По ту сторону зеркала.

Алина стояла под душем. Подставив лицо под ледянные капли, она лишь пыталась смыть наваждение ночи. Она чувствовала себя неправильно. Чувствовала предательницей. Ведь думала, что никогда к ней не прикоснутся, а он манил к себе словно огонек свечи. Слезы скатились из глаз. Можно сколько угодно прятаться от самой себя. Прикрываться благодарностью. Но он разжег в ней пожар очень давно. Алина в сердцах стукнула ладонью по стене. Она не хотела отпускать свою любовь к Александру. Ведь она была искренней. Она была сильной. Нужно уходить в работу с головой и по возможности, не пересекаться с Феликсом. Хватит. Хватит кидаться в омут с головой, а потом истерить. Из ванны она вышла, взяв себя в руки. Юсупов поздно проснулся. Он вышел из комнаты, холодно поздоровался и скрылся в ванной. Алина переоделась, расчесала волосы, собирая в привычный пучек. Черное платье спортивное, белые кеды. На столе перед ней стоял стакан с кровью. Она читала новости в телефоне. Сумки были собранны. А момент расплаты Дашкова был все ближе. Феликс вышел к ней элегантно одетый в нежно голубой костюм, волосы уложены. На лице обычное высокомерное и циничное выражение. Он отодвинул стул и сел, наливая себе порцию еды. Он не сводил глаз с Алины и молчание начинало тяготить. - Ну, что ж, теперь после того, как Вы, Алина Сергеевна пришли в себя, можно и поговорить. Алина поняла этот вычурный, уважительный тон. Он сам устанавливал границы. Это было на руку, хоть и вскользь задело сердце. - О чем Вы хотели говорить князь, я вся во внимании.- она нахмурившись посмотрела на него. - О том, что Вы без мозгов. За столько лет они могли и появится. - Не понимаю.. - Вот об этом я и говорю.- князь хохотнул. Нежные чувства Алины быстро ушли под натиском обиды и злости. - А уверенность в себе, Вам костюм от Тома Форда придает? За это можно и по зубам получить. Он презрительно улыбнулся. - Ты уничтожила ковен ведьм, спалила троих к чертям, угрожала свидетелям. Поставила под удар нашу секретность. Чуть сама не погибла! И мне плевать, на твое долбанное чувство справедливости и мести. Ты не имеешь права находится в священной дружине!- с каждым словом сердце Алины холодело. Не долго они вежливо общались. Становилось неуютно от его холодного, цепкого взгляда. Вот таким он и был, когда они познакомились. Нервный, нетерпимый и высокомерный козел. Между ними становилось все холоднее, как будто этой ночи не было. - Феликс ты не прав, я...- она договорить не успела. Князь стукнул по столу. - Я передумал, на счет наказания! Дашкову я вкачу серебра прямо в сердце и отдам властям. Все красиво обставят и следователь получит своего убийцу. А я возможность спокойно жить. - Ты обещал!- закричала она.- Обещал, что он справедливо будет наказан! Феликс вскочил, легким движением перевернул стол. Стаканы с дребезгом разбились об пол. И подойдя к ней, схватил за горло. Опасная близость. Хотелось причинить ей боль, ту которую он испытывал, от ее безразличия. И целовать хотелось нещадно, но он выбрал первое. Ее было проще ненавидеть. А жить еще много лет, думая о ней он не хотел. Надоело. -Я просил, что бы ты без меня ничего не делала. Радуйся, что тебя не наказали серьезнее за твой проступок!!- он оттолкнул ее. Алина ударила его по лицу на отмашь. В ее глазах блестели слезы. - Ты предал его память! - Как и ты сегодня ночью! - ответил он, отводя взгляд.- Кажется тебе это нравилось. Алина ошарашенно посмотрела на него. Ох и грязный прием. Не думала она, что так все закончится. Он был другом, был ее опорой в трудные времена. А теперь все конченно. Феликс сейчас плюнул ей в душу. Девушка прошла мимо него, дрожащими руками взяла свою сумку. - Тебе будут платить небольшое жалование. А про дружину, забудь навсегда. - князь смотрел на ее напряженную спину, борясь с желанием догнать ее и не отпускать. Заставить признать, что ей не все равно. Но он сдержался. - Засунь свои деньги себе в зад, князь.- ответила она и выскочила на улицу. Послышался звук отьезжающей машины. Феликс высыпал в ладонь кокаин, вдохнул его и потер нос. Дом опустел без нее. И сердце его погасло. Он должен был ее оттолкнуть. Видел, как она мучается. Феликс злился на себя за слабость. И хотел убрать ее подальше. Их больные отношения ни к чему бы не привели. Феликс с криком полным отчаяния и злобы швырнул стол в стену. Но на этом не остановился, начал крушить гостинную. Он привязался к ней очень сильно и пытался смериться, с тем что она должна уйти. Он тяжело дыша, стоял посреди погрома. "Я никогда тебя не полюблю."- всплыла ее фраза в воспаленном сознании. Он схватил телефон, сумку с вещами и вышел из дома. Что же, отступать было некуда. Он все сделал так, как хотел. Теперь и он, и она свободны. Алина стояла на коленях у могилы Александра. Она рыдала в голос, смотрела на его фото и не могла никак понять, что же ей теперь делать. Звенящая пустота в душе, пожирала изнутри. - Прости меня, Саша. Прости меня.- только это ей и оставалось повторять. - Прости, я так тебя подвела. Сбылось то, чего она боялась. Она осталась на этой земле совершенно одна. И это была ее вина. Она бы ушла после казни Дашкова. Но сама, оставляя тонкую ниточку дружбы, чтобы вернуться. Но сегодня Феликс перевернул все. Он сам оборвал всю их незримую связь. Их дружба, словно зеркало разбилось. Они сами были зеркальным отражением друг друга. На поверхности одно, а за ним другое. Все искревленное и уродливое. Алина встала с колен. Грустно посмотрела на могилу и отвернувшись, пошла прочь. Внезапно, легкий и нежный ветерок скользнул по шее. Алина оглянулась. У могилы стоял Александр. И он впервые за долгое время улыбался. Эта добрая, нежная улыбка всколыхнула все в Алине. Она помнила его именно таким. Добрым и нежным, понимающим. Это было бальзамом для израненного сердца. Он верил всегда, что защищает людей и погиб, защищая их. Рано она отчаялась. Всегда есть цель, всегда есть возможность делать добро. Она еще поживет. Столько, сколько нужно, чтобы просто нести добро. Как он старался его нести всегда.Пусть в одиночку, но она справится. Она улыбнулась ему в ответ. Опять он вовремя появился, чтобы спасти и оттащить ее от края бездны. Он кивнул ей и улыбаясь растворился в солнечном свете. Впервые она обрела покой, с момента его смерти.