Весёлая жизнь одного немца

Вот и пролетела ещё одна неделя, наступило календарное лето, хотя в Городе Стран и весной было теплее. Было дико скучно: никуда не сходить, никому не позвонить, а переписываться никак, ведь все заняты из-за переполоха с людьми. Я иногда помогал Германии, хотя правительство везде искало подвох и посылало меня куда подальше. Говнюки. Но вот я проснулся от того, что телефон разрывался от очередного звонка. Сначала я думал, что это как всегда операторы сотовой связи, но они не такие настойчивые, поэтому решил посмотреть, кто звонит. На дисплее высветилось «входящий видео-звонок от США». — Привет! — радостно сказал Америка. — Не разбудил? — Да нет, всего-то 3 утра, — сказал я, зевнув. — Извини. У меня столько новостей! — Какие новости? — я улёгся на бок и укутался в одеяло. — Не усни, днём отоспишься. В общем, я встречаюсь с Филиппинами! — Как? Отношения на расстоянии? — Это временно. Он признался вчера, а я согласился встречаться. Он такой хоро-о-оший. — А Россия? — Мне всё равно. Неприятное чувство, но оно пройдёт. — Ты точно любишь Филиппины? — Точнее некуда! Он заботливый, милый и вообще крутой! — Сразу видно, кто снизу. — Рейх! — Молчу-молчу! — А как у тебя с ООН? Он мне ничего не говорит, — сначала я не понял, на что намекает Америка, поэтому ответил так: — Я ему звонил, писал, но он не отвечает. — Так у вас шуры-муры? — игриво спросил Штаты. — Нет, Америка. — Ну, это хорошо. — Ты ли это говоришь? И почему это хорошо? — Потому что Испания любит ООН. — Чё, блядь?! — я резко принял сидячее положение. — С каких хуёв?! — Любить запрещено? ООН не твой... — Мой! — не задумываясь, сказал я, но осёкся и добавил, — друг... Он мой друг. — Рейх, я пошутил, что Испанию любит ООН. Это была проверка! — Я устрою, блядь, тебе проверку! — Не дуйся. Ты меня выслушиваешь постоянно, а сам стесняешься своих чувств. Давай, говори. Я слушаю. Я молчал. Что мне ему говорить? Что я чувствую трепетную ответственность за ООН, что хочется быть рядом с ним, что, возможно, это взаимно?.. — А он как себя ведёт?.. — Как обычно, только пару раз спрашивал, звонил ли ты мне. Я сказал, что звонил, а он как-то злобно посмотрел на меня. Может, ревнует? — Америка, пожалуйста, скажешь ООН, чтоб он не обижался, что я ему звонил? — Скажу. Хотя лучше ты сам скажешь! Раз у вас проблемы со связью, то можете поговорить с помощью моего телефона! Я сейчас позвоню ему, он приедет, и вы поговорите! — Хорошо, только я сначала пойду в душ и переоденусь. — Так и скажу: передо мной Рейх щеголяет в пижаме, а перед тобой, ООН, он не хочет так делать! — Америка, прекрати. — Окей, иди прихорашивайся. Идиот. Просто ООН стеснительный. И кстати, получается, я... люблю ООН? Точно? Как это определить? Да хуй его знает. Я лишь знаю, что ООН милый и красивый, прикольно стесняется... Стесняется... Помню, он краснел при мне, прижимался ко мне, а как он стеснялся, когда я подумал, что он болен... *** Америка опять мне позвонил. — Так, ООН, как договорились: никуда не лазь, — сказал США и ушёл. С той стороны экрана на меня смотрел смущённый Венок. — Привет. Я правда не мог до тебя дозвониться, — начал я. — Привет. Да это у меня проблемы со связью. Спасибо Америке, что организовал. Кстати, у тебя же ещё рано. Ты точно спать не хочешь? — Да ладно. Отоспаться я успею, а поговорить с тобой – нет. У тебя всё хорошо? — Да. Даже очень. Может, через несколько дней увидимся в Городе Стран. — Серьёзно? — Да. Все уже присылают отчёты о том, что все договорились. Поэтому мы уже можем думать, куда пойдём на свидание. — Куда? — переспросил я, подумав, что мне показалось. Венок быстро сообразил, что сказал, и с испуганным видом начал оправдываться: — На прогулку! Я сказал: на прогулку! — Хорошо, пойдём на свидание, — улыбнулся я, а ООН, кажется, побледнел. — Ты не хочешь? — Хочу... — Вот и хорошо. Куда пойдём? — Ну, к-кино?.. — На мультики? — Нет. На фильм для взрослых. — Ч-что?! — рассмеялся я. — Нет! В смысле, что не на мультики! Я не про это... — Да я понял. Разве ты способен на такую пошлость? — Нет... — Вот и хорошо. Что у тебя нового? — Ничего в общем-то. — И у меня. У тебя со здоровьем всё хорошо? — Да. — Врёшь. Опять весь красный, — сказал я. Я намеренно выводил Венка из себя. — Ты такой милый. — Что? — Ты милый. Очень милый. ООН будто выпал из разговора: сидел, уставившись сквозь меня, наверное, обдумывая поступившую информацию. — Ты тоже... — Очаровашка, — сказал я. — Рейх, зачем ты меня смущаешь? — Я правду говорю, — эх, была не была, — Ты мне нравишься. ООН опять уставился на меня. Блядь, если он просто всего стесняется и вовсе не любит меня, то я вскроюсь. — ...Что?.. — Я люблю тебя... Услышав это, Венок расплылся в улыбке и залился краской. — И я тебя люблю. Я думал, что признаваться будет сложно, но эта фраза стоила того. Ещё вечером я просто думал, что это выражение дружбы, а сейчас я признался в любви и мне ответили взаимностью. Я везунчик. — Получается, мы встречаемся? — неуверенно спросил я. — Получается, что так... — Эх, теперь хочу скорее приехать, — сказал я, как вдруг телефон у ООН зазвонил. — Рейх, извини, давай потом ещё так поговорим? Там меня срочно вызывают. Блядь. — Хорошо. ООН выбежал, отвечая на звонок, и тут же вбежал Америка! Этот бессовестный американец подслушивал! — Ты подслушивал?! — Да, но не слышал. Слышал только что-то про мультики. ООН весь красный. Что вы тут делали, детишки? — Ничего. Просто он всего стесняется. Кстати, организуй потом ещё такой видеосеанс, пожалуйста. — Конечно. Для вас всё что угодно. — Спасибо. — А ты чё красный? — Я всегда красный. — Бедный, всегда стесняешься. Соболезную. — Америка, ты дурак? — Есть немножко. Но я ж просто интересуюсь. Вы мой любимый сериал. — Ты совсем как Япония. И кстати, не смей ей ничего говорить. — Только если скажешь, что у вас тут было? Я тебе всё рассказываю! — Ладно... Эх, мы с ООН теперь встречаемся... — Серьёзно?!! — Да. — А кто из вас первый признался? — Я. — И я первый, кто это узнал! — Если бы не ты, то я бы был простым учителем. И я не обижаюсь. Столько всего произошло. — У меня за свои две с лихуем сотни лет не было столько всего, сколько у тебя за полгода! Ты прям исключительный и живучий. Кстати... — Что? — Можно ли считать ООН зоофилом? — В каком смысле? — Ну так ты бывший пёс. — Америка. — Молчу. — Всё узнал? — Да. — Тогда я есть пойду. — Иди, сил набирайся!