Жертва номер 13

Ничего не может так сильно пугать, как тишина одиночества, но Дэйва она совершенно не пугала. Уже несколько дней он не видел Джуниора, который ранее заходил к нему почти каждый день, странно, но ему недоставало юноши. Прошло уже чуть менее двух недель, как он расправился со своим подражателем, но рыжеволосый парень все равно чувствовал, что кто-то за ним охотится и незримо следит каждый день. В наушниках играла тихая мелодия пятой симфонии Баха, унося Мастейна в далекое путешествие в глубину своего сознания, в котором он стал проводить намного больше времени, чем в реальной жизни. Он не ходил на работу уже несколько дней, уходя далеко от настоящего, забываясь в другом мире, придуманным им самим. Там было спокойно, ничто не тревожило, он мог проводить часы в этом трансе. Казалось, что его окружали со всех сторон души тех, кого он умертвил, абсолютно всех. Он видел их лица так, как-будто они стояли перед ним, а те, кто уже стерся в его памяти, всплывали лишь тусклыми очертаниями. От них исходило голубоватое сияние, они светились изнутри, пробиваясь своими лучами сквозь черноту сознания Дэйва. И вот к нему протянулась длинная худая рука девушки, она тянулась к парню, желая провести ладонью по его лицу. Однако, она словно не могла дотянуться, вокруг Мастейна было поле, которое не пропускало ее к нему, создавая незримую преграду. Дэйв распахнул глаза, его вывела из транса вибрация в кармане. Мастейн неуверенно потянулся, смотря на яркий экран телефона. Там высвечивалось имя, которое парень уже не ожидал более увидеть. «Джуниор». Рыжий был в замешательстве, почему юноша не может зайти к нему лично, ведь они живут на одной лестничной площадке, так что идти не так уж далеко. Дэйв неуверенно нажал на кнопку ответа, слыша в трубке сдавленное сипение. - Алло? - Приходи ко мне. Немедленно. - Джуниор, я не понимаю… - Быстро, в мою квартиру. Раздались длинные гудки. Мастейн часто захлопал глазами, как будто не веря в то, что сейчас услышал. Так грубо юноша с ним никогда не говорил. Грубо, жестко, повелительно. Словно это был не тот Эллефсон, который трясся перед ним, боясь, что парень может с ним что-то сделать. Нет, это был кто-то другой, определенно. Однако, Дэйв отметил, что голос в конце все-таки дрогнул, показывая волнение собеседника. Мастейн приподнялся со своего места, взглянув за окно. Темное одеяло облаков закрывало красное небо вечера, солнце уже стало скрываться за крыши высоких домов. Он сидел здесь с самого утра и до вечера, это не могло не заставить Дэйва немного поежиться. Ему стало не по себе от того, что он слишком много времени проводит вне реальности, кто знает, что он может совершить в этом состоянии. Парень двинулся в сторону прихожей, собираясь выйти из квартиры, отправившись по строгой просьбе Джуниора к нему. Прикрыв за собой дверь, Дэйв устремил взгляд на пол, на котором были алые капли крови. В голове стало все гудеть от напряжения, разные мысли стали закрадываться в голову парня при виде красных капель на плитке под ногами. Что случилось? На юношу напали? Джуниор сам кого-то убил и хочет показать это Дэйву? Почему-то последнее пугало парня больше всего. Да нет, быть такого не может. Это же Джуниор, хотя ему стало интересно откуда в голосе юноши было столько твердости, которая ему не присуща. Рыжий выдохнул, нажав на звонок, за дверью раздались шаги. Как только она открылась, перед Мастейном предстал Джуниор. Он был весь бледный, руки в кистях чуть подрагивали от напряжения, весь он съежился и казался еще меньше, чем есть на самом деле. Странно, но вся его твердость и уверенность куда-то испарились вместе с тем напором, с которым он разговаривал с Дэйвом по телефону. Перед Мастейном стоял маленький перепуганный ребенок, тот, что всегда с интересом слушал рассказы Дэйва про все его деяния. Юноша чуть приподнял руку, указывая подрагивающим пальцем в гостиную, все это происходило в полном молчании, нарушаемое лишь неровным дыханием Эллефсона. Мастейн прошел в квартиру, огибая юношу, который казалось впал в состояние транса, отчего продолжал стоять на пороге, тупо смотря перед собой. Дэйв чуть поморщил нос, ощущая сладковатый запах, тот запах, который всегда заставлял внутри все переворачиваться с ног на голову. Но он не мог понять откуда исходит этот аромат, словно лисица, он поводил носом, стараясь поймать этот еле уловимый запах, заставлявший его почувствовать себя живым. Он двинулся в сторону стола, ощущая его все сильнее, Дэйв осторожно передвигался по комнате, ища источник. И вот, повернувшись в пианино, он понял, что все исходит от него. Мастейн нахмурился, это было как минимум странным, но его манило к инструменту. Рыжий осторожно направился к пианино, чувствуя, как дух стал усиливаться. Дэйв приподнял крышку, решив открыть клавиатуру, но тут же уронил крышку, чуть не прижав себе пальцы. Мастейн мотнул головой. Он еще раз приподнял крышку, открывая ее на этот раз полностью. Парень увидел перед собой клавиши, на которых лежали руки. Это были ладони с пальцами, которые лежали на клавишах, словно они сейчас оживут и начнут играть. Мастейн подсчитал, что здесь получалось ровно 52 пальца, на каждую белую клавишу. То есть человек лишившихся рук было пятеро, и еще два пальца лежало просто отдельно. Здесь были и женские и мужские руки, худые и толстые. Дэйв чуть наклонился вперед, стараясь ощутить этот пьянящий аромат крови сильнее, так, чтобы на языке почувствовать железный привкус. Мясо было явно свежим, с пары отрубленных женских рук еще чуть-чуть подтекала кровь. Что ж это объясняло, откуда на лестничной площадке были те алые капли. Мастейн обернулся, увидев позади себя Джуниора, который чуть вздрагивал. Почему-то Дэйв слабо верил, что это было дело рук юноши. - Это все, что ты хотел мне показать? – немного лениво спросил Мастейн. - Если ты хотел меня разыграть, то у тебя это получилось. - Что ты имеешь ввиду? – нахмурился Дэйв. - Надеюсь, ты в следующий раз не подкинешь мне труп в кладовку или не засунешь отрубленную голову в холодильник? - Джуниор, если ты намекаешь, что это сделал я, то ты ошибаешься. - Правда? А, ну ладно, тогда. Это, наверное, был другой маньяк, который так же умело умеет обращаться с ножами. Действительно, как я мог подумать на тебя… - Джуниор! - Это, скорее всего, был мой другой сосед, знаешь, он тоже так иногда делает… - Прекрати! - Заходит ко мне домой и кладет мне отрубленные руки на клавиши… - Джуниор. Это был не я. - Дэйв, хватит валять дурака! Правда, кто это мог еще сделать? Тебе не кажется, что отрицать то, что именно ты мог совершить такое бессмысленно? - Но я весь день был дома! Я даже не выходил на работу сегодня, да и последние несколько дней. Мне уже Джейн обзвонилась, чтобы я пришел! - Мастейн, мне плевать на то, что ты делаешь в свободное время от работы, кто тебе звонит, как ты проводишь свое время отдельно от меня! Мне не плевать на то, что если бы я кого-нибудь пригласил в гости, он бы увидел это, и тут уж пострадала бы моя шкура, а не твоя! - Что значит, «если бы я пригласил кого-нибудь в гости»? - Что? Тебя волнует то, что я приглашаю кого-то к себе? Черт, сейчас разговор не об этом! Я тебе говорю о том, чтобы ты не делал так больше. Я не хочу находить такие подарочки по углам своей квартиры. - Кого ты к себе приглашаешь? - Дэйв! - Ответь мне на вопрос. - Да девушку, например! Какая сейчас разница? Я тебе говорю о том, что в моей гостиной лежат отрубленные руки! Дэйв промолчал. Он поднял на парня свои ледяные глаза, которые, казалось, стали еще ярче. Сейчас в голове Мастейна крутились мысли не о том, откуда в доме юноши могли появиться эти руки, его волновало то, что он общается с кем-то еще. А как же он? Он ждал его все эти дни, а юношу, оказывается, может легко обходиться без его общения. Парню казалось, что его только что предали, именно в эту секунду. Как он только мог поверить в то, что у него может появиться друг. Мастейн опустил голову. На его плечо легла мягкая рука, она все еще подрагивала от волнения. - Дэйв, ты правда уверен в том, что этого не делал? - Да. - Ты должен рассказать мне все о своем состоянии, когда ты уходишь в себя. Абсолютно все. - Зачем? Разве тебе это нужно? В чем смысл? - Дэйв прикрыл глаза, не поднимая головы. - Я должен тебе помочь. - Тебе плевать на меня, всем вам плевать. - Нет, мне не плевать. Я твой друг, я не брошу тебя. Мастейн поднял голову, Джуниор только что сам сказал, что он его друг. Быть может он не врет ему? Рука чуть сильнее сжала его плечо, словно хотела удержать рядом с собой, не дать Дэйву уйти. Возможно, это была та сама единственная рука рассудка, что удерживала Мастейна от того безумия, что он мог совершить.