Только не сейчас

Через распахнутое окно в комнату проникал свежий утренний ветерок, беспорядочно разбрасывая листы бумаги по комнате. На столе стоял недопитый кофе, аромат которого наполнял всё в округе вперемешку с запахом недавно закончившегося дождя. Всё в этой комнате было пропитано чем-то эфемерным и лёгким, словно ты погружался в другой мир, ограждённый от внешнего. От всех проблем и забот. Но так ли это? На первый взгляд, да. Рядом всё с тем же кофе завораживающе посапывал парень, чья макушка весело поблёскивала от солнечных лучей. Всего пару часов назад в этой комнате проходил усердный мозговой штурм над очередным недописанным романом, который в прочем был не так уж плох. Но проблема в том, что сколько бы Чимин не брался за карандаш, из раза в раз выходило одно и тоже. Начало могло быть разным, но вот концовка, да и сам концепт с основной темой всегда были неизменными. Всё бы было ничего, если бы за это парня каждый раз не ругали преподаватели, ведь он студент литературного факультета, где важно проявить креативность и фантазию. И нет, с этим у него всё нормально. Он сам не понимал, как вновь и вновь выводил своей рукой всё тех же персонажей, всё ту же историю. Кстати о университете… Пока Пак Чимин невинно отлёживал бока, стараясь хотя бы немного восполнить утерянные силы, в универе давно уже началась первая пара. На самом деле, он просто привык, что его соседи по комнате по-товарищески будили его день ото дня всевозможными способами, от самых безобидных до по-садистски извращённых. Вот только он переехал совсем недавно, если быть точнее неделю назад, на съёмную квартиру, условия в которой были намного лучше, чем в общежитии, хотя бы потому что не надо было делить ни с кем душевую комнату и туалет. Телефон же, которым Чим не часто пользовался, предательски сел ещё вчера вечером, и все эти триллионы звонков от друзей так и не дошли до получателя. Бог знает, сколько бы он ещё так проспал, если бы прямо под его окном не засигналила машина, да так громко, что из-за неё, кажется, проснулся весь район. Пак неохотно потянулся, при этом размяв затёкшие части тела, и, потерев глаза, начал на ощупь искать свой мобильник. Осознав, что тот полностью разряжен, он с ужасом перевёл взгляд на настенные часы, попутно молясь всем богам, которых он только знал, чтобы на часах было хотя бы семь часов. Но, видимо, даже Боги не умеют отматывать время вспять, так как минутная и часовая стрелки показывали полдевятого утра. Чим никогда не был силён в физических нагрузках, но если бы его сейчас увидел физрук, он бы смело поставил тому зачёт по всем семестрам наперёд, ибо настолько быстро по комнате тот ещё не бегал никогда. Всего за пять минут он успел перекусить на быструю руку сделанным бутербродом, собрать разбросанные листы бумаги, причем в нужном порядке, и достаточно стильно одеться, скажем так, не в домашние штаны. К первой паре он уже всё равно не успеет, но нужно было постараться хотя бы не опоздать ко второй. Благо, только он подбежал к остановке, к ней подъехал нужный ему автобус. Может быть, этот день не такой уж и плохой? Ан нет, показалось. Друзья, так отчаянно звонившие ему на телефон, пытались не только разбудить, но предупредить Чимина, что вместо второй пары у них будет какое-то важное собрание, на котором будет присутствовать не только их факультет. Именно поэтому Пак сломя голову обежал чуть ли не пол университета, беспардонно врываясь в каждую аудиторию, чтобы в конечном итоге отыскать всех в актовом зале. Оо, Чимин был готов сгореть со стыда прямо тут, ведь на него обернулись практически все. Конечно, а как можно было не обратить внимания на растрёпанного и лохматого парня, безбашенно ввалившегося в главные двери зала. Опустив голову, Чим как можно быстрее постарался сесть возле своих одногруппников, мысленно уже выбрав цвет для гроба, в котором его и похоронят. — Ты где ходишь? И почему не отвечаешь на звонки? — шёпотом начал допрашивать его беловолосый парень. — Мы тебе столько раз звонили. Профессор Ким уроет тебя. Тебе крышка, понимаешь? — он многозначно провел большим пальцем по шее, наглядно показывая, что будет с ним в недалёком будущем. — Чёрт, лучше бы я вообще не приходил, да? — накинув на себя капюшон розовой толстовки, подытожил Пак. — Да брось, не слушай ты Минсока. Он как всегда всё приукрашивает, — похлопал его по плечу рядом сидящий Чхве Ушик, который, наверное, лучше всех понимал Чимина. — Вот увидишь, уже через пару минут все об этом забудут. — С чего ты так уверен? — Профессор Ким хочет объявить какую-то очень важную новость, и, кажется, нам всем это понравится. Чим хотел задать ему ещё какой-то вопрос, но его прервал мягкий, но в то же время достаточно властный голос того самого профессора, с которым у парня были натянутые отношения. Он громко кашлянул в микрофон и, убедившись, что внимание всех присутствующих приковано к нему одному, продолжил с того места, на котором прервало его бесцеремонное появление Чимина. — Как я уже говорил, каждый год в одно и то же время мы с моими коллегами, — он сделал многозначную паузу, кивком указав на стоявших справа от него преподавателей, — вывозим студентов четвёртого курса на специальную турбазу, дабы освежить ваши юные даровитые умы. Но спешу вас огорчить, что во время этого небольшого, но весьма увлекательного путешествия вы будете не только отдыхать, конечно же, вам придётся немного поработать. О, и поездка является обязательной для всех студентов всех направлений нашего замечательного университета, это я говорю на случай, если кто-нибудь решит отказаться. Наверное, все подумали, что на этом речь старика закончилась, поэтому массово начали обсуждать данное мероприятие. Кто-то был недоволен, так как уже строил, казалось бы, неотложные планы на этот период времени, но большинство положительно восприняло данную новость, воодушевившись страстной тирадой профессора. Но уж поверьте, это была даже не середина данного монолога. Дальше профессор Ким начал оглашать списки ответственных за данную поездку, правила поведения, дату и место отправки, список вещей, которые просто необходимо было взять, и это лишь малая часть. Каждый раз народ думал, что вот-вот наступит конец этого весьма скучного и никому не нужного разъяснения фактов, которые и так прекрасно все знали и понимали, но старик всё с новой и новой силой продолжал бубнить что-то себе под нос, кажется, забыв, что у студентов пары, а кому-то вообще нужно домой или по делам. Поэтому многие просто-напросто начали заниматься своими делами, делая вид, что внимают каждому его слову. Чимин же решил поинтересоваться, как относятся к данной идее его друзья: — Что вы думаете по этому поводу? — По-моему, это отличный шанс познакомится с новыми люди, — не отрываясь от телефона, проговорил Минсок. — А, и я слышал от ребят с пятого курса, что их тоже запугивали по поводу работы, но, в итоге, все семь дней они веселились и ездили в различные места в пределах провинции. Разве это не круто? — А тебе лишь бы не учиться, — дав тому смачный подзатыльник, отчитал его Ушик, выразив шуточное презрение в его сторону. — Не знаю, как вы, но я считаю, что там мы сможем поднабраться небольшого опыта, если верить словам профессора… — Ты такой скучный, хён, — обиженно пробубнил Мин. — У меня нехорошее предчувствие насчёт этой поездки, — тихо произнёс Чим, — будто что-то должно случиться… Может быть, это всё нервы. В последнее время я плохо сплю… — Чими, может, ты сходишь к врачу? Я могу одного посоветовать… — как обычно бывало, выразил своё беспокойство Чхве. — Не думаю, что в этом есть необходимость. Просто знаешь, просыпаясь утром, меня гложет какое-то странное чувство, словно всё моё существование — одна сплошная ложь, а правда где-то там во сне. Но я ничего не помню, как бы я не старался и как бы сильно не напрягал мозги. Ничего. Абсолютно ничего. Тихо бормочущий что-то себе под нос профессор вдруг громко топнул ногой по сцене, при этом торжественно жестикулируя, и произнёс, наконец-таки, то, что хотели услышать все, включая других преподавателей: — Ну что ж, дорогие мои, не смею больше вас всех здесь задерживать. Надеюсь, вы хорошо, а главное с пользой, проведёте время. А теперь возвращайтесь, пожалуйста, все в свои аудитории. Казалось, что весь зал одновременно вздохнул с облегчением, что, конечно, не осталось незамеченным, но всем было уже настолько всё равно, что никто даже не обратил внимания на возмущения, исходящие от организатора сей встречи. Пока все дружно разбредались по своим аудиториям, Чимин под шумок свалил на улицу. Учиться совершенно не хотелось, да и тем более до конца пары оставалось, примерно, двадцать минут, за которые они бы успели сделать совершенно ничего. Он и сам не понял, как ноги привели его в местный буфет, а так как утром Чим съел всего лишь один несчастный бутерброд, из-за которого ему, кажется, только ещё больше захотелось есть, он решил, что это знак свыше сделать небольшой перекус. Тем более нельзя было упускать шанс, не стоять в длиннющей очереди, в которой вечно все толкаются и топчутся по ногам во время перемены. Отыскав в кармане штанов несколько монеток и, о чудо, свёрнутую купюру, он начал разглядывать прилавок, дабы определиться с выбором своего завтрака. А выбор был не такой уж и большой, но жаловаться не приходилось. А вообще это выглядело так, словно здесь прошёлся небольшой ураган, так как из самого нормально остался последний стаканчик холодного Американо, который Чимин любил, даже не смотря на его ужасный вкус, банановое молоко и пару сэндвичей. Выбор казался очевидным, поэтому Чим поспешил на кассу, но прямо перед ним не пойми откуда возникла серьёзная такая преграда, в виде спины какого-то другого студента. — Простите, но я первый… — Здравствуйте, можно, пожалуйста, Американо со льдом и один сэндвич с ветчиной, — произнёс приятный голос этого парня-помехи, который даже не обратил на того внимание. — Конечно, вам невероятно повезло, остался последний стаканчик с кофе. Наверное, ждал только вас. — улыбнулась тому немолодая буфетчица и протянула ему его заказ. — Спасибо. Чимин был настроен решительно. Он даже готов был подраться с этим парнем за этот несчастный стаканчик, потому что как бы «он первый положил на него глаз». Вот только он не успел сказать и слова, как помеха сама собою устранилась, пройдя мимо Пака и скрывшись за поворотом, как ни в чём не бывало. Тогда Чим решил отомстить, во что бы то не стало, ибо красть чужое кофе — это непростительно, это верх низости и наглости. Но и тут есть небольшая загвоздка: Чимин просто-напросто не увидел его лица, весь взор его был сконцентрирован лишь на желаемом стаканчике Американо. А как вы предложите мстить, когда даже не знаете кому? Поэтому Чим рассерженными шажками дотопал до тётеньки-буфетчицы и заказал всё банановое молоко, которое у них только было, дабы с горя напиться. — Ну погоди у меня еще, воришка! Когда-нибудь я до тебя доберусь, — злостно откусывая ни в чем неповинный сэндвич и потягивая через трубочку банановое молоко, бутылочку за бутылочкой, приговаривал Пак, в голове придумывая уже план убийства и то, как он будет заметать следы. Доев свой скромный поздний завтрак, Чим опять отправился в корпус, так как впереди была последняя и самая нелюбимая его лекция. На самом деле, преподаватель, который вёл данный предмет, откровенно недолюбливал Пака и всячески старался ему напортачить, вплоть до того, что давал ему особые поручения и задания, на выполнение которых у Чимина не было не сил, не времени, не желания. И это «особое внимание» со стороны преподавателя видели все, но молчали и лишь кидали сочувственные взгляды, когда тот в очередной раз просил остаться Пака после лекции, чтобы «поговорить». Именно поэтому, войдя в аудиторию, Чим сразу же устремился на последний ряд, прикрыв голову толстой папкой с конспектами и набросками его нового романа, над которым он так кропотал всю ночь. Зал потихоньку наполнился, не оставив свободного места, и где-то через минуту после звонка вошёл высокий мужчина в солидном костюме и с небольшим кожаным портфелем, в котором он обычно носил свои очки и материалы для занятия. Он привычно окинул зал отчуждённым взглядом и принялся записывать тему на огромной, во всю стену, доске. Все дружно начали переписывать её за ним, но не Чимин, который был увлечён какими-то своими мыслями, прокручивая пальцами небольшое колечко, что он всегда носил с собой, как талисман, на шее. Сколько он себя помнит, оно всегда было при нём. Такое маленькое и утончённое, всего лишь несколько граммов металла, которое вряд ли чего-то стоит, но для Чимина это была самая ценная вещь. С ним частенько такое бывало, когда вокруг кипела жизнь, а он вдруг выпадал из мира, словно он ему никогда и не принадлежал, проживая чью-то жизнь, не свою, а чужую. Возможно, он чья-то ошибка… Герой романа, которого не должно было быть. За мыслями пролетели полтора часа, словно их и вовсе не было. Прозвенел звонок, от которого Чим пришёл в себя и понял, что нужно срочно ретироваться, от греха подальше, ибо чувствует его пятая точка, что не к добру всё это. И, к сожалению, она была права. Только он, слившись с толпой таких же студентов, собрался покинуть это проклятое место через массивные створчатые двери, как профессор Кан окликнул его, заметив знакомую макушку: — Чимин, останься, пожалуйста, на пару слов. Нам нужно поговорить. Эти слова заставили парня остановиться на полпути, замерев от ужаса предстоящего. Когда же все учащиеся кроме него вышли, он развернулся и, засунув руки в карманы, направился к преподавательскому столу. — Надеюсь, это последний раз, когда я вижу, что ты витаешь в облаках на моих лекциях. С твоими-то навыками и умениями ты должен сидеть на первом ряду и внимать каждому моему слову, — буквально пожирая того взглядом, совершенно спокойным голосом произнёс профессор. — Прошу прощения, такого больше не повторится, — тихо промямлил он, опустив голову вниз. — Надеюсь на это. Ты сделал то, о чём я тебя просил? Пак судорожно полез в рюкзак и, отыскав в нём стопку листов, протянул её профессору Кану, предвкушая огромную волну ругательств, которая сейчас на него польётся. Ведь эта стопка — тот самый роман, над которым он работал последние две недели, недосыпая и забывая про приёмы пищи. А тот даже не стал вчитываться… Лишь пробежался глазами, словно уже знал, о чём там написано. — Ты же понимаешь, что если вдруг ты станешь писателем, тебе придётся придумывать что-то новое? — повысил голос он. — Ты же должен это понимать. Это основы, это то, что знает даже пятилетний ребёнок, или хочешь сказать, что ты глупее него? Знаешь, где место этому «роману»? В мусорном ведре. С этими словами он взял свой портфель со стола и выбросил его работу в мусорку. — Даю тебе последний шанс. И тебе лучше им воспользоваться, — бросил он через плечо и удалился за дверью. — Чёрт, — смахнув рукавом толстовки накатившие слёзы, кинулся он к мусорному ведру, достав оттуда помятую стопку бумаги, и тут же рядом осел на пол. В душе Чим понимал, что профессор прав, но почему же так больно и обидно? Почему он вообще решил стать писателем? Опять чья-то ошибка? Паршиво. Домой он направился один, хотя друзья и ждал его, Чимин сказал им, что не хотел бы сейчас раздражать всех своим угрюмым настроением. Ему легче вот так хранить всё внутри и самим справляться со своими проблемами. Ты не один, ты просто не хочешь их напрягать. Ввалившись в квартиру, он отбросил рюкзак в сторону и полез за телефоном. Отыскав в нём номер своей матери, он замер в нерешимости позвонить ей. — Конечно, она, скорее всего, занята и не возьмёт трубку, — с этими словами Чимин заблокировал телефон и пошёл в свою комнату собирать вещи. Времени было ещё много, поэтому он спокойно мог обдумать, что ему брать с собой, а что нет. Это было своего рода занятием, чтобы отвлечься, оттеснить грузные мысли на задний план, так сказать. На улице было уже достаточно тепло, хотя было только начало апреля, поэтому Чим позаботился о том, чтобы взять одежду по погоде, дабы не чувствовать себя некомфортно. Но пару тёплых вещей на всякий случай он тоже, конечно же, засунул. Пока он думал, взять с собой две пары кроссовок или три, его вдруг осенила мысль, что надо бы купить перекусить что-нибудь в автобус и просто так, ведь, скорее всего, ребята замутят какую-нибудь вечеринку в первую же ночь по случаю приезда, а приходить с пустыми руками как-то неловко. Поэтому, накинув лёгкую ветровку, он решил сходить в ближайший круглосуточный магазинчик, тем более недавно ему на карточку пришла стипендия, а это значит, что можно и пошиковать. Так как переехал сюда он совсем недавно и всё это время на улице был от силы раза два, если не считать походы в университет, знал он об этом районе практически ничего. Дай Бог, дорогу до дома запомнил, и уже хорошо. Оглянувшись вокруг, Чим не нашёл ни одной приметной вывески, поэтому побрёл вниз по улице, наслаждаясь тёплым свежим воздухом и редкими лучами выходящего из-за облаков солнца. Вдоль обочин аккуратными рядками была высажена сакура, которая за ночь распустилась и теперь радовала глаз ленивого прохожего, вроде Чимина, своим нежно-розовым многоцветием. Почему-то с каждым шагом ему становилось всё труднее дышать, а внутри возгоралась необоснованная тревога. Какие-то странные чувства переполняли его, но такие привычные, словно это было его обычным состоянием. На другой стороне дороги показалась витрина небольшого магазинчика. И вот тут случилось вообще что-то сверхъестественное. Перед его глазами картинки стали меняться местами, словно только что был день, и сразу же наступила ночь, а потом обратно. И эти постоянные помехи, какие бывают лишь на старых телевизорах. На совсем пустом тротуаре появились люди, а из магазина, чья подсветка ярко освещала ночную улицу, вышел молодой парень с большой коробкой в руках, видимо, работник, и… Это всё прекратилось, как по щелчку. Будто секунду назад всё это происходило не с ним. Но с кем, если он так отчётливо всё чувствовал и ощущал? — Чёрт побери, я слишком измотался за последние две недели… Вот всякие галлюцинации перед глазами и возникают. Так-с, — он похлопал себя по красноватым щёчкам, дабы взбодриться, — нужно хорошенько отдохнуть во время этой поездки, пока есть шанс. В магазине его встретила улыбкой молоденькая продавщица, которая, видимо, работала здесь на полставки. «… и никакого парня» — пронеслось у него в голове. — Извините, — обратился он к ней, — а с вами случайно не работает молодой парень, вероятно, такого же возраста, что и вы? — решил убедиться Чим на всякий. — Мм, нет. Я здесь одна. А, и мой босс, но его сейчас нет, да и он совсем не молодой, — она хихикнула каким-то своим мыслям. — Хорошо, спасибо. Нельзя сказать, что после такого ответа Чимин вздохнул с облегчением, скорее, это дало ему новый повод для размышлений. Возможно, это могло бы быть воспоминанием из детства, но его семья никогда и близко не жила рядом с этим районом, тогда это могли бы быть совсем свежие воспоминания. Ведь он частенько ходит этой дорогой, возвращаясь после универа поздним вечером, так как этот путь самый освещённый и безопасный, но слова девушки опровергают данное предположение. В итоге, не придя ни к какому разумному объяснению, он схватил корзину и как ни в чем не бывало начал выбирать всевозможные продукты: от полезных до не очень. Когда же места в ней совсем не осталось и была задействована даже левая рука, в которой уместились пару пачек мармеладок, Чим, наконец-таки, всё это оплатил и со спокойной душой и с двумя большими пакетами, доверху забитыми едой и выпивкой, направился домой. Также он решил зайти в аптеку и купить что-нибудь против подобных приступов, потому что чуяла его пятая точка, что такое ещё повторится и ни раз.