Парень, который любил рисовать котов

***

Дверь хлопнула. Джисон ушел. Минхо остался один на один со своими переживаниями, что крутились бессменной пленкой по кругу, не замолкая ни на секунду. Он давно понял, что влип. Тысячу раз обдумывать свои поступки и поведение смысла не было, очевидно… Хан ему чертовски нравился. Какого хера он опять это чувствует? Ли не был готов снова пережить тот кошмар, который надолго засел в памяти, пройти предательство, стыд, разочарование. Это больно, это ранит, но по-другому парень просто не мог. Джи заставлял его чувствовать, бороться дальше, когда сил уже, казалось, совсем не осталось. Рыжеволосый сидел на своей пружинной кровати и бесцельно смотрел в окно, наблюдая плавный заход солнца. Они, наверное, уже встретились. Гребаный Хван Хенджин, Ли не испытывал к нему ни капельки доверия. Он был полностью погружен в свои мысли, по инерции перебирал ворсинки пледа и хрустел пальцами в перерывах. Минхо абсолютно убежден в том, что Хван импонировал его соседу, как человек, а, возможно, и как парень? Что, если все внимание Джисона полностью переключится? Да, Ли с виду был абсолютно недоступным и замкнутым котом, который не пускал никого в свое личное пространство и обходил людей за километры, но, по правде говоря, это было не совсем так. Ли верил. Или хотел верить? Он, на самом деле, любил этих человекоподобных существ. Он любил наблюдать за ними на улице, молча, из-под капюшона, создавая видимость колючки и изгоя. Любил рассматривать эмоции на их лицах, как они жестикулируют и общаются с близкими, как радуются и плачут взахлёб. Как весело катаются зимним вечером на санках и разбивают об асфальт коленки летним днём. Он завидовал. Глубоко в душе парень мечтал о человеке, которому мог бы довериться, отдав всего себя без остатка. Однажды он так уже поступил, наивно, не разобравшись в причине, совершенно отчаянно и искренне отдал себя. Пожертвовал своей душой. Подарил всего. А потом Минхо уничтожили. Растоптали. Смешали с грязью одной только фразой. «Ты серьезно думаешь, что в тебя возможно влюбиться?» . . . «Действительно, а за что меня любить..?» Тупые воспоминания. Теперь этот вопрос не покидает его голову ни на минуту, он запечатался в сердце, остался маленьким режущим напоминанием, которое болело всякий раз, когда парень чувствовал, что начинает привязываться. В самом начале первого курса, когда Ли уже был на все сто процентов уверен в своей ориентации, но никому не решался раскрыть эту правду (кроме Феликса, конечно же), он встретил Его. Этот парень с золотистыми волосами, с тонкими запястьями и длинными пальцами свел Минхо с ума. Он уже заканчивал университет, превосходно играл на фортепиано, любил мороженое и внешне напоминал самого настоящего ангела. Разве что без крыльев. Как только музыкант познакомился с Минхо, тут же начал проявлять ему знаки внимания и звать на прогулки. Ли, хоть и стеснялся общаться с людьми, но все же нашел в себе силы согласиться и понеслось… Вечерние вылазки, знакомство с друзьями, совместные походы в университет, поцелуи, страсть. Кто бы мог догадаться, что все это было на спор? Минхо, увы, не догадался. Над ним просто посмеялись. Те друзья, с которыми его добродушно знакомили вчера, сегодня высмеивали его доверчивость и называли местной шлюхой. Любовь погасла так же быстро, как и вспыхнула. Бесповоротно и навсегда. Была ли это, вообще, любовь? Только теперь об этой кровоточащей ране знал весь университет и даже несколько преподавателей перешептывались в коридорах. «О боже, он серьезно встречался с Чоном?» «Да ладно, ни за что не поверю, им же просто воспользовались от скуки.» «А мне его жаль.» «Чего жалеть, сам ноги раздвинул, а теперь стыдно стало.» «Фу, мерзость.» Ли Минхо был убит, так и не успев почувствовать, что такое взаимность. Он плакал. Много. Он злился. Еще больше. Он ненавидел. Всех. Рядом с ним остался один единственный человек, веснушчатый, искренний, заставлявший двигаться дальше. Феликс изначально предчувствовал что-то неладное, он предупреждал, старался уберечь, но Минхо был слеп, опьяненный неизведанным и совершенно новым ощущением внутри. Больше рыжеволосый ничего не чувствовал. Он запретил себе. Феликс решил, что так, наверное, даже лучше, и просто продолжил терпеливо поддерживать, заставлять жить и учиться своего угасающего друга. А следом наступила тьма. До родителей Ли доползли слухи, некоторое время раздольно гулявшие по университету, и начался настоящий ад. Тут не справлялся даже Феликс, что уже говорить об убитом Минхо, которого выставили из дома, не удосужившись отдать личные вещи и дорогое сердцу единственное домашнее животное. Сказали не появляться на пороге, пока тот не пролечит больную голову. Никто не знал, каким чудом Хо не впал в затяжную депрессию (скорее всего этим чудом являлся Ли Феликс), хотя любой другой на его месте уже давно бы сдался. Наоборот, парень начал учиться жить заново, нашел стабильную работу в небольшом магазинчике и жилье в стареньком, но уютном общежитии своего университета. Он питался ненавистью и дешевой быстрозаваримой лапшой. Скучал, рисовал, плакал, смотрел сериалы, работал до посинения. А потом его отпустило. Слухи в университете затихли, деньги постепенно начали накапливаться, чувства притупились и пришел период апатии. Первый курс парень закончил, как в тумане. Экстерном. По крайней мере, так ему казалось. Минхо уж было подумал, что у него наконец получилось вернуться в привычную жизнь, что теперь он точно будет в порядке и сможет спокойно существовать дальше… но одним вечером перед его дверью возник неизвестный чемодан цвета темного шоколада, на котором сверху, подобно всаднику, восседал синеволосый инопланетянин. Он возник сразу после тяжелого, выматывающего дня и засыпал Ли вопросами обо всем на свете, а следом так просто вошел в его жизнь, привязал к себе, не дав старшему ни шанса противостоять. Минхо запрещал, закрывался, молчал, игнорировал, пока в его растрескавшееся, поцарапанное сердце не проник первый настойчивый луч света, исходящий от этого неугомонного пришельца. И он сдался. Поднял белый флаг. Принял поражение. Затянул петлю на шее потуже, а стул передал в полное распоряжение Хан Джисона. «Хочешь? Выбивай его из-под ног, как выбил последний дух из моей прогнившей души.» Хан был светом. Надеждой. Крупинкой веры и искренности. Он любил подпевать песням, которые слышал впервые, сочиняя текст на ходу, ненавидел плаксивые сюжеты, но всякий раз выбирал именно драму в жанрах, вкидывал свои последние деньги на карманные расходы в боксы пожертвований бездомным животным. Он заставлял чувствовать, постепенно прокрадывался все ближе и ближе в самые сокровенные продрогшие уголочки внутренностей и согревал их своим теплом. Его глаза излучали солнечный свет даже темной ночью, а руки были невероятно теплыми в самые холодные осенние вечера. Минхо слушал гудки и надеялся, что этим вечером Ликс не сильно занят своей готовкой либо тренировкой по танцам. У того каждый день был расписан поминутно и Ли ненавидел отвлекать его от любимых занятий. Сегодня ему было очень важно поделиться переживаниями, попросить совета, выложить все, как есть. От Феликса не было смысла что-то скрывать, тот всегда был на стороне Минхо и видел его насквозь. ⁃ Привет, Хо! Что-то случилось? - взволнованно произнес Феликс, ответив на звонок. ⁃ Нет, ничего особенного. Просто решил поговорить, - соврал Ли. ⁃ Ну-у, ты обычно не звонишь просто поговорить, выкладывай, я внимательно слушаю, - в мгновение раскрыл его друг. ⁃ Я тебя не отвлекаю? ⁃ Не-а, я почти ничем не занят, рассказывай! - успокоил его веснушчатый. И Минхо рассказал. Рассказал все подробно, с самого начала. Как встретил свое Солнце, как боялся его потерять, упустить, ранить. Для них с Ликсом было в порядке вещей выгружать друг другу все вот так резко, в один момент. Все, что так долго копилось и бесконечно переваривалось. ⁃ Знаешь, я даже прикасаться к нему лишний раз боюсь, хотя хочется нереально. Боюсь сломать или отравить своим присутствием. ⁃ Эй, Минхо, что ты такое говоришь? Я уверен, что Хан принимает тебя. Возможно, просто стоит поговорить с ним об этом? ⁃ Не знаю, ему сейчас явно лучше с Хенджином, чем со мной. Тот поднимает ему настроение и не раздражает, рядом с ним Хан улыбается, а я что? Что я вообще могу ему дать? - неуверенно произнес Ли. ⁃ Ты просто прекрасный человек, намного лучше, чем думаешь о себе. Все в порядке, всем нам нужны друзья, нужна поддержка. Возможно, сейчас Хенджин именно тот человек, который сможет её дать Хану, но это не значит, что он прекратит общение с тобой и у вас что-то изменится, - убеждал его Ликс. ⁃ Да, ты прав. Я действительно не умею поддерживать, - ответил Хо. ⁃ Опять ты все перекручиваешь! Просто поговори с ним. Из того, что я только что услышал, могу сделать вывод, что ты явно ему не безразличен. ⁃ Хм.. думаю, он меня ненавидит. ⁃ Да ладно-о, Минхо, ты уже начинаешь сходить с ума! Не накручивай себя, ладно? Тебе не видна полная картина, не дорисовывай её сам в своей голове! ⁃ Ладно-ладно. Но это не отменяет того факта, что Джисону может нравиться этот крашеный блондин. ⁃ Ты просто невыносим, но я все еще люблю тебя, - с улыбкой произнес Ликс. Парни еще некоторое время поговорили о возможных вариантах развития событий, о том, с чего лучше начать разговор и как тактичнее подойти, но Минхо все равно никогда не следовал заранее придуманному плану. Импровизация - его выход. Если быть откровенным, вся эта напускная ревность к Хвану была преувеличена и гиперболизирована. Ли просто боялся. Боялся открыться, признаться, снова довериться, а потом в миг потерять все то, что было так дорого его душе. Он не хотел ни с кем делить свое Солнце, но если оно будет светить только ему одному, то запросто может сжечь под прямыми лучами ультрафиолета. Зато смерть красивая. Да… Умереть от того, что помогло тебе возродиться. Хм, может, покраситься в фиолетовый? Красивый цвет. Джисону точно бы понравился. Хаотичные мысли преследовали и догоняли Минхо, они старались перекрыть и отвлечь от одного явного, центрального образа. Ли никогда не умел справляться с ними, просто шел на поводу и ждал, когда этот поток закончится и он сможет все хорошенько обдумать. Парень был потерян, взволнован, находился в подвешенном состоянии и просто сидел в ожидании чего-то. Или кого-то. Сегодня придется переступить через себя, выйти из зоны комфорта, чтобы в будущем этим комфортом обеспечить дорогого ему человека. Может, Минхо действительно лучше исчезнуть? Так будет правильнее? Пожалуй, он оставит это решение за Ханом. За парнем, чей смех растапливает любую глыбу льда, а глаза освещают кромешную тьму в убитой комнате. Та яркая звезда, что отражалась в глазах Ли при взгляде на этого парня, давно уже носила его имя. «Хан Джисон» было выцарапано поверх поврежденного сердца. Его имя подсвечивалось желтым. Ли ненавидел этот цвет. Он заставлял его жить и любить. Чувствовать. Осязать. Гореть. ⁃ Эй, пушистая жопа, я уже дома! - прозвучал знакомый радостный голос с порога. Сегодня Ли Минхо попрощался с жизнью, погиб, отдав остатки души на растерзание, и только одному человеку было известно, воскреснет ли он вновь.