Твоими глазами II НОВЫЕ МЫ

— Нас впереди ждёт увлекательнейшее путешествие, Тэхён, полное новых непредсказуемых приключений. Только, если позволишь, побудем здесь ещё немного. Я жду кое-кого, — Тревор хитро улыбнулся, — уверен, и тебе есть, кого дождаться. Составишь мне компанию? — Я никуда не спешу, — улыбнулся Ким, пожимая плечами, — почему бы и нет? — Почему бы и нет… — повторил тот, переводя взгляд на экран, который теперь передавал изображение Мина Юнги, ведущего за руку маленькую дочь. Дождаться не получилось ни у того, ни у другого. Внезапно грянувшее в мире живых бедствие призвало все спящие души переродиться вновь, чтобы пополнить изрядно поредевшее население земного шара. Такого будущего, видимо, не предвидели даже небеса, это был выбор людей, жестокий и глупый выбор, унесший жизни миллионов. 2025 год. Человечество изобретает лекарство от рака. 2027 год. Между Китаем и Америкой вспыхивает с новой силой конфликт из-за вакцины. Каждая из стран претендует на звание первооткрывателя. 2029 год. Америка начинает боевые действия против Китая и Японии, объединившихся в Противозападный альянс. 2030 год. Северная и Южная Корея объединяются в независимое и нейтральное государство, пытаясь выжить в условиях развязавшейся мировой войны. 2039 год. Почти десятилетняя война, наконец, заканчивается, едва не став причиной гибели всей планеты. Технике, медицине, экономике и остальным сферам нанесён глобальный ущерб. Развитие остановилось на время войны, и теперь выжившая популяция Земли пытается начать жить сначала. 30 декабря 2039 года в молодой семье Ким рождается ребёнок. — Почему выбирать имя для моего сына должен твой отец? — злится отец семейства. — Так скажи ему о том, что тебя это не устраивает! Только на мне и можешь срываться! Софи устала от этого брака. Слишком рано они поженились, слишком рано завели ребёнка. Нужно было слушать отца и не спешить выходить замуж за этого хулигана Ким Сонхо, но что поделаешь, все молоденькие девушки падки на красивых и крутых парней. Пожилой отец, между тем, своего зятя открыто недолюбливал. О том, чтобы назвать первенца единственной дочери так, как хотел он сам, бывший министр юстиции Мин Юнги ни у кого и не спрашивал. Когда новорождённый крепко зажал палец деда в своей крохотной ладошке, суровый мужчина неожиданно тепло улыбнулся и ласково сказал: — Здравствуй, Тэхён. С днём рождения.

***

— Блять, Тай, прыгай уже в тачку, я заебался тебя ждать! — воскликнул Тэхён, нервно затягиваясь сигаретой, — Дед порвёт меня, если я опоздаю на праздник. — У него юбилей, да? — хмыкнул темнокожий парнишка, разваливаясь справа от водительского кресла, — Сколько лет твоему деду, чувак? Двести? — Заткнись! — засмеялся Тэхён, отвешивая другу щедрый подзатыльник, — Он, может, и дряхлый, но твою чёрную задницу прижмёт так, что мало не покажется. Я просил тебя не толкать дурь так открыто? — Просил, — подтвердил Тай, — а я просил тебя прикрыть, если моя задница попадёт в переделку, и ты согласился. Так что не скули. — Отец забрал у меня ключи от тачки, — поделился Ким, — думал, что я не найду их в бачке унитаза, — он усмехнулся. — Даже не знаю, кто из них хуже, — сочувственно улыбнулся Тай, — твой строгий дедуля или чокнутый папаша. — Дедуля однозначно жёстче, — хохотнул парень, заводя машину, — сейчас ещё и за курение выскажет. Мне пиздец. Седой Мин Юнги стоял, заложив руки за спину, и задумчиво смотрел в окно. Когда молчание достигло пика своего напряжения, внук прочистил горло и как можно более небрежно спросил: — Звал, дедушка? — Звал, — резко ответил мужчина, разворачиваясь. Грозно сдвинутые брови ясно давали понять, что он не в духе, — мне посадить тебя и твоего дружка за решётку прямо сейчас? — Дедушка! — возмущённо выдохнул Тэхён. — Я дедушка, — сердито подтвердил Мин, — и уже стар. Но мои мозги пока на месте. Думаешь, я не знаю, чем вы двое занимаетесь? Ким опустил голову. Его поймали с поличным, что ещё он мог сказать? — Тот, чьё имя ты носишь, никогда не позволял себе подобного. Он презирал, боролся с этой дрянью до последнего своего дня! — глаза старика увлажнились. — Вот с кого тебе стоит брать пример, а не с твоего глупого отца! Подросток гневно покосился на деда. — Я не он! — вскричал Тэхён, краснея от злобы, — Хватит сравнивать меня с тем, кто давно на том свете, дедушка! Парень вышел из кабинета, в сердцах хлопнув дверью. — Тогда почему ты так похож на него? — с грустью спросил старик в пустоту. Объяснить себе то, каким образом юный Тэхён становится день за днём как две капли воды схож с человеком из далёкого прошлого, Мин не мог. Сэм Тревор смог бы, но его тоже поглотило прошлое, давно и безвозвратно. Тай швырнул окурок в стену и довольно хмыкнул, увидев рассерженное лицо друга. — Влетело тебе? — поинтересовался он с улыбкой. — Ты даже не представляешь, как мне, блять, влетело. Пахан орал час, спасибо, что не при гостях, а сегодня ещё и дедуля добавил. Заебали! — злобно выдохнул он, затягиваясь дымом. — Поехали уже, — Тай хлопнул парня по плечу, — нас заждались все. Гоночные мотоциклы всегда ожидали хозяев в депо. Правила запрещали разъезжать на них по городу вне соревнований: уличные гонки были под под строгим запретом и устраивались только далеко за городом и в самые тёмные ночи. — Ставлю всё, — сказал Тэхён, доставая из кармана кожаной куртки пачку мятых купюр и бросая ту на стол, — на него, — он указал подбородком на Тая. Это была их фишка. Друзья соревновались между собой и остальными гонщиками, и всегда неизменно ставили деньги друг на друга. Так было бы не обидно в случае проигрыша, но эти двое проигрывали только один другому, а выигрыш делили пополам. Сегодня участников было семеро Призовая ставка — три тысячи евро. Безопаснее было отработать эти деньги на заводе, хоть и за целый месяц, а не рисковать жизнью вот так — ради лёгкой наживы и забавы. Но такими уж ребята родились — не могли не рисковать. И если Тай ещё обладал каким-то подобием здравого смысла и инстинктом самосохранения, то Тэхёну крышу рвало напрочь, и он забывал обо всём на свете, едва ему стоило завести мотоцикл. Он жил быстро, жадно, словно боялся, что у него отнимут эту жизнь прежде, чем он успеет насладиться ею, как следует. Не сговариваясь, гонщики с ухмылкой переглянулись. Ким дразняще поддел пальцами рычаг газа, и мотоцикл выдал нетерпеливый тихий рык. Тай по левую сторону ответил ему тем же. На дорогу по обыкновению вышел человек в чёрном капюшоне и взвел курок, вытягивая руку с пистолетом вверх. Палач, так называли его потому что в этих гонках нередко разбивались насмерть, подождал несколько мгновений, и выстрелил в небо. С оглушительным рёвом мотоциклы бешено понеслись в ночь, поднимая в воздух клубы дорожной пыли и запах жженной резины.

***

— Ты спятил, чёрт! — захохотал Тай, слезая с мотоцикла и обнимая друга, — Кто вообще такое вытворяет? Тэхён мог бы прийти к финишу одновременно с ним, но ничья — это было совсем не весело. Поэтому он свернул с пути на покатую насыпь, проехав немного и поднимаясь выше, и вылетел обратно на дорогу, едва не задев колёсами мотоцикла голову Тая. Ким громко смеялся, обнимая друга в ответ. Победа снова за ними, но хруст бумажек не заменит им двоим этого ощущения дикого адреналина, бушующего в крови каждый раз, когда они ходят по краю. — В школу завтра, — угрюмо сказал Тай, ковыряясь в бардачке чужой машины, — пиздец как не хочется. — Не хочется — не иди. Твои предки тебя не сожрут, в отличие от моих. — Надо наведаться для приличия, — парень усмехнулся, — первый день, всё-таки. Девчонок будет много. Красивых, — мечтательно протянул он. Тэхён промолчал. Новый учебный год всегда был немного волнительным, но сейчас — особенно. Нужно ведь показать всем, кто тут главный, и да, девчонок, конечно, будет море. Но самую красивую он заберёт себе. Наплевав на школьную форму и всех, кто её придумал, Тэхён и Тай приехали в школу в своих излюбленных кожаных куртках с самодельными нашивками. Выйдя из машины, они закурили прямо у ворот, не обращая никакого внимания на возмущенные взгляды проходящих мимо учеников и преподавателей. Девушки кидали на них двоих заинтересованные взгляды, глупо хихикая, отчего Тай расплылся в широкой улыбке. — Хорош лыбу давить, — усмехнулся Ким, легонько пихнув друга под дых, — пошли уже. — Пошли, — согласился тот, делая последнюю глубокую затяжку, — знания ждать не будут. Ким фыркнул. — Клоун, — сказал он, на что друг захохотал. Под монотонное бубнение учителя Тэхён и Тай мирно спали за задней партой. Ученики знакомились с учителем и друг с другом, выходя к доске и рассказывая вкратце о себе и своих увлечениях. Про спящую позади парочку и так было всё понятно, поэтому парней трогать никто не стал. — Бля, — тихо протянул Тай, поднимая голову и отирая пальцем слюну с нижней губы, — а ведь мы могли бы спокойно спать сейчас дома. — Ага, — отозвался друг, приоткрыв глаза, — если б отец не выпинал меня из постели с утра, я бы не приехал сюда как лох. — Меня зовут Джон Гук, я из Америки, — услышали парни и мигом оживились. — А человеческое имя у тебя есть? — громко спросил Тэхён, глядя на незнакомого парня. По классу пробежался смех, а парень у доски нахмурил брови. — Что?! — Тай невинно улыбнулся шикнувшему на них преподавателю и пожал плечами, — Мы не любим американцев. На мгновение в классе воцарилась тишина. Никто здесь не любил американцев, развязавших самую жестокую и кровавую войну в мировой истории. Однако выговаривать это вслух ни в чем не повинному человеку, откуда бы он ни был, шло, как минимум, за неуважение. — Не все американцы такие, как вы привыкли думать, — твёрдо сказал Джон, глядя на Тая, — плохие люди есть везде, как и хорошие. — Ну так и оставался бы в своей хорошей Америке, — Тэхёна дико раздражал этот иностранец, — чего ты в Корею-то сунулся? — Я вернулся, — Джон перевёл взгляд на него и сощурился, — Корея — моя родина, и теперь я здесь. Но тебя это всё равно не касается. Они довольно долго держали зрительный контакт, каждый смотрел самоуверенно и с презрением. Голос учителя отвлек их, и оба одновременно отвели глаза. — Тронутый, — хмыкнул Ким, обращаясь к лучшему другу, — может, вломить ему разок, чтобы не был такой борзый? — Почему бы и нет? — усмехнулся Тай, потягиваясь. Джон знал, что его будут ждать после уроков. Коротко выдохнув, он вышел со школьного двора через арку, и тут же был остановлен чужим плечом. — Какой-то ты слишком белый для корейца, — сплюнув, сказал Тэхён, — не вписываешься. — Он тоже не особо похож на корейца, — Джон кивнул в сторону Тая, — но претензии, видимо, только ко мне? Ким ненавидел, если кто-то заговаривал о расе его друга. Взяв Джона за плечи и быстро наклонив вперед, он с силой пнул парня в живот, тут же отпуская и отстраняясь. — Не маячь на горизонте, сука, — сказал Ким, — и придумай себе нормальное корейское имя, иначе сукой тебя будут называть здесь все. Понял меня? — он наклонился к лицу Гука, судорожно хватающего ртом воздух, и хмыкнул, — Иди домой делать уроки, девочка. Лишь когда обидчики ушли Джон позволил себе слёзы. Прежде ему случалось получать и даже давать сдачи, но в тех драках он, хотя бы, понимал, что к чему. В чём был смысл сегодняшнего случая — угадать не удавалось. Парню было обидно и больно. Больше всего от того, что его заставили приехать в эту страну, совершенно для него чужую, и как оказалось, жестокую. Он знал, что будет непросто, но врагом народа себя не видел даже в самых страшных кошмарах. Так он проведёт здесь свою жизнь, утопая в людской ненависти? Шмыгнув носом, парень с трудом выпрямился и уныло поплелся прочь. Первый день не задался, значит, и дальше ничего хорошего его не ждёт.