Один день изменивший всю мою жизнь

Спустя примерно сорок секунд я почувствовала боль. Резкую, обжигающую, как будто кто-то голыми руками вырывал у меня сердце. На миг всё перед глазами потемнело — казалось, я теряю сознание, но это длилось лишь секунду. Когда приступ немного отпустил, я зажмурилась и постаралась сосредоточиться. Боль постепенно стихала. Сначала отошла физическая боль, потом — ощущение тела. Всё исчезло. Я больше не чувствовала ни боли, ни самой себя. Сознание снова отделилось от тела — как и в бою со Скуало. Только теперь образы стали яснее, чётче. Воспоминания, которые раньше всплывали в голове как обрывки, начали складываться в связную картину.

14 лет назад.

Темно. Холодно. Страшно. Я снова здесь. — Выпустите! — крикнула я в никуда, голос дрожал. Меня опять продали? Снова… снова убивать? Я не хочу. Почему именно я? Почему не кто-то другой? Почему я не могу быть обычным ребёнком? Играть, смеяться, как все. Почему моё детство — это боль и кровь? — Вылазь! — рявкнул грубый голос, и крышка ящика со скрипом открылась. — Этот теперь твой хозяин. Выкупил тебя навсегда, — произнёс мужчина в чёрном костюме. Он схватил меня за шкирку и, как щенка, бросил на асфальт. Больно. Но я не издала ни звука. Привыкла. Это уже не казалось чем-то ужасным. Я просто поднялась и выпрямилась. Передо мной стоял пожилой мужчина. Статный, в полосатом костюме, с тёплой, почти нелепо-доброй улыбкой. Он наклонился и протянул мне руку: — Привет, Рироку. Не бойся. Я тебя не обижу. Отныне ты — часть семьи Вонгола. Я долго смотрела на него, не веря. Потом протянула руку — неуверенно, с осторожностью. Мы пожали друг другу руки. Он жестом пригласил меня следовать за ним. Мы сели в машину. Там уже сидел мальчик — примерно моего возраста. Растрёпанные волосы. Большие глаза цвета карамели. Он выглядел смущённым. — З-здравствуйте. Меня зовут Савада Цунаёши, — тихо представился он. — Я Рироку, — коротко ответила я. Двигатель завёлся, и машина тронулась. Мы ехали в неизвестность. Но впервые — не в страхе.

10 лет назад.

— Пр-прости, Рироку-чан… Девятый просил тебя зайти к нему в кабинет, — как всегда дрожащим голосом произнёс Цуна. — А если я не хочу? Или ты меня заставишь? — с наглой ухмылкой ответила я, скрестив руки. — Рико, прекрати меня дразнить! — голос Цуны стал на полтона громче. — Оу, смотри-ка, голос подаёшь? Будущий босс Вонголы решил, что теперь ему всё можно? — я шагнула ближе. — Я слушаюсь только старика. Ты мне не указ. — Прости… Я не хотел… — Цуна потупил взгляд. — Просто, пожалуйста… Он сказал, что у него для тебя новое задание… Не дождавшись ответа, он отвернулся и ушёл. Я ещё немного потрепала боксёровскую грушу, но всё же направилась к Девятому. Как всегда, он сидел в кресле, погружённый в бумаги. — А, Рико-чан, ты пришла. Рад тебя видеть. У меня есть для тебя новое задание, — с мягкой улыбкой сказал он, не поднимая глаз. — Привет, старик. Что на этот раз? — отстранённо поинтересовалась я, прислонившись к дверному косяку. — Нужно убрать главу одной из вражеских семей. Он отказался подписывать договор и угрожал нам. После этого пропали наши люди. Тела находили на людных улицах. — Девятый вытащил из стопки фотографию и передал мне. — На обратной стороне — место, где ты сможешь его найти. Я взглянула на снимок. — Вот этого урода нужно убрать? — хищно усмехнулась я. — Рироку! Девочки так не выражаются, — строго сказал Девятый. — Зато девочек, между прочим, не посылают убивать, — мило ответила я. Он вздохнул. — Прости. Но если бы ты не была наёмником, я бы не смог тебя защитить. Тебя бы просто устранили. Постарайся… на этот раз… без лишней крови. Тихо и чисто. Не как обычно. Я молча кивнула, развернулась и вышла. Время собираться. Очередная цель ждёт.

4 года назад.

— Скукотень... — выдохнула я, валяясь на кровати лицом в потолок. — Когда Девятый, наконец, подкинет мне хоть что-то? Сколько можно? Скучно! И этот малолетний идиот уже лет шесть сюда не показывается... Игрушка пропала — даже поиздеваться не над кем. Чёрт... Четыре месяца без заданий. Без оружия. Без цели. Девятый, похоже, решил посадить меня на короткий поводок. А мои «хранители»? Свалили. Сказали — устали от «глупых капризов». Сволочи. — Ладно… — я с трудом поднялась. — А то так и мхом зарасти недолго. Минут через пять я уже бродила по коридорам особняка. Странно, но в здании было подозрительно тихо. Ни одного охранника, ни души из персонала. Пол — затоптан, картины на стенах висят криво, будто здесь прошло не меньше сотни человек... Что за чёрт? Поднявшись на второй этаж, я направилась к кабинету Девятого. Если кто и даст мне ответы — так это он. Но кабинет был пуст. Я медленно прошлась по комнате. Никаких признаков паники. Ни бумаг, ни записки. Ни единой зацепки. Только тишина, давящая, как бетонная плита. Я уже было собралась развернуться и уйти, как вдруг... — Чёрт! — я успела едва пригнуться: в меня полетели два тонких шипа. Удар прошёл мимо, но воздух мгновенно наполнился металлическим запахом — яд. Я развернулась, готовая атаковать, но в комнате не было ни души. Ни ловушки. Ни тени нападавшего. Инстинкт подсказывал — уходить. Немедленно. Я сделала шаг к выходу — и в этот момент по углам кабинета зашипело. Газ. Запахло химией. Зрение поплыло, тело ослабло, и уже через несколько секунд я погрузилась в темноту. Очнулась в постели. Комната была чужая. Светлая. Слишком чистая. Я попыталась пошевелиться — безрезультатно. Паралич. Не паника, но близко. Я замерла. Через некоторое время в дверь вошла женщина лет под шестьдесят. Халат, папка в руках, голос — как у социальных работников в дешёвых фильмах. — Доброе утро. Ты в больнице. Была авария. — Голос ровный, почти нежный. — Ты с родителями ехала в загородный дом. Они погибли. Только ты выжила. Потеря памяти — это нормально. Потом тебя переведут в детский дом. Я смотрела на неё в молчании. Ни одного воспоминания об аварии. Ни боли, ни шрамов, ни воспоминаний о родителях. И — да, всё это казалось полной чушью. Но… Что я могла сделать? Прошло время. Мне пришлось притвориться, что я верю. Потому что выбора у меня, как обычно, не было.

В настоящий момент.

— Я знала! — выдохнула я, резко распахнув глаза. — О чём ты? — Нобу склонил голову. — Всё встало на свои места. Воспоминания собрались в цельную картину. Четыре года меня просто стирали и перезаписывали. Но теперь ясно одно — Занзас не врал. Некоторые мои прошлые поступки… — я замялась, — пугают. Но вместе с тем теперь есть ещё больше вопросов: кто запечатал мою силу? Кто мои настоящие родители? Почему раньше убийство казалось естественным, а теперь — отвратительным? — Мы этого не знаем, — спокойно сказал Дей. — Но мы рядом. Мы твои хранители. И мы поможем тебе разобраться, — добавил Нобу. — Тогда начнём с простого: я всё ещё тону. — Я нервно усмехнулась. — Так что, если вы и правда мои хранители — самое время это доказать. — Конечно, — бодро ответил Нобу. — Я демон воды, земли и железа. Вытащить тебя из болота — плёвое дело. Он начал вращаться вокруг своей оси, создавая энергетический вихрь, который мгновенно поднял меня в воздух. Почти сразу наш импровизированный полёт подхватил поток ветра, явно исходивший от Дейсьюка — демона ветра, огня, звука и молний. Через пару секунд я оказалась на твёрдой земле, рядом с Варией. К моему удивлению, никто из них не проявил и намёка на удивление. Будто… будто так и должно было быть. Дея и Нобу, естественно, они не видели. — Шишиши, эффектное возвращение, принцесса, — с привычной ехидной улыбкой произнёс Бел. — Мы уже и не надеялись, что ты всплывёшь. — Разочарую, — ухмыльнулась я в ответ. — Не просто всплыла, а даже не испачкалась. — Хватит пустой болтовни! — рыкнул Занзас. — Я ждал слишком долго. Ты прошла второе испытание. Теперь ты официально в Варии. Завтра в девять я скажу, кто будет твоим куратором и какое задание ты получишь. Первое боевое. И да — если провалишь, умрёшь. Он даже не стал дожидаться реакции, просто развернулся и пошёл прочь. — Ладнушки, все по койкам! Завтра веселье, — легко бросил Луссурия, явно стараясь разрядить обстановку. Мы направились обратно в особняк. Шли молча, шаг за шагом. И с каждым шагом я чувствовала, как меня накрывает. Сначала просто усталость. Потом — тяжесть в ногах. Потом — чёрные круги в глазах. Я пыталась идти ровно, но начала отставать. Потом темнота… Очнулась от ледяной струи воды, хлещущей прямо в лицо. Сознание возвращалось медленно. Я ничего не чувствовала ниже пояса. Всё тело ломило, а мозг будто кричал от перегрузки. Но я стояла. Вернее, меня держали. Я была голая. И кто-то… держал меня за талию.