smile

      Тишину комнаты нарушает резкий звук будильника, который, казалось, звенит в самой голове, заставляя парня вынырнуть из пучины сна и не позволяя заснуть более. Этот надоедливый звук и заставил проснуться Хосока, в миг возненавидевшего весь белый свет. Он уселся на кровати, не убирая одеяло, старался понять что сейчас происходит и где он находится. Потерев сонные глаза, парень посмотрел слева от себя в окно, где светило яркое солнышко. Он мог бы так просидеть хоть весь день, если не неделю, но школу никто не отменял. Нужно умыться, причесаться, прилично одеться, чтобы в школе не засмеяли как других. Вообще, много чего нужно сделать, просто сидеть в кровати нельзя, вот и Хосок, закрывая входную дверь на ключ и направляясь к выходу из здания, так думает.       — Я ведь ничего не забыл? — задал сам себе вопрос, прищурив глаза. — Нет, ничего, — удостоверившись в этом, он включил музыку в наушниках и утонул в потоке мыслей о своём будущем, если Юнги снова его пошлёт.       Без Юнги жизнь парня не имела смысла. Хосок был единственным, кто сделал ему двадцать открыток на день всех влюблённых, а Юнги всё равно влюблен в девчонку из параллели. «Не справедливо», подумал Хосок.       Войдя за порог этого ненавистного места, Хосок сразу стал взглядом искать Юнги, который стоял в компании парней, высмеивая вместе с ними фото их одноклассников. Ничего нового. Хосок старался пройти в класс, никого не задевая, но не в этот раз.       — Блять, педик коснулся меня, — крикнул парень, по чистой случайности дотронувшийся рукой предплечья Чона. Все обернулись на эти возгласы и жалобные стоны. Со стороны это выглядело довольно жалко и ничтожно. — Он тронул меня, — парень схватился за свою руку, словно в него пулей выстрелили.       Хосок закатил глаза от такого детского поведения довольно взрослого парня. Он не хотел дальше продолжать этот цирк, поэтому последовал ко входу в класс, пропуская мимо ушей все смешки и не обращая внимания на то, как ученики тыкали в него пальцем, крича вслед уже ненавистное «педик».       Юнги наблюдал за этой картиной и посмеивался с них. Ему было весело от того, как все тыкают в Хосока из-за ориентации, хотя и сам так делает. Хосока буквально ненавидят из-за того, что он гей. Более глупее причины для ненависти не придумаешь.       Мин недолго постоял и успокоившись от смеха, последовал в класс, ведь прозвенел звонок. Когда все уселись на свои места, в класс вошёл учитель. Казалось, будто этот безумно скучный урок длился целую вечность, но спасительный звонок на перемену позволил Чону облегчённо выдохнуть.       Друзей в школе у него не было, поэтому тусоваться с кем-то на перемене ему не приходилось, да и в свободное время парень предпочитал слушать музыку или рисовать на краях тетрадей. Так и длилась эта перемена: он что-то чиркал в тетради, заткнув уши наушниками, в которых играла его любимая песня. Сидя за последней партой, он иногда поднимал взгляд на своих одноклассников и завидовал, что они могут веселиться, а он нет. Блять, почему подростки такие жестокие? Не любят к себе плохого отношения, однако к другим относятся плохо.       Звонок за звонком, урок за уроком пролетели довольно быстро. Хосок уже стоял у выхода из класса и хотел покинуть это место как можно скорее, но краем глаза заметил, как рядом с Юнги стоит девушка, мило улыбаясь ему, а юноша в свою очередь отвечает такой же приветливой улыбкой. Злость полностью поглотила разум парня. Как она смеет смотреть на Мина? Как она посмела? Вопросы снова и снова крутились в голове Хосока как заезженная пластинка. Глаза будто поменяли цвет на красный, залились кровью этой девушки. Очень скоро.

***

      На улице уже давно стоит глубокая ночь. Все спят в своих тёплых кроватях, укутавшись в мягкое одеяло и не подозревая, что сейчас в доме, на окраине города, Хосок острым, словно бритва кончиком ножа проводит по плоскому животу девушки, которая улыбалась Юнги и строила глазки. Крики и вопли брюнетки слышал не только Хосок, но и куча деревьев, что окружали дом со всех сторон, но не люди. Нечеловеческий вопль пронёсся по подвалу, эхом отбиваясь от голых стен пустой комнаты. Хосок зажмурил глаза от звука, что врезался в уши, он несколько раз пригрозил девушке, но та продолжала неистово кричать от невыносимой боли. Нервы парня не выдержали и он ударил её бледную щеку, оставляя красный отпечаток ладони.       — Заткнись, — процедил сквозь стиснутые зубы Хосок, оттягивая девушку за волосы назад.       — Что ты хочешь, псих? — вся в слезах, слюнях и крови кричала она в лицо Хосока, снова ударившего её.       — Заткнись, сучка, — он резко отпустил её волосы и голова девушки безвольно упала, стукнувшись об бетонный пол. — Ответь на один вопрос, — он присел на корточки. — У Юнги красивые глаза?       Брюнетка округлила глаза и истерически засмеялась.       — Что? — она выпустила лёгкий смешок, ещё больше пугаясь этого парня. — Какие глаза? Ты с ума сошёл?       — Отвечай, — срываясь на крик, Хосок снова ударил её по лицу. Девушка перестала нормально дышать, её дыхание сбилось, а сердце колотилось с такой силой, будто пыталось пробить грудную клетку. Она ни слова не произнесла – не могла больше. Ещё пару раз она ударится об пол и можно будет вывозить её бездыханное тело, полностью избитое, с синяками и гематомами.       Хосок, смотря на девушку, усмехался и гордился собой, понимая, что он избавился от ещё одного препятствия. Ещё одного из десятков таких же. Когда карие глаза девушки закрылись в вечном сне, Хосок небрежно перекинул её через своё плечо и понёс в подвал, где лежат семь таких же холодных, прогнивших, мерзких трупов с глубокими порезами на животе и лице. От уголков их синих губ тянулись две линии, изображая улыбку. «Зато все счастливы», думал Хосок, проводя линию на бледном лице девушки. Теперь и она счастлива.

***

      Утро следующего дня. Снова нужно вставать с тёплой постели и идти по делам, однако этой ночью Хосок не сомкнул своих глаз. Десять кружек кофе и вот он готовый стоит у входной двери, закрывая её на ключ и направляясь в школу. Наушники и мысли всегда были с ним, они стали частью парня, только что зашедшего за порог старой школы и снова незаметно отыскивающего взглядом чёрную макушку брюнета. Долго искать не пришлось: он по обыкновению стоял в компании друзей и разговаривал с ними, весело смеясь, словно ребёнок. Хосок легко улыбнулся и прошёл в пустой класс, садясь за последнюю парту, доставая из старого, потрёпанного рюкзака книги и одну тетрадь.       Посреди очередного скучного урока Хосок осматривал класс и считал сколько людей в помещении. За этим процессом он поймал взгляд карих глаз, обладатель которых занимался тем же, что и Чон. Секундное обменивание взглядами и миллион мыслей о том, как Хосок касается своими искусанными и потрескавшимися губами губ Юнги, таких мягких и желанных. Но это не может длится весь урок, поэтому в следующий момент Хосок смотрит уже на широкую спину Мина.       На переменах Чон вырисовывал в своей тетради Юнги, который стоял у старого, с деревянной оправой окна, и читая, иногда бросал лёгкие и короткие взгляды на Хосока, заканчивающего рисовать глаза Мина, и проводящего две длинные линии от уголков губ, изображая улыбку, такую зловещую.       Снова звонок на урок, который Хосок так же как и остальные ненавидел. Вообще в школе смысла не видел– столько ненужной информации, которая в жизни никак не поможет. Нужно развиваться в чём-то определённом, а потом и в других направлениях. Единственный урок, который Хосок считал нужным, это биология, а она уже прошла.       На уроке Хосок старался слушать учителя, что-то записывал в изрисованную тетрадь, пытался вникать в суть, но выходило из ряда вон плохо. Да это сейчас и неважно. Сейчас ему нужно думать о том, где взять деньги, чтобы закрыть долги. В столь юном возрасте у него очень много долгов. В стране кризис, работы нет, а если и есть, то получаешь за тяжкий труд копейки, а этого не хватает на нормальную жизнь.       Под конец учебного дня Чон быстрым шагом направляется в кофейню, что находилась как раз неподалёку от школы. По дороге он рассматривал каждый уголок уже пустых улиц, выискивая что-то новое и вот взгляд его цепляется за кровавого цвета надпись на стене «smile». Окинув её взглядом, парень остановился, чтобы подумать, кто и зачем это сделал? Долго решив не зацикливаться на этом, Хосок продолжил свой путь в кафе друга, который сразу как только вошёл Чон, вцепился в него, крепко прижимая к себе и не желая отпускать.       — Привет, Джин, — приветливо улыбнулся парень, обхватив широкую спину друга руками.       — Хосок, я так скучал. Почему тебя так долго не было? — наигранно обиделся старший, выпустив друга из своих объятий.       — Джин, ты же знаешь что творится в моей жизни, — парень устало выдохнул, прикрывая голубые глаза. — Мне нужно долг вернуть, иначе он удвоится.       Ким и забыл, что у друга не всё в порядке, потому что его всегда радостное, светящееся, словно солнце лицо не даёт об этом вспоминать. Он быстро изменился в лице, стал грустным, сочувствуя Чону.       — У меня есть немного денег, думаю погасить какой-нибудь долг получится, — отчаянно предложил парень и вернувшись за барную стойку, стал заваривать крепкий кофе другу.       — Джин, не начинай, — закатил глаза Хосок, делая глоток напитка, что горечью разлился по горлу. — Мне нужно нормальную работу найти, чтобы со всем расчитаться... — хотел было продолжить Хосок, как замолчал и прищурился, вспоминая что-то, а потом резко расплылся в победной улыбке. — Джини, я тебя обожаю.       — Мне начать волноваться о твоей нормальности? Или ты сам об этом позаботишься?       — Не думаю. Мне в голову пришла отличная идея, которая либо поможет мне, либо погубит меня. Одно из двух, — мечтательно проговорил Чон, отпивая ещё крепкого кофе.       — И какие планы? — присев на барный стул, с интересом спросил Ким.       — Потом всё узнаешь, — казалось, он специально оттягивает моменты, когда удовлетворит любопытство друга.       Допив бодрящий напиток, Хосок обнял Джина и с хорошим настроем покинул это место, где почти жил ещё с далёкого прошлого. Это кафе многое для него значило. Во-первых, это место, где работает его единственный и самый лучший друг. Во-вторых, с этим кафе у Хосока связано много запоминающихся и важных моментов в жизни обоих.

***

      — Хоби, если бы ты знал как я горжусь тобой, — потрепав друга по волосам, радостно воскликнул Джин, — Закончил школу с красным аттестатом. Даже я так не смог — последнее он добавил слегка грустно, будто потерял что-то ценное и важное.       Вообще, он обещал своей матери закончить школу на отлично, поступить в хороший университет и обрадовать её, но та умерла, так и не дождавшись окончания школы сына, который из-за её смерти стал плохо учиться, закрылся в себе, переживая каждый день как что-то совсем ненужное и бессмысленное. Но потом появился Хосок, который хоть как-то скрасил его дни.       — Джин-хён, — смущённо произнёс Хосок, смотря на диплом за отличную учёбу.       Сам Хосок был в шоке от этого. Просиживать уроки за партой, умирая от скуки, а потом неожиданно для самого себя закончить школу на отлично. Не очень-то верится, но факт.       Праздновать со своими одноклассниками выпускной в школе Хосок не остался. Они с Джином поехали домой отмечать праздник, пить виски, коньяк, текилу и прочую хуйню, от которой на утро будет раскалываться голова, но зато он будет вместе с любимым хёном. Разговоры о будущей жизни Хосока, советы по выживанию от Джина, который в основном советовал как закадрить девчонку, переспать и бросить. Классика современности. Конечно, Джин знал о зависимости друга и понимал, что Юнги единственный, кто нравится Хосоку, а другие парни его не интересуют. И вообще он не гей – слухи в школе ни о чём не говорят. Он не педик, ему просто Юнги нравится, он просто Юнги любит так, что готов отдать за него свою жизнь, а если понадобится, то несколько, да и не только свою. Об этом говорят многочисленные бездыханные тела в подвале Чона, о которых Джин ещё не знает. Наверное.       Утром первым проснулся Хосок. Голова особо не болела, ибо пил он меньше хёна. Встав выпить воды, юноша по пути включил телевизор, ведь уже пора вставать, час дня как ни как. По телевизору в это время шли новости, в которых телеведущая с лёгким ужасом в голосе сообщала.       — Разыскивается опасный преступник под псевдонимом «смайл», который разгуливает по тёмным улицам Тэгу. Убивая невинных, кровью на стене он пишет своё имя. Как выяснилось, пишет он кровью убитого. Пожалуйста, будьте осторожны, — после того, как она сказала свою речь, на экране появилась надпись "smail", которую Хосок оставил позапрошлой ночью после очередного убийства, а рядом труп девушки, довольно красивой. Чон слегка усмехнулся, делая глоток воды, что разлилась прохладой по телу.       — Будьте осторожны, — повторив слова ведущей, Хосок перевёл взгляд на друга, который мирно спал на кровати и иногда хмурился во сне. — Ну удачи тебе, смайл.