Жертва номер 13

Обычный вечер, если так можно назвать. Джуниор сидел, что-то быстро записывая за Дэйвом, рассказывающим о своем мировоззрении. Мастейн уже привык, что юноша коротал почти каждый вечер в его доме, проводя всякие разговоры и тесты, стараясь узнать, как можно больше о том мире, в котором жил рыжий. О мире, где правит полный хаос, кровь льется рекой, жертвы кричат в предсмертной агонии. Дэйв подпер щеку рукой, смотря на мелкий почерк Джуниора, старавшегося записать все, что только услышал. Мастейну иногда казалось, что они вовсе не друзья, он всего лишь интересный представитель мира, с которым должен потом бороться юноша. Что-то вроде экземпляра, который юноша старается изучить как можно лучше. - Джуниор? - М?.. – не отрываясь от записей, откликнулся юноша. - Давай посмотрим телевизор? - Что? – Эллефсон поднял глаза, несколько недоуменно смотря на парня. - Я тебе предлагаю посмотреть телевизор вместе со мной. Мне скучно. - Ну, если ты хочешь... - И давай без всяких наводящих вопросов. Я устал уже на сегодня. - Как скажешь… Дэйв улыбнулся, потянувшись к пульту, лежавшему на столике. Может, сейчас у него получится почувствовать себя обычным человеком, у которого есть просто работа, есть просто друг, есть просто телевизор и просто вечер. Ему не нужно будет заходить внутрь себя, заглядывая в каждый угол своего сознания, чтобы Джуниору было с ним интересно. Ему всегда нужно было рассказывать что-то новое, стараясь удержать юношу около себя хотя бы своими рассказами. Был, конечно же, и другой способ удержать Эллефсона рядом, но Дэйв хотел, чтобы Джуниор оставался живым. Хотя такие мысли, естественно, посещали его голову время от времени, но он тут же их отгонял или прятал куда-то далеко. Мастейн стал щелкать каналы, стараясь найти хоть что-нибудь интересное. Он не любил телевидение, но он знал, что именно этим занимаются обычные люди. Ему хотелось стать обычным, однако, некое тщеславие брало над ним вверх. Дэйву нравилось быть особенным, ему нравилось, что его заметили, ему нравилось убивать. Может, он просто хочет взять на какое-то время отпуск от своих дел, как это было однажды. Был период, когда он и мухи обидеть не мог, он вел обычную жизнь, и даже в таком состоянии он смог продержаться чуть больше года. Это было много. Мастейн стал бояться, что ему сейчас грозит опасность со стороны инспектора Джонсона, а значит, самое время лечь на дно, где его никто не достанет. Он будет продолжать общение с Джуниором, ведь с этим юношей ему было действительно интересно. Пошла реклама, Дэйв отложил пульт уставившись в, так ненавистный ему, экран. Все было слишком ярким, все мелькало слишком быстро. Он предпочитал больше музыку, она его успокаивала, хоть и рождала в голове множество образов, которые обычному человеку были бы омерзительны. Но именно в такие моменты Мастейн был расслаблен, он чувствовал себя в безопасности. Только в своей голове он мог быть защищен от всего, что ему преподносила судьба. Он жалел только о том, что не мог взять с собой Джуниора, показать ему все, что творилось там, за гранью реальности. Показать ему свою реальность. Ему хотелось прокатиться вместе с ним на колеснице, запряженной четырьмя конями апокалипсиса: белым, несущим болезни и чуму, рыжим – вестником войны, черным, олицетворяющим голод, и бледным, чей всадник сама смерть. Они бы прошли по костям, чей хруст был словно ветви, проехали бы мимо всего того ужаса, что несет с собой конец света. Джуниор бы не боялся, он был бы верным соратником, твердо стоящим рядом с Мастейном, в чьих руках была бы та сила, которой он мог бы управлять всеми людьми на свете. Они был проехали мимо багрово-алой реки, в которой тонули бы люди, захлебываясь своей же кровью. Прокатились бы хладным трупам; по сторонам были бы ужасные картины, от которых душа бы замирала, а сердце переставало биться. Люди бы пожирали друг друга от сумасшествия, отрывая куски плоти, поглощая их, как последнюю надежду о том, что им удастся выжить и пережить все эти времена, но, к несчастью, они не знали, что этот мрак поселился на земле навсегда. Они будут мучиться вечность, даже смерть не спасет их от этого ужаса. Дэйв перевел взгляд на юношу, который безучастно смотрел телевизор. К сожалению, Мастейн не мог перенести Эллефсона туда, как бы он этого ни хотел. Рыжий взглянул на экран, там крутили рекламу йогурта. Дэйв ухмыльнулся, отчего получил несильный толчок в бок. - Ты чего? – осторожно спросил Джуниор. - Да так. Просто именно эту рекламу мы с Джеймсом придумали. Забавно. Эллефсон опустил глаза, почему-то они стали несколько печальными, отчего рыжему стало не по себе. Неужели ему жалко этого Хэтфилда, или тут что-то другое? Может, ему неприятно то, что все разговоры, что они ведут между собой сводятся только к смерти и убийствам? Дэйв выдохнул, прибавляя звук, так как начались новости. Может, покажут что-то новенькое. -… новое нападение Амброзийского лиса. Полиция негодует, что же будет дальше? Выходить на улицы поздним вечером становится все опаснее, неизвестно сколько еще смертей должно произойти, чтобы этот изверг остановился. На этот раз в лапы монстра попалась Элизабет Лан. Он подпер ее к стене, надавив нож так, что он прошел до позвонков. Какой же неимоверной силой обладает, не побоюсь сказать, человек? И можно ли его назвать вообще человеком? Что за ужас поселился в нашем городе? Полиция не может дать ответа. Дальше стали мелькать фотографии убитой девушки, чья голова буквально висела на ниточке, чтобы не оторваться. Показали ее рыдающих родственников, стоящих на месте преступления. Полицию, которая с умным видом изучала место происшествия. Дэйв впал в ступор. - Почему ты мне не сказал, что сделал это? – несколько серьезно и обиженно произнес юноша. - Потому что это не я. - В смысле? Как не ты? – Джуниор потянулся к пульту, чтобы выключить звук. - Это сделал не я. Вчера я сидел здесь и читал книгу. - Но ведь твой почерк… Как такое может быть? - Я не знаю! Это не моих рук дело, понял?! – резко повернулся Дэйв. - Успокойся, - серьезно произнес Джуниор, в его голове не было ни капельки страха перед разъяренным убийцей. – Если не ты, то кто? - Я не знаю, Джуниор… Но это был не я, понимаешь? Посмотри тетрадь, если не веришь. Юноша потянулся к старой тетради, лежащей под стопкой журналов. Он стал осторожно листать ее, чтобы не вылетела ни одна страничка. И вот последняя запись. 7.12 Лиззи - милая проститутка. Она даже пыталась меня выгородить перед Джуниором, который появился весьма не вовремя. Пришел бы на час позже, мог бы насладиться тем, как я убил бы ее красиво, не торопясь. А если бы на полчаса позже, то мог бы насладить тем, как я ее трахаю на диване. Вогнал ей нож, хотел сделать ее смерть как можно более быстрой, не хотел, чтобы она мучилась. Кажется, он совершенно перестал меня бояться, даже не знаю, хорошо это или плохо. И да, если ты это все-таки прочтешь, то мне все равно. Моя тетрадь. А ты наверняка ее читаешь, даже, когда я тебе этого не разрешаю. Так вот. Знаешь какой орган остается теплым после того, как девушка умирает? Мой член. Джуниор поднял глаза на Дэйва, который казалось ушел в себя, в чертоги своего разума. Он практически не моргал, дыхание было ровным, как будто он был спокоен, однако, внутри него происходили ужасные вещи. Он сам часто говорил, что часть его мозга черная, высохшая и мертвая от всей злобы, что он таит в себе. - Я прочитал твое послание… - Я безудержно рад, Джуниор. Но сейчас речь не об этом. - Ты ведь точно этого не делал? - Да точно! Если я бы это сделал, то была бы хоть какая-нибудь пометка в тетради. - Подражатель? - Что? - Бывают такие случаи, когда человек фанатеет от маньяка и начинает подражать ему. Он досконально изучает поведение своего кумира и желает быть как он, отчего совершает преступления. - Ты думаешь, что это тот самый случай? – искоса посмотрел на юношу рыжий. - Да. Дэйв, у тебя появился подражатель.