Дверь по соседству

      Растянувшись на барной стойке, Сяо беззвучно двигал губами в такт звучащей в наушниках мелодии и смотрел в телефон. Изредка замечал скучающий взгляд Кайдепринца, распластавшегося на соседнем стуле, но в упор игнорировал: прошло два дня с момента их небольшой ссоры-перемирия, а Сяо только спустя сутки до конца осознал весь ужас произошедшего. Было до чертиков стыдно за свое поведение, а при воспоминании как он прижимался к груди соседа, успокаиваясь после срыва, краснели уши, которые он всячески старался прикрыть отросшей челкой, чтобы никто не заметил.       Задумываться, почему это вызывало такую реакцию совсем не хотелось.       — Сяо, — слышит рядом голос и нехотя опускает телефон. Альбедо смотрит на часы на стене напротив, уперевшись сложенными руками в стойку, и следом поворачивает голову. — Сделай мне кофе, пожалуйста.       — Может, ты сам?       Сяо не лень, правда. Но соседа давно стоит научить самостоятельности. С момента их знакомства, желательно.       — А научишь?       Альбедо улыбается невинно, как-то по-детски, и Сяо только и думает как бы не задохнуться от внезапно сдавившего горло приступа кашля и не спихнуть соседа со стула.       Дурак.       Сяо нехотя сползает со стула и бредет к кофемашине, поправляя белую рубашку и завязывая волосы в хвост. Осматривает зал, в который раз убеждаясь, что сегодня он может дышать спокойно, не напрягаясь: посетителей нет, за исключением двух-трех, забредших по великой случайности и усевшихся в самых дальних углах. Алатус отходит немного в сторону, прислоняясь спиной к столешнице, и подзывает к себе рукой. Альбедо, наглый, до чертиков в глазах довольный Альбедо, почти что подбегает, останавливаясь рядом.       — Тебе к лицу этот крысиный хвостик, — улыбается, быстро забирая у Сяо один наушник, и вставляет себе, точно наглый кот, выпросивший горстку сметаны. — Ты же не против?       Сяо не в силах сдержать смешка.       — Ненавижу, когда слушают мою музыку.       — А, прости, я…       Альбедо тотчас меняется в лице и виновато отводит взгляд. Собирается вытащить наушник, но вздрагивает, когда чувствует легкое прикосновение к уху и давление. Сяо поджимает губы, быстро разворачиваясь и тянясь к питчеру, громко сглатывает и на секунду прикрывает глаза.       Боже.       Упакуйте его душу.       Он не привык делиться чем-то своим и не привык, что кто-то становится к нему ближе, слушая его плейлист.       Ведь музыка для Сяо — отражение его самых глубоких закромов души.       — Ты же латте хотел, да? — он не видит, но знает: Альбедо кивает головой и тоже прячет волосы в хвост — его любимая привычка, которую Алатус невольно перенял, наблюдая за ним все первые дни совместной работы. — Держи, наливай молоко.       Альбедо медлит, берет емкость и задумчиво сводит брови к переносице, не выдерживая напряжения шестеренок и поднимая моляще-вопросительный взгляд на Сяо, в свою очередь хмыкающего и протягивающего пакет с жидкостью и словесными указаниями.       — Я рассчитывал, что будет демонстрация.       — Это тебе не цирк, — Сяо замечает, как молоко почти стекает по краю пакета, и слегка поправляет чужую руку, опуская. — Осторожнее.       Альбедо закусывает щеку изнутри, после отставляет все в сторону и подходит за Алатусом к кофемашине, послушно выполняя все наставления — протер, включил, размолол зерна.       — Знаешь, а из тебя бы вышел отличный клоун, — передает холдер и отходит, ждет, пока Сяо проделает оставшиеся махинации по выравниванию и темперовке, — Такой добрый-добрый, а когда все идет не по тому месту, бьешь наповал. Смотрел «Швы»? Вот ты похож на того самого.       — Боже, фу. Этот фильм — говно. Полностью слизано с «Оно».       Выключив пролив группы, Сяо вставляет холдер и следом подставляет питчер. Подпускать Альбедо к технике немного страшно: денег и моральных сил расплачиваться за его возможные оплошности нет от слова совсем.       — Не смотрел, — Альбедо глядит через плечо, послушно подает ранее оставленное молоко и отходит. — Я вообще ненавижу ужастики: они все наигранные, не похожи на правду.       — А тебе только и подавай правдоподобие, — Сяо хмыкает и включает продувку, молча взбивает молоко и только после произносит: — Иди смотри документалки. Они в самый раз для тебя.       — Знаешь, у меня есть несколько фильмов на заметке, можем сегодня посмотреть парочку.       Указывая пальцем на стеклянную емкость, Сяо передает Альбедо эспрессо и наблюдает за его полуосторожным переливанием. Почти шипит, когда сосед ставит стакан на столешницу и тянется за молоком. Подходит со спины, просовывая руки под его и, уложив голову на плечо, приподнимает питчер со стаканом, приговаривая, что Кайдепринцу стоит следить внимательнее.       Сяо не уверен, но, кажется, на некоторое время Альбедо перестает дышать.       — Готово, — ставит все на столешницу и отстраняется, вытирая руки полотенцем и краем глаза ловя высоко вздымающуюся грудь соседа. Должно быть, поддался настроению звучащей в наушнике песни.       — Оно… похоже на сердце, — Альбедо смотрит на пенку на поверхности стакана и осторожно обхватывает руками основу, Сяо лишь пожимает плечами:       — Обычный листок.       — Ты отвратительный романтик, — делает глоток и с улыбкой поворачивается к Алатусу, протягивая кофе. — Попробуешь?       Сяо нравится вкус. На удивление нравится это не совсем удачное совместное детище-творение, но он не произносит этого вслух, только недовольно корчит и ворочит лицо, прислоняясь губами к краю стакана.        — Ну, как?       — На вкус такое же отвратительное, как я.       Сяо хочется рассмеяться в голос с лица Альбедо, на мгновенье опешившего и потерявшего дар речи, а после недовольно тыкающего в бок и отнимающего стакан.       — Не смей говорить при мне такие глупые вещи, — он прижимает стакан к груди и не отрывает свой чистый, такой доверчивый и невинный взгляд от Сяо, — потому что ты потрясающий.       — Черт, я же… пошутил.       Стыдно. Безумно стыдно, и потому Сяо сразу сминает губы рукой, осматривая помещение — как же он надеется, что этого никто не слышал, — и вновь смотрит на Альбедо.       — А я на полном серьезе, — Кайдепринцу словно все равно, он готов повторять свои слова хоть миллионы и миллионы раз, лишь бы они дошли до дурной головы Алатуса. Добавляет: — И мое предложение с фильмом тоже, — и ставит стакан кофе рядом с собой.       И Сяо теряется. Отвечает покорное: «Хорошо», до конца смены смущенно пряча лицо и прокручивая в голове плотно засевшую, до боли приятную сердцу фразу, успокаиваясь только по пути домой, когда набирает в магазине различные сладости, ведь Альбедо, вроде, их любит больше всего.       Ему неловко, когда Кайдепринц проводит его на кухню, говоря хватать кружки и идти с ними в спальню, ведь: «Там удобнее всего смотреть».       Залезает рядышком под одеяло, поджимая ноги, и с интересом заглядывает в экран ноутбука, пока Альбедо переходит по вкладкам в поиске фильма и мило щурит глаза.       — Пока ты ходил, я нашел несколько вариантов. Надеюсь, ты не против французской классики.       Сяо в общем не против, делает глоток освежающей газировки и глубоко надеется, что фильм не будет банальной историей, присущей французам. Шипит, когда видит год и название.       — Шестьдесят четвертый? Ты серьезно?       — Что-то не так? — Альбедо даже не успевает запустить фильм и поворачивается к Алатусу, придерживая одну руку у подбородка и приоткрывая рот.       — Не люблю такое старье, — Сяо не сдерживает возмущения в словах и недовольно корчит лицо. — Оно какое-то не такое…       Альбедо только закатывает глаза, тяжело вздыхая.       — Давай посмотрим первые минут двадцать, а потом ты сам выберешь, если не понравится, — дожидается кивка и нажимает на паузу. Минут пять спустя добавляет: — Это Луи Де Фюнес, таких актеров, как он, стоит знать хотя бы для общего развития.       Сяо молчит, запускает очередную мармеладину в рот и шикает на него.       Не хочет признавать, но с каждой прошедшей минутой желания вырубить фильм или сменить на что-то другое — вроде совсем недавно вышел новый боевик, который он хотел глянуть, — становится все меньше и меньше.       Когда же Альбедо несколько раз поворачивается к нему, Сяо утыкается в телефон, иногда забывая включить экран и ловя сдавленные, короткие смешки.       Не знает как, но просыпается только под утро в холодной одинокой постели на животе и протирает глаза рукой, тянясь к телефону под соседней подушкой. @melbedo_09 (Дурачина), 9.38 Доброе утро. Надеюсь, ты выспался. Завтрак на столе, ключ у тебя. Я убежал по делам, так что не жди :* @yaksha_latus, 12.45 чт я и не собирался       Сяо отбрасывает телефон куда-то в ноги или под одеяло — уже все равно куда, только бы от греха и себя подальше — и переворачивается на спину, зарываясь лицом в подушку и неожиданно завывая в голос.       Будь он проклят, этот Кайдепринц.       Сяо когда-то не выдержит.