Я терпеть тебя не могу, Джонсон!

После того как Ларри удалил фото в коридоре и бросил Салли одного, тот не сдался. Он понимал: если он отпустит Ларри сейчас, он потеряет его навсегда. Салли догнал его уже у самого выхода из школы. — Ларри, стой! — Салл схватил его за рукав куртки. — Отвали, Сал. Иди к своему новому другу, — бросил Ларри, даже не оборачиваясь. — Нет! Ты пойдешь ко мне. Прямо сейчас. Мы не разойдемся, пока не поговорим, — голос Салли прозвучал так твердо, что Ларри против воли остановился. Он посмотрел на маленькую, но решительную фигуру друга и тяжело вздохнул. Внутри него всё еще полыхала обида, но видеть Салли таким отчаянным было выше его сил. Молча, плечом к плечу, они дошли до дома Салла Они сидели в комнате Салли. Тишина давила на уши. Салли уже надел протез, но чувствовал себя так, словно он голый под прицелом взгляда Ларри. — Поцелуй меня, — вдруг тихо сказал Салли, глядя в окно. — Поцелуй так же, как в тот раз в подвале. Ларри вздрогнул. Он поставил стакан с водой на стол и медленно повернулся к другу. — Зачем, Сал? Зачем тебе это нужно? — Просто нужно. Пожалуйста, — Салли повернулся к нему, его руки нервно сжимали края толстовки. Ларри встал и подошел вплотную. Его голос дрожал от сдерживаемой боли: — Салли, чего ты добиваешься? Сначала Тревис на крыше... теперь ты просишь об этом меня. Ты понимаешь, что ты просто разбиваешь мне сердце вдребезги? Мне больно смотреть на тебя, зная, что ты подпустил его так близко. — О чем ты говоришь? — Салли попытался сделать удивленный вид. — С чего ты взял, что между мной и Тревисом что-то есть? Ларри горько усмехнулся и достал телефон, открыв папку с недавно удаленными файлами. Оказалось, он не стер фото окончательно. — Салл, зачем ты врешь? Я был там. Я всё видел. Он показал экран. Салли замер, увидев себя со стороны в руках Тревиса. Оправдываться было бесполезно. — Я... — Салли опустил голову. — Ларри, я просто запутался. После того, что случилось в библиотеке, я перестал понимать, что такое «нормально». Я хотел заново всё ощутить с ним, чтобы понять — это было насилие или что-то другое. Это был эксперимент над собой. А с тобой... я хотел понять, почему мне было так страшно в подвале, хотя я тебе доверяю больше всех на свете. Я пытаюсь собрать себя по кусочкам! Ларри смотрел на него долго, а потом вдруг его лицо смягчилось. Ярость ушла, оставив только бесконечную усталость и нежность. Он понял: Салли не «гулял» с Тревисом, он пытался излечить свою травму, пусть и таким странным, болезненным способом. — Дурак ты, Сал, — прошептал Ларри. — Тебе не нужно целовать врагов, чтобы понять, кто тебе дорог. Ларри мягко взял Салли за лицо, пальцами нащупывая крепления маски. — Я не буду целовать тебя «как в тот раз». Потому что в тот раз я был напуган и скрывался за ложью про алкоголь. А сейчас я здесь. Трезвый. И я никуда не уйду. Он медленно снял протез. В комнате горела только гирлянда, и шрамы Салли казались серебряными нитями. Ларри прислонился своим лбом к его лбу. — Я люблю тебя. И мне плевать на Тревиса, на школу и на всё остальное. И он поцеловал его. На этот раз это не было грубо или внезапно. Это был самый нежный и правильный поцелуй в их жизни. Салли сначала напрягся, по привычке ожидая удара, но почувствовав тепло и надежность Ларри, он наконец-то расслабился. Он обхватил шею Ларри руками, отвечая на поцелуй всем сердцем. Когда они отстранились друг от друга, Салли впервые за долгое время по-настоящему улыбнулся — той самой искренней улыбкой, которую видел только Ларри. — Кажется... теперь я всё понял, — прошептал Салли. — И что же? — усмехнулся Ларри, окончательно удаляя фото из телефона. — Что Тревис — это просто горький плод. А ты — это дар небес. В этот вечер они так и остались сидеть вдвоем. Ларри больше не злился. Он знал, что победил, потому что Салли выбрал не того, кто его жалеет или мучает, а того, кто его по-настоящему любит.