Мелодия птиц: свободный полёт.

Странный однако, был день, птицы не пели с утра, на улице сбунтовали бродячие псы. И на небе не виделась солнце, самое яркое, что светела на мое окно. Чай с сахаром уже не казался мне таким уж и сладким. Я вышел в сад, чтобы как то исправить этот день. Но нечего не случалось. Звук леса не слышался, и даже птицы не пели. Это шуршания больше не слышалось. Всё было тихим и загадочным. Но тут мой дискомфорт обрывает пчела, которая села на цветок. Я заинтересовался и сел рядом, но не настолько рядом, а то мало ли, вдруг ужалит. Я с любопытством разглядывал каждое её движение. Мне казалось это милым. Такое прекрасное сочетание пчелы и цветка. Хоть и настолько разные, но они были созданы друг для друга. Я поехал в школу, надеясь, что там не поменялась атмосфера. В классе я не увидел Мишу. А я так надеался, что он придёт. Я начал смотреть на пустое место мишы и хотел думать, что он просто опаздывает. Я чувствовал вину за то, что он не пришёл в школу... Начался урок. На этот раз у нас был урок русского языка, любимый мой урок. Урок вела наша классная руководительница. Она сообщила, что скоро будет фестиваль и мы должны были выступать с каким то номером. Я тут же подумал о скрипке, давно я не играл на нем. Одноклассник показал на меня пальцем и закричал, о том, что бы, я выступал на фестивале. Я дёрнулся но все же согласился. Учительница сказала, что не только я буду выступать, это классный номер и все будут выступать на сцене и поэтому надо будет пойти на склад, чтобы взять инструменты для музыкального выступления. Все стали готовится. Кто-то взял укулеле, а кто-то трубу. У всех были свои музыкальные таланты, даже у тех кто не умел играть на инструментах дали треугольник. Мелодию готовила учительница, а мы все привыкали к инструментам. Готовились по полной. Ведь, когда ещё нам удастся так сильно дружится? Впервые мой класс показался мне оживленным. Моё соло наступала после пианиста. Моим пальцам было больно играть на скрипке. Неудивительно, давно не брал в руки скрипку. Хоть и было трудно, но все же смог сыграть свое соло. После репетиции все ушли по домам. После того как все ушли, я остался в зале и собирал рюкзак. Я увидел тёмный закат за окном. Оно было необыкновенно красивое. Наверное это единственное что случилось прекрасное за сегодня (не считая дружеского коллектива одноклассников) . Пейзажи весны и её закаты совсем по другому ощущаются... Уже все собрал, я не стал спешить. Я не хотел возвращаться домой и поэтому я открыл чехол для скрипки. Я начал играть на ней, чтобы пальца привыкли к струнам. Не переставая играл, и когда даже пальца перестали болеть, не остановился. У меня уже была отмазка того, что я не пришёл домой раньше. Уже натренировав пальца, довольный я пошёл домой. На улице уже стемнело. Фонари разгорелись как пламя посреди мрака. Моё горячее дыхание отдавала дым как табак. Забавно было делать вид, что курю. На улице я увидел Мишу. Моё удивление не передать словами, но я все же не стал подходить к нему. Место того я начал на него смотреть. Он вёл себя так будто один во всем мире. На дороге лежал снег, на которого ещё никто не наступал, миша начал бежать по этому гладкому снегу и смеятся как ребёнок. Я смотрел и не переставал удивляться. Ему явно было весело прыгать из сугроба в сугроб. Надев перчатки он начал делать снежки и кидать их в пустоту. Словно робин гуд начал бесится, прыгать, бегать, и даже куда то лазеть. Радужное настроение только начала усиливаться у него сильнее. Наблюдая как он веселится, я внезапно почувствовал его свободу действий. То как он себя ведёт, не боясь последствий... Уже успокоевшись и лежа на дороге, он начал смотрел на тёмное небо, у которого не было и ни одной звезды. От увиденного я захотел так же как и он бесится и бегать, летать в конце концов. И все же мы совершенно разные. Уже после того случия, я ушёл домой с каплей завистью к мише. Дойдя до дома, я увидел тусклый свет на окне. Готовый вот, вот сгаснуть. Открыв дверь я не обнаружил никого рядом. Со спокойной душой я направился в свою комнату, где так же стоял мрак. Я зажёг последнию спичку и тем огнем зажёг и свечку. Одевшись в домашнию одежду, я сел за стол и начал делать работу, которую не смог доделать в школе. Неожиданно в этот момент зашёл отец. Спросив что чем я занимаюсь в темноте, которая обрывается в маленькой свечке, котороя была единственным светом, который заполняла комнату. Сказав чем занимаюсь, отец косо на меня посмотрел. - тогда почему ты не занимаешься с Валентином? Ты ведь вроде только благодаря ему стал лучше учится. - с недовольным  тоном голоса спросил отец. Потерявшись и почесав затылок в догадке что ответить. Ведь моя успеваемость и действительно стала хуже, после той ситуации с Валентином... Как же все таки хорошо что отец не знает интрижку между мной и Валентином, такой скандал случился бы. Улыбнувшись через силу, я сказал, что все будет хорошо и не стоит волноваться. На самом деле я сам и не знал как поднять успеваемость. В голове лез Миша, он вроде как отличник. Решено. Я пойду за помощью к мише. Собравшись, я покинул дом Михаила. Зайдя в собственный дом, меня охватывал страх. Вдруг родители опять начнут ругать. Но на удивление, я прошел до комнаты легче некуда. На часах было около семи. Вроде бы в это время отец на работе, а мать на прогулке, а сестра должна быть на дополнительных уроках в школе. Это означало что я сейчас был один дома. Называл я это, часом Алексея. В это время я мог делать все что, захочу. Моё тело, вдруг, охватило дикое желание бегать, смеятся, кричать. Я проскольз по перилам лестницы, и начал раздевать уличную одежду на бегу. Вся одежда разлетелась по разным сторонам комнаты. Включая свою любимую пластику с музыкой, я танцевал как Баланчин Джордж. В груди что-то очень сильно билось, это было не сердце, а что-то другое, что-то иное... Успокоившись, я был испуган тем, что я натворил. Вся одежда валялась на полу, стулья были не там где надо, подушки дивана были на лестнице. Я тут же принялся убирать все что я расбросал, но тут открылась парадеая дверь. Отец пришёл куда раньше чем я думал. Я начал оправдываться перед ним и извиняться. Отец был настолько зол, что даже слушать меня не захотел. Грубо взяв меня за кисть руки, он отвёл меня в комнату и запер её из наружи, сказав что больше оттуда не выйду до конца выходных. Сильно растроившись, что не смогу погулять вместе с Мишей, я подошёл к рабочему столу, и начал писать письмо, где говорю Мише что не смогу погулять с ним. Написав довольно короткое письмо, открыл окно и поднёс её к белой птичке. Начитавшись про почтовых голубей, я надеялся что он отправит её куда надо. Хотя это было и обсурдом, я умел надеятся. Закрыв окно, пошёл спать с надеждой что отец забудет об этой ситуации, и отпустит меня завтра. Я проснулся от стука в окне. Подумав что это ветка стучится из за ветра, я повернулся на бок и продолжил спать. Через пять минут все повторилось, уже сомневаюсь что это была ветка, я подошёл к окну и открыл шторы. Из окна весел Миша на дереве, на руке держал стручок и тукал им окно. Я поспешил открыть окно. Я протянул руку Мише, что бы тот смог войти в комнату. Уже когда Миша стоял на подокольнике, он воскликнул - почему ты не сможешь погулять со мной на выходных? - громко спросил Миша. Я оспешил. Закрыв рот Мише своей рукой, жестом руки, я показал что тут нельзя кричать. - тихо ты, разбудишь у меня родителей. - шепотом сказал я. - тогда давай убежим вместе? - предложил Миша. Удивился ли я этому предложению? Не то слово. - что ты такое говоришь? Я не могу. - почему? - это невозможно, у меня тут всё, и семья и друзья, и музыка, я не могу его покинуть. - да ладно тебе, просто доверься мне и все будет гладко. - думаю я пожелею об этом... Миша слегка посмеялся. Взяв мою руку Миша отвёл меня к окну. Прыгать было высоко, надо было хвататься за ветку дерева и понемногу падать. Уже оказавшись на земле, мы побежали в сторону ближайшего поезда, который должен был проежать мимо. Миша смог залесть в поезд, только я не мог догнать его. Миша протянул руку из зо всех сил... И чудо! Я смог ухватится за руку. Лежа уже на соломе, я размышлял что сделал. Мне было страшно только то, что ждёт меня в другом городе, в другом месте, и смогу ли я там выжить. Но меня радовало, что убежал я именно с Мишей.