Дверь по соседству

      Придерживая дверь и пропуская что-то увлеченно строчащего в телефон Альбедо, Сяо отходит к мусорному баку, избавляясь от тяжелого пакета. Отряхивает руки, вдыхая ночной аромат и спокойствие, и прикрывает глаза. Если бы он мог, то отдал все, лишь бы всегда слышать эту прекрасную любимую тишину.       Но до слуха доносится жалобный писк, и он с досадой приподнимает веки; экран Альбедо гаснет словно по команде, когда он отрывается от телефона и поправляет чуть съехавшие очки в тонкой золотой оправе.       — Откуда звук?       — Не знаю, — растерянно озираясь кругом, Алатус подходит к Кайдепринцу, дыша в ладони в попытке согреться и следом пряча их в карман. — Показалось, навер…       С кондиционера на здании напротив свисает пушистая голова, и Сяо испуганно дергается, сначала не признав в ней что-то живое. Ругается одновременно с очередным писком и бросает взор то на Альбедо, также поднявшего голову, то на напуганного котенка.       — Подсади.       — Ты не выглядишь легким.       — А ты такая неженка, — Альбедо изящно изгибает бровь на слова Алатуса, и он обреченно вздыхает, устало тря переносицу и закрывая на мгновенье глаза. — Хорошо, тогда ты лезь. Мы не можем оставить его там.       Кайдепринц недовольно бурчит, укладывая сумку и очки в пустой ящик возле кафе, и Сяо вновь смотрит на котенка, мечущегося из стороны в сторону в поисках безопасного спуска. Представить, как он забрался наверх почти невозможно: рядом нет ни высоких коробок, ни других опор, подходящих для ловкого прыжка. Кирпичная стена двухэтажного дома облеплена пылью и грязью, скопившейся за долгие годы с момента строительства, и разбавляется только редкими проводами, переплетающимися между собой и переходящими с здания на здание, нависая над старой металлической лестницей, ведущей на крышу их кафетерия. Стена без окон и дверей, создающая темный переулок, освещаемый исключительно желтыми фонарями с полупустой улицы. Путей забраться на древний кондиционер почти что нет. Если не считать один и самый отвратительный способ, желанный Сяо меньше всего: падение с крыши.       Как достанут, он обязан проверить лапки.       Альбедо подходит со спины, надавливая рукой на плечо, и заставляет опуститься. Осторожно присаживается, обхватывая голову и громко сглатывая: боится, не доверяет совсем, сжимает волосы с новой силой, когда Сяо прижимает его ноги к себе и с шипением приподнимается, пошатываясь и подходя к стене.       — Аккуратнее.       — Знаю.       Чувствует, как Альбедо тянет руки, несколько даже привставая, и вновь хватается за голову; котенок нервозно забивается в угол, одаривая владельца не-самого-доброго-лица-в-мире жутким шипением.       — Не могу достать.       — Каши больше ешь, — щипает Альбедо за ляжку, вынуждая недовольно вскрикнуть и наклониться, чтобы взглянуть в глаза Алатуса. Смотря в его лицо, по-детски глупое и обидчивое сейчас, Сяо еле подавляет улыбку. — Давай, тянись. Помурчи, помяукай, не знаю, хоть что-нибудь сделай.       — Мне кажется, у тебя бы вышло получше…       Альбедо поджимает губу, глубоко выдыхает и вновь тянет руки вверх. «Кс-кс-кс», — пушистый комочек, боясь, приближается к его ладоням, обнюхивая со всех сторон, и неожиданно цепляется зубами — Кайдепринц успевает схватить его за лапы и прижать к груди, торопливо произнося: «Поймал!»       Осторожно спустив на землю, Сяо принимает вытянутого вперед котенка и ласково проводится по спутавшейся, грязной шерстке, осматривая: вроде бы все цело и заметных повреждений нет, нужно только отмыть и дать отогреться. Комочек недоверчиво посматривает на руку, крутя хвостом, и сдержанно запускает моторчик, — повезло, что не ведет себя, как с Кайдепринцем.       Но внезапный чих Альбедо заставляет содрогнуться обоих и остановиться.       — Все хорошо? — Алатус не сразу разглядывает в полутьме покрасневшие глаза и аккуратно берет соседа за подбородок, приподнимая и осматривая также порозовевшую шею.       Твою мать. Только не говорите, что у него…       — Аллергия, — Альбедо громко сглатывает и убирает руку. Недовольно посматривает на котенка и получает такое же шипение. — Тихо, тихо, сдался ты мне.       — Может… тебя к врачу?       — Не волнуйся, у меня с собой антигистаминные.       Альбедо подходит к ящику, вынимая из сумки косметичку и выкладывая все подряд. Сяо, медля, подходит тоже, пряча комочек под куртку и ведя бровью.       — Ты ограбил аптеку?       — Только однажды, — сглотнув таблетку, Альбедо вновь шуршит, раскрывая белую баночку и поворачиваясь. — Открой рот.       — Зачем?       — Нужно, — приблизившись, Альбедо мажет по губам небольшой пилюлей, невесомо касаясь подушечками холодных пальцев, и победно просовывает лекарство, когда Сяо приоткрывает рот. — Умница… — перемещает руку к подбородку, щелкая указательным пальцем и довольно отходя к сумке.       Блять.       Ну и что он сунул ему в рот? Сяо очень надеется, что это не яд, потому что пилюля кажется до необычайности омерзительной.       Котенок вертит головой, и Алатус заглядывает под куртку, помогая комочку сменить позу и нежно почесывая его за ушком — только сейчас он замечает, что одно из них безжалостно надорвано, как и короткий хвост.       Альбедо подходит, придерживая за ремешок сумку и поправляя очки.       — Куда денешь его?       — Сначала в клинику, потом посмотрим… Может возьму к себе.       — Рабочий день уже закончен.       — Тогда сейчас домой, — рука немного затекла от неменяющейся позы, но Сяо все равно. Делает шаг в сторону улицы, останавливаясь и бросая взгляд на соседа. — Можешь сбегать в магаз за кормом и… шампунем? Пожалуйста.       Альбедо молча трет лицо, подходит, заглядывая под куртку и поднимает усталый, но уже не такой красный, взгляд на Алатуса — боже, ему стыдно за свою просьбу, он и так видел, как Кайдепринц заебался за весь день и хочет попасть домой, но Сяо боится, что не успеет сам или возьмет отраву, которая станет началом конца. А Альбедо же умный, быстро все сделает и правильно подберет.       Они расходятся на автобусной остановке: Сяо все так же прячет кота под курткой — не то, чтобы от холода, скорее от лишних вопросов зевак и кондуктора, внезапно залезшего в троллейбус, из-за которого пришлось выйти немного раньше, — дома находит остатки молока и неглубокое блюдце, подставляя к котенку. Сидит на корточках, проверяя телефон и, иногда поглядывая на лакающий комочек, дожидается заветного звонка в дверь.       — Держи, — Альбедо заходит, медленно снимая пальто, и протягивает пакет. — Где он?       — На кухне. Спит, — отставив покупку куда-то в сторону, Сяо подпирает стену плечом, скрещивая на груди руки. — Сколько я должен?       — Забей. Просто дай подушку с одеялом и будет достаточно, — повторяет за Алатусом, закрывая глаза и выдерживая паузу. — А знаешь… могу я воспользоваться твоим душем?       С кухни раздается грохот и Сяо смотрит в ее сторону, вновь поворачиваясь к спокойному Альбедо — кажется, он даже не расслышал — и выгибает бровь в удивлении.       — Только не бурчи, — зевает. — Эта сука пообещала вызвать сантехника до моего прихода, но ни… — беззвучно выговаривает последнее слово по слогам и замолкает.       Смотреть на такого заебанного Альбедо страшно, и потому Сяо отходит, открывая дверь в ванную комнату и делая еще шаг в сторону.       — Ванна знакома, сам разберешься.       — Спасибо.       Полчаса. Полчаса Сяо не знает, куда ему податься, и усаживается на диван в гостиной, укладывая котенка под бок и отсылая ораву фотографий Ху Тао — пусть обзавидуется. Опускает взгляд в телефон, в следующую минуту давясь кашлем и смущением.       — Боже, оденься! — что-что, а вид оголенного торса Альбедо, облокачивающегося на дверной косяк с полуодетой футболкой на руки, точно не входил в его планы на вечер.       Алатус кидает подушку, старается не смотреть и утыкается взглядом в недовольно стучащий хвостом комочек. Альбедо мягко смеется.       — Дуралей, — кто бы говорил. — Закроешь за мной?       Кивая, Сяо встает и, все также не смотря, идет за соседом до самой двери. Вздрагивает, когда Альбедо тянется к коробке возле его ног и оставляет комплект незнакомых ключей.       — На всякий случай.       — Иди уже… И спасибо.       Закрывая дверь за ушедшим другом, Сяо на мгновенье задерживается, слабо улыбаясь и смотря куда-то в пустоту на обесточенной лестничной клетке.