Вселенная

–Ой, здравствуйте, Екатеринбург а вы к папе? –Здравствуй, Денис. Да, а ты это куда собрался? Ай да в магаз по быстрому не переживайте, успею. А вы идите, идите, там папа вас заждался. — Ждем тебя, — успел лишь бросить на последок Костя, смотря в след убегающему парню. И как же удивительно, думает он, — время так странно летит. Денис только вчера буквально под стол бегал, да своим «дядя Костя! " Всех за километр оглушал, а сейчас уже так подрос, привычку бегать оставил, а вот дядей Костей назвать стал настолько, что будто и не было этого никогда. Возможно, это просто возраст, возможно, непонятно, правда, откуда взявшийся смущение. А быть может виной всему то, в каких обстоятельствах рос мальчишка большую часть жизни. Осознавать это было неприятно, но он надеялся, что это когда-нибудь изменится и почтительное «вы» почаще будет заменено на неофициальное «ты» Дверь тихонько хрипит, и только от одного это звука Костя чувствует, что наконец, вернулся домой. — Родной? — Слышится с кухни. Как всегда, в дом встречает. тёплом, которого так не хватало. И пахнет чем — то восхитительным. — Как доехал? В душ идёшь? Денис скоро будет, и я тут почти закончил.- Но большим теплом окутывает, конечно, Саша, расслабленный и безмятежный, порющий по всей кухне под тихое пение Аллы Пугачевы. Уралов бы хоть век на него такого любовался. –Да, встретил его у парадной. — И больше Костя ничего не говорит, лишь подходит ближе и обнимает со спины, голову на плечи кладёт, глаза закрывая. И один этот жест говорит больше тысячи слов. Это и «скучал по тебе» и «дико устал» и много чего еще. Саша хмыкает и позволяет им двоим раствориться. В этом мирном моменте лишь они оба и голос Аллы Борисовны, поющий про мир, что придуман не нами. Костя готов хоть заснуть в такой позе, настолько уютным все было в данный момент. Но, конечно, долго так продолжаться не могло. Шипение, доносящийся под ногами не напугало. Наоборот, это показалось правильным. «и тебе привет, кот», мрачно, ради приличья бурчит Костя, даже не пытаясь скрыть истинных чусвт. Саша на это фыркает и любезно отправляет Костю в душ, а Неву бережно выводит с кухни. «я вас очень люблю и очень скучал, но ужин сам себе не подаст», сказал он на пару грустых глаз.

***

К моменту, когда Уралов вышел, Денис был уже дома, а стол был почти накрыт. Отец и сын были настолько увлечены переминанием беседой, что и не сразу заметили, как на кухню зашёл Костя с хвостом в виде Невы. Вообще, по скромному мнению Кости, кот этот был довольно странным. Хоть Саша всякий пытался доказать, что с Невой все нормально и что это исчадие ада уже давным-давно утихомирилось, Костя просто физически не мог забыть, насколько диким было это чудовище, когда они были помладше. Да и сейчас этот спокойный с виду кот порой впадал в настоящее бешенство. Так что да простить его Саша, но к этому коту он, наверное, никогда уже не прикипеть. — Ой, ты вышел поможешь на стол накрыть? — Нева. А ну отошел от стола! Брысь, кому говорю! Одновременно послышалось с двух сторон. Костя на это только мычит и подходит ближе, обмениваясь понятливыми взглядами с Денисом. И если и было что-то общее в них двоих помимо глубокой привязанности к Питеру, так это глубокое недоверие по отношению к Неве. За столом трое, не считая упертого кота, который отказывался покидать кухню, разделяют трапезу. И говорят, говорят, говорят. Хотя Делает- это в основном Саша с Денисом. Костя предпочитает молчать и слушать о том, как проходят забитые дни, насколько скучно и запорно работать, и ходить по собраниям. По началу светская беседа, в конце концов перетекает во что-то более личное — про повседневность, про сплетни. — Вот Химки. То наглый до жути, то ходит с грустной миной. Бесит невозможно. — Так, а зачем тогда ты с ним время то проводишь, раз он тебе не нравится. -Да потому! Да потому он. Пф. — Денис мнется и хмуриться, а Саша тычет под бок и хитро улыбается, но тут же меняется в лице, когда обращается к сыну. -Ну, может, собеседник из него интересный. Ну, знаешь, и такое бывает. — Ага, если бы.- бурчит себе под нос. После ужина мытье посуды перепало на Сашу: «в следующий по очереди мыть будем в. Ну не ржать! А ну встали чай заваривать! Вставайте давай, давайте! Я вам и ужин приготовить должен, и убраться, и чай подать. Иш наглые». Возможно, Александр Романов бывшая столица великой империи, был крайне неудачлив, когда дело касалось таких простых игр, как «камень ножницы, бумага " и возможно, только возможно. Что Денис с Костей ни один и не два раза пользовались этой его слабостью. Но стоит отметить, что делалось это всегда только из-за бурной реакции Саши. В моменты, когда ему везло, он победно улыбался во все тридцать два и сиял так, словно выиграл лотерею. Когда же ему не везло, (а не везло ему часто), он только ногой не топал, да губы, как ребёнок не дул. Хотя что-то внутри подсказывало, что будь у Саши чуть меньше контроля, он так бы и сделал. Никто, конечно, не оставляет Сашу одного все убирать. Костя и Денис всегда любезно пытаются ему помочь, но, правда, тот, чуть ли не шипя, прогоняет их от себя. «а ну вон»! что не особо то и помогает. «Один балбес другого встретил. Вот про вас это все» не зло бурчит он них. Все то время, пока Костя помогает прибраться, а Денис готовит все к чаю, те каждый раз, пока Романов не замечает, встречаются глазами и пожимают плечами. Но когда же они все заканчивают и переходят в зал, куда и Денис приносит свежеиспечённые пышки, кажется, от хмурого настроения Саши уже ничего и не остаётся. Хотя, если честно, он не то чтобы бы был на кого-то хоть немного зол или расстроен. И это понимает каждый, кто находится в комнате. Ворчание Питера не мешало жить не Кости, ни Денису. Во-первых это было привычное состояние для него. Вот когда он сопит себе под нос и упорно молчит, тогда да, значит действительно зол. А вот когда наговаривает как старушка, то это хорошо, значит просто ворчит, потому что может себе позволить. Костя вообще в какой-то момент пришел у выводу, что таким образом Саша просто успокаивает нервы и это по большей части идет ему на пользу. Вот он пофыркает где-нибудь в углу пять минут, а потом успокоиться и будет вести себя как раньше. А может у него даже поднимется настроение. Ну и во вторых, это и не могло как-то задеть, потому что Питер не мог ходить с кислой миной долго. Он быстро остывал. Да и не то чтобы эти его минуты хмурости проходили как-то со скандалом. Нет, конечно, если Александр Романов действительно захочет поскандалить, тот сделает. Но для это нужно сильно постараться. Ну или напоить, уж если на то пошло. Поэтому да. Настроение у всех было хорошим. и это главное. — А, вы мне в прошлый раз в тир сходит. Обещали. — Мм. Помню, помню. Ты же здесь до завтрашнего вечера так, Кость? -Да Хорошо, тогда решено. Завтра и пойдем. Сам Костя не то чтобы часто посещал тир, но Дениса это влекло, кажется, с самого детства. То и неудивительно, ведь если подумать, то тот именно в детстве всего этого и нахватался. Слишком много повидал на свой небольшой по их меркам век, да и примере отца перед глазами всегда был. И время было странным. Повезло хоть, что у него с таким окружением не было такого же темного периода, как у Питера, и тот сам это прекрасно понимал. Поэтому и растил он сына времени с долей «чем бы дитя не тещалась, лишь бы не плакало и не вешалось». И не Косте об этом судит. Не все в этой жизни идет так, как мы хотим или так, как это будет правильно. Для всех найдется своя ложка дегтя. И то, что Саша и Денис в принципе в силах назвать друг друга отцом и сыном — это уже что-то да значит. Ведь сколько таких городов, которые в лицо своим детям не смотрят. Питер с Мурино не идеальны, но они искренне пытаются быть семьёй, несмотря на ошибки, что были и будут в их отношениях. — Хорошая идея. Давно меня там не было. Сказал Костя, отпивая чай. Включили телевизор, и, кажется, там показывали «любовь и голуби» Саша с Итиресом уставился на экран, хотя и смотрел этот фильм не меньше десяти раз. Денис уткнулся в телефон, что-то упорно строчка, то хмурясь, то краснея. Неве опять стало скучно, поэтому с наглостью истинного кота тот удобно устроился на коленях у Кости. Тот лишь вздохнул и прошептал себя под нос: «только на этот раз». После долгой изнурительной поездки клонило в сон. Но именно эти спокойные моменты Костя хотел растянуть на побольше. Уж слишком редки они для них были.