— я всегда буду рядом.

В 15 лет восприятие мира кардинально меняется и это неизбежно. Интересы и взгляды на мир становятся совершенно другими. ...Джейс, например, начал больше уделять время делам «сверху», знакомиться с новыми знатными людьми и помогать бизнесу родителей. Кажется, всё хорошо, но вот про Виктора он забыл. Начал отдаляться и забывать то, что их раньше объединяло и роднило, принося счастье. Виктор в первое время не понимал, что происходит, но со временем всё стало ясно. Точнее, в этом постарался Талис, решивший поставить точку на их совместном прошлом. Тот день… Он был довольно необычным. Впереди научный парный фестиваль, за победу в котором давался шанс показать своё творение сперва Академии, а после и миру, если всё пройдёт гладко. Чертёж проекта был уже сделан, осталось только смастерить и проверить работоспособность, но этому было не суждено исполниться. — Знаешь... нам стоит разойтись. Так будет лучше. Дело даже не в тебе. У меня на руках бизнес и возможности, которые мой отец добивался годами. Я не хочу это терять. На меня все надежды. – ни привычного «доброе утро», ничего либо ещё. Признаться честно – Виктору в этот момент стало больно. В голове крутилось единственное «почему?». В уголках глаз потух огонёк счастья, вместо которого начали скапливаться невольные слёзы. Он и Джейс были так близки, строили вместе планы на будущее, в котором видели себя как коллег, а может, и кого-то большего. Так запросто можно оторвать от души огромный кусок, оставив пустоту. Некогда весёлый открытый мальчишка стал замкнут. Забываясь в работе, которая хоть немного помогала избавиться от навязчивых мыслей о произошедшем и игнорируя расспросы родителей о том, всё ли в порядке и придёт ли Джейс, хотелось развернуться, сухо сказать «его тут больше никогда не будет» и продолжить заниматься своими делами, но сил хватало только на покачивание головой. Возможно, именно тогда его сердце окончательно было разбито, а чувство влюблённости стало казаться липким и омерзительным.

конец флэшбека.

Спустя ещё один десяток лет всё прошло. Не было ни обиды, ни злости, ни ненависти. Только некрасивый шрам и гниющая пустота внутри. Даже когда появляется громкая новость, что «перспективный учёный» забрался на новый уровень, она вызывала лишь безразличие. Его предали, изменили взглядам и обещаниям трудиться не ради славы и денег, а ради людей. Помогать им своими разработками — цель, которой Виктор до сих пор придерживается, идёт к ней, несмотря ни на что. Но уже в одиночку. Однако, в один день всё изменилось. На пороге дома лежало письмо в красивой крафт-бумаге с восковой красной печатью, а на внешней стороне красовалось аккуратно выведенное «Из Академии».

«Доброго времени суток, коллега. До нас дошли слухи, что вы инженер с большим стажем и в вас есть огромная перспектива. Немного ознакомившись с общей информацией, хотелось бы познакомиться с Вами лично, а так же посмотреть то, что имеется у вас сейчас в планах и/или в наличии, касательно изобретений. Встреча с Советом будет проведена завтра, ровно в полдень. Просим Вас присутствовать там. С уважением, Хеймердингер.»

В груди разливалось непонятное чувство отстранённости. Случись что-то подобное раньше, то он был бы точно счастлив, ведь у родителей будет финансирование и их небольшое дело могло бы иметь широкую огласку. Но сейчас нет ни родных, ни мыслей по поводу произошедшего. Осень. Холодает. Неприятный ветер дует прямо в лицо, развивая отросшие пряди тёмных волос. Путь к кладбищу долгий, а мысли с каждой минутой всё запутаннее. Виктор растерян. Он не знает, что делать. Ему тяжело и хочется побыть в тишине. Могила родителей ухоженная и на ней стоит несколько вазонов с яркими живыми цветами. Видимо, кто-то приходил. Глубокий вдох и медленный выдох. — Мам, пап… привет. Думаю, вы были бы рады это услышать ещё тогда. Мне пришло письмо из Академии и, быть может, у меня есть шанс продолжить ваше дело с большим финансированием и возможностями, представляете? Не думаю, что я счастлив, мне вас не хватает. Тяжело брать на себя столь большую ответственность. Я скучаю по вам… Прошёл час. Ветер всё усиливался, вырывая из размышлений прохладными порывами. Пора идти, завтра рано вставать. Быть может, он сюда ещё придёт.