smile

За окном лил дождь. Тёмная, холодная квартира, в которой на кровати лежали два голых тела, всеми конечностями обнимая друг друга. Когда Джин открыл глаза, рядом никого не было, только помятая простынь. Ким потёр сонные глаза и принял сидячее положение, не скидывая одеяло, осмотрелся вокруг, прислушался к тишине, что пробирала, и понял что в доме он совершенно один. Хосок ушёл, у него дела. Джин тоже долго не засиживался в доме, который наводил ужас своим одиночеством и отдалённостью от остальных. Прогуливаясь по пустым и мокрым улицам, Хосок смотрел на грязные стены, на которых были написаны разные слова, признания в любви. Смотрел и мечтал перекрыть всё это одним, таким любимым словом, которого боится каждый. Иногда мимо проходили люди с наушниками в ушах или разговорами по телефону со своей любовью. Вот и Юнги гулял до кафе с музыкой в беспроводных наушниках. Хосок его заметил. Сердце часто забилось, дыхание участилось, глаза стали бегать по улице в надежде зацепиться за что-то, кроме Юнги. В голове всплывали сцены из сна Хосока, в котором Юнги прижимал Хосока к себе, целовал, тянул волосы, входил то медленно, то срывался на бешеную скорость, вбивая худощавое тело в холодную кровать с тёмным, постельным бельём. Юнги заметив Хосока, направился к нему, от этого у Хосока колени задрожали. В голове кружились вопросы: «Он всё знает?» «Зачем идёт ко мне?» «Он наткнулся на улики?» «Где я прокололся?» Чон, за время пока Юнги подходит к нему, с лёгкой улыбкой на лице, придумал много сцен, где Юнги над ним издевается, бьёт, а потом цепляет наручники и волочит в камеру слабое тело. Но ничего из фантазий Хосока не оказалось действительностью. — Привет, Хосок — он ярко улыбнулся и протянул руку Чону, что стоял и боялся пошевелится, но всё же пересилив свои мысли, пожал холодную ладонь Юнги. Мурашки пробежали табуном по телу, покрывая с головы до ног. Высокий, красивый, серьёзный, спортивный, одет в длинное, чёрное пальто и тёмно-серые брюки, что смотрелись на нём идеально. Смотря на этого неземной красоты парня, Хосок влюблялся снова и снова, не желая, чтобы это прекращалось. — Привет — неуверенно отозвался Хосок, что не хотел отпускать руку. — Давно не виделись, — неловкая улыбка на лицах обоих — Пойдём прогуляемся, тут недалеко хорошее кафе — с надеждой предложил Юнги, показывая пальце позади Хосока. Чон посмотрел в его глаза и тонул, мысленно захлёбывался, но он помощи не просил. Глаза его, казались глубже самого глубокого океана, темнее самого тёмного цвета и холоднее самой холодной погоды. Сидя в тёплом помещении, друг напротив друга, Хосок боялся поднять взгляд, но развеял тишину своим вопросом. — Как дела на работе? Я слышал ты полицейским устроился — как глупо, но это единственный вариант, чтобы избавиться от этой гнетущей тишины. Юнги усмехнулся этому вопросу и, отрываясь от чашки с мятным чаем, ответил. — Плохо — ответил он честно. Хосок выгнул бровь, озадаченно смотря в глаза напротив. — В Тэгу опасный преступник разгуливает, мы не можем ни за что зацепиться, он как будто, знаешь, и не человек вовсе — дальше слова он говорил тише и тише, словно, боится что их, кто-то услышит и тогда ему не поздоровится, от слов у самого Юнги, пробежала дрожь, он вспоминал эти тела людей, что валялись повсюду. Изуродованные, порезанные, избитые, будто человек убил не людей, а животных. — И знаешь, он у всех своих жертв вырезает улыбку, странный тип. — закончив, Мин откинулся на спинку, кофейного цвета, стула и потянул руку за чашкой с кофе. — Да, я, смотрел новости. Мне жаль этих людей — он опустил взгляд на свои руки, что были на коленях и перебирали края футболки. — Давай не будем о плохом — его улыбка грела бушующую душу Хосока, всегда и везде. — Как у тебя в жизни? — он отпил глоток горячего напитка, устремляя свой взгляд на Чона. — Я. всё хорошо, — он неловко улыбнулся и хотел закончить разговор, а просто посидеть и полюбоваться своей пожизненной любовью, которая сидит напротив. *** Ночь. Холодная и тёмная ночь. В комнате Хосок трахает Джина и тихо стонет от наслаждения. Джин сжимал Чона в себе от чего тот почти рычал, но не останавливался. Стоны Джина отбивались от старых, потёртых стен комнаты, старого дома на окраине города. Когда Хосок обессиленно упал на место рядом с Джином, тот положил голову ему на грудь и обнял одной рукой. — Я сегодня Юнги видел — тихо и тяжело дыша оповестил друга Хосок. Джин ничего не ответил, а только закатил глаза. На это можно и обидеться, типо, «какого хуя ты говоришь о нём, когда только что трахал меня?» — Он мне рассказал про преступника — лёгкая усмешка — Сказал, что во что бы то не встало, он найдёт его и очень жестоко накажет. Наивный. — он гладил голую спину Джина, что кончиком пальца рисовал очертания смайликов на его груди. Хосок знал, что рано или поздно его поймают, тогда ему не поздоровится, но адреналин, что толкает вперёд, когда Чон хочет бросить всю эту историю и начать жить нормально, уже вместо крови, течёт по венам. — Хосок, пожалуйста, закончи эту опасную игру, ни чем хорошим это не закончится — взволновался парень, приставая на локти, чтобы видеть глаза Хосока, где отчётливо можно прочесть, что он никогда это не закончит, ему это нравится. — Он дал мне свой номер, — перевёл тему Чон, мечтательно закатывая глаза — А ещё у него жена есть, — это он уже сказал и нахмурился — Ждут ребёнка, который будет расти сиротой, без отца и матери. — с отчаянием проговорил шёпотом брюнет. — Хосок, ты меня слышишь? Пожалуйста, прекрати. — Не в этой жизни, малыш. *** Офисная суматоха действовала на нервы. Все куда-то спешат, нервничают, выглядят ужасно, растрёпанные и измученные. Но их можно понять, у этих, что бегают с пластиковым стаканчиком с кофе, есть семьи, дети, а их нужно кормить, одевать и обувать. У Хосока никого нет, но он тоже сидит и готовит отчёт для своего босса, который мерзко подкатывает к очередной работнице его жалкого офиса, где платят копейки. Но Чону много не надо, у него всё необходимое есть, вот только ножи иногда ломаются о кости людей, которых он рубит, на них он и работает и в части на еду. Распечатал последний лист, он закрепил всё и понёс в соседний кабинет. Когда вошёл, увидел как толстый, потный директор, говорит пошлости девушке, что старается вырвать свою руку из его хватки. Когда мужчина увидел Хосока, отпустил её и девушка выбежала, почти со слезами на глазах. — Чего тебе? — сказал он, откидываясь на спинку офисного кресла, достал сигарету и зацепил между пальцев. — Я приготовил отчёт за последний месяц, вот — несколькими шагами, Хосок преодолел расстояние и протянул файл с бумагами, которые стал проверять босс, облизываясь. Хосок наблюдал за ним, как за свиньёй, которую только что накормили человеческим телом. — Молодец — он сложил бумаги и засунул обратно в файл, откладывая в сторону, на край стола — Можешь идти. И ещё, ты можешь рассчитывать на повышение как лучший работник. — не стоит, поднимите должность тому, кому это действительно необходимо, кому не хватает денег и кто вынужден работать без выходных, а я в этом не нуждаюсь — он приветливо улыбнулся и, поклонившись, покинул кабинет, отправляясь на рабочее место. Конечно глупо на это рассчитывать, ведь не все такие примерные и порядочные работники как Хосок, но и главные в офисе не очень важные люди и работа у них заключается в том, чтобы поставить пару подписей и отправить к слоям выше. Так что, шансы на улучшение жизни коллеги Хосока по работе растут. — Неожиданно — сказал директор, складывая руки в замок, и затягивая дым сигареты, что была между зубов. — Чон, к тебе пришли — сказала девушка, усмехаясь, только что увиденному парню, что ждёт Хосока, который посмотрел на неё с вопросом в глазах. — Кто? — приподнимая бровь в недоумении, спросил парень. — Я без понятия, но он красивый — она блаженно закрыла глаза, ухмыляясь своим мыслям. Хосок накинул свою куртку, спустился вниз и вышел на улицу, где, дожидаясь в сторонке, стоял Юнги. Хосок, увидев парня, забыл обо всём на свете, в центре всей его вселенной стоял Юнги, что махал рукой и своей улыбкой освещал весь мир. Чон ненадолго застыл, приходя в себя, но опомнился и неуверенно подошёл парню. — Здравствуй — Юнги протянул ему руку, которую Чон охотно пожал ледяную ладонь, но спокойно и слабо, чтобы Мин не подумал, что Хосок зависимый от него псих. — Привет. — Прости, что отвлекаю — Мин спрятал руку в карман из-за холодной погоды. Он глупо улыбнулся, смотря в глубокие глаза Чона, в которых тонул, но старался не думать об этой красоте. — Ничего, у меня всё равно перерыв. — Чон смотрел на его засохшие и немного красные губы. Хотелось целовать их и не останавливаться ни на миг. — Тогда не против пройти прогуляться? — Хосок улыбнулся и слабо кивнул, в знак согласия. Оторвавшись друг друга, они пошли по узкой дорожке, на которой лежали жёлтые, красные и ещё зелёные опавшие листья. — А как ты узнал место где я работаю? — спросил с недоумением в голосе Хосок, попивая свой горький кофе без сахара. Юнги оторвал губы от чашки с мятным чаем и, сделав вдох ответил. — Когда я выходил из магазина ты забежал в здание, я не стал тебя останавливать, думал ты спешишь, да и самому мне нужно было торопиться, поэтому как только я решил свои дела, примчался сюда. — он улыбнулся улыбке Хосока, что грела холодную душу парня.