Массажист

Мису лежала на груди Чимина отходя от оргазма, его член все еще был в ее киске, она чувствовала, как он слегка опал, но стоило ей пошевелиться, тут же напрягался. — Ты самая невероятная, моя сладкая девочка. Чимин снял девушку со своего члена, хотя совершенно не хотелось этого делать, так бы и спал в этой невероятной узости. Уже не шампанское, а этот парень кружил её голову, она пьянела от него, рядом с ним, под ним. Где-то совсем рядом зазвонил телефон Чимина, он словно его не слышал, помогая одеваться ей. — Твой телефон... — Слышу, подождут, - ответил Чимин, надевая лямочки платья на тонкие плечи, пряча с неохотой под красной тканью все еще торчащие соски, пересадил Мису на соседнее сидение. — Ты порвал мои трусики... - подняв их с пола автомобиля, Мису грустно смотрела на рваную ткань. — Порвал, буду рвать на тебе все, что нам будет мешать, хорошо хоть платье уцелело, а то пошла бы домой в одной шубке на голое тело, без белья было бы не комфортно, но так сексуально, - говорил он с ехидной улыбкой. Чимин разжигал в ней костер похоти, хотелось целоваться, тереться как мартовская кошка, насаживаться, брать глубоко в ротик или даже в попку. Стыдно от таких мыслей, щеки покраснели, ни с кем больше она не может себе позволить такое, только с ним. — Что такое, маленькая? — Почему ты покраснела? - машина уже ехала по пустым дорогам, Чимин разглядывал Мису, в салоне пахло сексом, возбуждением и страстью. Она не успела ответить, а еще хотела попросить, чтобы Чимин остался с ней этой ночью и на следующую ночь, и еще на много ночей вперед. Снова зазвонил телефон, но он не ответил. Доехали быстро, Чимин обходит машину, открывает дверь со стороны Мису, подхватывает на руки, закрывает дверь и ставит на сигнализацию. — Чимин? — Да? — Я хочу, чтобы ты остался у меня. — Конечно, останусь. Он говорит так привычно, словно уже тысячи раз оставался у нее, словно они знакомы много лет, словно они пара, у Мису сердце замирает от счастья. Лишь у входной двери девушку опускают на пол, она открывает дверь, включает свет в прихожей, скидывает туфли. — Располагайся, я в ванную. Чимин улыбается, эта безумная девочка свела его с ума за пять дней, нежная, отзывчивая, а сколько в ней страсти и огня. Телефон снова оживает в куртке, на экране знакомое имя, Чимин отвечает на звонок. — Да, маленькая, я тоже соскучился, думал о тебе весь день. — Уже за полночь, почему ты не спишь? В это время Мису открывает дверь ванной, выглядывает, хочет позвать Чимина и попросить его принести большое полотенце, что лежит в комнате, но замирает на месте, отчетливо слыша разговор. — Конечно, я приеду... котенок, это шантаж. - смеется он по-доброму. — Точно болит? — Сильно? — Хорошо, я скоро буду, целую тебя, малышка. Мису не стала дослушивать, что там дальше, тихо прикрыла дверь, сжала кулачки и поднесла их к лицу. Мысли путались в голове, она не знала, что думать. Это что, получается, у Чимина есть девушка? Совершенно другая девушка, которую он тоже называет «маленькая»? Он скучал и думал о ней весь день? Господи, как больно! Почему так больно? Залезла под душ, слезы катились по щекам, прижала руки к груди, там, где было больнее всего, старалась не всхлипывать и не начать рыдать в голос. — Мису, - в ванную заглянул Чимин, но из-за мутного стекла душевой был виден лишь его силуэт. — Извини, но я не смогу остаться, позвонили друзья, надо срочно увидеться, нужна помощь. — Да, хорошо... - Мису зажимает рот ладонью, чтобы он не услышал ее всхлипы. — Захлопни, пожалуйста дверь, как уйдешь. — Я позвоню, маленькая, не обижайся на меня только. Он исчез, был слышен хлопок входной двери, Мису вздрогнула, спустилась на пол душевой и дала волю горьким слезам обиды, обмана и предательства. Обессиленная от слез девушка позже выбралась из ванны, завернулась в теплый халат, чтобы согреться. Выпитый на корпоративе алкоголь уже давно отпустил, хотелось еще и желательно покрепче, а лучше напиться в хлам, чтобы не чувствовать той боли и пустоты внутри. А может, ей это все послышалось? Нет, все было. Как такое забыть? А ведь она совершенно ничего не знает об этом парне, может быть у него семья, девушка или невеста, планы на долгую и счастливую жизнь, в которую она совершенно не вписывается. Кто вообще она такая? Так, случайная клиентка, с которой поиграли и забыли. А она дура, поверила всем словам. Боже, он имел ее во все места, у них был анальный секс! Это настолько личное, что должно быть только с любимым человеком или мужем. Конечно, она не девственница, но всего-то у неё было мужчин, которых можно пересчитать по пальцам одной руки, а ей двадцать пять. Как же горько и паршиво на душе, в доме не было ни капли алкоголя, нашелся только чай с ромашкой, но он точно не успокоит разбитое девичье сердце. Заварив большую кружку чая, так и не притронулась к нему, как была в халате с мокрыми волосами, так и легла на кровать. Слезы текли ручьями в подушку, не было никаких сил унять их. И почему она такая несчастливая? Ведь все при ней, умница, красавица, самостоятельная и независимая, но так не везет в любви. Первый, юношеская влюбленность, потом кавалеры с сомнительной репутацией, кто женатик, кто обещал золотые горы и пропадал навсегда, а Гохо вообще вспоминать не хочется. Правильно говорят, не родись красивой, а родись счастливой, ее одноклассницы уже давно выскочили замуж, нарожали детей, кто одного, кто двух. А она все ждет своего принца, но принцам нужны принцессы, а она, видимо, на нее не тянет. Думав об этом она проваливалась в сон, ей нился Чимин, его поцелуи, он покрывал ими тело. Мису плавилась, выгибалась навстречу, просила большего, это было безумно сладко, нежно, она слышала свои стоны сквозь сон. Задыхалась, прижималась к парню плотнее, когда он уже был в ней и отчетливо ощущала толчки возбужденного члена. Оргазм наступает неожиданно, тело прошибает острая боль вперемешку с наслаждением, Мису резко открывает глаза, тяжело дышит, халат распахнут, одеяло откинуто, рука между широко раскинутых ног. — Да что ж это со мной? Переворачивается на бок, поднимает руку к лицу, разглядывает пальцы, они все в ее выделениях. Чимин как ее наваждение, его нет рядом, а она течет, отдается, стонет, кончает лишь при мысли о его члене глубоко внутри, нимфоманка озабоченная. Увидев своё отражение в зеркале, Мису стало еще хуже, глаза припухли от слез, лицо слегка отекло. Достала из клатча телефон, было несколько пропущенных вызовов от коллег, куча рекламных сообщений от надоедливых магазинов и банков, но ничего от Чимина. Понятно, он занят своей «малышкой», от мыслей наворачиваются слезы, снова умывается холодной водой. На кухне шумит чайник, за окном кружат снежинки, во дворе суета, дети копошатся в сугробах, взрослые торопятся с полными пакетами домой. Наверняка несут подарки, сюрпризы, не докупленные сладости, а у Мису не наряженная елка, пустой холодильник и пустота в душе. Звонили друзья, снова звали к себе, наврала им, что поедет к родителям, а родителям наврала, что поедет с друзьями. И с каких пор она такая лгунья? Не хотелось никого видеть, выдавливать из себя улыбку и хорошее настроение. Так прошел весь день, отвлекала себя уборкой, стиркой, занимала мысли чем угольно, только бы не думать о Чимине. Достала гирлянду, развесила ее на гардинах, пусть хоть что-то напоминает о том, что сегодня Новый год. Безумно хотелось позвонить Чимину самой, поздравить с наступающим, пожелать всего хорошего и хотя бы так услышать его голос. После часа метаний набрала, сердце колотилось как бешеное, в уме подбирала слова, но в трубке сообщили, что абонент вне зоны доступа сети. Конечно, зачем ему посторонние звонки, какой-то там наивной, влюбленной в него Мису. Стало еще хуже, отбросила телефон, выключила везде свет, осталась только мерцать разноцветными огнями гирлянда. Села на подоконник, поджала ноги, встречая вечер последнего дня этого года. Телефон звонил где-то в подушках, но Мису его не слышала, потом пошли уведомления о сообщениях, на которые она тоже не обратила внимание. На улице зажглись фонари и праздничное освещение, вспыхнула наряженная у сквера елка, захотелось пойти гулять, проветрить голову и освежить мысли. Соскочив с подоконника, быстро нашла теплые вещи, свитер, штаны, пуховик, угги и ее любимую вязаную шапку с ярким розовым помпоном. Словно куда-то торопясь, выскочила за дверь, а телефон так и остался лежать в подушках, издавая новые сообщения и звонки. Мису шла к большой елке в сквере, там был каток и новогодняя ярмарка, это все невольно вызывало улыбку и поднимало настроение. Медленно прохаживаясь между рядов со сладостями и сувенирами, уцепилась взглядом за семейную пару. Молодой парень держал девочку лет семи на руках, она обнимала его яркими бирюзовыми рукавичками, на голове такого же цвета шапочка, девочка звонко смеялась и кивала, когда он ей что-то показывал. Рядом стояла молодая девушка примерно его же возраста, ее рука в тонкой кожаной перчатке была на спине парня, простота и элегантность, пушистый белый берет, темные волосы до плеч и черный пуховик, она что-то говорила и легким движением смахивала с волос парня снежинки. И тут он повернулся боком, сердце предательски дрогнуло и забыло как биться, а потом заработало с удвоенной силой, ломая ребра, Мису начала глотать холодный воздух, словно выброшенная на лед рыба. Это был Чимин! Ее Чимин! Нет, теперь уже не ее. Только что она любовалась семейной парой, завидуя их счастью, мечтала, что она вот так, когда-нибудь будет гулять со своим любимым мужем и отцом ее ребенка, покупать ненужные безделушки, слушать звонкий смех малыша, стряхивать снежинки, смотреть в любимые и такие родные глаза. Нет, ничего этого не будет. Ноги сами несли неизвестно куда, в глазах слезы. Да, Мису, запомни, вот так рушатся мечты и построенные воздушные замки. Стало только хуже, и зачем она вообще пошла гулять? Обида разрывала на части, забыв о времени и не чувствуя холода, бродила по скверу. Куда ей торопиться? Ее все равно никто не ждет.