Гнездо

      Нарцисса встретила как и всегда тёплыми мягкими объятиями. Люциус нашёлся в библиотеке, где с юношеским огоньком обсуждал занимательный трактат по Тёмным Искусствам из, как позднее оказалось, блэковской библиотеки. С Гермионой. Они... явно нашли общий язык. И весьма хорошо друг друга понимают. Чудеса.       Громада Малфой-Менора гордо, степенно, умиротворённо дышала. Так, как было до обеих войн. Смотрелась эта необычная идиллия жизнеутверждающе, да так, что Северус проникся этим духом. Самому стало дышать легче.       Кофе домовики подали в любимую беседку Леди Малфой. Зима отступилась совсем недавно. Вокруг по-весеннему витала зелёная дымка, окутываюшая деревья и розовые кусты, коих немало прибавилось.       «Белла привезла несколько новых сортов из Азии. Ещё в прошлом году. Они так пышно и долго цветут!...»       Дни стали жить дольше, отнимая время у холодных ночей. Солнце только вышло из зенита, согревая своими дланями окружающий мир. Неожиданно тёплый ветерок ласково треплет голые ветви-верёвки плюща, обвивающие каркас резной беседки.       Нарцисса отправила своего дражайшего мужа в сторону конюшни, куда Драко, практически после завтрака, утащил свою любимую тётушку. Малфой-старший по примеру своего сына увёл зельевара в конюшню, приговаривая при этом про какую-то новую лошадку.       Да, лошади у Малфоев звучит несколько... экзотично. Прямо-таки из ряда вон. Любимые Люцевы белые павлины и то не производили такого впечатления, как породистые скакуны.       В конюшне людей не наблюдалось, зато на ипподроме...       Посреди ипподрома неспеша верхом на изабелловом коне прогуливался Малфой-младший, судя по выражению лица, весьма довольный жизнью и происходящим вокруг. По периметру же, в нескольких метрах от забора на игреневом коне шла в пассаже Поттер-Блэк.       — Бэл, рысью!— Скомандовал Драко. Тем временем нижняя челюсть Северуса грозилась близко познакомится с вечно зелёным дёрном.       — Ай да Белла! Самого норовистого объездить смогла! — Люциус, уподобляясь ребёнку, совершенно восхищённо воскликал и чуть ли не хлопал в ладоши.       Неожиданных незапланированных зрителей никто, как ни странно, не замечал. Конь Беллатрикс тем временем перешёл на стремительный галоп.       — Какой послушный!... А тебя, Северус, этот жеребец и близко к себе не подпускал...       Лорд Принц совершенно не аристократично скуксил лицо, припоминая прошлый, да и позапрошлый, визит в конюшню.       Гриффиндорка держалась в седле уверенно, величественно, держала спину ровно, словно вместо позвоночника у неё был стальной прут. Копна волос чернильным сверкающим узором развевалась по ветру.       Северус только начал отвыкать от той Поттер, что была неуверенной ученицей Хога. Эта же, новая и абсолютно неизвестная Гарри, ставила его в тупик. Теперь даже язык не поворачивается её назвать Гарри, а к знаменитой фамилии так и просится добавить Леди. Ошеломленно, он оглядывает главу двух родов.       Кругу так на третьем наездники засекли наблюдателей, заходя на четвёртый круг, Леди Поттер-Блэк стала постепенно снижать скорость, чтобы остановить коня и спешиться аккурат перед небольшой публикой.       Рукава белоснежной штапельной рубашки были аккуратно подвёрнуты, открывая взору окружающих россыпь точек, собирающихся в созвездие Большого Пса, на правом предплечье брюнетки. Носы чёрных лаковых оксфордов выглядывали из под широких штанин чёрных же брюк.       Гарриетт приветствует Северуса кратким книксеном и получает в ответ церемониальный поцелуй, оседающий на тыльной стороне ладошки. Люциус, выдавая с головой свой восторг, едва ли не подпрыгивает, ослепительно улыбается. Сбоку степенно подплывает наследник Малфой.       — Драко,— Лорд Принц, впрочем как и всегда, немногословен.       — Здравствуй, крёстный.       Лорд Малфой, что сдерживался до сего момента, незамедлительно решил выказать свою приязнь молодой всаднице.       — Белла, ты была просто великолепна! Так быстро объездить самого дикого коня!...       За вдохновлённым лепетом сиятельного Лорда необычная процессия добралась до конюшни. Леди Поттер-Блэк уже успела снять половину внушительной амуниции полагающейся игреневому скакуну, как Люциус наткнулся на странный взгляд, сопровождающего его брюнета. И внезапно вспомнил цель поиска молодых людей. Предварительно, конечно, не без удовольствия отметил странную смесь из потерянности, восхищения и какой-то весьма странной эмоции, таящейся в тёмном взоре, обращённом на Гарриетт Беллатрикс. Комментарии по данному поводу отпускать было подобно самоубийству, ибо страшен в замешательстве и гневе Северус Тобиас Принц. Но, к великому огорчению, это занимательное действо нужно было прекращать, дабы не вызвать гнев Нарциссы.       Заверив, Леди в том, что её наряд не имеет значения и она прекрасна в любых одеяниях, квартет наконец переместился в беседку, где Люциус не преминул случаем ещё раз рассыпаться в дифирамбах умениям и очарованию гриффиндорки, на этот раз специально на бис для ожидающих их дам.       А Северусу всё больше хотелось украсть и спрятать зеленоглазую девушку от бешеного Малфоя…