Чонгук, я слежу за тобой!

Квартира Юнги встречает их отсутствием порядка: повсюду разбросаны вещи, на столе грязная посуда и весь пол усыпан кофейными зернами… — Что здесь произошло? Погром? — Оо… Прости, я совсем забыл, что ничего не убрал… Понимаешь, мне было не до этого, я все думал, что можно сделать, чтобы вернуть тебя и… — Понятно… Может, тогда для начала приберемся? — Да… Я сейчас… Мин бежит в санузел и возвращается с щеткой и совком. — Давай лучше я? — Чимин неловко забирает у него инвентарь. — А ты пока посуду вымой… — Слушаюсь! — Юнги бодро улыбается и включает воду. Чимин чешет свой затылок. «Нихуя себе… Дома меня хрен заставишь убирать за собой, а здесь я такой герой — сам вызвался. Что этот парень со мной делает…» На приведение порядка уходит добрых пару часов, и по окончанию Чимин устало приземляется на диван в гостиной. Юнги достает из холодильника минеральную воду, протягивает Паку запотевший стакан, а сам садится рядом. — Мы хорошо поработали, Чимин-и… Спасибо тебе… — Угу… Только обещай, что не будешь больше устраивать такой срач? Я к тебе прислугой не нанимался. — Как скажешь, котенок… — Мин невесомо проводит ладонью по бедру Чимина и поднимает взгляд. — Устал? — Нет, я просто… В прихожей вновь раздается громкий звонок, а у Чимина моментально учащается сердцебиение и выступает холодный пот. " Не-ее-ет… Только не это! Снова?» — Юнги, если это твой очередной ухажер, я тебе… — Расслабься, малыш. Это доставка еды. — Когда ты успел?! — Я не хочу, чтобы ты был голодным… Расплатившись, он ставит на журнальный столик коробки и пакеты, от которых исходит вкусный аромат. — Что это? — Пицца, рамен, острая курочка… Все, как ты любишь. — О, Боги! Юнги, ты настоящий ангел! — Я знал, что тебе понравится… Впервые вижу парня, который пицце радуется больше, чем фуа-гра из ресторана. Чимин-и, ты уникальный! — Просто ты встречался не с теми парнями… — Да. Ты прав. Совсем не с теми… Уплетая за обе щеки, Чимин довольно улыбается Юнги, который с обожанием наблюдает, как тот аппетитно ест. — Три дня ничего не ел, так вкусно! Мин виновато опускает голову, понимая причину голодовки Пака и горько вздыхает. — Прости, это я во всем виноват… Перестав жевать, Чимин откладывает начатый кусок. — Мы оба виноваты. Каждый по-своему. Давай, больше не будем ссориться? — Я только за, Чимин-и. Расправившись с большей частью еды, он сыто откидывается на спинку дивана. — Уфф! Я так объелся, сейчас в сон будет клонить… — Хочешь, я расстелю постель и ты поспишь? — Юнги заботливо прикасается к его плечу. — Могу даже рядом полежать… — он хитро поднимает одну бровь. — Хочу… — Чимин сам удивляется своей смелости. Лежа на кровати, под одеялом, лицом к лицу, они молчат, думая каждый о своем. «Какой ты милый… Простой и сложный. Рядом с тобой так хорошо и правильно, что уже и не нужно больше ничего. Хочется тебя прижать к себе и никогда больше не отпускать…» «У тебя красивые глаза, с хитринкой… Твоя кожа необычно белая, словно фарфоровая, а руки сильные с выпирающими венами. Голос глубокий и такой манящий. Я влюблен… Как это возможно?» — О чем ты думаешь, Чимин-и? — шепчет Юнги. — О тебе. — Ты растерян? — Нет. Я принимаю себя… — Звучит обнадеживающе. Можно, я поцелую тебя? — Раньше ты разрешения не спрашивал. Что изменилось? — Боюсь потерять тебя. — Тогда, держи крепче… — Чимин сам приближает свое лицо, но в жалких сантиметрах останавливается, внимательно изучая влюбленные глаза. — Я очень хочу, чтобы все получилось, Юнги… — Как хорошо, что наши желания совпадают… — он не может больше ждать и обняв Чимина за шею сзади, тянет на себя. — Мой малыш… Теперь Пак не застигнут врасплох, он полностью отдает себе отчет и искренне отвечает на желанный поцелуй. Кто ж знал, что с парнем целоваться гораздо приятнее, чем с девушкой… В груди отчаянно трепещет, словно маленькая птичка бьется в клетке, и голова заполняется туманом от сладкой истомы. Хочется трогать, впитывать в себя, поглощать полностью… «Как же это охуенно! Как я жил без этого раньше?» У него кружится голова, а руки самостоятельно оглаживают крепкую грудь, чувствуя, как под пальцами колотится живое сердце. — Юнги… — Мм? — Мне… Мне сейчас так хорошо… — у Чимина дрожат ресницы, и кажется, он вот-вот заплачет от избытка чувств. — Ты… Я хочу, чтобы ты не отпускал меня… — Не отпущу, котенок. Больше никогда… — Мин смелеет, и вновь вовлекая его в поцелуй, шарит руками по возбужденному телу. — Чимин-и… Разреши мне… — Ч-что… Что разрешить, Юнги? — Пак задыхается, покрываясь красными пятнами, пока ему покрывают шею дорожками влажных поцелуев. Сползая губами и руками все ниже, он останавливается в районе живота, а затем задирает футболку и прикусывает кожу возле пупка. «Черт! Юнги! Только не останавливайся, умоляю!!!» Чимин давится воздухом в тот момент, когда с него стягивают боксеры, освобождая почти полностью возбужденный член. — Привет… — Юнги! Ты разговариваешь с моим членом?! Мин забавно хихикает, обдавая теплым воздухом пах. — Я тебе больше скажу, Чимин-и: я и со своим иногда беседую… — Ты чокнутый! — Чимину неловко и смешно одновременно. — Неа! Я влюбленный… — не теряя времени, он гладит упругий ствол длинными пальцами, вызывая у Чимина шумный выдох и табун мурашек по коже. — Очень хочу его попробовать… — Д-да? Т-так чего же ты ждешь? — Пак ожидаемо, начинает ерзать тазом. — Жду твоего разрешения, малыш. — Оох! Вот как? Я… Д-да, Юнги… Я разрешаю… — Скажи это, Чимин-и. «Черт! Он издевается? Мама дорогая…» — Сделай это, Юнги. Возьми его… О-оу! Бля-я-я… — Чимин выгибается, когда его член приятно обвалакивает теплом и влажностью. — Охуе-еть! Юнги сразу заглатывает глубоко и плотно, благодаря Бога, что у него отсутствует рвотный рефлекс. Насаживаясь ртом, он слышит сверху поскуливания и хрипы Чимина. Не выпуская член, ведет ладонями по бедрам, талии, пока Чимин не хватается за них, как за спасательный круг. «Моему мальчику нравится!» — Восторженно думает Мин, возвращаясь к своему увлекательному занятию. — Боже-е, Юнги! — Чимин подрагивает всем телом, нечаянно слишком резко подавшись вперед. Мин чувствует незначительную боль в глотке, но не останавливается. Пальцы скребут запястья, оставляя царапины от ногтей и он уже догадывается, что Чимин близок… — Д-да! Юнги-и-и! — нереально выгнувшись, он закатывает глаза, взлетая в космос. Сглатывая, Юнги облизывает распухшие губы и подбирается к отрубившемуся Чимину. Его грудь ходит ходуном, рот приоткрыт и он жадно дышит. — Все хорошо, малыш? — обеспокоенно гладит горячую скулу. — Открой глаза, Чимин-и? — Я не могу… — Не можешь? — Мне стыдно, — и в подтверждение своих слов, он закрывает пылающее лицо ладошками. — Чимин! У нас даже еще секса не было, а тебе уже стыдно?! А дальше что будет? Сознание потеряешь? Тебе вообще хоть понравилось? — Ну-у-у… — Ну?! — Юнги замирает, выгнув брови. — Я думаю: двадцать из десяти… — Оох… Чимин-и… — он убирает его руки с лица, нависая над ним и улыбаясь. — Солнышко мое… — Юнги, ты мастер отсоса! Как ты научился?! — Чимин пытается отвлечь от себя настойчивое внимание. — Ну… Это уже совсем не важно, Чимин-и. Главное, что тебе понравилось…

***

— Тэ… Пойми, я же не могу бросить его в такой ситуации! Я нужен ему! — Только не говори, что вы будете сосать друг у друга члены! Знаю я вас! Друзья, блин… — Я только расскажу ему, что сам знаю, и все… Просто он стесняется, ему же не с тобой это обсуждать. — Гуки, а ты не подумал, что это забота Юнги, а не твоя? Он его парень! Он несет за него ответственность! — Любимый мой, не кипятись… Я вспоминаю себя, как мне было неловко, и я ничего не знал… Поэтому я его прекрасно понимаю! — Мальчик мой… Ты вьешь из меня веревки… — Тэхён печально опускает голову. — Потому что люблю тебя больше жизни, Тэ!

***

— Старайся убирать зубы, Чим. — Куда я их уберу?! — Кожа на члене нежная, обволакивай его языком, понял? — Эфто пивфздец какой-то… — Чимин достает изо рта огурец и разминает пальцами челюсть. — Почему мы вообще на огурцах тренируемся?! — Размер подходит, потому что! Пак устало вздыхает и жалобно смотрит на друга. — Мне никогда этому не научиться… — Да все нормально будет! Поверь мне, у меня тоже не все сначала получалось. — А он так классно сосет… — Кхм… Давай, без подробностей… Кстати, наступило время моей мести! — Чонгук коварно играет бровями. — Ты о чем? — Я об анальной пробке! Ты просто обязан запихать ее себе в зад! Юнги будет в восторге! — Знаешь, мне очень, очень жаль, что я донимал тебя своими советами… — Поздно, чувак! Ты в списке избранных! А еще тебя ждет клизма. — Эээ… — Незабываемые ощущения… — Чонгук прыснув, начинает ржать, катаясь по постели. — Да пошел ты… — Пак дуется, откусывая огурец.

***

На следующий день телефон Чонгука не перестает звонить с самого утра. Тэхён, закатив глаза, уходит в комнату, чтобы дать спокойно пообщаться парням. — Чим… Ты достал названивать, Тэхён уже нервничать начинает… — А я по-твоему не нервничаю?! Мне пиздец, как страшно! — Что на этот раз? — Я хотел спросить: это нормально, что я уже пятнадцать минут сижу на горшке, а из меня все льется и льется? Откуда вообще столько дерьма в человеке? — О, да… Это еще тот аттракцион… Но ничего, привыкнешь со временем. — Если бы Юнги знал, на какие жертвы я иду ради него — он бы меня на руках носил… — Возможно, так и будет, Чим. Не забудь про смазку. Во сколько вы встречаетесь? — В пять. Он сказал, что заедет за мной. Чонгук, я боюсь… — Не бойся! Когда все случится, ты будешь вспоминать об этом с улыбкой. — Ой, что-то не верится мне…

***

— Чимин-и, с тобой все хорошо? Ты бледный… — Юнги хмурится, когда берет его за руку и ведет к машине. — Д-да… Все отлично… «Просто у меня в заднице огромная пробка и от этого ощущение, что я сейчас рожу через жопу на хрен!» — Хочешь, заедем в ресторан? Или можно… — Нет! Домой. Давай, сразу домой… «Я не вытерплю никаких походов куда-либо и прогулок» — Уау! Так торопишься… Точно, все хорошо? — Ну, разумеется, — еле шипит Пак, стискивая зубы. Забравшись в машину, он только сейчас понял, что ему придется сидеть всю дорогу на проклятой пробке. «Господи! Я либо обделаюсь, либо обкончаюсь!» По пути, он чувствует, как его распирает изнутри, массируя гладкие стенки из-за вибрации двигателя, и он поскуливая, вцепляется в сиденье изо всех сил, сжимая бедра. На светофоре Юнги срывается, уставившись на Чимина с выпученными глазами. — Что происходит, Чимин? Ты объяснишь мне, что с тобой? — Юнги! Нам надо поторопиться! Быстрей, пожалуйста… — Ты в туалет хочешь? — Я… Да. То есть нет… Блять, я не знаю! Просто едь уже! Ничего не понимающий Мин, давит на газ и они с визгом шин срываются с места. За считанные минуты они добираются до дома, и Чимин вытирая пот со лба выбирается из салона на полусогнутых. — Тебе помочь, или сам пойдешь? — Сам… В лифте Чимин сжимает свои ноги, и Юнги делает вывод, что у него не иначе, как диарея… Как только они попадают в квартиру, Пак быстро скидывает обувь, ветровку и криво плетется в туалет с жуткой гримасой боли на лице. Закрыв дверь, он достает телефон и набирает Чонгука. — Чим! Ну, что опять? — Гуки… (Чимин старается говорить шепотом, насколько это возможно…) Помоги мне! У меня эта пробка, она… Короче, я не могу больше! Я еле доехал, у меня сейчас там все взорвется! Кажется, мы облажались с размером! — О, Боже! Юнги встревоженно стучит в дверь, заставляя Пака вздрогнуть. — Чимин-и, у тебя все хорошо? Может тебе таблетку дать? У тебя, что? Понос? — Нет, Юнги! Не понос… Тут дело посложнее… — Чим? Ну, попробуй ее достать? — Да, не могу я! — Малыш, открой дверь. Я помогу тебе. — О, Господи! Нет, Юнги! — Что у тебя там происходит? Он тебя обижает? — Нет, Чонгук! — Чимин, открой дверь! — Черт! — Пак открывает защелку и сбрасывает вызов. Юнги наблюдает за потерянным парнем в одежде и с телефоном в руках. — Чимин-и? Что? — Ничего… — всхлипнув, он придерживает свой зад. — Что там у тебя? Дай посмотрю. — Вот еще! — Если сам не покажешь, я свяжу твои руки! — Это должно быть в следующей серии… — Блять, какие ты сериалы смотришь? Развернись давай! Живо! Чимин медленно поворачивается к нему спиной и зажмуривает глаза. — Если ты после этого захочешь со мной расстаться, я этого не переживу… Откладывая свой телефон на крышку унитаза, он стягивает с себя джинсы, а потом боксеры. — Вот… Я не могу ее достать, а мне уже больно… — Пробка?! — у Юнги лезут глаза на лоб. — Детка… Я ценю твою самоотдачу, но зачем?! Я бы сделал все, чтобы тебе не было больно. Что же ты мучаешь себя? — Просто достань ее… — еле слышно шепчет Чимин, готовый расплакаться. — Подожди, это надо сделать на кровати, так будет удобнее. А в следующую секунду ноги Пака отрываются от пола. Юнги берет его на руки, ласково ему улыбаясь. — Что ты делаешь? — Несу тебя на руках. «Ну хоть это сбылось…» — Чимин мысленно ставит галочку. Аккуратно опустив Чимина на постель, он укладывает его на живот. — Ты главное расслабься, Чимин-и. Все будет хорошо. — Хотелось бы верить… Юнги снимает с себя толстовку, бросая ее на пол и приподнимает зад Чимина, ставя его раком. Чимин умирает со стыда… А Юнги видя насколько идеальна попка его парня, целует его в правую ягодицу, поглаживая левую. «Мой… Никому не отдам…» Нежно обведя пальцем ободок фиксатора, Юнги прокручивает пробку, слегка раскачивая, и прикусывает губу, когда слышит, как Чимин тихонько стонет. — Не бойся котенок, — снова поцеловав упругую ягодицу, он плавно тянет на себя пробку, миллиметр за миллиметром она поддается, расширяя анус, и достигнув максимального диаметра, скользко выскакивает с влажным хлюпом. Из сжавшейся дырочки тут же сочится прозрачная смазка. Юнги сглатывает, теряя самообладание, проводит пальцем по набухшим складочкам, размазывая смазку, а затем и вовсе слизывает ее. — Ю-юнги! Что ты… Оо-о! А хотя, нет… Продолжай! Таких невероятных впечатлений, Чимин никогда не испытывал. Это было настолько пошло, насколько и приятно. «Теперь, понятно отчего Чонгук после секса ходит, как обкуренный…» Нетерпеливый язык, кружа у входа, настойчиво проталкивается кончиком внутрь. — Юнги… Это так… — Я знаю, мой хороший, — на миг оторвавшись, он снова возвращается к пухлой дырочке, трахая ее языком. «Я теперь точно никуда тебя не отпущу, Чимин-и…» Постепенно Чимин входит во вкус и начинает пыхтеть, сжимая одеяло в руках, ему становится жарко в кофте, да и джинсы, спущенные на бедрах, натирают колени. — Юнги… Мне неудобно. Надо раздеться… — Конечно… — помогая стянуть одежду с взмокшего Пака, он бросает взгляд на его стоящий колом член и похотливо облизывается. — Хочешь? — Да, очень… Только… Можно мне еще? Ну, там… — Хочешь, чтобы я вылизал тебя? — Юнги победно улыбается, демонстрируя десны. — Сколько угодно, детка… Наверное, в прошлой жизни Чимин совершил нереальный подвиг, если сейчас ему так крышесносно лижут зад. «Даже представить себе такого не мог! Чтобы вот так вот… Господи, храни язык Юнги!» Ощущая влажный холодок на своей мошонке, Пак разворачивается к Мину лицом. — А теперь трахни меня! Юнги давится своей слюной, стирая ее с подбородка. — Ух ты… Малыш, я очень, очень хочу тебя, но ты уверен? — А ты не убедился в этом, когда доставал из меня пробку? — Ч-черт! Детка… — Юнги суетливо стягивает с себя футболку и расстегивает джинсы. Он еще не снял боксеры, а у Чимина уже глаза на лоб лезут от внушающих размеров. — Ого! А ты такой б-большой, Юнги… — Ну, да. Ты не переживай, я постараюсь, чтобы все было аккуратно… — он снимает с себя боксеры, и вот тут Чимин откровенно охреневает! «Ебать! Это не член, блять! Это пожарный гидрант!» — Э-э-эм… Юнги, я… Мне надо руки помыть, подожди… — Что?! Чимин соскакивает с постели, и галопом бежит в туалет. У Юнги отвисает челюсть и он моргает часто-часто… «Нахуя мыть руки перед сексом?! Я с ним с ума сойду…» — Чонгук! Мне пизда! — Ты все еще не достал пробку?! — Достал, но… Блять! У него там совсем не огурец, Чонгук! У него там цукини! Что мне делать? — Я не понял… Ты че разговариваешь по телефону во время секса? — Я сбежал. — Ты идиот, Чим! Возвращайся к своему кабачку и трахайся уже, ради Бога! Не звони больше, а то он подумает, что ты псих ненормальный! — Уже наверное подумал… — Чим… Успокойся и иди к нему. Он расслабит тебя и сделает все правильно. Ну, же! Или зассал?! — Ни че я не зассал! — Так иди! — И пойду! Чимин со злостью выключает телефон и выходя из туалета, останавливается в дверях. Голый Юнги стоит напротив, скрестив на груди руки и смотрит как-то недобро… — Служба поддержки справилась со своей задачей? — Юнги… — А ну-ка иди сюда! — он стискивает его руками, начиная горячо целовать. Покрывает лицо, шею и ключицы поцелуями-укусами, рыча от нетерпения. — Я же сказал, что все сделаю так, чтобы тебе было хорошо! — подхватывает его за ягодицы, держа на весу, и тащит в комнату…

***

Спинка кровати стукается о стенку в ритме частых толчков. — Юнги… Да… Да… — Чимин не понимает, что кричит, уткнувшись лицом в подушку, его колени расползаются в разные стороны, твердый член раскачивается, и с головки стекает смазка. — Х-хорошо! Еще! О, Боже… Со стороны Юнги, который безжалостно вбивается в упругое тело, слышны частые хриплые выдохи вперемешку с рычанием. — Я знал, детка! Я так и знал, что ты любишь пожестче! — Юнги-и! Я сейчас… Помоги мне… — Моя детка… — Мин наощупь обхватывает его горячий и скользкий член рукой, надрачивает, попадая в унисон своим же движениям, а почувствовав, что сам близок к оргазму, массирует пальцем набухшую головку. — Давай, малыш… Мы кончим с тобой вместе! — Теплая сперма короткими толчками заполняет его ладонь, как раз в тот момент, когда он изливается внутрь… Ловя последние секунды наслаждения, он замедляется и тихонько выходит из растраханного зада. Чимина уже больше не держат ноги, поэтому он бесформенной субстанцией растекается на кровати… Зачесав пятерней мокрые от пота волосы, Юнги ложится рядом, переводя дух. «Кто кого трахал — непонятно… Этот малыш меня так вымотал, пиздец!» — Чимин-и? — голос хриплый и Юнги прочищает горло. — Ты как, малыш? — Заебись… — раздается из недр подушек. — У меня теперь не задница, а тоннель… Юнги смеется, глядя в потолок. — Я не ожидал, что ты будешь так горяч в первый раз! Ты поразил меня, котенок… — Правда? — Чимин устало поворачивается на бок и смотрит на красивый профиль Мина. — Правда… — повернув лицо, он молча убирает липкую прядку с его лба. — Ты лучшее, что было в моей жизни… — Было?! — Пак прищурившись, закусывает губу. — Было, есть и будет, Чимин-и. Я никому тебя не отдам! Ты мой… — Согласен…

***

Поздним вечером Юнги предлагает Чимину подышать воздухом перед сном. Они не спеша прогуливаются по темным улицам, взявшись за руки. — У тебя не болит, Чимин-и? — Немного… Но жить буду! — он смеясь тычется носом в плечо Юнги. — Не хватает практики… — О! За это не переживай, я намерен изучить тебя во всех позах, малыш… — Чимин? Пак Чимин! Где-то сзади раздается женский голос, и парни останавливаются, оборачиваясь. К Чимину летит симпатичная девушка, улыбается и машет рукой. — Чимин! Привет… Что же ты мне так и не позвонил? Я ждала твоего звонка… — видно, как скромнице неловко, и она кокетливо заправляет длинную прядь за ухо. — Юна… Эмм… Ты прости, но… Я не позвоню тебе. Ни тебе, ни какой-либо другой девушке, потому что… У меня есть парень. Юна на это заявление прикрывает рот ладошкой, хлопая накрашенными ресницами. Смотрит то на одного, то на другого, и взяв себя в руки, отворачивается, уходя прочь. Юнги, все это время молча наблюдавший за интригующей сценой, сжимает плечо Чимина. — И что это было? — Это… Это просто Юна, она… Ну, мы с ней как-то… — Теперь ты понимаешь меня, малыш? — Оу! Прости Юнги. Я такой дурак! Я… — Я люблю тебя, Пак Чимин! — Что?! — в свете фонарей глаза Чимина становятся блестящими от выступивших слез. — Я сказал, что люблю тебя, котенок! И очень горжусь тобой… Не сдерживая слез счастья, Чимин прячет лицо в его ключицах, тихо выдыхая: — Юнги… Я тоже…