Обратная сторона Луны

Весь следующий рабочий день Луна вел себя очень даже хорошо. Он не уходил от детей, был более мягким, хоть и большинство его наказаний все же остались. Он так же разрешил всем называть его Мундропом, если им нравится, однако для Солнышка он все так же оставался "Луни". К слову, детям даже понравилась такая перемена в отношениях. Вечерний воспитатель больше не старался напугать непослушных сорванцов, да и, чего скрывать, первые несколько часов к Луне просто боялись подходить из-за его пугающей улыбки. Солнышко был счастлив переменам в поведении братца. Пусть он до конца и не понимал что тогда между ними случилось и почему его так сильно потянуло к гнезду зарядки аниматроника... но все это в итоге привело к лучшему результату. Ведь так? Солнце спрашивал сам себя почему на душе так паршиво? В памяти всплывают не совсем радостные картины задыхающегося от боли Луны, когда Солнце, широко улыбаясь, фактически, копался в его внутренностях. Правильно ли это было по отношению к нему? Хоть они и были созданы чтобы работать в паре изначально, почему же Луну все сторонятся? Вопросы оставались без ответов. Солнышко старался выкинуть это из головы, общаясь с детьми. Но лишь когда один из детей потянулся к гнезду зарядки, Солнце вдруг ясно осознал, что именно он испытывает по отношению к своему братцу. Ревность. Жгучую ревность и даже небольшую зависть. Странный спектр эмоций для робота, не правда ли? Тем более для воспитателя детского сада. Солнышко удивленно потрогал свою грудь, в которой еле слышно шумели работающие механизмы. Полное ощущение что, прямо сейчас, ещё чуть чуть, и Солнце схватит брата за тонкую руку, потащив в их комнату. Привяжет к месту, чтобы ни одна рука или лапа не коснулась его тонкого тела. -Солнышко? Муни посмотрел на брата, что снова таращился на него слегка злобным, немигающим взглядом. Это пугало. Даже больше чем красные глаза Луны по ночам. -Солнце, что случилось? Мундроп опустил ребенка, что до этого сидел на его руках, подошел к аниматронику и положил руку на плечо, слегка сжав -Ты в порядке? Перегрев? Солнце делает уверенный шаг к нему навстречу, одновременно с этим повалив Луну на мягкий пол. Дети вокруг приняли все за обнимашки и игру, но Луни, которого крепко обняли, почувствовал мелкую дрожь конечностей брата. Осознание пришло не скоро, но ласковые слова успокоения Луна все же сказал, пусть это и не вязалось с его образом строгого воспитателя. Солнышко все ещё дрожал, будто его микросхемы заглючили. Не понимая в чем дело, Луни взял брата на руки и на мгновение покинул детей, взлетев на тросе под потолок. Приземлившись в их с Санни комнату, Луна быстро подключил Солнышко к зарядке. Сам же вернулся к детям, прекрасно понимая, что нельзя оставлять маленьких игривых шалунов наедине. Однако там, в их комнате, Солнышко, что продолжал смотреть в стену, вынашивал в своей голове совершенно странные мысли и планы. Улыбка на его лице больше стала похожа на вынужденную маску. Однако, спустя всего полчаса, к детям спустился обычный Солнышко, вновь играя, как и раньше. Луну насторожила такая резкая смена личности, но он предпочел промолчать. Если Солнце выполняет свою работу, разве это повод обращаться в сервисный центр и говорить о поломке аниматроника? Нет. Они и так слишком часто туда обращались из-за... воспоминаний Луны. Так или иначе, аниматроники мирно продолжили свою работу, а после так же мирно отдали детей их родителям, когда садик закрывался. Солнце выглядел... нормально? Как вообще что-то можно понять на механическом лице, разглядеть в глазах, в которых пляшут чертята? Как вообще можно понять робота? Но Луни понимал. Он видел и чувствовал перемены где-то глубоко внутри его вечно веселого и дурашливого братца. И эти перемены ему совсем не нравились. -Ты в порядке? Обеспокоенный аниматроник подошел к Солнышку, что ловкими длинными пальчиками собирал карандаши и фломастеры с детских столиков, наводя порядок. -Да, конечно, братец. Тебя что-то беспокоит? Солнце поворачивается к Луне, что стоял со скрещенными руками, облокотившись об горку. Тот лишь приподнял бровь, дав намек что именно его беспокоит. Солнце шикнул, поняв что сегодня умолчать об этом не получится. -Муни, - Солнце сказал это ласково, взяв руки брата в свои, - ты ведь понимаешь, я беспокоюсь о тебе и только о тебе. -Или о моих внутренних деталях? Ты уж уточняй. Например, что это вчера было? Луна раздраженно цыкнул, убрав руки из захвата, снова скрестив их вместе. Иногда так делают дети, когда злятся. Милая деталь ворчливого Луни. Даже если он не хотел казаться обиженным, его руки и движения всегда выдавали его эмоции с головой. -Я всего лишь хотел изучить как это сделали техники. Чтобы не обращаться к ним, в случае если... Солнце широко улыбается, замечая, что взгляд Луны потух. Люди всегда говорят что в это время он жуткий, но остальные аниматроники понимали - Муни копался в мыслях в это время. -Братец, я желаю тебе лишь добра, счастья и побольше блёсток~ Муни так и не зажег глаз, отведя взгляд подальше от наглой улыбки Солнышка. Они почти никогда не ссорились. Не было такого, чтобы Солнце или Луна хоть как-то, но оскорбляли друг друга или просто обижались. Но прямо сейчас, стоя перед братом, Луна явственно ощущает нечто, чего не должен ощущать от этого аниматроника. Недоверие. Опасность, тревога, желание держаться подальше от этой улыбки, что совсем недавно согревала душу не хуже самой любимой книги. И это пугало. Пугало тем, что оно... Пугает. Противоречивые чувства, для которых люди любезно выдумали целую науку- психологию. И чем больше книг про эти противоречивые биологические реакции попадало в руки Луны, тем больше он учился понимать те или иные эмоции людей, аниматроников, техников. Даже собственные, заложенные программой эмоции, он мог описать всего парой слов- "базовые" и "достаточные". Достаточные, чтобы мыслить, достаточные чтобы играть с детьми. Базовые эмоции радости, базовые эмоции грусти, раздражения, чувства ответственности и справедливости. Но разве можно назвать "базовым" чувство тревоги? Чувство, будто родной и приятный, единственный аниматроник во всем торговом центре, что всегда обнимет и успокоит... Может быть для него опасен. -Муни? Приторно сладкий голос обновленных динамиков вывел Луну из своих раздумий. Взглянув в чистые белые глаза, так и кричащие "я хороший и добрый!", Луна, наконец, выдохнул. Убрав руки с груди, он делает шаг вперед и бессильно кладет голову на плечо Солнца, что уже призывно развел руки для объятий. -Тебе нужно отдохнуть. Малыш Джейми сегодня весь день от тебя не отлипал, я видел! -Угу. -Может быть, донести тебя до зарядки? Ты выглядишь слишком уставшим, Муни. -Да, пожалуйста... братец. Солнце счастливо и хитро тянет улыбку чуть шире, подхватывая тело компаньона. Хоть он и не мог пользоваться тросом, в их комнату вела специальная лестница, закрытая от посторонних глаз. Луна прикрыл глаза, наслаждаясь покоем, пока Солнышко нес его на руках к зарядной станции. Но, будто желая поворчать, он слегка лениво протянул: "Потом я почитаю, а ты уберешься, понял?" Если бы Луна открыл глаза сейчас, он бы увидел каким взглядом на него смотрел аниматроник. Но тот привычным жестом прижал тело немного к себе, соглашаясь на такие условия. Зарядная станция встретила Луну привычной прохладой, так необходимой для нагревающихся механизмов внутри тела.