Судьба от богов

Стражники, как и обещали, уехали с островов. Но им на замену прибыло ещё больше людей, которые были намного злее. Чтобы не вызывать подозрений, Руна иногда показывалась на улице. Неделю за ней гонялись стражники, никто ни разу не смог поймать её. Все они возвращались лишь с ранами и травмами.

***

В одну из ночей Скельд заметил, что в кузнице горит свет, и захотел его выключить. «Ещё не хватало пожара на рабочем месте», — подумал про себя эльф. Чтобы не будить отца, он вылез через окно и спокойными бесшумными прыжками направился в кузню. Горел только один светильник под навесом, где находились наковальни и все другие инструменты для плавки на улице. Что было странно, ведь для работы нужно больше света. Хвостатый решил залезть на крышу и узнать, что происходит. Вдруг из помещения стали выходить люди, активно переговариваясь о чём-то. Скельд узнал голоса всех вождей. — Это не может так продолжаться, — спокойно, но раздражённо говорила Госпожа кролик. — Эти стражники мешают торговле, да и вообще не платят за проживание драконов. А их ещё кормить надо, как они говорят «За счёт государства». Тьфу! Мы уходим в минус! — Я знаю, мы ищем решение, — ответил Эйрик. — Мы же все знаем, к чему идет сейчас эта беготня? — осмелился задать вопрос Андерс. Повисла напряженная тишина. Скельд ничего не понимал, но решил слушать дальше. — Это лишь вопрос времени, но рано или поздно они сделают свой ход конём, — отозвалась Гулла. — Чем больше они привозят сюда стражников, тем больше у них преимущества и тем больше мы уходим в минус. Из-за пропажи китов туристы стали уезжать, а значит и наши деньги тоже. — Выхода нет. Да и все понимают, к чему это приведёт. Эйрик тяжело вздохнул. Повисла тишина. Все знали, что он скажет, но никто не хотел это слышать. По крайней мере, не из его уст. — Нам надо готовиться к Белатрикс. — Он сделал небольшую паузу. — В случае чего, я передаю пост вождя Андерсу. Человек подошел к эльфу и положил свои руки на его плечи. — Пожалуйста, позаботься о моих девочках. Эльф лишь грустно смотрел в пол, его хвост подёргивался от раздражения. Эйрик взял его за затылок, притянул и прижал его лоб к своему. — Пообещай мне! Андерс с яростью в глазах оттолкнул вождя. — Что ты вообще несёшь? Ты должен умереть у меня на руках, а не там! Мы же обещали друг другу, помнишь? Я обещал, что если ты помрёшь раньше меня, я возьму Мику в жёны на зло тебе. И я не приму другого исхода. НЕ СМЕЙ УМИРАТЬ РАНЬШЕ ВРЕМЕНИ! — кричал эльф. — Я умру вне зависимости от результатов поединка. Микаэла была в шоке, такого никто не ожидал. Собравшись с мыслями, она спокойно подошла к мужу и дала смачный подзатыльник. — Вечно вы, мужики, всё драматизируете. Отставить смерть, пока до этого ещё не дошло. Нельзя сдаваться! Может всё даже обойдётся, — подбадривала всех женщина. — Ну и ну! Впервые вижу, чтобы вы двое вели себя как нытики, — вставила свои пять копеек Гулла. — Нашли из-за чего переживать. Как будто мы можем им проиграть. Глупость какая-то! — поддержала Госпожа кролик. — Если надо, будем биться до последнего, но так просто сдаться — это не в нашем стиле. Дальше пошли диалоги, больше связанные с экономикой. Понимая, что больше тут ловить нечего, Скельд хотел перебежать на крышу смежного дома и тихонько свалить. Но обернувшись, увидел Руну, сидящую на другой стороне навеса и обхватившую ноги, как бы обнимая себя. Вид у неё был подавленный и грустный: она всё слышала. Эльф начал искать какой-нибудь камушек на крыше. Найдя обломок черепицы, он легонько бросил его, и тот издал слабый звук. Девушка повернулась и увидела парня. Главы тоже слышали, но не придали особого значения. Скельд приставил указательный палец к губам, призывая к тишине, и показал, куда им двигаться. Малышка встала и бесшумно прокралась к указанному месту. Они пришли ко входу в здание с другой стороны. Эльф хотел спрятаться там и подождать, когда все разойдутся. Спустя какое-то время свет погас и стали слышны отдаляющиеся от здания шаги. — Ты всё слышала, да? — Всё от самого начала до конца, — ответила без сарказма девушка. — Как ты узнала об этом месте? — Я просто увидела в окно, что родители куда-то собрались, и проследила за ними. А ты? — Я увидел свет в кузнице и решил его выключить. Стена там, где они сидели, издала громкий звук: это был удар такой силы, что даже земля задрожала. Скельд показал жестом «за мной» и пошёл к двери. Открыв её, он дал посмотреть Руне первой, что там. — Чайри! — вырвалось у девушки, и она побежала в темноту. Включать свет было опасно, и эльф подождал, пока глаза привыкнут к темноте. Девушка уже гладила большого и толстого дракона, который, несмотря на свои размеры, аккуратно передвигался по кузнице. Чайри — дракон вида лаваблюй, его способность заключается в нагревании своего тела до высоких температур. Однако, если ящера предварительно не покормить камнями, он не сможет извергать огонь, а точнее лаву. Его огонь — основа кузницы. Извергая содержимое желудка в огромную печь, он обеспечивает здание энергией, которой хватает на целый день ковки разных инструментов и вещей. Сам дракон похож на толстого крокодила с жабьей мордой и острыми зубами в пасти, способными перемалывать камни. На его голове виднеется желтая корона из хрящевых игл, соединённая перепонками. С помощью неё дракон общается с другими видами. Также у него есть похожая на корону юбочка, идущая вдоль хвоста. Две пары крыльев помогают ему переносить тяжести и преодолевать большие расстояния. Брюшко и внутренняя часть крыльев такие же жёлтые, как и корона на его голове. Минус этого дракона в его нерасторопности. Чайри был потушен, от него исходил лишь теплый воздух, а из ноздрей тянулся тонкой струйкой дым. Руна гладила его под горлом, доставляя тому неимоверное удовольствие: у дракона глаза закатывались на тот свет. — Что, тебя на вечер мало кормят, чтобы ты случайно не спалил кузню? — спросила его ласковым голосом девушка. — Квар-р, — с грустью пожаловался ей дракон. — Бедненький. Иди, обниму! Руна обняла Чайри за шею, а пальцами начала его чесать так, что задняя лапа малыша потянулась к телу и задёргалась от удовольствия. Скельд смотрел на эту картину и понимал, почему дракон его отца зашумел. Услышав голос девушки, он захотел её внимания и даже готов был проломить стену, разделяющую их. Эльфу ничего лучше не пришло в голову, кроме как присоединиться к этой парочке. Сев на корточки, он почесал лоб жабы, и у Чайри раскрылась корона. Парень и девушка вздрогнули, но продолжили свои действия. — Ах, ты ж актёр, а! — начинает Скельд. — Разыгрывает перед тобой сценку, что его тут никто не любит и не ценит, что бы выпросить твоё внимание, — обвинил его хвостатый. — Ква, — согласился по-своему дракон, но не хотел, что бы эти двое останавливались. — Скельд, раз уж ты тут, я могу тебе кое-что сказать? — подготавливается девушка. — Да, я всегда готов тебя выслушать, — спокойно ответил парень, не отрываясь от Чайри. — Скоро я улечу с островов! — на одном дыхание выпалила малышка и уткнулась лицом в шею дракона. Эльф на секунду остановился, но тут же продолжил. — Это ведь не навсегда? Ты просто улетишь, пока все не успокоится, а потом вернёшься. Делов-то, — успокаивающее продолжал хвостатый. — Без тебя ничего важного не случится. Да и чтобы ты не расстраивалась, зайди ко мне перед путешествием вместе с Куро. Я отдам тебе кое-что. Руна выглянула из капюшона, сверкая любопытными глазками, и спросила. — Что? — Не скажу, секрет! — Скельд лишь улыбнулся, глядя на эту картину. Эльф встал, его колени захрустели — Ой, бля! — как старик начал он стонать и жаловаться на свой организм. — Время позднее, давай я тебя доведу до окна. Наверное, родители уже успели уснуть. Тем более, если ты так продолжишь его гладить, ты пригреешься и будешь спать в кузнице. А это не дело, заболеешь! — Я никогда не болею, — сонным голосом ответила девушка. — Всё, вставай, — Эльф подошёл и оторвал Руну от тёплой булочки под названием Чайри. — Ну-у, ещё пять минут! — жалобно простонала девушка. — Нет, я сказал, по домам. — Скельд поднял её на руки и решительно направился к дому малышки.

***

Запрыгнув на окно, он опустил девушку на пол в её комнате. Эльф нежно взял её руку и нежно поцеловал кисть. Хвост вилял и бил его по бедрам, а сам Скельд выглядел слишком красиво в лунном свете. Девушка невольно засмущалась. — Спокойной ночи, Руна. — Спокойной ночи, Скельд. Малышка подошла и поцеловала парня в щёку в благодарность за качественную доставку. Эльф только ухмыльнулся и спрыгнул обратно на улицу.

***

Руна не могла долго сидеть в доме: рано или поздно она должна выйти. Те четверо стражников ушли, да, но на замену им пришли другие. Девушка решила не давать себя в обиду и заранее сделала детские ловушки вроде капкана, однозарядного тарана в виде летающего подвешенного бревна, вскакивающие лезвия, обработанные специальным ядом, разработанным малышкой. Все солдаты в форме, выходившие из леса, были покалечены, и большой удачей было выбраться невредимым. Хотя девушка подметила, что некоторые царапины и травмы были не от её изобретений. Похоже, постарался Хранитель леса — Рысь. «Надо будет отблагодарить его как-нибудь», — промелькнула мысль у Руны. Болли, видя, как его подданные возвращаются один за другим побитые, вскипел от ярости. — Как вы не можете поймать одну глупую девчонку?! — визжал он на более всех ушитого золотом солдата. — Как вы можете объяснить свои провалы, капитан? — Она умнее, чем кажется. И сейчас мы играем на чужом поле. Нельзя недооценив… — Сплошные отговорки! — перебил его толстяк. Вдруг на плечо юнца упала чья-то тяжелая рука. — Не трать силы на этих тощих выродков, — послышался размеренный и ленивый голос. Посмотрев за спину, парень увидел своего отца. Это был здоровый толстяк с тремя подбородками, с расплывшимися от жира губами, которые даже не могут закрыться, и раскосыми глазами. Часть блондинистых волос отступила, не выдерживая натяжку жира на теле и образуя лысый полуостров на его макушке. Его лицо было сплошь покрыто шрамами от прыщей, вызванных неправильным питанием и праздным образом жизни. Радужка его глаз настолько маленькая, что даже не рассмотреть её цвет, только видно что-то чёрное. Одет был почти как сын, только ремней на нём ещё больше, так как его огромный живот не удержать одной хлипкой перевязью. — Не показывай свой некультурный голос, — прощебетала, как нервная ворона, матушка сего «замечательного» сына. Красавицей женщину назвать было сложно. На голове её сидел парик, возвышающийся, словно башня, из-за которого нельзя было увидеть настоящий цвет её волос. Нос длинный, как полумесяц, лицо белое из-за толстого слоя косметики, а уродливо нарисованная родинка над губой привлекала внимание любого собеседника. Глаза пустые и безжизненные. Сама женщина очень тонкая, а посмотрев на её талию, невольно задаешься вопросом: «Как она ещё может ходить?». Одета она была в жёлтое пышное платье, демонстрирующее её статус, на руках — белые перчатки, а в ладонях женщина держала веер в тон платья, которым остужала тело, чтобы пот не смыл макияж. — Что ты вообще нашёл в этой девице? — властно и с презрением спросила мать. — Даже всю домашнюю стражу сюда сослал. — Ты не понимаешь, мама! — кричал на неё поросёнок. — Она одна из самых красивых девушек, которых я встречал! — Знаем мы твои «Одна из самых красивых девушек, которых я встречал», — передразнил его отец. — Ты поиграешься с ней год и выбросишь, как двух прошлых. — Если и так, то что с того? Даже если она мне надоест, её можно продать на диковинном рынке. Родители задумались. Отец напряг губы, даже его рот захлопнулся, а мать сложила веер. — Что в ней диковинного? — спросил свин-старший. — Её глаза! У неё разные глаза: один розовый, как кварц, другой голубой, словно океан. Такая диковинка неплохо будет смотреться в моей коллекции. Но если она мне надоест, я могу её продать за баснословную сумму любому мужчине, обладающему большими деньгами. Болли начал мерзко крутить языком вокруг губ и противно жамкать воздух. «Меня сейчас стошнит», — пронеслись мысли у капитана. Семейка монстров, которые ни во что не ставят человеческую жизнь. — Да, выгода на первом месте, но есть проблема, — отец встрял в его план. — Какая ещё? — злобно посмотрел на него сын. Мать молчала. Она никогда не участвовала в разговоре отца и сына, так как могла получить от обоих. — У нас в стране плохо с женщинами. Её можно продать на границу за большую сумму, но такой дефицитный товар, как женщина, не очень хочется вывозить из страны, — рассуждал глава семи Гурлов. — Похуй! Бабы новых нарожают. — Дело твоё, влезать в твои планы я не стану. Такие серьёзные люди, как мы, должны просчитывать все возможные варианты исхода. Ведь если прибыль от продажи товара пропадёт, мы не сможет себя обеспечивать. — Если дело дойдёт до драки, — женщина встряла на свой страх и риск, — у нас есть он!

***

На основной земле перекрыли выход из острова шаурмы, а на самом острове стояли три человека: Болли, его отец и мать, вальяжно размахивающая веером. Руна в этот раз находилась дома: высовываться она не стала, только слушала. Навстречу вышли Эйрик и Мика. Они встали напротив семьи Гурлов. — Чего вам? — спросил вождь и скрестил руки на груди. — А где ваше приветствие? Вас что, здороваться не учили? — старшая свинка подала голос. — Наше «здравствуйте» появилось в ответ на теле ваших раненых солдат, увезённых с островов. Вы не разглядели? — Эйрик надавил на них. — Вы покалечили наших солдат! Это нападение на служащего при исполнении. И карается очень жёстко по закону, — поросёнок вставил свои пять копеек. — А с чего вы решили, что это мы? То, что они в лесок ушли и пришли ранеными — это их вина. Никто из местных туда не суётся, а ваши солдаты были слишком глупы, чтобы не послушать людей, живущих тут, — решила схитрить Микаэлла. — А почему ты позволяешь своей шавке пища… Не успев озвучить свой вопрос до конца, большая свинья получил по морде и повалился на землю, где не смог снова подняться на ноги. Дама завизжала. Его стража хотела помочь своему господину, но мелкие острова, образующие дорожку, разъехались в стороны. — Во-первых, это человек, как и я. Такому животному не понять этого, — Эйрик медленно пошёл к лежащему на спине мужчине. — Во-вторых, она моя жена, и я не позволю никому её оскорблять, — вождь поставил ногу на его большой живот. Гурл-старший испугался, и по лицу его было видно: он вот-вот напрудит в штаны. Его жена хотела помочь своему мужу и решила наброситься на Эйрика, но вовремя подоспевшая Мика не позволила это сделать. Она схватила руку с веером, которой замахивалась женщина, вывернула её, вывела тело из равновесия и со всей силы прижала к земле. Раздался хруст, а затем оглушительный визг женщины. Дворянка стала захлёбываться слезами от боли. Она умоляла Мику отпустить её, но её горло требовало отдыха от криков. Стражники не могли ничего сделать: дорожка всё ещё не выстроена, а эту пропасть никак не миновать без лестницы. — Чего же ты ждёшь? — Гурл-старший обратился в сторону, где стоял Эйрик. Со стороны казалось, будто это разговор двух семей, но был один маленький фактор, перевешивающий весы сил на одну сторону. Болли стоял и ничего не делал. Вопрос отца пробудил его к действиям. Он резко достался из ботинка маленький нож и с криками помчался к Мике. Как только хозяйка острова повернулась, мальчик замер: её зрачки превратились в змеиные, кожа вокруг глаз превратилась в чешую с тёмными прожилками, преображая её необычные фиолетовые глаза в прекрасные и опасные драконьи глаза. В своем положении Микаэлла не могла двигаться, поэтому позади неё приземлился барнушка, охраняя её и создавая тень. За этой ширмой глаза Мики стали светиться и источать ещё большую опасность. Дракон смотрел так же, как и владелица островов. Они были одним целым. Болли понимал, что если он двинется, то либо его унесёт дракон, либо он умрет от остановки сердца из-за этих глаз. — Я никогда не сомневаюсь в своей жене и знаю, что она может защититься себя сама. Эйрик понял, что случилось, но даже не отвел взгляд со своей жертвы. Маленькие острова стали возвращаться в своё изначальное положение, и родители Руны отпустили глупую семейку. Стражники подбежали и помогли подняться большой свинье. Раненую и плачущую даму увели поскорее к причалу, чтобы отправить её домой для лечения вывиха плеча. А Болли приводили в чувства мужчины в форме: мальчик не понимал, что происходит. Он вспоминал раз за разом этот хищный взгляд, из-за которого кровь в его жилах стыла. Самое первое, что он сказал после спада своего окаменения: — В… В… ВЕДЬМА! — мальчик указал на Мику. Женщина лишь мило улыбнулась и ответила: — Мальчик, разве тебя мама не учила, что показывать пальцем это невоспитанно? Данные слова заставили Болли покраснеть. К нему подошёл его отец, закрыв собой солнце и создав большую тень. Мужчина дал мальчику пощёчину, что выбило маленького поросёнка из равновесия и заставило упасть. — Из-за тебя твоя мать могла погибнуть. Из-за твоей трусости! Ты просто трус, который не смог напасть на жал… — свинья посмотрела на Эйрика, который злобно сверлил его взглядом, — на женщину. А тебя, — он показал пальцем на вождя, — я вызываю на Белатрикс. Это будет бой насмерть! Я заберу у тебя не только твою дочь, но и твою жену, и все острова в придачу! — визжа, показал свою поросячью натуру дворянин. — Ха-ха! Зная всех богатеньких сукиных сынов, я заранее всё проговорю. Даже если ты выставишь самого сильного бойца против меня, я всё равно заберу твою голову. А так как я ещё стану победителем, то и голову твоего отпрыска, и всё твое имущество в придачу. Оружие выбирай любое. Биться будем на площади, на моей земле, — Эйрик подошёл ближе к противнику. — Ах, да, и знаешь, указывать пальцем, — вождь убрал его податливый палец обратно в кулак, — не очень-то и культурно. Гурл-старший покраснел от злости. — Хорошо, но твоя девчонка должна сидеть перед судьёй в белом наряде с фатой, как и принято. Уходим! — скомандовал толстяк. И все чужаки ушли, как побитые собаки с поджатым хвостом.