No es casualidad

cerca de ti irresistible una actuación poco creíble y solo yo entiendo lo que me hiciste

      Между ними — сногсшибательное столкновение на набережной и непреодолимое напряжение, а ещё — семь неотвеченных Луной сообщений. Но Диего это не волнует. То, что с ним сотворила Луна, сама того не подозревая, превышает любые адекватные домыслы, а он их уже давно выписал на бумагу и несколько раз перечитал. Не работало. С Луной Валенте вообще ничего не работало. Ни его проверенные годами подкаты, ни обворожительная улыбка, ни чувство юмора. Что ему оставалось? Не сидеть же днями дома и страдать из-за девушки?       Даже студия не спасала. Все эти полторы недели, что он находился в Буэнос-Айресе, он должен был думать только о поступлении. Репетиции, репетиции и ещё раз репетиции. А по итогу — он снова и снова поёт под гитару, представляя, как будет петь для Луниты.       Поэтому он, не выдержав неизвестности, на которую его обрекла Валенте, пришёл в Jam&Roller. Он не был до конца уверен, что найдёт её здесь, но убеждал себя, что флаер с этим названием просто так бы не лежал у Луны в чемодане. Сейчас, зная хозяйку того злосчастного чемодана, он бы рассмотрел его содержимое получше — вдруг там были ещё зацепки? Сейчас ему бы подошло всё, лишь бы это помогло узнать, где её найти. Она может даже не разговаривать с ним, он заполнит тишину собой. Или будет просто глупо пялиться на неё, как восьмиклассник. Диего не знал, как именно себя поведёт в этот раз...       Но это было неважно: Эрнандес уже шёл по коридору. Заглянул на каток, затем, не найдя там Луниту, двинулся дальше, наконец попал в кафетерий. Луна как будто ждала его, разговаривая с какой-то девушкой, стоя между столиками и сценой. Приглядевшись, он понял, что это та самая подруга Валенте с вечеринки U-Mix. Нина почувствовала его взгляд и, увидев, кому этот взгляд принадлежит, оцепенела. Не переставая таращиться на Диего, она дотронулась рукой до Луны, отчего та незамедлительно повернулась.       — Диего? — от неожиданности она дёрнулась. — Как ты меня нашёл?.. Что ты тут делаешь? — она выглядела такой оторопевшей и бледной, что Диего сам испугался. Может быть, он и вправду зря пришёл?       — Ты упоминала это место в разговоре, — выпалил парень, надеясь, что пронесёт.       — Нет, я не говорила название, — прищурившись, ответила Луна.       Диего слегка поджал губы, затем нервно усмехнулся и отвернулся от девушки, чтобы она не заметила, что застала его врасплох. Чуть наклонив голову и опустив взгляд, он всё же произнёс:       — Я видел флаер в твоём чемодане.       — Значит, ты меня преследуешь? Это уже не смешно, скорее жутко!       — Жутко... — повторил парень, будто смакуя это слово на вкус. — Красивое слово. Любое произнесённое тобой слово прекрасно. Вот скажи, например, «тетрахлорид»!       — Ты невыносимый! Нравится звучание?       — Музыка для моих ушей! — не то чтобы ему не нравилось звучание её голоса — ещё как нравилось! Но этот диалог был скорее попыткой придумать более разумную и не такую маньячную причину находиться здесь.       Поначалу Диего хотел было сознаться, что пришёл сюда с единственной целью — взглянуть хотя бы ещё раз на обладательницу его сердца, но, увидев её шок, вовремя осознал, что это действительно похоже на сталкерство. В надежде найти спасение вокруг себя, он пробежался глазами по помещению, в котором они находились, при этом отвлекая Луну тетрахлоридом. Эрнандес был натренирован за считанные секунды обрабатывать информацию и вычленять нужную, а этот диалог или, точнее, запудривание мозгов Луны, дал ему эту возможность. Пока Валенте чуть ли не задыхалась от возмущения, называя его невыносимым, он как можно незаметнее рассматривал задний фон.

Куча столиков, посетители, сцена, какой-то плакат, Нина, отошедшая от них на метр, но продолжающая наблюдать, барная стойка.

Стоп, плакат.

      Взгляд ловко зацепился за надпись на плакате, которая гласила: «Jam&Roller ищет таланты. Умеешь петь и хочешь поделиться своими песнями? Приходи на Open».       — На самом деле я пришёл на Open, — добавил он после недолгого молчания, мгновенно став серьёзным, что выглядело так, будто действительно всё, что он сказал до этого, было лишь шуткой. Эта быстрая и такая естественная перемена в лице и тоне голоса парня даже заставила Луну засомневаться. Она недоверчиво окинула его взглядом, пытаясь понять, была ли эта пауза попыткой придумать оправдание на ходу, или он действительно узнал заранее об Open и решил использовать его как средство для сближения с девушкой.       — Захотел послушать живую музыку? — желая уличить его в обмане, спросила Валенте.       — Буду петь, — ответил Диего, хитро улыбнувшись, а затем слегка наклонился к ней, дополняя: — Для тебя.       — Ты ещё и петь умеешь? — с издёвкой выкинула Луна, резко отодвинувшись от него.       — Я ещё и танцевать умею. Приходи посмотреть в студию On beat.       — Ещё чего... — раздражённо буркнула Валенте, а сама запомнила название. Как она оправдывала себя в своих мыслях — лишь бы не наткнуться на него ещё раз, но на самом деле...       Впрочем, её желания оставались тайными даже для неё самой. И хотя Луна чувствовала больше, чем говорила, Диего уже всё знал. Ему всего-то оставалось сделать так, чтобы об этом узнала Лунита.       — Что ж, было очень неприятно тебя видеть, но мне, к счастью, уже пора. Прощай! — саркастично ответила Валенте, на что Диего лишь рассмеялся.       — Послушаешь мою песню? Я написал её специально для тебя... — парень самодовольно улыбнулся, и у Луны чуть не свело челюсть от того, как ему шла эта ужасно симпатичная улыбка. Однажды она перестанет влюбляться в плохих парней с хорошей улыбкой, но только не сегодня.       — Ни за что. Я ухожу. — и Валенте действительно ринулась к выходу — подальше от его проникающих в сознание глаз и от его обольстительных речей. Луна знала: однажды она не сможет остановиться, и этот момент было необходимо оттянуть.       А до тех пор, Валенте будет продолжать эту шахматную партию, пока мат не станет неизбежным. И Диего это вовсе не расстраивает, напротив — добавляет азарта в их и без того азартные игры в «кошки-мышки»       Ведь это всего лишь очередной шаг на пути к завоеванию сумасбродной шатенки. И даже если этих шагов наберётся миллион, он найдёт в себе силы, чтобы пройти каждый. Главное, что в конце его будет ждать она.

***

yo te veo pero tú no ves

en esta historia todo está al revés no importa esta vez voy por ti

      Следующее утро для Луниты началось с неожиданного — буквально невыносимый Диего Эрнандес решил, что появления в Jam&Roller для него недостаточно, и пришёл к ней во сне. К удивлению Валенте, сон был приятным, что только сильнее резонировало с тем, как сильно её раздражало поведение Диего. По части отрицания своих чувств Луна Валенте могла бы стать бесспорной чемпионкой, если бы за это давали медали — взять гран-при или даже победить в олимпиаде, если бы такая, конечно, существовала.       Вот и сейчас, Луна постаралась как можно глубже закопать то и дело всплывающие в голове воспоминания ночного визита Диего к ней в сон, и, собравшись с мыслями, направилась в школу после недолгих сборов.       День проходил довольно скучно: физика, химия, биология. Луна не любила естественные науки, а сегодня, как специально, эти самые естественные науки шли одна за другой, пытаясь запихать невпихаемое в и так распухшую от всех проблем голову Валенте. Впрочем, та не сдавалась. Лучше естественные науки, чем мысли о Диего. Хотя и в этом были свои плюсы: мысли о Диего перебивали мысли о Маттео. Правда вот на уроке математики и те, и другие убивали её, не давая сосредоточиться на важной теме. Что ж, видимо, придётся терроризировать вечером Нину, чтобы та помогла ей разобраться с ненавистной математикой.       Как только прозвенел звонок, сигнализирующий об окончании урока математики, Луна почувствовала на своём плече чью-то руку. Обернувшись, она обнаружила невероятно впечатлённую чем-то Ям и не менее взбудораженную Хим, едва ли сдерживавшую поток эмоций. Что могло такого произойти за последний час, так ещё и на уроке математики?       Девушки вышли вчетвером на коридор. Хим не терпелось скорее начать обсуждение, Ям сгорала от любопыства, как Нина и Луна отреагируют на их новость, а сами Нина и Луна взволнованно ожидали выяснения обстоятельств, побудивших Хим и Ям вести себя так возбуждённо — в абсолютно не пошлом смысле этого слова!       — Помните, мы еле как добыли билеты на вечеринку от U-Mix, чтобы познакомиться с Леоном? — Не дожидаясь ответа, Хим продолжала: — Жаль, что у нас тогда не получилось поприсутствовать там лично...       — Но это даже к лучшему! — перехватила её речь Ям, не в силах больше молчать. — Мы написали ему на почту!       — И он пригласил нас на экскурсию в студию! — восторженно закончила Хим, чуть ли не переходя на визг.       Их глаза горели таким восторгом, что, казалось, весь коридор был освещён этим светом и каждый стоящий здесь человек чувствовал первобытную радость двух шестнадцатилетних девчонок, предвкушающих встречу с их кумиром.       — Как вы достали его почту? — с искренним удивлением спросила Луна.       — О, было, сложно, но мы...       Честно говоря, Валенте не слушала. Вернее сказать, она просто физически не могла слышать: все слова для неё превратились в белый шум. Она пыталась сосредоточиться, вырвать хотя бы пару слов из их речи, но всё плыло и сливалось в одну неразберимую какофонию.       Сейчас она должна была радоваться за подруг, но вместо этого могла лишь думать о студии On beat, в которую, как она помнила, её звал Диего. От одной только мысли о нём у неё перехватывало дыхание от жгучей смеси раздражения и влечения. Хоть бы Ям и Хим не позвали её с собой... Боже, конечно, они сделают это. Однозначно. Это же Хим и Ям. Без вариантов.       Что ж, Луна, вероятно, сможет сделать это для подруг. Разве это так сложно? Просто сходить в студию. Не может ведь Диего постоянно быть там? Тем более, студия большая. Скорее всего, они даже не пересекутся. Каковы шансы, что она его встретит? Маленькие. Нина бы сейчас, наверное, ответила что-то в духе «0,001%».       «Всё. Будет. Хорошо» — повторяла она себе, как обезумевшая, словно надеясь, что эта фраза сбудется, если произнести её достаточное количество раз.       Оставшиеся два урока Луна едва ли могла сидеть спокойно на месте. Она постоянно ёрзала на стуле и теребила всё, что только попадалось под руку: то крутила на пальце прядь, словно рисуя ей какой-то тайный шифр, то разглаживала несуществующую складку на юбке, то агрессивно тёрла шею, будто надеясь, что в коже образуется дыра и из неё вытечет вся кровь. Уж тогда бы ей не пришлось идти в эту чёртову студию!       В конце концов Луна начала отбивать по парте какой-то странный ритм, пока Нина не накрыла своей ладонью её руку, безмолвно прося прекратить это крайне раздражающее действие.       — Ты знаешь азбуку Морзе? — с удивлением спросила её подруга.       — Что?       — Твои пальцы... Ты отбивала точка-точка-точка, тире-тире-тире, точка-точка-точка. Это сигнал бедствия.       Валенте с недоумением посмотрела на подругу. Она не знала ни азбуку Морзе, ни тем более код спасения. Но тот факт, что она по какой-то случайности отбивала именно этот ритм, позабавил её.       — Если так, то меня приедут спасать?       Нина лишь улыбнулась этому вопросу.       — Ты можешь не идти, если не хочешь, — прошептала она. — Можем сказать, что ты плохо себя чувствуешь. Они и сами прекрасно смогут развлечься.       Луна обернулась, чтобы взглянуть на Ям и Хим. Они светились от счастья и чуть ли не тряслись от эмоций: неприкрытого восторга и предвкушения вперемешку с дикой паникой. Валенте глубоко вздохнула, отворачиваясь.       — Для них это важно. Тем более, они и сами нервничают. Не хочу бросать их в такой важный день.       Нина только крепче сжала её руку, поддерживая решение подруги.       — Ты справишься. Скорее всего, вы даже не пересечётесь, — поспешила она приободрить Луну, на что та благодарно улыбнулась.

И правда, что такого может произойти?

      Наконец, с горем пополам убедив себя в том, что всё пройдёт хорошо, Луна шла с подругами по направлению к студии On beat. Словно в качестве компенсации за это отвратительно тревожное утро, погода стояла на редкость отличная. Солнце мягко светило, поглаживая своими лучами кожу, лёгкий ветер разносил свежий, весенний запах — словом, идеальная погода, когда хочется замедлиться и просто дышать. Хим и Ям что-то восторженно обсуждали, заразительно смеясь, Нина держала Луну под руку, и вся эта атмосфера придавала уют и спокойствие. Поэтому, когда девушки подошли к студии, у Валенте не осталось даже капли былой тревоги, и она без какого-либо страха зашла в здание.       Девушки были здесь впервые, и каждый уголок им казался удивительным. Отовсюду слышалась музыка самых разных жанров: слева от них издавался пронзительный звук скрипки, справа — пение какой-то невообразимо красивой белокурой девушки, где-то вдалеке была репетиция рок-группы, а прямо по середине коридора ребята танцевали хип-хоп.       — Интересно, у них всегда так шумно? — спросила Нина, не привыкшая к такому скоплению людей и громких звуков. Девушки рассмеялись.       — И где же ваш Леон-красавчик-Варгас? — поинтересовалась Луна. Сейчас она молила всевышнего, чтобы тот побыстрее появился и увёл их куда-нибудь — хоть куда, лишь бы не стоять вот так посреди гущи событий и не знать, куда себя деть. На самом деле, она рассчитывала, что рядом с Леоном она будет чувствовать себя спокойнее: она здесь не просто так, а общается со звездой. Какая-никакая, но всё же причина.       Вскоре появился и сам Леон Варгас. Высокий, статный шатен с лучезарной, буквально ослепительной улыбкой и с неисчерпаемой харизмой. Он мило представился, спросил, как кого зовут, нравится ли девочкам здесь и что им хотелось бы посмотреть в первую очередь, а затем повёл их по коридорам, рассказывая, как всё устроено в студии On beat.       Нина на протяжении всей экскурсии смущённо молчала, лишь изредка спрашивая о правильном уходе за музыкальными инструментами, об особенностях написания текстов песен и о технике безопасности во время танцев, а Луна смеялась то с Нины, то с Хим и Ям, по очереди перебивающих друг друга и самого Леона, желая выпытать у того все сплетни обитающих студии. Варгас не успевал ответить практически ни на один вопрос, уже застигнутый врасплох новым.       Он, как джентльмен, старался изо всех сил вести себя тактично и мило, но девушки едва ли оставляли ему такую возможность. Особенно в те моменты, когда они будто случайно прикасались к нему, думая, что он не обратит внимания. Кажется, Хим и Ям даже не заметили его растерянности, граничащей с недоумением, что только сильнее веселило Луну и расстраивало Нину, которая думала о том, как бы спасти Леона от этих нападок. Слава богу, они не додумались фотографировать его исподтишка, иначе Симонетти точно бы провалилась под землю со стыда. Впрочем, надобности в этом не было — Леон сам предложил девушкам сделать несколько совместных кадров на память, на что услышал громкие и радостные возгласы Хим и Ям и едва заметный вздох сожаления Нины. Она любила своих подруг всем сердцем, но их поведение казалось ей чересчур ярким проявлением своего восхищения. Симонетти на такое бы не решилась. Впрочем, Леон, уже привыкший к вниманию, довольно стойко выдержал весь поток фанатизма Хим и Ям, что, хоть и немного, но успокаивало Нину.       Луна в это время с удовольствием наблюдала за всеми участниками сегодняшнего вечера. Было в этом всём что-то запредельно уютное. Она от души насладилась прошедшей экскурсией, даже несколько раз задумавшись о том, как бы было круто поступить сюда после окончания школы и заниматься тем, что ей действительно интересно. Леон, заметив её мечтательный взгляд, догадался об её размышлениях и даже выдал мотивационную речь, от которой настроение поднялось ещё выше. В общем, всё складывалось замечательно.       Они уже попрощались с Леоном и направлялись к выходу, когда сбоку от Луны послышалось саркастичное «Осторожно! Я предупреждаю, чтобы не столкнуться!».

«О, нет...» — подумала Луна.

Это же чёртов Диего с издёвкой в голосе и ухмылкой на лице!

      До этого момента Луна не материлась. Никогда, даже в самых тяжёлых случаях. Сейчас — была готова начать.       — Не могу поверить своим глазам... Неужели ты за мной шпионишь? — продолжал Диего, явно упиваясь этой ситуацией. Наконец-то она на его территории! И вот уже не он выглядит как сталкер, а Луна, непонятно что забывшая в его студии — неужели вполне понятного себе Диего Эрнандеса? Парень готов был поверить в Бога — вот, насколько он был счастлив видеть её здесь. К тому же, иметь возможность отзеркалить Луне её же действия. — Это уже не смешно, скорее жутко!       Боже... Зачем она согласилась? Зачем пошла? Зачем? Зачем? Зачем? За-чем?.. Неужели экскурсия по студии стоила того, чтобы быть уличённой в том, что она здесь находится? В месте, где так легко встретить его...       Быть пойманной с поличным ощущалось для неё как быть обвинённой в воровстве, нет, даже хуже — быть сожжённой прилюдно на костре. Так что Валенте была готова провалиться под землю.       Опешив от всего этого потока эмоций, она не нашла ничего более разумного, чем сделать вид, что не заметила его, и пройти мимо. Но не так-то просто, Лунита...       — Ты же не можешь вечно делать вид, что я не существую.       — Разве? Очень жаль... — съязвила она, надеясь, что это оттолкнёт его.       — Постой! — он схватил её за предплечье. — Позволь сводить тебя на свидание.       — Определённо нет. — Луна резко дёрнулась, высвобождаясь от его руки. Ощущение его прикосновения предательски грело кожу и будоражило сознание, но Валенте активно сопротивлялась своим нестественно естественным реакциям.       — Свою судьбу не обманешь!       — Какую судьбу?.. — измученно выдохнула девушка.        — Наши чувства друг к другу не спрячешь.       — Тебе ещё не надоело?        — Мне нравится то, что я чувствую к тебе, со мной такого ещё никогда не было. Не притворяйся, что не чувствуешь того же. Ты сама пришла сюда. Тебя никто не заставлял. — его бархатистый голос стал ещё ниже, чем обычно, заставляя Луну тонуть в нём. На секунду у неё даже закружилась голова.       И хотя Валенте не могла отрицать очевидное, она не могла понять природу этого влечения, не могла принять, что снова падает в эту бездну. Только не сейчас, когда сердце и так разбито последствиями предыдущих отношений. Только не сейчас, когда ей нужно восстановиться и вспомнить, кем она является без всех этих парней. Кем она является без Маттео Бальсано.       Нет, она не поведётся ещё раз на одни и те же уловки, её не сломят ни его красивые речи, ни его хитро усмехающиеся глаза, ни его бархатистый голос. Ни тем более его отвратительная улыбка.       — Боже... — шумно выдохнула она, снова напоминая себе о том, как важно не допустить никакого сближения с Эрнандесом. — Как ещё тебе объяснить, Диего? Между нами нет ни-че-го.       — Ну ты же сама в это не веришь... — не успокаивался Диего.       У Луны уже не хватало сил. В те редкие моменты, когда она была готова признать, что чувствует что-то к Эрнандесу, он постоянно нёс чушь. Ладно, это была не совсем чушь, — влияла больше его самодовольная манера преподносить всё так, словно он был единственным человеком на Земле, знающим правду, а она — тем, кто не хотел её принимать. И пусть он хоть сто тысяч раз был прав, Луна не хотела с этим мириться.       — Диего, прости, но ты как заноза в заднице. Мне пора. Пока! — она театрально подняла руки, показывая знак капитуляции и, развернувшись, поспешила скрыться с глаз Диего.       — До встречи, принцесса. — услышала она вслед и раздражённо выдохнула, стараясь скрыть улыбку, на секунду появившуюся на её лице.       Она сбила его на роликах, проигнорировала его комплименты, неоднократно сказала ему, что он ужасен, а он продолжал звать её принцессой.       Валенте никому не скажет об этом, но она определённо польщена. sé que hay momentos que parece posible una mirada, un gesto irresistible quita la venda que a tus ojos inhibe