Amour toxique

      Голова нестерпимо пульсировала от боли. Девушка, словно бы из её памяти стёрли что-то очень важное, рассеянно смотрела в одну точку, стараясь понять, что произошло прошлым вечером, когда она пришла за помощью к Хайтани. Но как бы та ни старалась хоть что-то вспомнить, все попытки останавливало лёгкое опьянение и недоумение от внезапно появившихся синяков на кистях рук. Поёжившись от лёгкого холодка по обнажённой спине, Кёнха сразу же оглядела помещение, в котором она находилась.       Комната уже не была такой, в которую ещё вчера привели. Приглушённо-серый цвет стен, мебель, прикроватная тумба и кровать немыслимо большого размера. Дёрнувшись от осознания, Ямада тут же заглянула под одеяло, после чего, с громким стоном полным злости на себя, упала обратно на белую поверхность из помятых простыней, подушек и одеяла, которое прикрывало тело девушки. Всё тело ломило, а внутренняя часть бёдер была окутана тянущей болью.       Недолго думая, Кёнха поднялась с кровати, подмечая то, что на изголовье висит завязанный в тугой узел галстук Риндо, а рядом — застёгнутые наручники.       По телу пробежали мурашки после того, как Ямаде открылся вид на прикроватную тумбочку, на которой был богатый «арсенал» для плотских утех: вибраторы, ремни, кожаные лопатки, всякого разного размера пробки и другие вещи, которыми стал бы пользоваться только настоящий извращенец. Но именно этим и оправдывал себя один из самых элитных борделей Токио. И кто бы мог подумать, что во главе всего этого будут стоять сами Хайтани.       Подобрав края изрядно помятого одеяла, девушка пошатываясь встала, делая пару шагов по комнате. Взгляд то и дело пытался найти хоть что-то из одежды, но ничего, кроме сброшенного на пол покрывала не было.       «Изнасиловали, воспользовались» — голос в голове чеканил слова каждую секунду, отчего Кёнха грузно свалилась на пол. Глаза сразу же затянулись пеленой слёз, а плечи, дрожа то ли от холода, то ли от бессилия, дёргались после каждого шумного всхлипывания девушки. Разум отказывался принимать суровую действительность той ситуации, в которой оказалась Ямада.       Рыдания девушки прервал внезапно щёлкнувший ключ замочной скважине. Кто-то пытался подобрать нужный ключ к двери. Когда дверь наконец-то открылась, в комнату вошёл Риндо. Его внешний вид был безо всякого намёка на действия прошедшего вечера, а глядя на опрятный вид одежды, можно сказать, что этот человек «одет с иголочки». Во взгляде не было и нотки сожаления, и лишь лёгкая улыбка заставила девушку всхлипывать вновь.       «Всё повторяется вновь» — думала девушка, падая лицом в поверхность одеяла.       Вдруг младший Хайтани, не смотря на весь страх Кёнхи, взял за волосы в районе макушки, потянув выше. С уст тут же вырвался болезненный крик, и, руки, держащие одеяло, сразу же впились в кисть Риндо. Он широко улыбался. Наслаждался тем, как невинная жертва пытается вырваться из крепкой мужской хватки.       — Санзу вчера тебе вроде бы сказал, — голос младшего Хайтани был с лёгкой хрипотцой и практически такой же низкий, как и у Рана, — не отводи взгляд.       Рука, крепко сжимающая волосы Ямады разжала пальцы, и, девушка, упав обратно в одеяло, подрагивая, подняла на мужчину изнемождённый взгляд. Сквозь накатывающиеся слёзы можно было разглядеть довольную улыбку Риндо и ладонь, которая похлопала Кёнхи по голове, словно собаку.       Риндо, сев на край кровати, закурил, то и дело смотря за девушкой. Вид младшего Хайтани, в приглушённом свете комнаты выглядел пугающе. Но несмотря на это Кёнхи старалась не отводить взгляд.       — Что вчера произошло? — тихо задала вопрос Ямада, нарушая повисшую тишину в комнате.       — После того, как ты пришла, — мужчина смял сигарету пальцами, оставляя в пепельнице, — мы тебя напоили.       Девушка с горечью сглотнула, понимая, куда и в чьи руки она попала.       — Потом, как только все разошлись, мы привели тебя сюда… Ты так стонала… прося ещё и ещё.       «Нет! Нет! Нет!» — руки со всей силы впились с края одеяла, а взгляд отражал не то страх, не то шок от всего, что говорил мужчина.       Речь Риндо прервалась из внезапно открывшейся двери. В комнату, с видом хозяина зашёл старший Хайтани, окидывая всё происходящее в комнате заинтересованным взглядом. Он пересёк большими шагами помещение, садясь рядом с братом. Поудобнее подпирая тело позади себя руками, мужчина молча гулял взглядом по тонким плечам и шее со следами слабого удушья. Ран всем своим видом был похож на голодного хищного зверя, заставляя всё внутри замирать, ожидая момента, когда тот накинется.       Но ничего не происходило. Девушка, практически не двигаясь, смотрела то на одного, то на другого мужчину, стараясь хоть как-то предугадать то, о чём они думают. Но все предположения с треском рухнули, когда заговорил Ран.       — Твоё появление здесь меня и моих друзей очень удивило, как и твоё поведение. Ты первая из всех девушек, которая пришла к нам по своей воле уже второй раз. Помнишь, двенадцать лет назад нашу встречу? — старший, не дожидаясь ответа встал, проходя к небольшому столу, где ещё с прошлого вечера стояла только начатая бутылка виски, — А знаешь, раз уж ты столкнулась с проблемами, я предлагаю тебе работу на нас.       От чужих слов в горле Кёнхи всё болезненно стянуло, лишая воздуха. В голове вопросы проносились один за одним, но задать их не было сил.       «Работать на убийц в борделе?!» — грудь девушки тяжело вздымалась от негодования и растерянности.       — Думаю, ты в курсе куда пришла, — Ран лишь хмыкнул на слабый кивок Ямады, наливая себе алкоголь в бокал, — и спешу тебя осведомить, что ты теперь собственность братьев Хайтани.       Теперь брови от недовольства съехались вместе, и, еле как поднявшись с пола, девушка шагнула к старшему, крепко придерживая одеяло у груди.       — Я не буду ничьей собственностью, — голос предательски дрожал, но стараясь не показывать страх, Ямада решительно вскинула голову, заглядывая в чужие глаза.       Но в чужих глазах не было ни жалости, ни нежности, в них была пустота, которая постепенно наполнялась раздражением из злостью. Ран злился из-за непокорности этой девчонки, которая по своему желанию пришла в его заведение. Он кивнул брату, подходя к девушке чуть ближе.       Риндо, рывком поднявшись с кровати за шаг преодолел расстояние, становясь за спиной Кёнхи. Сильные руки, надавив на плечи, грубо опустили Ямаду на колени перед старшим Хайтани. Ноги неприятно заныли от боли, а руки, выпустившие одеяло, попытались ударить младшего, но удар пришёлся невпопад. Девушка, в ещё одной попытке сопротивления дёрнула плечами, но движения прекратились после того, как младший бесцеремонно намотал волосы на кулак, подтягивая выше. Ран, стоя перед Кёнхи, нагло надавил большим пальцем на губы, проникая сквозь зубы в рот; вторая рука, держа бокал с виски, начала вливать алкоголь в девушку, заставляя давиться и жмуриться от неприятной горечи. Виски стекало по щекам и шее, пропитывая белоснежное одеяло.       — Ты наша собственность, а это значит, что ты будешь делать всё, что захотим мы, — резко дёрнув себя девушку за локоть, Ран оттолкнул её чуть в сторону, смотря на то, как она пытается прийти в себя, тем самым развлекая обоих братьев, которые нашли для себя новую игрушку.