Вселенная

Саша любит то… Как руки Кости на его талии сжимаются, как тот в порыве страсти или эмоций в лице меняется и осыпает все тело поцелуями. Как тот целует то грубо и мокро, то совсем нежно. едва касаясь губами губ и в самое ухо три заветных слова шепчет. Костя любит то.. Как Саша без умоловку разговаривает о том, о сем. и односложных ответов не смущаясь, темп не сбавляет. Как личное радио. Тараторит и тараторит, а когда надо — слушает. В оба. Саша любит… То, что Костя все о нем запоминает, даже самое малое и незначительное. «Пышки ты всегда этой пудрой посыпаешь, вот и купил её». Костя любит. То, как Саша заботится о нем — от банальных будничных «холодно у вас, одевайся потеплее» до вещей, о которых сам Костя никогда даже не задумывался. Саша знает, а нем все, начиная от предпочтений в еде, заканчивая всех болячек и переживаний. Саша ценит. То, что Костя никогда, ни при каких обстоятельствах над ним не смеялся и не ставил в неловкое положение перед другими, казалось, эта же мелочь. Так и должно быть. Но Саша слишком долго жил, чтобы в полной мере понять: нет, люди в злости и отчаянии каких только дров не наломают. И Саша ценил то, что Костя никогда к такому не прибегал. Наедине — да, но на людях — никогда. Все, что происходило, происходило подальше от любопытных двоедушных глаз и злорадных ушей. Людям же так нравится видеть то, как другие ломаются и унижаются. Ну и пусть так. Неважно, что происходит за закрытыми дверями, и неважно, что и кто от них ожидает. Их ответ очевиден и прост. На публике они всегда будут держатся рядом друг с другом, будут опорой и поддержкой даже в самые тёмные времена. И Саша ценил это больше, чем говорил об этом. Костя ценит… Противоречие. Что было в Саше. Со стороны он казался слишком дотошным, заносчивым и даже высокомерным. И отчасти он таким и был. Любил поспорить, даже когда оказывался неправ. Мог временами смотреть свысока на людей, причем даже на тех, которые выше его по статусу. Хороший пример — Москва. Вот его Питер не сторонился, огрызался, язвил и отвечал Московскому тем же тоном, что и тот. И это лишь один из примеров. Но также Саша никогда и не скрывал своего почтение по отношению к старшим. И к более молодым городам он с пренебрежительностью никогда не относился. Наоборот, он спокойно мог подойти после собрания и обменяться любезностями. И не потому, что для него это как-то выгодно, нет. Просто вот такой он в этом плане простой. Видит развитие, похвалит. Почему бы и нет? «Мне было приятно, когда меня хвалили. " Года шли, а доля детского взгляда осталось. Он умел прощать, принимать и сочувствовать. И все свои минусы он компенсировал всем остальным тем, что не всегда заметно для остальных. Но Костя видел и хранил глубоко в своем сердце. Костя был влюблен в тихий очаровательный смех, в искорки в глазах, в холодные ладони, в тихий шепот и привязанность между ними. И намного, намного глубже — в то, что черному по белому ни одним из языков этого мира не написать. Саша был влюблён в надёжность и чуткость, в спокойной глубокий тон, в близость, когда ничего, кроме вас, и в красоту, которую не передать ни на один холст, не на одну фотографию.