Профессор Поттер

— Ну что, друг, через пару годков тебе уже будет сорок, с днëм рождения! — радостно воскликнул Рон и приблизился к кровати друга. Гарри простонал и перевернулся на другой бок, но через пару секунд всë же сел на кровать и надел очки, что до этого лежали на прикроватной тумбочке. — Рон, сколько сейчас времени? Зачем ты меня так рано разбудил? — Гарри щурил глаза, смотря на улыбающегося друга. Через пару секунд Поттер зевнул и потянулся, в спине что-то хрустнуло. Уизли усмехнулся. — Что, песок уже сыпется? Повторю ещë раз: сегодня тридцать первое июля. — Гарри секунд десять пялился на друга, но потом вдруг резко улыбнулся. — Так дал бы мне поспать, в мой-то день рождения! — Поттер уже вскочил с кровати и был готов спуститься вниз, он с утра и не сразу вспомнил про гостей и свой день рождения. Гарри быстро накинул рубашку на себя, ведь не очень-то хотелось показывался друзьям в порванной футболке с пятном чего-то непонятного. Рон вновь усмехнулся, наблюдая за действиями друга.       После они спустились в гостиную Гриммо. Там Поттера и Уизли уже ждали отчего-то хмурый Тедди, Андромеда, хмурая уже от того, что находится на Гриммо, и всë остальное семейство Уизли. Гарри широко всем улыбнулся. — Крëстный, мы тут вобще-то тебя уже второй час ждëм! — возмутился Тедди и заправил длинную прядь рыжих волос за ухо. Гарри усмехнулся: — Дайте старому человеку поспать. — Гермиона закатила глаза, Андромеда фыркнула. — Эх, молодëжь, не понимаете вы своего счастья ещë, — тяжело вздохнула бабушка Тедди. В этот раз фыркнул Поттер. — Может, уже поедим? Я же ещë не завтракал, — предложил Гарри; все поддержали идею именинника, поэтому переместились на тесную для такой компании кухню Поттера. Они позавтракали, и дальше день проходил спокойно и по-семейному: все так и остались в доме Гарри, радостные, что наконец-то смогли собраться вместе. Поттер лишь улыбался, наблюдая за разговорами своей семьи. Они и правда не так уж часто собирались вот так все вместе, особенно в последнее время, поэтому у каждого было что рассказать. Поттер только с наслаждением слушал Розины рассказы о Скорпиусе, а после смеялся, смотря на злого Рона, которому не нравилась перспектива породниться с Малфоями.       На удивление Гарри, молчал только Тедди, обычно тому всегда было чем поделиться, будь то какой-нибудь скучный день в Аврорате или очередное свидание с его девушкой. Поэтому в первую половину дня Поттера настораживало молчание крестника, но во второй он настолько раслабился, что не обращал на это никакого внимания. Юный Тонкс заговорил только поздним вечером, когда половина гостей ушла домой, а другая разбрелись по гостевым комнатам. — Крëстный, — Тедди нахмурился и взял подрагивающими руками кружку чая. До этого в гостинной сидели ещë Гермиона с Роном, но и они пошли готовиться ко сну, и остались только Поттер и Тонкс. Гарри повернулся в сторону крестника. — Да? — спокойно спросил Гарри и слегка наклонил голову вперëд. Тедди поджал губы. — Я знаю, что об этом распространяться неправильно, но ты должен знать об этом точно, — тут уже нахмурился Гарри, Тонкс тяжело вздохнул, собираясь с силами, и совсем тихо произнëс: — В последнее время возросло количество преступлений с использованием тëмной магии, и недавно установили, что, скорее всего, в этом замешаны прежние последователи Гриндевальда. Это неточная информация, но я обязан был сказать об этом, — Тедди сглотнул слюну, в горле встал ком. Гарри не знал, что сказать; кажется, руки начали трястись и у него. — Ну, это ведь не обязательно должны быть бывшие последователи тëмного лорда? Гриндевальд мëртв, я сам его убил, — спустя пару минут прервал тишину Гарри и всë же поставил кружку с горячим чаем на столик: руки и правда тряслись, а чай разлить не хотелось. Тедди неуверенно улыбнулся. — Конечно, это просто предположение, — всë ещë тихим голосом говорил Тонкс, Гарри улыбнулся в ответ. Да и тем более, раньше тоже были подозрения, что последователи Гриндевальда всë ещë на свободе и готовы бороться за свои идеалы, пусть и без предводителя, но ведь это «просто предположение», крутилось на повторе в голове Поттера.

***

— Ах, Том, ещë два года, и ты уйдëшь, неужели я останусь совсем-совсем один? — жаловался Скорпиус Тому и демонстративно прикрывал рукой лицо. Реддл закатил глаза; он всего лишь шестикурсник, всего лишь шестикурсник… Он уже шестикурсник! Мерлин всемогущий, да до его совершеннолетия в магическом мире осталось меньше года, да как так-то? Он ведь так многое не успел сделать: не успел найти тайную комнату, больше узнать о трëх дарах смерти, ведь кольца ему просто не хватало; хотелось больше узнать о такой таинственой вещи, ведь не зря ради неë развязали войну, или зря? Это Том и хотел узнать, да и элементарно разгадать ту оборваную надпись на парселтанге! Та самая надпись, которая предположительно и правда может вести к тайной комнате (и эй! Ему до сих пор не показали, где находится выручай-комната).       И, самое главное, он до сих пор не разобрался до конца, кто он, Том Реддл, — умный полукровка, который начхать хотел на мнение своих однокурсников по поводу статуса крови и который хочет продвигать новые идеи в массы; или же Том Мракс — озлобленный на маглов полукровка, повëрнутый на своей родословной. В Томе слишком сильно борются эти два состояния, особенно в последнее время он стал задаваться этим вопросом и, на удивление, не нашëл на него ответ… Слизеринец вновь задумался об этом, из-за чего просто завис на какое-то время. — …Том, Том Марволо Реддл, ты меня слышишь? — Малфой махал перед лицом застывшего друга рукой, Реддл отмер, проморгался и ответил: — Да слышу я, вот именно, что шестой курс и я должен успеть сделать очень многое. И ещë, не притворяйся, что кроме меня у тебя нет друзей, а как же те пуффендуйские подружки твоей обожаемой Розы? — Реддл усмехнулся и задрал голову вверх, он и так прилично выше Малфоя, а так и подавно. Скорпиус надулся. — Томми, Томми, это совсем другое, ты — единственный мой настоящий друг. — Том продолжал ухмыляться, ладно, слова Скорпиуса ему очень льстили, знал ведь маленький паршивец, как поднять ему настроение. Малфой, довольный собой, тоже улыбнулся. Том же понял, что ему надо составить список своих планов на ближайшие два года, всë же осталось так мало времени, Реддл не хотел покидать Хогвартс; пожалуй, он спокойно может назвать это место домом, ведь здесь есть Поттер и Малфой — два самых близких для него человека, правда, жаль, что в то же время он правда тосковал по своей небольшой комнате в небольшом магловском доме с небольшой магловской семьëй… — Какой у тебя сейчас урок? — спросил Скорпиус, у которого сейчас образовалось окно. — Зельеварение, — довольно растянул Реддл и поправил сумку на плече, которая при ходьбе немного сползла, — пойдëшь меня провожать? Я же твой «единственный настоящий друг», — Том не мог не съязвить, пусть эти слова ему и льстили, но он не мог признать это вслух. Скорпиус вздрогнул, а после закатил глаза и улыбнулся. — Какой же ты, гиппогриф обнаглевший! — возмутился Малфой; Том расмеялся, сравнение его очень даже повеселило. — Пошли, так уж и быть, я тебя провожу, ведь больше не боюсь Снейпа, — гордо заявил младший и положил руку на грудь. Реддл усмехнулся, заметив, кто стоит за спиной друга. — Что вы там говорите, Малфой? — раздался презрительный голос, который снился Скорпиусу в кошмарах. Младший слизеринец вздрогнул и быстро направился в противоположном направлении от Снейпа. Том тяжело вздохнул и покачал головой, Северус закатил глаза. — А вам, Реддл, советую поторопиться, я не люблю, когда на мой урок опаздывают, — Том только мило улыбнулся. — Конечно, профессор.       Том не любил первые уроки в начале года, ведь ничего, кроме повторения, на них не было, а на уроках зельеварения в первые несколько уроков стабильно шли контрольные. Быстренько всë написав, Реддл уже в уме начинал продумывать примерный план на ближайшие два года, всë же ему надо было успеть сделать слишком много. Так, витая в облаках, слизеринец и не заметил, как урок подошëл к концу и он один остался в классе. Пожалуй, его задумчивость это дурная привычка, от которой ему надо избавляться. — Мистер Реддл, попрошу вас задержаться, — серьëзно сказал зельевар. Том кивнул. — Конечно, профессор, о чëм вы хотели поговорить? — спокойно спросил Реддл, хоть в душе и насторожился. Снейп ну ни разу не просил его остаться просто так. Том опять задумался, но не вспомнил ничего, за что его могли бы оставить на разговор; конечно, он не боится их так, как остальные ученики, но всë же. — О тебе, твоих амбициях, ещë не думал, кем хочешь стать после выпуска? — спросил Снейп, подходя ближе к Реддлу. Том промычал, а после сказал: — Конечно задумывался, но пока точно не выбрал, а что-то не так? — Пожалуй, такие разговоры, особенно от Снейпа, его настораживали, будто за лето в старого зельевара вселился Поттер, который обожает распрашивать обо всëм и сразу. — Знаете, Реддл, время сейчас неспокойное, а вы, — Снейп сделал небольшую паузу и заложил руки за спину, — очень умный, это может вас погубить. — До Тома не сразу дошло, на что намекает ему Северус, а когда дошло, глаза Реддла на секунду расширились, но он вмиг пришëл в норму. Неужели он намекает на его внезапный интерес к тëмным книгам по магии? Так для слизеринцев это было нормой, тем более он не будет применять то, что написано в книжках, которые ему таскает Малфой, ему просто интересно, разве это плохо? — Профессор, я не понимаю, о чëм вы? — Северус знал, что Реддл лгал в этот момент, но ничего не мог поделать, его слишком сильно настораживали слухи, которые ходят в окружении бывших последователей тëмного лорда. И прекрасно знает, к чему это вдруг может привести. Зельевар хотел просто удостовериться, что Реддл не свяжется не с той компанией, как он однажды. Как шесть лет назад, как сейчас Снейп не мог не сравнивать себя и Тома, даже те взгляды, что слизеринец кидает на Поттера, — о, Северус прекрасно знает, что это за взгляды, ведь всю жизнь смотрел на мать этого самого Поттера точно так же. Поэтому он не мог не задержать, не мог не предупредить или просто не мог заставить себя развидеть в Реддле самого себя, из-за чего хочет лично удостовериться в их различии. Зельевар тяжело вздохнул. — Можете идти, Реддл. — Том только кивнул и поспешно покинул класс. А так ли они с Реддлом различаются на самом деле?

***

      «О Мерлин, этот Северус, да к чему он ни с того, ни с сего начал его допрашивать? Какое, к чëрту, неспокойное время?» — Том мешал в голове магловские и волшебные высказывания. Пожалуй, этот разговор его только разозлил; может, разозлил потому, что он видел в глазах Снейпа понимание, — да ни капельки он его не понимает! А может, разозлил намëками на его интерес не светлой магией — да какая разница?       Магия есть магия, и Тому всë равно, светлая или тëмная, ему просто нужны были знания. Том сделал глубокий вздох и выдох. Ему нельзя сейчас злиться, ведь следующим в расписании идëт ЗОТИ. Том готов лично поблагодарить директора МакГонагалл за такой подарок в первый же учебный день; пожалуй, защита от тëмных искуств это как раз то, что ему сейчас надо, особенно после такого разговора с деканом.       Том улыбнулся, предвкушая первую встречу с Поттером. А сидя наконец на уроке, не мог оторвать взгляда от профессора. Да, ему не нравятся первые уроки после каникул, но не в случае с Поттером. Пожалуй, Том не готов признать, что первый урок у Гарри ему нравился лишь тем фактом, что он мог спокойно долго пялиться на Поттера и слушать его голос, который будто стал ещë более спокойным и раслабленым с их последней встречи. Что уж тут говорить, Том чуть не уснул на уроке, слишком ему было спокойно на душе, будто и не было всех тех размышлений о планах и будущем. Благо, его разбудило покашливание Поттера. Тому было неловко, но весь оставшийся урок он старался не закрывать глаза, чтобы опять случайно не задремать.       Увидел бы его сейчас Скорпиус, рассмеялся бы, ведь он продолжает вести себя в присутствии Поттера (и целого класса!) как влюблëнная девица. Так Том и просидел оставшийся урок в лëгком напряжении. А под конец намерено ждал, когда же все студенты покинут кабинет, чтобы спокойно поговорить с Гарри. — Том, вы хотели о чëм-то спросить? — как всегда дружелюбно спросил Поттер. Том хотел громко вздохнуть от облегчения, но сдержал себя, и, о Мерлин, как же он скучал по Гарри. Всë же он целое лето его не видел, а как же хотелось! Он даже несколько раз приходил в ту магловскую кафешку, где встретил Поттера зимой, с мыслью «а вдруг?». Но Том так ни разу и не пересëкся с Гарри. Как же Реддлу было интересно узнать, чем Поттер занимался на каникулах, но сейчас не об этом, он опять погрузился в раздумья слишком сильно. — Профессор, можно прийти сегодня после уроков попить чай? — Том так же мило улыбнулся, Поттер замялся. В его голове в тот же миг пронеслись все разговоры о Реддле и о его привязаности к нему, а после в голове пронеслись те самые слова Гермионы, что она говорила ему, когда он почти спал, но, даже если он и не соображал, все слова Гермионы он запомнил хорошо. Гарри тяжело вздохнул и закусил губу, а спустя некоторое время сказал: — Простите, Реддл, сегодня не получится; может, как-то в другой раз? — Тому показалось, будто его сейчас отшили, по крайней мере сейчас он испытывал то же самое, о чëм обычно пишут в дурацких романтических новеллах. Спасибо Скорпиусу, он прочитал парочку, и Тому не показалось? Почему профессор вновь перешёл на фамилию? Да что вообще происходит? — Простите, Реддл, думаю, вам пора идти на следующий урок, — Гарри продолжал всë так же тепло улыбаться, Том стоял немного в шоке. Он слишком привык, что Поттер потакает всем его прихотям, а тут… Да, ему не показалось, его наглейшим образом отшили, почему Поттер вдруг стал себя так вести? Реддл просто не знал ответа на этот вопрос…