Рассеяние

      Несмотря на то, что на часах было всего шесть утра, солнечные лучи уже ласкали своим теплым светом зеленые листочки выставленных на подоконнике горшочных растений и проникали в самую глубь комнаты, добираясь потихоньку до кровати, на которой лежал укутанный в одеяло почти до самой макушки мужчина и мерно посапывал. Выглядел он настолько умиротворенно, что можно было подумать, будто ему снился самый сладкий сон, который он когда-либо видел в своей жизни, ведь сейчас его лицо из вечно недовольного и нахмуренного превратилось в до крайней степени расслабленное и даже чуточку радостное. Спящий человек был больше похож на уязвимого щеночка, которого хотелось разве что обнять и тискать, пока тот не проснется, нежели на злобную псину. Редкое зрелище.       Когда солнце наконец добралось до его красных от слез глаз и стало переливаться в пушистых ресницах, он сначала раздраженно поморщился, а потом и вовсе отвернулся к стене, чтобы этот дурацкий свет не тревожил его сон. Сейчас он как раз дошел в нем до самой интересной части, где навалился сверху на хрупкого, по сравнению с ним, мальчишку, буквально вдавливая его в кровать, и терзал его губы, прокусывая мягкие ткани до крови. А тот только и делал, что прижимался к нему ближе и уже вот-вот был готов отдаться ему с потрохами. Странно только, что парень как-то слишком сильно был похож на..       Так. Блять. Всмысле.       Мужчина подскочил с кровати, моментально просыпаясь и начиная осознавать, что ему сейчас подкинул его травмированный алкоголем мозг. Во-первых, какого хера во сне он был похож на рогатую херню со стремной мордой — никак иначе у него язык не поворачивался назвать ту клыкастую пасть, что у него там имелась. Во-вторых, почему он сосался с парнем, при этом являясь инициатором, хотя сам он считал себя законченным гетеро, которого мужчины привлекали разве что возможностью без зазрения совести их эксплуатировать. В-третьих, почему этот парень выглядел точь в точь как Хром. И, наконец, в-четвертых, почему сейчас у Хьеги в штанах стало настолько тесно, что он ощутил резкую потребность пробежаться до ванны.       Прямо, блять, сейчас.       Ему пришлось потратить на утреннюю дрочку аж целых десять минут, а когда он наконец получил долгожданную разрядку и его мыслительному процессу больше ничего не мешало, Хьега присел обратно на кровать и начал прокручивать в своей голове события прошлого вечера. Начать стоило с того, что вчера он растался с Хомурой. Вот так вот просто были перечеркнуты два года, которые они провели вместе. Два года, которые Хьега проживал в бешенном режиме, стараясь успевать делать все, что от него требовалось на работе, и уделять время своей девушке. И если с работой у него отношения были просто великолепные, то о его второй половинке, как он до недавнего времени считал, такого сказать было нельзя. Они часто ссорились на пустом, казалось бы, месте, редко виделись из-за загруженного графика у обоих, и при этом ни одна из сторон не хотела идти на уступки.       Да, Хьега безумно любил Хомуру, но так же сильно он обожал копаться в железках, что приносили ему в мастерскую на ремонт или просто диагностику. К тому же, Касеки часто подкидывал ему новые, еще не вышедшие в продажу модели различных устройств или их детали. Ну, а Хомуре было глубоко плевать на эти дурацкие шестеренки и винтики, около которых так взволнованно крутился ее парень. Ей хотелось получать больше его внимания в свою сторону, хотелось быть частью его жизни, находиться рядом. А он за своей страстью к механизмам почти не замечал ее порывов и желаний, пока она уже напрямую ему об этом не сказала. Хомуре надоело чувствовать себя ненужной, надоело быть на втором, а то и на третьем месте по важности в тесном мирке Хьеги, надоело выслушивать его оправдания. Надоело, вот она и решила закончить все, пока не стало слишком поздно и пока они оба не навешали на себя слишком много обязательств. И, конечно же, это решение далось ей нелегко.       Нелегко оно далось и парню. Чего только стоило его вчерашнее желание надраться в хламину, потеряться среди чертежей в собственной мастерской и сдохнуть прямо там. Благо под столом его тогда нашел этот парнишка из 413-ой комнаты, что вечно приносит лаборанту очередную систему оповещения, которая минимум раз в месяц требует замены из-за пережитых побоев от Ишигами Сенку — любимейшего ученика их директора, — который совсем не ценит эти несчастные железки. Он вечно жалуется на непрактичность этих штук, что стояли у каждого в комнате и получали сигнал о срабатывании по единому радиоканалу, и просит Ксено заменить их на что-то более практичное. А Хьега же наоборот полюбил металлических воробушков и каждого, из попавших к нему в мастерскую, он старался отладить и настроить, так, чтобы они могли потом еще работать долгие годы. Если всякие умники не будут швырять их в стену.       Точно, Хром ведь как раз и приходил вчера вечером, чтобы забрать отремонтированное устройство. А в итоге оказался втянутым в личные проблемы лаборанта, так еще и помог ему потом добраться до своей комнаты. Не то, чтобы Хьега напился до беспамятства, нет. Он помнил все, что происходило вчера вечером после влитых в него с горя полулитра виски. В общих чертах помнил. Диалоги всплывали в памяти лишь кусками, все его действия перемешались в тумане воспоминаний, а тот поток откровений, который бесконтрольно выходил из него, и вовсе казался сонным бредом. Когда же он бросил взгляд на перебинтованное предплечье, многое в его начавшей гудеть от мыслей голове прояснилось и теперь ему стало до безумия стыдно. Стыдно перед студентом, которому пришлось потратить вчера свое внеучебное время на заботу о налакавшемся мужике, который почти умудрился вскрыться. А потом еще и этот сон. За него ему тоже было стыдно, но уже перед собой. Почему ему приснилось именно это? Почему он буквально чуть ли не выебал бедного мальчишку, томный взгляд которого так отчетливо отпечатался в его сознании? И ведь он бы сделал это. Там, в фантазиях своего больного мозга, который решил, что это будет отличной идеей — наброситься на человека, проявившего к нему сострадание.       Одним словом, пиздец.       Хьега старательно растирал виски, надеясь, что это поможет ему избавиться от головной боли, и понемногу заставлял себя собраться в кучу. Через полтора часа уже начнется его смена, а до этого времени он должен был успеть привести себя и рабочее место в порядок. Уборка там считалась частью его обязанностей: вычистить все столы и станки, рассортировать инструменты, разложить документы по соответствующим папкам, подготовить сырье и еще всякого по мелочи. Он быстро принял утренний душ и переоделся в чистую рабочую форму, состоящую из штанов, поверх которых были пристегнуты кожаные защитные ремни с дополнительными карманами по обеим сторонам, легкой рубашки и маски со специальными фильтрами, защищавших слизистые от попадания в них пыли и других мелких частичек, что образовывались в процессе обработки материалов. Залив в себя стакан воды — на переваривание чего-то более существенного его желудок сейчас был явно не способен, — он поплелся в мастерскую.       По пути парень встретил встававшего чуть свет уборщика, вяло с ним поздоровался и прошел в сторону электрощитовой, чтобы включить рубильники, которые запускали систему питания всего оборудования, находившегося в его кабинете. Позже к нему пришло осознание, что вчера их никто так и не выключил и всю ночь аппаратура вхолостую гоняла электричество. Ну что ж, в любом случае оплата за него вычитается не из кармана лаборанта, так что не такая уж это была большая потеря. Главное, чтобы из-за этого ничего не сгорело. Зайдя в мастерскую, Хьега первым делом проверил все станки и машины на наличие неисправностей и, убедившись, что все в норме, принялся за более простую работу. Он быстро прибрал небольшой погром в мастерской, а после подошел к своему столу, пытаясь отыскать там остатки недопитого алкоголя, но вместо этого ему на глаза попалась записка.       «Прошу прощения, Хьега-сан, я убрал стоявшую на вашем столе бутылку с виски, чтобы ее случайно не нашел Касеки. Я надеюсь, что вы в порядке и вам не влетит.

Хром»

      Черт.       Нужно будет потом обязательно поблагодарить этого мальчишку за все, что он для него сделал. И извиниться. Однозначно.       Когда часы показывали девять утра, а Касеки уже успел подкинуть Хьеге новую работенку, попросив его разобраться с недавно приобретенными им модулями для энергокуллеров, в дверь мастерской постучали и на пороге показалась макушка каштановолосого парня. — Здрасте, я к вам за устройством оповещения из 413-ой комнаты. — резво оттараторил он, слегка кланяясь.       Хьега дернулся и повернулся в его сторону. Если он правильно помнил, то парня звали Тайджу — соседом Хрома и Сенку по комнате. — Да, проходи, сейчас отдам, — бросил ему лаборант.       В его голове сразу всплыл вопрос, почему вместо Хрома пришел Тайджу, ведь Хьега надеялся увидеться с мальчишкой сегодня утром, чтобы поговорить о вчерашнем инциденте, но все как обычно пошло не по плану. Он быстро отыскал отремонтированного вчера еще днем воробушка и протянул его парню вместе с бумажкой, которую тому нужно было заполнить и подписать — обязательная документация, на основе которой в конце каждого месяца делались сводки по работе. — С Хромом что-то случилось? — как бы невзначай спросил он. — Вроде, он должен был зайти за пташкой. — Нет, с ним все хорошо. Просто он попросил меня забрать оповещалку, потому что.. — парень осекся. — .. Потому что у него занятия начинаются раньше моих, а вечером приходить не очень удобно. — улыбаясь во все тридцать два ответил он. — Ясно.. — Хьега посмотрел в сторону, что-то обдумывая. — Попроси его зайти ко мне, как у него будет свободное время. — А.. ладно. У вас к нему какое-то дело? Я мог бы передать, чтобы.. — Нет, просто пусть придет. — отрезал лаборант и забрал из рук парня подписанный акт.       Тайджу ничего не понял, но спорить не стал — ему стало не по себе от взгляда металлических глаз. Он убрал воробушка в свой рюкзак и, бросив быстрое "до свидания", вышел из кабинета.       А Хьега присел на стул, подперев лоб рукой, и тяжело вздохнул. Ну и что это сейчас было?

***

      В комнате, которая секунду назад была погружена в умиротворенную тишину, раздался чей-то тихий всхлип. За ним последовал болезненный стон. А после него еще. И еще. Потом Сенку почувствовал, как его что-то или кто-то с силой пинает. Человек, находившийся рядом с ним, начал судорожно дергаться и прерывисто дышать, стараясь вдохнуть воздуха больше, чем вмещали его легкие. Сенку от этого перепугался настолько, что моментально открыл свои глаза. Сначала алхимик даже не понял, где он вообще находится и почему его кто-то пинает, но потом он повернулся в сторону, откуда доносились звуки, и увидел там корчившегося от боли Гена, который запутался в простыне и задыхался. Парень тут же подскочил к нему, помогая освободить его шею от мешающейся ткани, и начал тормошить его за плечи, стараясь разбудить. Все вопросы о том, как он оказался с ним в одной кровати, уже не казались такими уж важными. — Эй, Ген!! Очнись! — довольно громко крикнул Сенку, думая, что Гена мучают кошмары. Но тот не торопился просыпаться, продолжая болезненно стонать, а потом и вовсе начиная царапать собственную шею не слишком короткими ногтями. Алхимик в ужасе смотрел на происходящее, перепугавшись за парня, и попытался убрать его руки от мягкой кожи, за что тут же поплатился, получив пару глубоких царапин, красовавшихся теперь на тыльной стороне его ладони. Сенку зашипел сквозь зубы, но попыток разбудить Гена не оставлял. После несильного шлепка по щеке парень наконец пришел в себя и моментально принял сидячее положение, хватаясь за свою грудь и восстанавливая сбившееся дыхание.       Сенку с глазами, полными недоумения, наблюдал за Геном и пока не торопился задавать вопросов. Он лишь взял его лицо в свои руки и заставил ушастого посмотреть на себя, чтобы тот смог сконцентрировать бегающий по всей комнате взгляд на одном объекте. И это действительно помогло — спустя несколько секунд Ген уже дышал спокойнее и его перестало трясти. — Ты в порядке? — спросил Сенку, мягко поглаживая его затылок и постепенно спускаясь к спине. —.. Н-н-нор.. Нормально, — заикаясь тихо прошептал Ген. — Принести тебе воды? Или, может, нужно какое-то лекарство? — в голосе парня чувствовалось неприкрытое волнение. — Н-нет, не н-нужно. П-просто посиди т-тут немного. — после этих слов по щекам Гена потекли тоненькие дорожки из слез. — Мне страшно.       Сенку не стал ему что-то отвечать — сложившаяся ситуация ввела его в ступор, а разбираться сейчас в ней было совсем не время. Поэтому он просто приобнял парня, продолжая успокаивающе похлопывать его по спине в надежде, что сможет этим помочь ему окончательно прийти в себя. На самом деле, Сенку не очень любил физический контакт с другими людьми. Даже больше — он старался его всячески избегать, чувствуя дискомфорт, когда находился с кем-то слишком близко. Но в этот момент, видя перед собой испуганного и заплаканного Гена, он просто не мог оттолкнуть его и оставить в таком состоянии мучиться от нахлынувших приступов удушья. То ли на этот шаг его толкнуло слишком неожиданное пробуждение, после которого его мозг не особо соображал, то ли сыграл факт того, что ему стало страшно за парня, и он просто хотел хоть как-то облегчить его страдания — он не совсем понимал. Но Сенку точно знал, что у него совершенно не было желания оставлять сейчас Гена одного.       Они просидели так около пятнадцати минут, за которые Ген смог окончательно прийти в себя и перестал плакать. Он слегка отстранился от Сенку и с неубедительной улыбкой начал что-то бормотать. — Спасибо, цветочек. Я уже чувствую себя получше. — голос его все еще немного подрагивал. — Ты уверен, что тебе не нужно принять какие-то медикаменты? Ты меня здорово напугал. — Нет, все в порядке, такое случается иногда. Я уже привык. — уверенно смотря Сенку прямо в глаза, постарался убедить его в сказанном Ген. — Как-то с трудом верится, — алхимик прищурился, изучая лицо парня. — Стоит ли мне поговорить со Стэном об этом? — Давай мы не будем его беспокоить? — наклонив голову вбок, попросил Ген. — У него сейчас итак дел по горло. Пусть это останется между нами, ладно? — Тогда я требую объяснений. — тоном, не терпящим возражений, ответил ему Сенку. — Ну что же ты так, цветочек? Я же сказал, что все в порядке, просто.. — Нет, не просто. Если не хочешь, чтобы Стэн узнал об этом, то тогда рассказывай, что это такое сейчас было. — он пригрозил ему пальцем. Ген опустил взгляд вниз. — Зачем ты так переживаешь о незнакомом тебе человеке? Тебе ведь не будет никакой выгоды с этого. — пробубнил он. — Вот скажи мне, Ген, ты совсем дурак? — Сенку скрестил руки на груди. — Во-первых, ты не незнакомый человек — ты тот, из-за кого я чуть не откинулся, и тот, кто от этой участи меня же и избавил. Я знаю твое имя, знаю, что ты хорошо ладишь со Стэнли и, вероятнее всего, в неплохих отношениях с Ксено — хотя я все еще считаю странным тот факт, что они мне ничего про тебя не рассказывали — и знаю, что ты, по крайней мере, не конченный говнюк. Во-вторых, пока я не выясню, откуда у тебя эти великолепной работы уши, я от тебя не отстану, даже не надейся. И в-третьих, какого черта мне нужна причина, чтобы за кого-то беспокоиться? Возможность получения выгоды? Что за бред? Разве это не бескорыстное дело? Просто захотел — и все.       Слушая этот монолог, Ген сидел с виноватым лицом, а когда Сенку закончил, то и вовсе закрыл его руками от стыда. Из всех людей, которых он встречал за свою не очень длинную жизнь, только Стэн говорил ему что-то подобное. Он был первым, кто начал заботиться о Гене просто потому, что сам изъявил на то желание, втягивая в это болото еще и своего мужа. Правда, сначала Ксено скептически относился к порывам Стэна стать опорой для мальчишки и искренне не понимал, почему тот вообще с ним возится, но потом сам же и проникся к нему какой-то родительской симпатией, а сейчас и вовсе все свое свободное время тратит на поиски лекарств, что могли бы помочь парню прожить ту долгую жизнь, которая ему полагалась изначально и которой он почти лишился. Хьюстон, узнав, что он сыграл в этом не последнюю роль, уже не смог оставить его умирать и взял на себя ответственность обеспечить Гену его будущее. — Спасибо тебе за это, Сенку-чан. — Ген мягко улыбнулся. — Это очень мило с твоей стороны. — Так.. Ты собираешься объяснить мне, что это было? — требовательным взглядом посмотрел на него Сенку. — Не торопись, цветочек. Сначала тебе нужно хорошенько позавтракать и вернуться в академию, не забыл? — подмигнул он. — Черт, точно, — выругался алхимик. — Идем. А по дороге мне все и расскажешь. Предложение проводить меня еще в силе? — Конечно, — пропел Ген — Как же я могу позволить себе отпустить столь импульсивного юношу гулять по лесу в одиночку?— хихикнул он, явно издеваясь.       Сенку лишь закатил глаза и слез с кровати, направляясь к выходу из комнаты. Когда он спустился на первый этаж, его сразу же встретил Стэн, который уже собрал все сырье, что было так необходимо Ксено, и приготовил для парней завтрак. — О, как хорошо, что вы уже встали. — сказал он и вручил Сенку два увесистых свертка. — Здесь лежат горицвет с бессмертником, вот тут зерна кофе, а это, — он протянул ему два позвякивающих мешочка. — кремний. Завтрак на столе. Ген, убедись, что он доберется до академии целым. Как будете уходить, заприте дверь. Я ушел. — раздал парням указания лесник и скрылся за поворотом, ведущим из коридора к выходу. — Утренняя разведка? — спросил Сенку. — Ага, — кивнул ему Ген. — Давай тоже не задерживаться. — он прошел на кухню и уже на ходу начал закидывать в себя тосты с поджаренным яйцом и помидорами — фирменный завтрак от Стэнли.       Сенку последовал его примеру, и уже через две минуты вся еда была съедена, а парни стояли у порога хижины. Снаружи она выглядела намного суровее и неприступнее, нежели внутри. Все окна были защищены многослойным бронестеклами, поверх которых находились токопроводящие решетки. Само здание оказалось полностью облицованным стальными листами, применяемых для экранирования электромагнитных полей, а по всем его углам стояли радары для обнаружения радиоволн в радиусе двадцати километров. А еще, если хорошенько присмотреться, то можно было заметить россыпь маленьких круглых отверстий, которые покрывали собой все сооружение. Это были магнитные ловушки, которые при срабатывании блокировали любые воздействия на поля вокруг. Ген прикрыл бронированную дверь, защелкнул ее на два замка, прокрутил ключ в замочной скважине, накинул массивную цепь с замком на задвижку, включил сигнализацию, и активировал энергобарьер, который покрыл собой всю постройку до самой крыши. Алхимик от такого количества махинаций только брови вскинул и вопросительно глянул на своего спутника. — Стэнли очень трепетно относится к безопасности этого места. Здесь хранится слишком много важных материалов и документов. — последовало пояснение. — Нет, я все понимаю, но чтобы настолько.. В этом лесу ведь почти никто не ходит за исключением зверья, а от них достаточно просто барьер поставить. — рассуждал Сенку. — Кстати, когда я был тут в последний раз, это место не выглядело так устрашающе. Откуда решетки и магнитные стопоры? — А когда ты был тут в последний раз, цветочек? — с неизменной улыбкой спросил у него Ген. — Около двух лет назад. Обычно Ксено либо сам сюда ходит, либо Стэн заглядывает в академию. Я тут редкий гость. — ответил ему парень, пока они уходили по тропинке в лесную чащу. — Ох, а Хьюстон тебе ничего не рассказывал про эту часть леса? Или про красные зоны, что находятся за пределами защищенных маршрутов? — удивился ушастый. — Мм, нет, не припоминаю ничего такого. А что не так-то? Я довольно часто исследую желтые, оранжевые и красные области карты леса, но ничего подозрительного найти мне пока не посчастливилось. — Сенку совсем не понял причины замешательства Гена. — Это неудивительно. Близкие к академии и центральным районам территории тщательно охраняются. Но стоит тебе уйти чуть дальше, — Ген кивнул себе за спину. — И ты можешь наткнуться на неожиданного гостя, который будет способен сопроводить тебя в мир иной. — он по-театральному ухмыльнулся, пытаясь этим запугать своего собеседника. — Чо? — как на придурка посмотрел на него Сенку. — В каком это смысле?       Ген расстроился, что у него не получилось заставить парня дрожать от страха, хотя надежд на это у него все равно было немного. Но, все же, он старался! — В самом что ни есть прямом, цветочек. Здесь, в более глубокой части леса, можно спокойно повстречаться с костлявой. Только вот, свиданка у вас будет недолгой, потому что откинешься ты либо моментально, либо через секунд пятнадцать максимум. — Верится как-то с трудом. — с капелькой сомнения ответили ему. — Если все настолько плохо, как ты говоришь, то почему в таком опасном месте вообще находится учебное заведение? Каким образом допустили его постройку? — Сенку пытался найти логику в сказанных Геном словах. — В том-то и проблема — академии уже более семидесяти лет, и, когда она строилась, все посчитали это место отличным вариантом для проведения ученических практик у студентов, потому что в лесу находится огромное количество растительных и животных материалов, которые до сих пор используются для вашего обучения. Но никто не мог знать, что произойдет здесь через пару десятков лет.. — Ген замолк, опустив взгляд вниз. — Случилось то, что до сих пор заставляет Шнайдера и Хьюстона быть на побегушках у правительства и разбираться с последствиями. Академию не закрыли лишь по той причине, что не хотели привлекать слишком много внимания гражданских. Верхушка власти выделила огромные средства на то, чтобы постараться максимально обезопасить близлежащие к вашим кафедрам и общежитиям земли. Именно поэтому у вас есть карты с рекомендуемыми маршрутами передвижения по ним — все они оснащены мощнейшими барьерами, чтобы никакая случайно зашедшая туда тварь не добралась до учеников. — он замолк и посмотрел на Сенку, чье лицо выражало один только вопрос: "Какого черта ты несешь, Ген?".       «Все-таки, какое у него выразительное и милое личико.» — подумал ушастый. — То есть, ты хочешь сказать, что все это время мы находились в этом чертовом лесу, рискуя своими жизнями, просто потому, что кому-то там сверху было невыгодно перевести нас в другой универ? Что за бред? — Это не бред, Сенку. Это та правда, которую скрывали от вас на протяжении двенадцати лет. Я думаю, что Ксено в скором времени сам должен был рассказать тебе обо всем, принимая во внимание твою любовь к прогулкам по собственным тропинкам. Да и не просто так ты у него в любимчиках — ему нужен кто-то среди студентов, кто будет понимать всю серьезность ситуации и помогать ему организовывать вашу внеучебную деятельность. И я тебе это все сейчас говорю лишь потому, что ни от него, ни от Стэна не поступало запрета на твое посвящение в эту тайну. — Я все равно нихуя не понимаю, — начал повышать голос Сенку. — Что вообще произошло? Почему тут так опасно?       Ген устало вздохнул и отбросил свои старания сделать этот разговор как можно более непринужденным, серьезно посмотрев на парня. — Ты слышал что-нибудь о РэйКсе? Бывшая компания-миллионник, которая прекратила свои исследования и производство как раз около двенадцати лет назад из-за одного инцидента. — Это та самая, что ставила эксперименты над животными и выводила новых мутантов даже после вышедшего закона о запрете подобной практики? Конечно слышал. Они произвели фурор в годы своего расцвета, а потом с таким же успехом проебались по всем фронтам, когда выяснилось, чем конкретно они занимались, и теперь главы компании отсиживают пожизненные сроки. — ухмыльнулся Сенку. — Ты прав лишь отчасти, цветочек. То, что писалось в СМИ, было лишь верхушкой айсберга. Но, конечно же, возможности капнуть глубже вам бы никто и не предоставил, ведь тогда кто знает, какую волну возмущения это бы спровоцировало. — понемногу подводил к сути Ген. — Так посвяти. Что конкретно было основанием для прекращения их существования? — Давай поиграем в игру: я буду давать тебе подсказки, а ты попробуешь отгадать. Если справишься меньше, чем за три попытки, с меня награда в виде поцелуя. — улыбнулся ушастый. — Не нужны мне никакие награды. — закатил глаза Сенку. — Давай уже первую наводку. — Ну-у, так неинтересно, — наиграно обиделся Ген. — Ладно, смотри сюда. — он указал на себя, начиная дергать ушами. — И что это должно значить? Они производили невъебические протезы, которые управляются через нервные импульсы? Вроде, это не такая уж и необычная разработка, и уж точно не то, за что их лавочку могли прикрыть. Хотя, признаю, твои уши выполнены настолько изящно, что заслуживают любой похвалы. — нисколечко не удивился Сенку. — Что ж, мимо. В качестве второй подсказки можешь их еще раз потрогать и сказать, чем они отличаются от протезов. — Ген опустил голову, наклоняясь к нему ближе.       Сенку посмотрел на чужую макушку и потянул к ней руку, не желая упускать такой шанс. Касаясь мягких ушей, он первые секунды и вовсе забыл о том, что должен был провести их сравнительный анализ — настолько они были приятные и теплые на ощупь.       Погодите. — Ген, почему твои протезы теплые? — нахмурился алхимик. — О, как ты быстро справился со своей задачей, — улыбнулся тот. — Давай подумаем вместе, почему же мои совсем-не-протезы могут быть теплыми? — В них встроена какая-то терморегуляторная система? Но для чего? Это же абсолютно бесполезно и только усложняет конструкцию. Индивидуальный заказ? Ты хотел, чтобы они были максимально похожи на настоящие? — продолжал кидаться своими догадками Сенку. — Нет, нет и еще раз нет. Копаешь не в том направлении, а точнее — в совершенно противоположном. — Ген даже не старался скрыть то удовольствие, которое он получал от их разговора. — Противоположном? — Сенку убрал руку с головы парня. — Ты хочешь сказать, что они и есть настоящие? Это же невозможно. — он как-то неуверенно усмехнулся, — Тут либо импланты, но тогда ты бы не мог ими шевелить, либо протезы.       Ген только широко улыбнулся и заискивающе глянул на алхимика. — Они что.. Действительно настоящие? — после такого вывода Сенку притих, а ушастый подпрыгнул на месте, хлопнув в ладоши. — Верно! Вы получаете десять очков, Ишигами Сенку! — Но.. Как? Если это врожденная мутация, то почему она настолько отклонена от нормы? У тебя буквально уши животного — это никак не вписывается в привычные рамки ни одной из известных патологий. — Сенку в рассуждениях положил руку на подбородок. — Потому что она не врожденная. Это приобретенная мутация. — Ген сложил руки в рукава плаща, продолжая спокойно идти по лесной тропинке.       А Сенку после этих слов застыл на месте и уставился круглыми от удивления глазами на спину парня. — В каком смысле приобретенная?! — тут же повысил он голос, нагоняя своего спутника. — И ты говоришь мне, что это как-то связанно с прекращением исследований РейКсы?! Какого черта это должно значить? Они ставили опыты над людьми? — продолжал алхимик засыпать Гена вопросами. — Молодец, цветочек, ты выиграл приз. — грустно улыбнулся ушастый, теряя весь азарт в глазах. — Да, РейКса практиковала внедрение в ДНК человека генетический код других видов существ. И не для кого не секрет, что подобные эксперименты даже с животными проходили успешно лишь в тридцати процентах случаев. Как думаешь, какова вероятность удачной рекомбинации генов у человека?       Он повернулся на Сенку, который непонимающе смотрел на него. — Одна тысячная. Всего один испытуемый из тысячи остался в здравом рассудке после перстройки его ДНК и смог прожить вот уже больше десяти лет в таком теле. — он окинул себя взглядом. — Ты на полном серьезе сейчас? — в голове у алхимика роилось столько мыслей и вопросов, но озвучить он смог лишь этот. — Ты сам все видел, а врать тебе нет совершенно никакого смысла. — А как же проблемы с отторжением? Как твой организм смог нормально воспринять столько новой информации и при этом остаться в функционирующем состоянии? — Я думаю, что здесь решающим фактором была моя предрасположенность к манипуляции физическими полями. Точно не вспомню, что происходило в лаборатории — когда я там находился, меня каждый день таскали по разным кабинетам и проводили по несколько исследований за сутки. Поэтому те события в моей голове всплывают очень размыто и никакой конкретики я тебе не дам. — Ген развел руками. — Да и сейчас это уже неважно. То, что тебе следует знать, касается лишь самой компании. Когда правительство узнало о ее подпольной деятельности и получило сводки с количеством подопытных, РейКсу тут же заставили отвечать за свои действия на закрытом заседании суда. В итоге всю информацию об экспериментах над людьми строго засекретили, и сейчас к ней имеют хотя бы ограниченный доступ лишь те, кто непосредственно с этим связан. Например, Ксено Уингфилд. Но об этом, пожалуй, вы поговорите с ним лично. — он повернулся к Сенку и щелкнул его пальцем по носу. Алхимик шел за Геном по лесу, слушал те небылицы, что он ему рассказывал, и не мог до конца понять: стоит ли ему верить или нет. Все это казалось таким неправдоподобным и фантастическим, что Сенку просто не мог утихомирить ту бурю эмоций, которую он сейчас испытывал. Конечно же, он слышал про опыты с человеческой ДНК. И, конечно же, он знал, что эти исследования прекратились в середине прошлого столетия, ведь еще тогда выяснилось, что это буквально убивало личность, а потом и ее физическую оболочку. Поэтому смотря сейчас на ушастого парня, который пройдя через что-то такое, смог выжить и сохранить здравый рассудок, Ишигами не мог не поражаться факту самого его существования . — Скажи, Ген, а твой утренний приступ — не последствия пережитых тобой опытов? — спустя какое-то время все же задал Сенку тревожащий его вопрос. — И снова в точку, цветочек. — щелкнул парень пальцами. — А ты прямо жжешь! — Как-то мне невесело от этого, знаешь. — съязвил он. — Тогда это означает, что твое тело все же отвергает перестройку родной ДНК, а это губительно для организма. И как ты с этим борешься? — Ну, Ксено на протяжении семи лет приносит мне пачками стабилизирующие препараты и обезбол, чтобы я не корчился сильно, — пожал Ген плечами. — И, вроде, сейчас он ищет информацию, касающуюся возможности провести обратный процесс и вернуть меня в изначальное состояние, но пока безуспешно. Он думает, что материалы с этими данными были либо уничтожены самой организацией, либо просто спрятаны где-то у них в базах данных, доступ к которым получить пока не удалось. — Пиздец. — выругался Сенку. — Так ты живешь здесь уже семь лет? Как так вышло, что до вчерашнего дня мы ни разу не столкнулись? — Откуда же мне знать? — развел Ген руками, — Возможно, если бы ты заглядывал сюда почаще, мы бы могли встретится намного раньше. — Мда, как я понял из твоих слов, если бы я почаще заглядывал, то был бы в курсе практически всего. — Сенку закатил глаза, — И как долго, по твоим ощущениям, ты еще сможешь продержаться? — Хм, думаю, где-то лет шесть-восемь. — в задумчивости почесал он подбородок. — Но ты не волнуйся, все со мной будет в порядке. — после этих слов последовала дежурная улыбочка, от которой Сенку стало не по себе.       «Врет — тут же пронеслось в голове. — Нагло и бессовестно врет.»       Когда Сенку хотел что-то на это возразить, из глубины леса послышался громкий рык и звук упавшего дерева. Парни вздрогнули и повернулись в сторону, откуда доносился шум, а после посмотрели друг на друга в надежде найти в чужих глазах проблески понимания ситуации. — Это что сейчас было? — первым голос подал Сенку. — Не знаю и не уверен, что хотел бы знать.. — двинулся с места Ген и вновь зашагал по тропинке, но уже быстрее. — Давай лучше убираться из красной зоны поскорее, чтобы нас никакия ебанина не встретила. — Прекрасная идея, — поддержал его алхимик. — Будь добр, поясни за ебанину? Я чего-то еще не знаю об этом лесе? — Ах, да, я ведь не рассказал самого главного, — стукнул себя по лбу Ген. — С недавних пор в лесу нам со Стэном начали встречаться очень странные мутанты. Мы предполагаем, что это нам шлют "привет" отголоски РейКсы. — И ты вот это забыл мне рассказать?! Забыл?! — вспылил Сенку. — То есть, мы сейчас находимся в лесу, по которому разгуливают опасные мутанты, а ты, блять, забыл рассказать?! И почему Хьюстон столько времени молчал? Я же постоянно ухожу с безопасных маршрутов — какого черта он не предупредил меня об этом?! — Ну-ну, не злись. Он пока что тоже не знает, ему известно лишь, что в лесу кроме обычных и безобидных животных есть те, кто неконтролируемо хочет убивать. А про новые виды он не в курсе. Стэнли хотел собрать побольше информации, чтобы накатать полноценный отчет, но, кажется, он с этим проебался. — развел руками ушастый. — Но кто же знал, что Ксено отправит тебя в эту часть леса? — Так, ладно, окей, это сейчас уже неважно, но, на будущее, будьте добры рассказывать ему обо всем, что тут происходит, пока кто-нибудь не пострадал! — Сенку ускорил шаг. — А теперь не мог бы ты объяснить, что это вообще за существа? — Мм, не то, чтобы я тоже сильно в этом разбирался, но на вид они выглядят так себе. — поморщился Ген. — Одного такого мы как-то поймали, но силы в нем — как у пятерых взрослых мужиков, поэтому уложить его было не особо-то и легко. Правда, узнать о мутанте что-то у нас так и не вышло, потому что через полтора часа после того, как мы его вырубили, его плоть начала расползаться, и от него остались лишь кости. Человеческие кости. — Что?! — в который раз за это утро удивился парень. — Вот и я это тогда спросил, но ответа так и не получил. Стэн каждое утро уходит на охоту, пытаясь разузнать что-нибудь о них, но пока.. — его прервал новый оглушительный рык, но в этот раз его источник был уже намного ближе.       Ген среагировал моментально, оттолкнул Сенку метров на пять от места, куда только что прилетела чья-то туша, которая вписалась в толстый ствол рядом стоящего дерева и какое-то время после удара пыталась прийти в себя. Алхимик кувыркнулся на земле и быстро встал на ноги, а в следующее мгновение его подхватили под колени и запрыгнули с ним на верхнюю ветку. — Держись крепко, цветочек. — это был голос Гена, который послышался у самого уха, что заставило Сенку чуть вздрогнуть, но просьбу он все равно выполнил, обхватив шею парня обеими руками. В следующую секунду Ген оттолкнулся нечеловеческими ногами от дерева и перепрыгнул на соседнее, потом на еще одно, набирая таким образом темп. И вот они уже несутся на невероятной скорости через бьющие по лицу листья, стремительно приближаясь к границе красной зоны, где их ждал спасительный энергобарьер, которым были оснащены все безопасные маршруты и зеленые области леса.       Пока они бежали по веткам деревьев, Сенку успел заметить, что внешность Гена слегка поменялась. Ну, как слегка. Вместо ступней у него теперь были животные лапы, похожие на те, что парень видел на скетчах в хижине, оттенок кожи стал немного темнее, ногти на руках — длиннее, а уши теперь были направленны вверх. Его это, конечно, озадачило, но вопросы задавать было не время, поэтому он просто молча прижимался к нему и старался не упасть. Никаких угрожающих звуков парни больше не слышали, но это не значило, что тот мутант, расстроившись своим неудачным нападением, отстал от них и ушел туда, откуда он выпрыгнул.       Когда вдалеке показались вышки, которые были образующими барьера, Сенку потянулся к нагрудному карману, где у него всегда лежал студенческий пропуск — он был нужен, чтобы деактивировать защитное поле в области так называемой "двери", через которую можно было попасть на территорию академии. Через какие-то сорок секунд они уже стояли перед энергобарьером, который после использования пропускной карточки начал исчезать, пропуская гостей внутрь, а потом вновь затягиваясь. Проникнув в безопасную зону, парни наконец смогли расслабиться. Ген, который все еще держал алхимика у себя на руках, потихоньку восстанавливал дыхание, присев на землю, из-за чего Сенку, все еще находившийся в шоковом состоянии, теперь сидел у него на бедрах. — Ты как? — спросил ушастый. — В порядке, а ты? — Тоже, — он через силу улыбнулся. — Вот ты и встретил ту "ебанину", про которую я тебе рассказывал. А ты везучий. — саркастично пошутил Ген. — Но не волнуйся, ваши барьеры спокойно их сдерживают, так что сейчас мы в безопасности. — Чудесно, может, ты тогда уже отпустишь меня? — задал вполне себе логичный вопрос Сенку. — Я, в общем-то, не против посидеть так еще немного, но раз ты настаиваешь, — он убрал руки с плеч парня. — Пожалуйста.       Сенку встал с земли и начал снова рассматривать своего спутника, вытряхивая листочки, застрявшие в его волосах после их пробежки. — Это тоже из-за генетических вмешательств? — он указал на его ноги. — Верно, — кивнул Ген. — Но эти изменения я могу контролировать, хоть и с трудом. — он нахмурился и болезненно зашипел, а его нижние конечности начали медленно изменяться, из звериных вновь становясь человеческими. — Только это очень неприятно. — Ты не выглядишь как человек, которому "очень неприятно". Сильно болит? — Терпимо. Не переживай, цветочек, все хорошо. — выдавил парень из себя очередную ложь. — И почему мне кажется, что эти слова ты повторяешь каждый раз сам себе? — Потому что в какой-то степени ты прав, — виновато улыбнулся Ген. — Дальше я с тобой не пойду — я итак нелегально проник на территорию, так что до общежития доберешься сам, хорошо? — Ты уверен, что в таком состоянии тебе стоит возвращаться в лес? — забеспокоился Сенку. — Ты ведь хорошо знаком с Ксено, и тебя не должны будут штрафовать за нахождение здесь. — Тут немного другая ситуация, поэтому мне все же лучше вернуться, но я уверен, что мы с тобой очень скоро вновь встретимся.       Ушастый протянул ему руку, чтобы тот помог ему подняться, но когда Сенку взял его ладонь, парень потянул алхимика на себя и мягко чмокнул в щеку. — Твоя заслуженная награда. — подмигнул он, поднимаясь с земли. — До встречи, цветочек.       После этих слов Ген помахал ему рукой и скрылся за барьером, а Сенку стоял все это время как вкопанный, трогая пальцами то место, которого коснулись горячие губы этого странного парня, и до сих пор не верил в реальность происходящего.       Ксено ждет очень серьезный и длинный разговор.