Небесный кит, падающий в бездну

Чайльд любит трудности и решительно сталкивается с ними. Они позволяют стремиться к необходимому совершенству, подталкивают преодолевать собственный предел. Именно по этой причине лук, как самый нелюбимый вид оружия, Чайльд носит с собой. Готов призвать в любой момент, сражаясь не только с врагом, а с собственной слабостью. Поэтому так важно бросать вызов тем, кто на голову сильнее тебя. Тем, кто опытнее и умнее. Тем, кто превосходит во всех сферах. Моракс идеален в этом плане, с предвкушением размышляет Чайльд, когда долгие минуты ожидает начала церемонии Сошествия, а затем с шоком наблюдает, как с высоты нефритового дворца камнем вниз летит огромный дракона. Его тело пару раз перекручивается в воздухе и с оглушающим звуком бьется о землю, пробивая плитку и образуя глубокую яму. Нет. Нет. Нет! Нервная улыбка застывает на лице. Чайльд не находит себе сил сдвинуться с места. Он цепенеет, с трудом осознавая тот факт, что Моракс легко уничтожил все его планы. То, ради чего проделался весь путь из Снежной, сейчас валяется грудой мусора перед толпой идиотов. Этого не может быть. Моракс не умер. Не тогда, когда Чайльд так отчаянно желает битвы с ним! Толпа реагирует быстрее, чем Чайльд приходит в себе. Крик детей режет уши. Взрослые толкаются, кто пытается подойти ближе, узнать, что случилось, кто пытается уйти, осознавая всю серьезность ситуации. Миллелиты оцепляют площадь, задерживают всех для допроса. Чайльд скрывается быстрее, чем его хватаются. Он крадется по переулку, держась в тени. Раздражение то увеличивается, то стихает. Людям Ли Юэ стоит молиться на удачу мертвому божеству, чтобы они не столкнулись в данный момент. Огибание людных улиц увеличивает короткую дорогу до банка втрое. Чайльд пытается успокоиться и сориентироваться. Многоэтажные дома, не отличающиеся почти ничем, сбивают с толку. Однажды вместо банка Чайльд набрел на книжный магазин в соседнем здании. Несерьезная ошибка тогда, равняется потери ценному времени сейчас. На главной улице необычно тихо. Слухи в Ли Юэ распространяются быстро. И это плохо. Улицы становятся безлюдными, пустыми для побега. Скрыться в толпе даже с отличной от местных внешностью проще. Стянуть маску, стащить у прохожего шляпу и ловко пробраться на другую сторону. Идеальный план, если бы не тишина. Чайльд прислушивается к характерному топающему звуку за углом. У Фатуи плохая репутация, и лучше ему быть в банке, когда придут для допроса. А они придут. В том, что его будут искать, Чайльд не сомневается. Конечно же, кто может быть виновен во всех бедах, как не предвестник, недавно прибывший в гавань? Это льстит. Но серьезно, даже он не в силах убить дракона в небе. Огромного дракона в небе. Чайльд разочарованно вздыхает. Пусть даже он лишился битвы, теперь достать сердце будет в разы проще. Мертвое тело не может защищаться, нужно только добраться до него. Топот миллелитов стихает. Чайльд вылетает из-за стены и тут же отскакивает в сторону, чтобы не столкнуться с прохожим. — Чжун Ли? — Чайльд не успевает скрыть свою нервозность или хотя бы привести себя в подобающий вид. Волосы растрепаны, рубашка, которую он сегодня надел без испачканного пиджака, задралась и слегка съехала вбок. Это, пожалуй, не тот вид, в котором он хотел бы, чтобы Чжун Ли его видел. Но тот не обращает никакого внимания на это, либо же просто не концентрирует внимание. Чайльд уже привык, что по большей части взгляд Чжун Ли неотрывно направлен на его лицо. Пойди Чайльд голый, Чжун Ли бы и слова не сказал. — Хм, что ты тут делаешь? — он неуклюже одергивает рубашку и пытается пригладить волосы. Его действия вряд ли помогают, но это успокаивает. И Чайльд почти приходит в норму. Присутствие Чжун Ли сбивает агрессивный настрой, однако едва ли сглаживает неловкость. — Не думаешь, что этот вопрос следует задавать мне? То, как ты выпрыгнул, было весьма… нетривиально, — Чжун Ли качает головой и делает несколько шагов вдоль улицы. — Ха-ха, ты так думаешь? — Чайльду не остается ничего, кроме как пойти следом, — значит, чтобы произвести на тебя впечатление, мне стоит почаще пользоваться таким методом? — он равняется с Чжун Ли и, кажется, становится слишком близко, что при ходьбе их плечи и кисти почти соприкасаются. — Уверяю, тебе не стоит об этом беспокоиться. Твои методы настолько оригинальны, что мало кто может остаться полностью равнодушным. Он хочет спросить, хорошо это или плохо. Фразы Чжун Ли очень часто несут подтекст, уловить который порой бывает сложно. Но Чайльд старается, честно. Вообще-то он планировал избегать встречи с Чжун Ли еще несколько дней, пока не улягутся мысли о том, что Чжун Ли вообще-то занят и ждет возможности, когда сможет помириться с тем, кого любит. Знаете, это весьма неприятно. Чайльд просто хочет, чтобы его собственные чувства побыстрее улетучились. Они могут стать хорошими друзьями, но только тогда, когда этого будет достаточно. Задать вопрос он не успевает. Их окружают несколько вооруженных копьями стражников. Чайльд хочет похлопать в ладоши от того, какая ненависть от них исходит и какие презрительные взгляды они посылают. Потому что, эй, вообще-то он не сделал ничего такого, чтобы к нему так относились. Слово «пока что» он завуалирует. К тому же никто не пострадает, если все пройдёт так, как надо. И сердце Царице нужнее, чем безжизненному телу пусть и бывшего Архонта. — Вы задерживаетесь по подозрению к причастности в убийстве. Чайльд замер. — Насколько это затянется? У меня сейчас обед, после которого мне нужно как можно быстрее вернуться к моей работе в банке. Сомневаюсь, что документы смогут разобраться сами без моей помощи, — Чайльд разводит руки в сторону и улыбается на очевидную неприязнь. Ему не привыкать. — В чем дело, господа? — вмешивается Чжун Ли. Миллелиты переглядываются, пока самый смелый из них не берет слово. — Понимаете, господин Чжун Ли, — Чайльд не знал, что Чжун Ли настолько известен, — этот человек может быть задействован в убийстве Властелина камня. — Не думаю, что это возможно, — качает головой Чжун Ли, — мы сегодня были целый день вместе. Или вы считаете, что он может быть в двух местах одновременно? — Чайльд кивает головой на неожиданные слова Чжун Ли, когда тот вступился за него. И это выглядит нереально, потому что Чайльд не мог припомнить даже один момент в своей жизни, чтобы хоть кто-то вступался за него, рискуя для себя. Чжун Ли был необыкновенным. — Именно. К сожалению, наш обед ограничен. Если у вас есть какие-то претензии, то вы всегда можете найти меня в банке или там же связаться с моим представителем. Миллелиты не проводят задержание, что уже большая удача, только просят не покидать гавань до выяснения всех деталей преступления, и пока настоящий преступник не будет найден. Чайльд соглашается со всеми их словами. Разумеется, исполнять их требования он не намерен. — Спасибо, что прикрыл меня, — говорит Чайльд, когда они остаются вдвоем, — а вдруг я на самом деле тот, кто убил вашего Архонта, и ты так бездумно защитил меня. Это легко сделает тебя соучастником преступления, — он сквозь прищуренные глаза наблюдает за реакцией Чжун Ли. — Не хочется тебя оскорблять, но сейчас твой уровень сил едва ли такой, чтобы стоять хотя бы на равных. — Ты ни разу не видел меня в бою, как ты можешь так недооценивать меня? — хмурится Чайльд, — ты не поверишь, как я хорош. Могу продемонстрировать это в любой момент. — На самом деле я собирался пообедать, поэтому отклоню твое предложение. Но буду рад, если ты составишь мне компанию. Сегодня в ресторане «Народный выбор» готовит Сян Лин. Насколько я помню, ты еще не имел возможности попробовать ее блюда, поверь, она тебя не разочарует. Чайльд принимает эту попытку перевести тему и легко соглашается. По крайней мере, он был обязан Чжун Ли, и это меньшее, чем он может ему отплатить. Народный выбор? Отлично. Внешний вид этого места больше напоминает забегаловку, чем рестораны, которые Чайльд обычно привык посещать во время различных деловых встреч. Но если что-то заслужило внимание Чжун Ли, значит, заслуживает внимания и Чайльда. Они занимают небольшой столик внутри из-за того, что мест снаружи недостаточно. В воздухе летает такой яркий запах перца, что Чайльд чихает несколько раз, пока не привыкает. Он позволяет Чжун Ли выбрать им блюда, только просит, чтобы их можно было съесть, не обладая высоким навыком владения палочками. — Чайльд, книга, которую я тебе дал, — Чайльд давится и спешит быстрее запить чаем, слегка откашливаясь. Чжун Ли тактично ждет, пока он закончит, и только когда над их столом воцаряется тишина, говорит, — мне интересно, узнал ли ты что-нибудь новое, когда читал? Или может быть, есть еще моменты, с которыми ты не согласен. — На самом деле, — Чайльд не хочет врать по темам, которые не касаются его работы, но не может же он сказать, что закинул книгу на шкаф и не планировал ее читать, — в последнее время у меня так много работы, я просто не успел. — Я надеюсь, что скоро у тебя появится свободный вечер, который ты мог бы посвятить чтению, — голос Чжун Ли звучит разочарованно, но Чайльд не позволяет себе пуститься в оправдания, — по поводу рассказа про полуночный нефрит, — Чжун Ли тянется к карману и достает оттуда небольшую коробочку, — мне кажется, тебе было бы интересно взглянуть на этот камень. Найти его достаточно трудно, если не знать мест, поэтому у меня есть небольшой подарок. Чжун Ли подталкивает коробочку в красной упаковке в сторону Чайльда, которую он с интересом берет. Внутри оказывается небольшой ярко-синий камешек в форме капли, сеткой обтянутый черной нитью. Чайльд соврет, если скажет, что ему не нравится. Он аккуратно вытягивает украшение из коробки и принимается разглядывать его. Камень сильно отражает цвет, что в некоторых местах он приобретает светло-голубой или даже белый оттенок. — Если этот камень создал Моракс, то у него, определенно, есть вкус, — восхищенно говорит Чайльд, — очень красиво. — Если хочешь, я помогу тебе надеть его. — Да, пожалуйста. Чайльд передает подарок. Чжун Ли встает, медленно обходит стол, становится сзади и, перекидывая камешек вперед, завязывает нитку. Чайльд чувствует, как чужие пальцы касаются кожи, задевают пряди волос. Он наклоняется вперед, чтобы уйти от этого ощущения и скрыть дрожь, пробежавшую по телу. Чжун Ли как будто нарочно склоняется ближе, так, что чувствуется его дыхание. Для чего это все, если у него уже есть другой человек? У Чайльда внутри ком тугой от этого стягивается. Но жизнь вполне может сделать ему такую подлянку за все его отвратительные поступки. Справедливо. Когда Чжун Ли возвращается на свое место, Чайльд скрывает смущение за паром от горячего чая, пока приводит мысли в порядок. — Считаю, что должен подарить тебе что-то в ответ. Жалко, что у меня нет ничего особенного из Снежной, — вздыхает он. — Не беспокойся об этом. Я только рад, что могу познакомить тебя с культурой Ли Юэ, — спокойно отвечает Чжун Ли. В этот раз его взгляд прикован к камешку, висящему между ключицами. Чайльд едва побарывает желание потеребить подарок, но вместо этого хватается за палочки, чтобы хоть как-то занять руки. — Ты всем гостям даришь такие подарки? — со смешком спрашивает он. Внутри скапливается страх, что ответ будет положительным. И если это так, то участь украшения оказаться рядом с книгой. Высоко. В пыли. Подальше от взгляда. — Разумеется, нет, — просто отвечает Чжун Ли. И Чайльд замечает, как расслабленно выдыхает. Он смущенно улыбается. — Тогда я польщен. — У твоих глаз такой же цвет, как у камня. — Совсем как у любви Моракса. — Совсем как у любви Моракса, — соглашается Чжун Ли, — найти с таким ярким цветом было нелегко, но я рад, что у меня получилось подобрать оттенок. — Ты что? — Чайльд удивленно приоткрывает рот, — ты сам искал его по горам? — Конечно. — Тогда я точно обязан найти что-то такое для тебя. — Я буду рад принять что угодно, даже если это будет глазурная лилия. — Хорошо-хорошо, я придумаю что-нибудь необычное. — Совсем как твое недавнее появление? — усмехается Чжун Ли. — Меня хотели арестовать ни за что! — Чайльд скрещивает руки на груди, — если бы я убил Моракса, то это было бы, по крайней мере, эффектно. И сбрасывать тело просто вниз? — он качает головой, — не мой стиль издеваться над мертвыми. — Значит, ты веришь в то, что Властелин камня погиб? — А ты нет? — усмехается Чайльд. Его тело, наверняка, до сих пор лежит на площади. Тяжело в это не верить. — Как ты уже сказал, битва была бы эффектной. Думаешь, он позволил бы просто так убить себя? — Ты не можешь говорить это и так спокойно пить чай! — возмущается Чайльд. Обычные люди не обсуждают такие темы во время обеда вместо разговоров о том, какая прекрасная погода. — Я просто высказываю свое мнение. Конечно, оно может не совпадать с твоим. И это нормально. Каждый человек видит мир по-своему. У каждого своя точка зрения, свои идеалы и свои размышления. — Но если Моракс на самом деле жив, то как его можно найти? — Хочешь эффектно подраться? — Нет, — отмахивается Чайльд, — мне интересно спросить, почему все люди думают, что он погиб, пока он прохлаждается где-нибудь в своей обители. — Есть легенда, что, заполучив три ключа от просветленных Адептов и направление от последнего Якса, можно встретиться с Властелином камня. — И где мне искать этих Адептов? — осторожно спрашивает Чайльд. Если эта легенда единственная наводка, то он готов попытать счастье. Если Чжун Ли прав, и найти Моракса можно таким способом, то Чайльд скоро завершит свою миссию. Он надеется, что когда вернется домой, то большая часть его проблем исчезнет. До прибытия в Ли Юэ головная боль не мучала его. Возможно дело в климате, и смена на более привычный все исправит. — Самый милостивый — это Владыка Лун. С ним у тебя больше шансов не погибнуть. Он обитает на пике Цинъюнь. Это понятно по табличкам вокруг горы. Чайльд игнорирует фразу про то, что он слаб. Выслушивать подобное от Чжун Ли становится почти привычным, но сейчас есть дело важнее. Когда Чайльд заполучит сердце, он докажет Чжун Ли, насколько он силен, и что он не зря заполучил звание Авангарда Царицы. — Когда будет свободный денек, обязательно навещу его. Посмотрим, с какой скоростью он отдаст мне ключ. — Не думай, что это будет просто. — Я справлюсь с любым испытанием, — уверенно заявляет Чайльд. — Владыка Лун любит загадки. Это не должно быть проблемой. Может, Чайльд не так умен, как, например, Дотторе, но неужели он не сможет справиться с какими-то загадками. В любом случае, он всегда сможет отобрать ключ силой. Если он не сможет победить какого-то адепта, то точно не будет ровней Архонту. — Ладно, все это звучит утомительно, — протягивает Чайльд. Он упирается локтем в стол, подперев щеку кулаком, — может ты расскажешь мне еще о полуночном нефрите? Я бы хотел послушать о камне, который буду носить. Можно было и не спрашивать, с улыбкой думает Чайльд, когда Чжун Ли кивает и сразу же начинает говорить. Он повторяет историю про создание этого камня, но более углубленно в детали, которые не раскрывались в книге, и продолжает рассказывать про значения, которые приписали люди, про легенды и про другие истории, связанные с нефритом, но уже не связанные с Архонтом. Чайльд понимает, что мог бы просидеть так всю жизнь, разглядывая красивое лицо напротив и вслушиваясь в ровный голос. К тому же, головная боль рядом с Чжун Ли отступает. А Ли Юэ перестает быть таким уж ужасным.