Дела давно минувших лет

В голове у Арса гудели тысячи голосов. Некоторые очень нецензурно сообщали, какой же он дебил. Другие пытались оправдать этот поступок. Третьи изо всех сил старались найти ему логическое объяснение. Алкоголь из-за ускоренного сердцебиения ещё быстрее подбежал по крови, от чего накрывать стало быстрее. Парень и не был пьян в дрова, но лёгкие вертолёты то ли от опьянения, то ли от стресса все же ловил. Он сам не понял, что это был за странный порыв. Арс прекрасно знал, что его ориентация встала под сомнение ещё в универе. Девушки его мало привлекали, за некоторыми исключениями. Да и с парнями отношения не складывались. Он даже ненароком думал, что в принципе асексуален, правда, ровно до тех пор, пока физиологические потребности буквально стучали ему в голову — и не только в голову — как в дверь. В итоге за долгие годы он так и не смог определиться, что с ним происходит, но был уверен, что просто еще не встретил подходящего человека. А вот Антон в последнее время определённо сводил его с ума. Арсений встряхнулся, и ощущение реальности всего происходящего еще больнее ударило откуда-то изнутри черепной коробки. Он взглянул на открытую входную дверь и поплелся к ней. Выглянув в подъезд, парень вздохнул и почувствовал, как щека стала влажной. Он даже не понял, в какой момент из глаз градом покатились слезы. Соленые ручейки даже не задерживались на веках, сразу проливаясь на щеки и капая на пол. Он вообще не мог разобрать своих чувств, их было слишком много, целая, мать её, радуга ощущений: страх, гнев, грусть, возбуждение, ностальгия. Но руководила всем этим кошмаром нереально сильная боль. Ужасная, нестерпимая и мучительная. Боль была где-то в душе, но сдавливала грудь настолько, что становилось сложно дышать. Арс не смог закрыть дверь на замок, в голове пронеслось странное «а вдруг вернется». Он медленно побрел к незаправленной кровати. Парень рухнул на неё как мешок картошки и сжал колени руками. Внутри было ощущение, что он вернулся в свои пятнадцать лет, когда каждое небольшое потрясение воспринималось так глобально и болезненно. Но сейчас было что-то другое. Ему одновременно казалось, что он совершил огромную ошибку или сделал что-то, что ему было чуть ли не написано на роду. Антон. У Арса перед глазами все ещё стояло его растерянное лицо. Он напугал его? Или вызвал отвращение? Сможет ли младший теперь общаться с ним? Не потерял ли он его из-за этого дебильного поцелуя? Вопросов в пьяной голове было множество, вот только ответа — ни одного. — Боже, Антон, я такой придурок. Господи, если ты есть, не дай мне потерять его, — прошептал Арсений в тишину своей новой квартиры. В голове был ещё один не менее важный вопрос: зачем он вообще это сделал? Неужели его правда тянет к Антону не только в дружеском или братском ключе? Арс вспомнил вкус и мягкость губ парня, это мимолетное чувство полёта и тут же падение и глухой удар где-то внутри. Было ужасно это осознавать, но ему понравилось. Черт, ему понравилось целовать Антона. Его маленького шкодника, который вечно о чем-то волновался, ходил за ним хвостиком и постоянно поднимал настроение своими детскими историями, когда они шли из школы домой. Как все могло настолько перекрутиться? Видимо, вот такая она — взрослая жизнь, черт бы ее побрал. Парень еще сильнее сжался в позу эмбриона и закрыл лицо руками. Его немного трясло от эмоций. Где сейчас Антон? На улице уже темно, он мог заблудиться. Он же ушёл совсем один, пешком. Арсений подскочил на кровати и уставился в окно. Ему стало страшно за мелкого. На улице была полная тьма, редко освещаемая фонарями, под которым как комары собирались небольшие кучки людей. Ни одной одинокой фигуры, бредущей по мраку, видно не было. В одно мгновение Арс оказался в прихожей, натянул на себя куртку и ботинки, забрал ключи с телефоном и выбежал, закрывая дверь. Около подъезда не было ни души. Парень огляделся в надежде, что Антон на эмоциях не ушёл далеко, а сел где-то на лавочке, пытаясь успокоиться. К сожалению, нет. В голову приходили мысли о том, что никаких эмоций кроме отвращения тот мог и не испытывать. А при таком раскладе ему, конечно, захотелось бы уйти как можно дальше и не возвращаться сюда больше никогда. Арсений решил начать поиски во дворах, через которые пролегал путь к дому Антона, и он повернул налево. Но по дороге ему встречались только небольшие шайки нетрезвых студентов. Спустя полчаса младший так и не был найден, но Арсения продолжало одолевать жгучее чувство страха. Продолжать поиски было бесполезно, но и идти домой не позволяли то ли совесть, то ли страх, то ли вонючее самобичевание. Парень медленно побрел вдоль одного из дворов, чтобы найти тихое место и провести там какое-то время, остудить голову. На детской площадке веселилась очередная нетрезвая компания. — Э, пацан, огонь есть? , — послышался пьяный выкрик в сторону Арса. — Не курю, простите. — Мы-то простим. А вот бог не простит, что ты выглядишь как пидор. *** Антон выскочил из подъезда как ошпаренный. Пока его сознание не могло переварить того, что произошло, а алкоголь только мешал шестеренкам крутиться. Парень сделал несколько быстрых шагов в сторону двора, но вдруг остановился как вкопанный. Он поднял голову и посмотрел туда, где должны быть окна новой квартиры Арсения. Свет по-прежнему тускло горел, но никаких силуэтов перед стеклом видно не было. — Мне нужно просто прийти в себя, просто прийти в себя. Ничего этого не было, — пробормотал Антон и пару раз шлепнул себя по щекам. Сознание не захотело проясняться, а алкогольный гул в голове стал только сильнее. Школьник посмотрел по сторонам, размышляя в какой из них его дом, и решил просто пойти наугад — направо. — Твою мать, еще и телефон сел. Приятно познакомиться, Антон Андреевич Шастун, вице-неудачник Санкт-Петербурга. Почему вице, спросите? Потому что даже для такой победы нужна хоть капля удачи. О, класс, сейчас бы идти ночью по незнакомому месту и разговаривать с самим собой. Антон съежился, сложил руки на груди и пошел, куда глаза глядят. А глядели они на абсолютно одинаковые питерские дворы, плохо освещенные уличными фонарями. Еще не все окна в домах погасли, из чего парень сделал вывод, что время, может, и не детское, но по крайней мере на дворе не ночь. В бесцельных блужданиях с абсолютно пустой головой школьник перемещался от дома к дому еще около 20 минут, пока не понял, что окончательно заблудился в этом лабиринте незнакомого спального района. Он попытался вспомнить хотя бы адрес дома Арсения, чтобы понять, как вернуться к стартовой точке, но горшочек все еще не варил. Тогда парень принял свою судьбу, мирно пожал ее метафизическую руку и уселся на качели. — Ладно, раз я не могу найти дорогу домой, можно использовать время с пользой и хотя бы поразмышлять над тем, что произошло, — полушепотом заговорил Антон. — Начнем сначала. Мы пили, нам стало весело, заиграла классная музыка, и нам захотелось потанцевать. Пока ничего подозрительного. Ну танцевали, танцевали, пока не начался медляк. Что там была за песня? Ну конечно, этот сентиментальный упырь просто опять словил минутку ностальгии и расчувствовался, вот и все. Поэтому и полез ко мне целоваться. А я его почему не оттолкнул? А почему я убежал? Вот это уже сложнее. Антон размышлял, пытаясь собрать все мысли в одну кучу, а потом и структурировать их во что-то похожее на логику. Эта версия ему нравилась ровно до вопросов о его собственных мотивах, здесь и начинался темный лес. Сеанс самопсихотерапии продолжался. — Хорошо, Антон, давай зайдем с другой стороны. Всё-таки чужая душа — потемки, а в себе-то ты можешь разобраться. Итак, что я почувствовал, когда Арсений меня поцеловал? На этом вопросе мозг снова встал в ступор. — Черт, ну серьезно? Я просто убежал как девчонка, а теперь не могу понять, из-за чего? Просто отлично, Шастун, садись, пять. Качели тихо поскрипывали от движения, вводя парня в легкий транс. Антон облокотился головой о цепочку и прикрыл глаза. Накатывала ужасная усталость, но засыпать здесь было страшно. Школьник провел в этом отчаянии еще какое-то время. — Эй, малой, ты чего тут делаешь в такое время? , — Антон резко распахнул глаза и попытался понять, кто его зовет. — Тут я тут! Ты чего там делаешь? Антон поднял голову и увидел на балконе третьего этажа соседнего здания мужчину, который явно вышел покурить перед сном. — Да я как бы, понимаете… Я приехал к другу, мы чуть-чуть… поругались, наверное. Ну я от него ушел, а куда идти, совершенно забыл, — парень произнес это с такой интонацией, что ему самому стало себя жалко. — Сиди там, никуда ни с кем не ходи, сейчас выйду. Антон кивнул, хотя совершенно не видел разницы между этим незнакомым мужчиной и другими незнакомцами, которые также могли бы к нему подойти. Но вариантов у него было немного, так что он просто покорно остался сидеть на качелях. Через пару минут дверь с писком отворилась, и из нее вышел тот самый мужичок, но на этот раз вместе с какой-то женщиной. — Вот он сидит. Говорит, заблудился. — Миш, ну ты не на патруле, нельзя вечно помогать всем этим мелким алкоголикам. У него родители есть, пусть сами его и ищут. — Да хорош тебе, просто подойдем поговорим. А то потом его же родители придут к нам заявление писать. Здарова, малой, — мужчина протянул Антону руку, школьник сжал ее в ответ и чуть не взвизгнул от такой крепкой хватки. — Капитан Ефремов. Я, конечно, не при исполнении, но помочь тебе попробую. Ты где живешь сам? Антон пролепетал в ответ адрес своего дома, все еще не надеясь на хоть сколько-нибудь серьезную помощь. — Ну нихрена себе ты забрался! И ты думал отсюда ночь-полночь пешком идти? Пьяный, что ли? — Немножко, — пробубнил парень. — А я говорила! Я говорила, опять мелкий алкоголик. Всё, разбирайся тут с ним сам, я пошла. Смотри домой его не притащи как котенка. — Ты ее прости, это жена моя. Вечно бесится, когда я вам, дуракам, помогаю. Ладно, смотри, как мы с тобой поступим. Номер родителей хоть помнишь? — Конечно, мне не пять лет. — Было бы не пять лет, ты бы не заблудился ночью в трех соснах. На, звони, — мужчина протянул Антону свой телефон. Парень быстро набрал мамин номер и стал вслушиваться в гудки. Родительница долго не брала трубку, но в конце концов на том конце послышалось тихое заспанное «Алло, кто это?» — Мам, это я, Антон! — Тоша, ты с ума сошел? Чей это номер, где ты шляешься? — Мам, в общем, мы с Арсением типа поругались, ну я ушел домой и заблудился. — Господи боже! Где ты? Сережа, вставай, иди заводи машину! Сыночка, мы сейчас приедем, только скажи куда! В трубке послышалось громкое копошение и тихий бас папы. Антон посмотрел на мужчину, который стоял немного в стороне и закуривал еще одну сигарету. — Простите, пожалуйста, а какой тут адрес? — Ленина, 163. За тобой приедут? — Да, уже собираются. — Мам, Ленина, 163, — жалобно проскулил Антон в трубку. — Всё, сиди на месте, ни с кем не разговаривай и никуда не уходи, мы с папой уже выходим. Антон сбросил звонок и протянул телефон незнакомцу. — Спасибо большое, они уже скоро приедут, я тут подожду. — Думаешь, я тебя тут брошу? Ну нет, парень. Ты бы себя видел — мечта педофила, маньяка или грабителя. Посижу тут с тобой. — Не стоит, вы, наверное, уже спать собирались, да и жена вас ждет. — Забей, пусть там перебесится. Что у тебя вообще случилось-то? — Это сложно. — Я так понял, время у нас есть, — засмеялся мужчина. — Я, кстати, Миша, а ты? — Антон. — Ну приятно познакомиться, заблудший Антон. Давай, колись, где на самом деле пропадал. — Да я правда с другом был. Мы отмечали его новоселье, ну а потом все пошло не по плану, и я убежал домой. — Да уж, молодежь. Какие вы все нежные стали. Он с девушкой твоей замутил, что ли? — Нет, я же говорю, там все сложно. Я сам не знаю, почему так отреагировал. Как будто у меня шарики за ролики закатились, и я дал деру. — Подрались? — Нет. — Хм, — мужчина повернулся к Антону и оглядел того с ног до головы. — Кажется, понял. Говоришь, сам не понял, почему убежал. Ну а ты подумай о том, что бы сделал, если бы не психанул и остался. Ну просто представь гипотетически. Антон призадумался. «Что бы я сделал, если бы остался? Ответил бы я ему на поцелуй?». Парень решил отпустить фантазию в полет и вспомнил руки друга на своих скулах, его губы и тонкий аромат одеколона, смешанный с винными парами. От этих мыслей ему не хотелось скривиться, напротив они вызывали довольно теплые чувства. «Получается, ответил бы. Ну я и дебил». — Спасибо, Михаил, вы, кажется, мне немного помогли. — Давай просто дядя Миша, так забавнее, что ли. Ты обращайся. Где-то у меня тут было, погоди, — мужчина начал копаться в карманах куртки, которую явно наспех накинул дома прямо на майку, и достал оттуда ручку и листочек, а затем что-то начал усердно карябать на бумажке, которую вскоре протянул Антону. — Держи мой номер, это рабочий. Если вдруг попадешь в беду, звони. Ты, вроде, парень хороший, только вот защита тебе явно не помешает. Можешь всем в школе хвастаться, что у тебя крыша в полиции есть, — мужчина звонко рассмеялся. — Спасибо, дядь Миш, вы очень классный. А у вас еть дети? — Нет пока, а что такое? — Просто мне кажется, вы станете очень хорошим отцом. Да и пример отличный подаете, самый настоящий страж порядка. — Да ладно тебе, не смущай. Оба тихо засмеялись, и тут же увидели, как во двор заезжает машина, освещая все пространство фарами. — Тошаааа! Тоша! Антон, ты тут? — послышался из окна машины мамин голос. Парень вскочил с качелей и начал махать подъезжающему автомобилю. — Мам, пап, я тут. Машина остановилась, из нее выбежали перепуганные родители. Мама с разбегу сгребла Антона в кучу и стала обнимать, отец подбежал и неодобрительно посмотрел на мужчину, сидящего на соседних качелях. — Мам, ты меня раздавишь, со мной все в порядке. Вот познакомьтесь, это дядя Миша, он полицейский, дал мне свой телефон, чтобы я вам позвонил, а потом еще дождался, когда вы за мной приедете. — С тобой я дома поговорю, оболтус, — сменила милость на гнев мама и дала парню легкий подзатыльник. Папа подошел к Михаилу и протянул ему руку, мужчина крепко пожал ее. — Спасибо. Слава богу, такой хороший человек попался, а не маньяк какой-нибудь. — Да пустяки. Я покурить на балкон вышел, смотрю, сидит. Думаю, че сидит, а он говорит, что потерялся. Ну что я его тут на всю ночь оставил бы? — Спасибо вам, спасибо большое. Вы в каком отделении работаете? — Да в нашем районном. — Я вашему начальству завтра прямо с утра благодарность на ваше имя отправлю, расскажу, какой вы отличный человек. — Пустяки, езжайте лучше домой. Всё семейство Шастун гурьбой направилось к машине, пока мама стала отчитывать Антона за отвратительное поведение. Парень оглянулся на дядю Мишу, тот кивнул ему и помахал рукой, Антон вслед помахал в ответ.