After dark

RY X — Only

В эту ночь выпадает первый снег. Белыми хлопьями оседает на кронах деревьев, нарушая их покой. Оседает на дорожках, что ещё недавно ощущали топот ног молодых заклинателей. Покрывает крыши домов белоснежной кровлей, отражая свет Луны. Вэй Ин наблюдает за Лань Ванцзи, собственные мысли пытаясь достать на поверхность. Задумчиво исследует позу второго господина Ланя, что сидит расслабленно, голову не поднимает, глазами медленно скользя перед собой. У Вэй Ина много мыслей, поэтому он решает озвучить одну из них.       — Лань Чжань, а ты изменился. Вэй Усянь улыбается, из-за чего голос звучит мягче, а имя господина Ланя он произносит по-особенному. Пожалуй, он всегда звал его так.       — Ты так думаешь? Лань Ванцзи голову слегка поднимает, находя глазами Вэй Ина. Ему все ещё трудно смотреть на него настоящего. Прошло не так много лет с тех пор, как он последний раз видел призрак собственных мыслей, но прошло слишком много с тех пор, когда видел его живым, настоящим. Господин Лань не из тех, кто показывает эмоции. Уж лучше спрятать их поглубже, запихнуть в дальний угол, поставить печать и запереть. Лишь одна переменная нарушает установленный порядок и сейчас с понимающей улыбкой глядит на того, кто печать давно разрушил, жизнь начиная заново.       — Сичэнь уже говорил мне это, — на выдохе произносит Лань Чжань, опуская взгляд с заклинателя напротив. — Было сложно, — отзывается тот. Горькая правда звучит не так, как он хочет. Это тяжело — признать собственное поражение, когда пытался бороться с самим собой. Лань Чжань мимолётно вспоминает года, что были окрашены в серый монотонный цвет. Те года вспоминают немногие, но некоторые живут с воспоминаниями, пропуская эмоции через собственное ядро, нарушая покой души. Та кровоточила вместе с ранами, что Лань Чжань получил лишь за то, что впервые в жизни осмелился сказать правду. Он сделал это слишком поздно, но сейчас осмеливается произнести вслух то, что вынашивал в своих мыслях на протяжении 13 лет, шепча правду в пещерах.       — Прости.       — Я не сожалею. Голоса заклинателей разносятся по ветру вместе с белым снегом. Тот голоса молодых людей заглушает, но озвученные слова слышат оба. Каждый из них произносит правду, что хранил в своем сердце, не решаясь сказать раньше. Лань Чжань поднимается, осторожными шагами подходя к Вэй Ину.       — Я не сожалею, Лань Чжань, — повторяет Вэй Усянь, подмечая, как мимолётно эмоции на лице Лань Чжаня меняются одна за другой. — Я не сожалею о том, что сделал и какой путь выбрал. И ты не сожалей, прошу тебя. Вэй Ин проходит мимо, подходя к открытым дверям.       — Эта ночь прекрасна, не правда ли? — он протягивает руку вперёд, ощущая снежинки на своей ладони. Снег тает, оставляя капли воды на коже. Вэй Ин вдыхает свежий морозный воздух полными лёгкими, глаз касается улыбка, и он прикрывает их, выдыхая маленькое облачко. Лань Ванцзи не может ему перечить и все же сбит с толку. Прошло так много времени, так много слов было несказанно. И все же на их место пришло что-то иное, чистое, вовсе нетронутое.       — Не сожалей о том, что мог сделать. Каждый из нас выбрал собственный путь и тот привел нас сюда, в это место и в эту ночь, когда этот прекрасный снег холодит кожу. Это место. Что же это такое? Лань Чжань с самого детства искал пристанище для себя и своих мыслей. Искал и однажды нашёл, слепо проходя мимо. И сейчас, когда Вэй Ин открывает свои глаза, поворачиваясь в его сторону, когда улыбка ширится, а собственное тело второго господина отражается в зрачках напротив, Лань Чжань наконец находит место, где ему будут рады. Находит того, кто будет странствовать рядом, докучать рассказами и делать непристойности. Находит не место, но человека — своего, родного, живого. Наконец живого. И шаги, что были сделаны раньше, тот путь, что был выбран, засыпает снегом, оставляя горечь и сожаление за толстыми дверями. А на них печать, не та тигриная, но светлая и вечная, как те чувства, что живут в сердце молодого господина Ланя.       — Хорошо, Вэй Ин, — Лань Ванцзи проходит вперёд, а после повторяет то же действие, что минутой ранее сделал Вэй Ин. Он правую руку вверх поднимет, ладонь вперёд протягивая. Снег кожу холодит, но сердце согревает. — Без сожалений.