Парень, который любил рисовать котов

***

На улице ощутимо похолодало. За окном бушевал осенний ветер, засохшие веточки так и норовили стучать в окна, скребя по стеклу. Хан сидел в любимом кожаном кресле, которое занимало почетное место прямо в центре гостиной Чана. Его пальцы сжимали невысокий стакан с какой-то жидкостью, очевидно, алкогольной. Банчан решил в кои-то веки созвать свою волчью банду и хорошенько выпить, выслушивая проблемы парней и подрабатывая бесплатным психологом. Джисон, если честно, на эту дружескую встречу идти не хотел. Все его мысли были заняты воспоминаниями о прошлой ночи и о том, что они с Минхо, кажется, стали ближе, чем когда-либо до этого. Честно говоря, Хан не думал, что решился бы на признание без этого «лёгкого толчка» от Минхо. «Что тебе вообще нравится?» «Ты.» Джисон никогда не был более честным. Однако, он соврал, когда сказал Минхо, что все разговоры и объяснения могут подождать до завтра, а сам сбежал ещё рано утром, не дожидаясь его пробуждения. Как бы не хотелось этого признавать, Джисон боялся. Он чертовски сильно боялся изменений, которые могут произойти между ними после случившегося и глупо было отрицать, что они просто закроют на это глаза. Блять, он бы не позволил сделать это ни Минхо, ни самому себе, однако, какая-то трусливая часть его личности хотела оттянуть неизбежное как можно дальше. Сынмин, всё это время сидевший в углу дивана (такого же протёртого, как и кресло Хана), наконец кашляет, привлекая его внимание. – Хэй, ты в порядке? Выглядишь максимально подавленным, - заинтересованно спрашивает парень. Джисон неопределенно мычит, делая глоток из своего стакана, и морщится. – Боже, что это за гадость? Я рассчитывал на что-нибудь помягче... – Не знаю, но, кажется, Чан потратил на это не меньше шести тысяч вон, так что не думаю, что у нас есть выбор, - грустно хмыкнул Сынмин, лишая синеволосого надежды наконец нормально выпить. Джисон вздыхает и ставит стакан на журнальный столик, отодвигая подальше от себя. Наверное, даже лучше, если он больше не будет пить сегодня. Входная дверь противно скрипит и раздается шарканье обуви по коврику, а через пару минут в гостиную входит Банчан, таща в руках два ящика соджу. Джисон вздыхает громче. – Почему я не слышу восхищённых возгласов по поводу моего выбора алкоголя на сегодняшний вечер? - бодро спрашивает старший, устремляя взгляд на парней. – Потому что ничего более мерзкого ты ещё не приносил, – закатывает глаза Сынмин, стуча пальцем по стакану. Джисон хихикает и согласно кивает. – А ну заткнулись оба. Лучше скажите, что вы выбрали фильм за то время, пока меня не было. – О, не думаю, что мы будем что-то смотреть сегодня, - Сынмин показательно закатывает глаза и дает понять, что никто в просмотре кино из присутствующих не заинтересован. Чан наконец-то ставит ящики в дальний угол комнаты, и Джисон замечает в одном из них несколько пачек чипсов. Отлично, вот чем он займётся, раз уж напиться не удалось. Старший бросает по пачке ему и Сынмину и отряхивает руки. – Почему это? - удивляется он, оборачиваясь на парней. – Слушать про общажную жизнь Хани намного интереснее, разве нет? - с долей иронии в голосе произносит Сынмин и немного наклоняет голову вбок, будто говоря: «Ну же, малыш, поделись своей увлекательной историей.» Джисон давится. Это его любимые сырные чипсы и он совершенно не планировал задыхаться из-за них сегодня, как и, черт возьми, обсуждать личную жизнь со своими друзьями. Он резко вспоминает, что всё ещё не выяснил, как парни относятся к однополым отношениям, а делать это прямо сейчас не хотелось от слова совсем. Джисон собирался действовать постепенно, так сказать, сначала «прощупать почву», аккуратно и мягко, чтобы уберечь ребят от лишних потрясений. – Ну, эм.. Вряд-ли вам будет интересно, парни... - запинается Джисон, опустив голову вниз и разминая костяшки. – Да брось, почему нет? – Чан возмущённо вскидывает руки, как будто действительно ждал сегодняшнего дня только потому, что хотел выслушать жалобы Джисона на периодическое отсутствие горячей воды, орды тараканов и супер симпатичного соседа по комнате. – К тому же, засосы на твоей шее очень хотят, чтобы их обсудили. Джисон снова давится. Блять. Кстати, о супер симпатичном соседе... Сынмин сдавленно смеётся и Хан чувствует, как смущение медленно захлёстывает его, заставляя краснеть. – Ох, нет, стой! – Внезапно Чан вскрикивает. – Хани, мы ни в коем случае не хотим давить на тебя. Ты выглядел так, будто сейчас расплачешься, когда пришёл сюда, и если это как-то связано с тем, о чём я сказал... Просто, ну.. если ты захочешь поделиться этим, мы всегда здесь, - Чан по-отцовски посмотрел на Хана и замолчал, давая тому время прийти в себя. Он выглядит обеспокоенным, а Сынмин перестаёт смеяться и смотрит так, будто хочет залезть прямо в душу, и на секунду Джисон чувствует вину за то, что ещё недавно сомневался в своих лучших друзьях. Он кладёт одну чипсину в рот, медленно пережёвывает и вздыхает. – Ох... В общем... Вы же помните Минхо, да? Тишина. Джисон смотрит на них с опаской, пытаясь выудить малейшую каплю неприязни или отвращения на их лицах, но, к огромному облегчению, не находит. Не находит ничего, кроме… заинтересованности? Или ему показалось? – Конечно, и..? Продолжай, мы слушаем. И он продолжает. Рассказывает обо всём, чем боялся раньше поделиться, о всех изменениях, которые произошли в его голове и сердце с тех пор, как он переступил порог комнаты общежития и познакомился со своим милым кошачьим соседом. Единственное, что Джисон пропускает – это вчерашняя ночь, а, точнее, происходящее после его признания. В конце концов, его светящаяся засосами шея, которую он по какой-то причине даже не потрудился замазать консиллером, говорит сама за себя. Парни только завороженно слушают и не перебивают, боясь спугнуть этот хрупкий поток слов, который льется из Джисона, и периодически легонько кивают. Они что, правда не против? Хан действительно не так представлял себе каминг-аут. Особенно перед своими любимыми «максимальногетеро» друзьями. Он заканчивает делиться накопившимися событиями вместе со своими мыслями и зачарованно утыкается взглядом в хенов, ожидая реакции и какого-то ответа. - Ну, Хани, ты реально влип,- подытоживает Сынмин и опрокидывает обжигающую жидкость залпом, недовольно кривясь. - Знаю, - грустно вздыхает на это представление Джисон. - Да-а, парень.. ты влюбился. Не знаю даже, хорошо это или плохо, но если ты действительно чувствуешь себя с ним комфортно, то почему нет? Я счастлив видеть, что счастлив ты, - наконец выдает Чан и кладет руку на плечо Хану, поглаживая в успокаивающем жесте. - Думаете, у нас может получиться? - Определенно! Если он все еще не сбежал от тебя, то у него явно стальные нервы, греби в мешок и уноси подальше такое сокровище, - заливается смехом Сынмин и прищуривает глаза, запрокидывая назад голову. Джисон расслабляется в такой обстановке. Он легонько бьет Кима ладошкой по ноге и шуточно надувает щеки. - Я, между прочим, тоже то еще сокровище! Вы должны меня оберегать! - Конечно, конечно, малыш, как скажешь. Твои хены за тебя горой. Никакого недопонимания, никакой неприязни, ничего. Как же Джисон рад, что в свое время в далеком детстве наткнулся на этих оболтусов, которые лазили по крышам гаражей и дрались друг с другом ветками, сражаясь за несколько кирпичей. Сейчас они его опора, поддержка, они его семья. Эти парни действительно примут его любым, как он мог в них сомневаться? Они даже не заикнулись о том, что что-то в его чувствах не так, что он какой-то неправильный или странный. Выслушали, подбодрили, посмеялись, спасли от терзаний. Они любили своего Хани любым. Парни мило хихикают, подкалывая Джи за его обидчивость. Чан и Сынмин все-таки разливают проклятое соджу по рюмкам и чокаются, заранее предвкушая горечь и жжение во рту. Когда первые три стопки оказываются в желудке, Джисон решает поделиться еще одной мыслью, что ненавязчиво крутится у него в голове с момента знакомства со своим соседом. - Ребят, знаете, я немного переживаю за Минхо… он, как бы так сказать… он очень обеспокоен в последнее время и видно, что ему не хватает семьи и заботы. Я бы хотел обеспечить его всем, чем только смогу, но как помочь в такой ситуации без понятия, - грустно выдохнул Джи, начиная понемногу краснеть из-за выпитого алкоголя. - А ты говорил с ним по этому поводу? Может, ему действительно чего-то не хватает? - поинтересовался Чан, разливая уже четвертую дозу спиртного. - Я только знаю, что его любимая кошка осталась в доме родителей и он по ней невероятно скучает, но я же не пойду вламываться и силой её забирать? Он, в общем то, обожает животных, - поделился Джи, неуверенно шмыгая носом в ожидании совета. - Мм, не знаю… Я бы, наверное, попробовал взять какого-нибудь питомца из приюта или типа того.. Это тоже, своего рода, семья? Думаю, ему нужно о ком-то заботиться и чувствовать себя нужным, - подал голос Сынмин из-под шалаша, сооружённого из раскиданных одеял и подушек. Кому-то уже явно хватит пить. - Знаешь, хен… хоть ты и пьяный, но советы все равно даешь отменные! Кто знает, какая бы идея пришла этим троим на трезвую голову, но она явно не была бы настолько отчаянной. Взять питомца из приюта… спасти чью-то драгоценную жизнь. Дать шанс приобрести новую семью и дом. Конечно, Хан не знал, поможет ли это хоть немного почувствовать Минхо себя лучше, но почему бы не попробовать? В любом случае, Джисон и сам давно мечтал о домашнем питомце, сможет и в одиночку поставить его на ноги, воспитать! Боже, он уже рассуждает, как шизик-папаша с диагнозом чрезмерной опеки. Да, решено, нужно прошерстить сайты питомников и всего, что на них похоже. В общаге не должно возникнуть с этим проблем, так как у соседей уже давно шастали по коридорам и домашние хомяки, и котята, и даже волнистого попугая однажды предоставилось наблюдать. Значит, осталось только надеяться, что Ли действительно не будет против такой самодеятельности парня. В любом случае, это ведь и комната Джисона тоже! Как бы то ни было, Хан был уверен, что Минхо ни за что не будет протестовать и выставлять его с маленьким шерстяным клубочком за дверь. Этот парень любит животных намного больше, чем людей, в этом Джи ни капельки не сомневался. Он точно примет любого маленького друга в их еще несформировавшуюся и не очень окрепшую семью. Мысли Хана перебила громко пиликнувшая смска, что пришла на телефон и заставила его неприятно завибрировать под рукой. Парень глянул на экран немного поплывшим взглядом и смог разобрать короткое, но максимально теплое: «Ты где? Тебя забрать?» Сосед Ли Минхо. Нужно переименовать его. Да, определенно. Парень неуклюже смахнул пальцем вверх и быстро ввел в строке имени заветное «Хо», а рядом поставил эмодзи самой красивой планетки, которую только смог найти. Выбирал долго, но все же остановил свой выбор на Сатурне. «Скорр бкду!» С каждой выпитой рюмкой картинка перед глазами все сильнее размывалась, а силуэты теряли контуры, превращаясь в одно сплошное месиво. Хан стремительно пьянел и пока не представлял, как будет добираться до общаги на своих двух. «Ты что, пил? Диктуй адрес» Ответ пришел уж слишком быстро. Неужели так сильно переживает? Джи наклацал по клавиатуре что-то, по смыслу похожее на улицу Чана и, на удивление, указал верный дом. «Бегу, жди» Хан расплылся в улыбке и довольный уставился на спящего Сынмина, а затем перевел взгляд на достаточно активного Чана, который усердно листал описания фильмов в надежде, что его все-таки будет кто-то смотреть. Сейчас он чувствовал себя по-настоящему счастливым. Возможно, так на него влиял алкоголь, а, возможно, окружающие люди, которые заставляли чувствовать себя нужным. Минхо сто процентов бежал, Джи в этом, почему-то, даже не сомневался. Хан пробубнил себе под нос что-то про семейный очаг и отцовские обязанности, и, прежде чем окончательно отключиться, в его голове пронеслась одна единственная мысль, которая согревала и давала надежду: «Надеюсь, на твоей маленькой планете хватит места для кого-то ещё… Ли Минхо»