этого его отучили, когда он был еще ребенком. Так что сейчас он просто сосредоточился на схватке, стараясь не пропустить ни одного удара. Мышцы были напряжены до предела, но он не думал об усталости. Только так можно было совершенствоваться и принимать тот бесценный опыт, которым с ним делился вояка. Здесь движения значили куда больше слов. Седой усмехнулся и повторил резкий выпад наемника. Но вот только его движения были совершенны. Он знал куда бить, знал, сколько силы нужно вложить в удар… Такое было тяжело отклонить. Юноша и не стал отбивать атаку, уклонившись. Эту технику он знал хорошо, а потому знал, что получится, если он примет на себя удар. Как-то получать новые травмы он не горел желанием. Был бы у него кинжал или другой козырь в рукаве, он бы не заморачивался, но в битве по правилам ему приходилось нелегко. Мужчина отошел, перехватив шест в другую руку. Для наемника немаловажно уметь сражаться на двух руках. Это способ себя прокормить, если случайно тебе отрубят руку в сражении. Поэтому Салим хорошо сражался на двух руках. Адриан только уважительно хмыкнул. Это не его тип оружия, так что он не стал повторять этот жест. Обычно он дрался на двух мечах, но уже не помнил, как давно держал их в руках. Дурацкие условности, по которым он был вынужден осваивать местные виды оружия, что ослабляло его. Впрочем, как наемник он становился только лучше от этого. Салим перешел в нападение. Теперь блондину надо себя защищать. Мужчина не старался ударить по старым ранам, но и не старался оставить юношу без синяков. На ошибках и через боль учатся. Юноша тоже не остался в долгу, успев даже пару раз задеть воина. Идеальных людей не существует, так что воину все равно на орехи немного перепало. Конечно, Адриану досталось больше, но в целом он был собой доволен. Терпеть боль он умел, так что это особых трудностей не вызвало. - Хорошо поработал сегодня. Можешь отдохнуть. Можешь прогуляться по саду, но далеко не уходи, - заметил мужчина, убирая шесты и одевая верхнюю одежду. Парень опустился на пол, тяжело дыша и закрыв глаза. От перенапряжения перед глазами плясали цветные круги. Да, они могли долго сражаться, если отбросить эмоции, но разница была в том, что для этого Адриану требовалось куда больше усилий, чем Салиму. Если бы это была серьезная битва, наемник устал бы раньше и в итоге был бы повержен. К тому же, он потерял бы больше сил, если считать синяки за раны. - Начни нормально питаться и быстро придешь в норму. Переставай вести себя как капризный ребенок, - заявил Салим, подойдя ближе. – Если ты не изменишь свое отношение к жизни, то я действительно поступлю с тобой так, как я сказал. Блондин равнодушно на него посмотрел. Нет, этот воин ни за что не станет делать такое. В нем не так много жестокости, сколько он пытался показать. Да, в качестве воспитательной меры он мог припугнуть наемника, но не больше. - И что дальше? - уточнил парень. - Это мое дело, как жить, с чем мириться, а с чем - нет. Я не подчиняюсь тебе, и от меня не зависит жизнь твоих подопечных, так что мой образ жизни не должен для тебя ничего значить. Салим усмехнулся и подошел ближе, сжав подбородок юноши пальцами и заставив смотреть в свой глаз. - Зря ты считаешь, что во мне больше чести. Я тоже бывший наемник. И да, я предпочитаю мужчин. Так что тебе стоит опасаться за себя в первую очередь, - усмехнулся седой, отпуская юнца и отходя от него. - И что? Не побрезгуешь? - усмехнулся наемник. Он прекрасно знал, что к нему многие относятся с отвращением из-за того, что он спал с Султаном. Клеймо же, которое было отпечатано на его шее, вызывало еще большую брезгливость. Он был чужой собственностью, если можно было так сказать. - А ты хочешь это проверить? – повел бровью мужчина. – Мой брат спал с Султаном. Я был рабом, и мне приходилось многое пережить. Я тоже спал со многими. Мне все равно на этот факт. Если ты и дальше продолжишь жить так, то ты станешь моей личной шлюхой. И всего. Так что выбор за тобой. Салим вышел из зала. Ему больше не о чем разговаривать с наемником. Он предоставил ему выбор. Адриан плохо это себе представлял. Чтобы они, да еще и вместе... Нет, это даже не смешно. Но он не видел смысла бороться. Даже если он примет правила игры, ему незачем отсюда выбираться. Салима он не боялся, чтобы бежать отсюда, а за пределами этого места ему нечего было делать. Другой вопрос, что воин явно пытается заставить его бежать отсюда. Зачем? Наверное, чтобы проблем не создавал. Парень поморщился, ощущая, как пот попадает в вскрывшиеся ссадины и раны. Не стоило сегодня так напрягаться. Ну, или же стоило обработать их вчера. Наемник поднялся. Ладно, посмотрят, что из этого выйдет. А там уж он решит, что делать дальше. В его комнате уже был ужин и чистая одежда с мазями для ран. Салим заботился о том, чтобы у его соперника было все то, что нужно. Неизвестно, что сподвигло вояку на такой шаг, но он явно держался своего мнения и решения. Парень придирчиво осмотрел дары этого неудавшегося тирана и только хмыкнул. А персональных шлюхах так не заботятся. Странно все это было. Ну, что ж. Пусть ухаживает, раз ему этого так хочется. Это не только для «шлюхи», это было для ученика, для противника… Салим что-то в нем увидел такое, что заставило его уважать бедного паренька. Юноша поел и обработал раны, решив, что он должен быть в форме, чтобы наподдать этому типу. Так незаметно он обрел хоть какое-то подобие цели, хоть и чувствовал себя опустошенным после предательства Султана. Салим этого наверняка и добивался. Ему нужен сейчас сильный соперник, которому он покажет, что не такой-то он слабак. После этого парню нечего будет бояться.