Дьявол Феликс

      Дыхание прерывистое и горячее. Пот стекает по их разгорячённым телам.       — Благодари меня, малыш, за то, что я позволил тебе кончить, — тяжело дышал Феликс.       — Спасибо, хозяин, — простонал Хёнджин, его бёдра подались к Феликсу. Чёрный взгляд хитреца выдавал все грязные мысли.       Феликс не понимал, почему он до сих пор так возбуждён.       — Эй, непослушный щенок, ты пил что-то кроме воды в зале? — грубым властным голосом произнёс Ли, хватая парня за волосы на затылке.       — Да, бокал вина, — постанывал Хёнджин. Голос его был низким и возбуждённым. Бёдрами он ближе пододвинулся к лежащему напротив Феликсу, уже напрочь забыв про болезненно затёкшие руки, привязанные к изголовью дубовой кровати. — Пожалуйста, помоги мне, — игриво указал взглядом на белую стекающую жидкость с косых мышц пресса.       Феликс взял полотенце и с не присущей ему нежностью вытер красивый живот официанта. Любое прикосновение отдавалось в теле Хёнджина новой жаркой волной возбуждения, останавливающейся внизу живота. Одурманенный своей агонией, он решил пойти на хитрость.       — Развяжите меня, господин, — Феликса от услышанного вело. Он застыл на секунду, всматриваясь в игривые глаза.       — Если будешь себя плохо вести, я тебя накажу, малыш.       «Буду. Накажешь», — мысленно говорил про себя Хёнджин. В глазах его танцевали бесы.       Руки на свободе, адская боль от резкого потока крови по венам сменилась наслаждением. Хёнджин смог вздохнуть полной грудью.       — Дай мне воды из твоих рук, пожалуйста, мои затекли, и я их совсем не чувствую, — он был нарочито покладистым, но Феликс не дурак и ждал подвоха.       Хёнджин сидел на кровати спиной к изголовью, потирая запястья. Феликс забрался на него со стаканом прохладной воды, чтобы напоить. Хёнджин жадно глотал жидкость, пока резким движением не прижал к себе Феликса, вмиг облив их горячие тела ледяной водой. Стоны вырвались из губ. Губы Хёнджина жаждали поцелуя, а он сгорал от желания, не обращая внимания на холодные капли стекающие прямиком в пах.       Феликс это предугадал, но он решил поиграть, в конце концов это всего лишь вода. Он раздумывал, что делать дальше, в нём боролись желание и садистские наклонности, пока он разглядывал искусанные губы официанта.       — Нет, хватит с тебя, ты и так слишком много получил, — садист победил. Феликс взял себя в руки.       Он начал слезать с него, когда Хёнджин схватив его за руку и в одно движение повалил на спину. В безумной попытке взять Феликса силой, он залез сверху, но был тут же жёстко отброшен на пол одним движением молодого человека. Хёнджин же не знал, что у него чёрный пояс по тхэквондо. Феликс неторопливо встал, схватив за волосы непослушного парня, сидевшего на полу, и ударив того сильно по лицу ладонью, снова затащил на кровать.       Но Хёнджин не унимался, в его глазах играли черти и остатки наркотиков, а так же обида из-за поражения.       — Молю тебя… — сжимая задницу Феликса руками, он прикусил губу.       — Непослушный щенок, разве ты не знаешь, что меня злить опасно? — взгляд Феликса был холодным, а терпение подходило к концу. Он с силой дёрнул его руки вверх и наспех, но крепко привязал его к кровати, но на этот раз и ноги тоже.       — Чёрт! — изнывал от подкатившего возбуждения Хёнджин. Болезненный стояк не давал о себе забыть.       — Я думал, ты сильнее. Ну что ж… Знаешь, хочу поиграть с тобой перед сном, — решил Феликс, отходя и открывая шкаф. Он достал кляп и перо. С особой жестокостью и болью он одел кляп с красным шаром на рот парня с искусанными губами. — Как тебе идёт, малыш… — Дьявол лизнул нижнюю губу прижатую к кляпу, услышав в ответ на это протяжный стон.       Голый Феликс нависал над его телом, сводя с ума и доводя до агонии. А перо с садистской нежностью спускалось всё ниже, по шее, по ключицам и соскам Хёнджина, пока не дошло до живота. Тут Феликс задержался, поглаживая и сжимая кожу своего пленника рукой, любуясь видом. Дойдя до члена, глаза Феликса стали стеклянными, он на секунду задумался, стоит ли его наказывать или всё же стоит закончить начатое. Член поднимался от малейшего прикосновения пера. Хёнджин громко стонал через кляп, изгибаясь всем телом. Его ломало от удовольствия, напряжение как электрический ток шло волнами ещё и ещё, пока перо продолжало ласкать, приближая к безумию. Стон Хёнджина перешёл в рычание. Он закатывал глаза, врезаясь зубами в кляп, резко выгибаясь максимально в спине при малейшем прикосновении к истекающей головке пером. Феликс сглотнул слюну, пододвинувшись к лицу Хёнджина снял кляп, чтобы жарко поцеловать, покусывая и посасывая губы. Тело Ли с силой прижималось к парню, сопровождая ласки ссадинами от ногтей.       Самообладанию Феликса можно было бы позавидовать. Он отстранился, чуть отдышавшись, и встал с кровати под вопрошающий и молящий взгляд Хёнджина.       — Ты куда? Не оставляй меня… — официант чуть ли не плакал.       А Феликс улыбнулся самой невинной улыбкой.       — Ты, я смотрю, прекрасно понял своё наказание за отказ… Увидимся утром, малыш, — он покинул его.       Хёджин рычал, кричал и вырывался, не в силах сопротивляться возбуждению. Ночь прошла в агонии и мучениях, член ныл от боли, а руки и ноги еле чувствовались.

      ***

      — Господин Хван, — будил его дворецкий. — Молодой господин велел мне разбудить вас в восемь, — спокойным тоном продолжил он.       Хёнджин с трудом открыл глаза. На смену дворецкому пришёл Феликс.       — Как спалось, мистер Хван? — с ухмылкой спросил молодой человек.       — Почему я привязан? — ещё не совсем понимая, что происходит, зло спросил Хёнджин.       — Вас не учили, что невежливо отвечать вопросом на вопрос? — опять ухмыльнулся он, облизывая кончиком языка свой клык. Он смотрел на парня хищным взглядом, как на добычу.       — Будьте так добры отвязать меня, — с гневным лицом нарочито вежливо сказал Хёнджин.       Феликс распорядился отвязать его, горничная сразу же поспешила выполнить приказ.       — Приводите себя в порядок, жду вас за завтраком, — голос хозяина дома был полон безразличия, как и взгляд. Феликса раздражал трезвый и своенравный Хёнджин.       Голова официанта ничего не соображала, отрывки вчерашних воспоминаний превратились в кашу в голове, затёкшее тело не хотело слушаться. Дойдя по стене до ванной, он принял холодный душ, в то время как горничные принесли его одежду.       Он вышел из спальни, наткнувшись на дворецкого с подносом, на котором лежал конверт. Отдав его, тот жестом пригласил проводить гостя в столовую, где уже завтракал Феликс в гордом одиночестве. Он сидел за планшетом с чашкой эспрессо. Длинный мраморный стол был сервирован только для них двоих.       — Почему так много денег в конверте, что передал мне дворецкий? — в вытянутой руке Хёнджин держит пачку купюр.       — Вам заплатили строго согласно выполненным по договору условиям, — сурово произнес Феликс, не отрываясь от новостной ленты и своего кофе.       Картинки вчерашнего вечера, как пазл, не спеша собирались в голове Хёнджина.       — Не знаю, мистер Ли, чем вы вчера меня накачали… Секс это одно, но платить? Я не проститутка! — Хёнджин сжал в кулаке полагающиеся ему деньги, а остальные швырнул на стол, купюры разлетелись по поверхности. Он больше ни слова не проронил, сразу же направляясь к выходу. Его на удивление уже ждал водитель. Отказываться было бессмысленно, телефон сел и такси он бы вызвать не смог.       В машине Хёнджина жестко мутило, водитель постоянно останавливался у обочины. Хёнджин с трудом добрался до дома, его тело было ослабленным, озноб пробирал до костей. Он включил телефон, Джисон звонил ему сорок семь раз.       — Алло, я дома, — с неприкрытой агрессией в голосе сказал Хёнджин.       — Ты в порядке? Почему не брал? Поч-       — Давай вечером поговорим, всё хорошо не волнуйся. Я тебя позже наберу, — перебил его Хёнджин отключаясь буквально в прямом смысле слова.       Он проспал двенадцать часов и, проснувшись от ужасного голода, побрел на кухню. В дверь кто-то ломится, барабаня и обрывая звонок. Джисон, так и не дождавшись, когда друг перезвонит, пришел сам.       — Почему ты опять не берешь трубку? — входя в квартиру, возмущался он.       — Я спал.       — Давай по порядку! Что произошло? Я вчера приехал домой, но до тебя так и не дозвонился. Я чуть с ума не сошёл!       — Я не знаю, как начать рассказ. Не ел со вчерашнего дня, давай сначала поедим, — потирая лицо руками, предложил Хёнджин.       Друзья сварили рамён, Джисон по-домашнему помогал нарезать овощи.       — Расскажи, как всё прошло у тебя? — в попытке перевести стрелки со своей персоны, произнес Хёнджин, смотря на друга. Хан вздохнул.

***

      Джисона отвели в зал для обслуживания, он уже бывал на похожих мероприятиях, но, конечно, не на таких масштабных. В зале был полумрак, красный неон подсвечивал стены. На импровизированной сцене посреди помещения, окруженной диванами, располагались актеры. Они лежали на красивой, с виду очень дорогой кровати с кованой основой, застеленной красным шёлковым бельем. На ней лежала голая девушка с питоном, плавно сползающим с плеч. У её ног удобно уместились двое атлетически сложенных парней. У каждого дивана для гостей были девушки и парни. Все актёры были одеты, как для нас уже знакомо, лишь в набедренные повязки в историческом стиле. Все декорации определяли общий стиль обеих «вечеринок». За исключением того, что там, где был Хёнджин, была гей и БДСМ-атмосфера, а где был Джисон — гетеро и направлена больше на наслаждение, а не на боль.       Джисон не особо застал всё это действо после прибытия гостей, распорядитель сказал ему и ещё одному актёру обслуживать отдельную комнату. Их проводили. В большой комнате сидели двое, парень с девушкой, примерно одного возраста с Джисоном. Они сидели на большом диване, выпивая виски, а посреди большого помещения стоял шест, свет был приглушенный. Джисон поставил закуски на стеклянный стол. Девушка и парень обратили на него внимание.       — Ты тут новенький что ли? — спросил парень.       — Да, господин, — чуть поклонившись, сказал Джисон.       Вошёл актер.       — Ты кто? Я просил девушку. Вышел отсюда! — прогнал его этот парень.       Красавица, сидевшая рядом с ним, громко рассмеялась, чуть не расплескав виски из бокала.       — Не обращай на него внимания, он такой привередливый из-за душевных переживаний, — сказала она Джисону. — Я Мина, а этот скряга Минхо.       — Приятно познакомиться госпожа, я Джисон.       На смену парню-актёру вошла девушка.       — Здравствуйте.       — Проходи, — одобрительно кивнул Минхо.       Поклонившись, она подошла к аудиоустановке в углу комнаты. Включив композицию «I wanna fill you», она начала исполнять свой сексуальный танец у шеста. Мина с интересом наблюдала. А Минхо с интересном рассматривал Джисона, почти незаметно покачивающего бёдрами под музыку.       — Тебе нравится, как она танцует Джисон? — спросила Мина.       — Неплохо, но я бы добавил чуть больше экспрессии под эту музыку, но это моё субъективное мнение. Танец, как искусство, каждым воспринимается по-своему, — смущенно произнёс Хан.       Минхо хитро улыбнулся, облизывая нижнюю губу.       — А может поиграем в покер? — с озорством ребёнка предложила Мина.       — Ты разве не хочешь пойти ко всем? Я думаю, Феликс уже приехал, — сказал Минхо.       Феликс был его лучшим другом, он целую неделю ждал, чтобы с ним встретиться.       — Да что я там не видела? Хочу расслабится, у меня завтра рано утром самолёт, — с грустью сказала Мина.       Минхо сдался и распорядился, чтобы принесли небольшой покерный стол, а так же чтобы пришёл дилер со всем необходимым. Он позвонил Феликсу, тот уже приехал домой. Друг сказал, что пока занят, но позже обязательно зайдёт к ним. Минхо немного заскучал.       — А что если мы не будем никого из элиты звать, а малыш Джисон поиграет с нами? — веселилась Мина. — Минхо ты не против?       — Нет.       — Госпожа, боюсь, я не взял с собой деньги.       — Ничего. Поиграем на твой будущий гонорар, и хватит называть меня госпожой, просто Мина.       Они сели играть. Девушка на сцене эротично забиралась по шесту, в красивом танце плавно спускаясь вниз. Игра шла отлично, Джисон уже отбил полностью свой гонорар на двух стритах. Карты шли, но не Минхо. Он злился, хмуро прикуривая сигару и передавая её Джисону.       — Покури, везунчик.       — Извините, господин, я не курю.       — Не называй меня господином. Просто Минхо, мы одного возраста, — засмеялся он. — Ты никогда не курил?       — Нет… Минхо. Я- я с детства немного занимаюсь танцами, а там нужны чистые лёгкие, — смущенно поделился Джисон.       — Ах! — Мина загорелась. — Ты должен для нас потанцевать сейчас же, везунчик! Умоляю!       — Но я даже не знаю…       — Не стесняйся, пожалуйста, Джисон, — томным голосом от сигар произнес Минхо, чуть прищуривая свой лисий немного слащавый взгляд.       Джисону для его экспрессивного танца и раздеваться-то не пришлось, он ведь и так был как и вся обслуга лишь в одних чёрных шёлковых штанах. Минхо, поблагодарив, отпустил девушку, танцевавшую на шесте, хотя толком и не видел ничего, сокрушаясь во время игры проигрышем официанту.       Хан включил музыку. По комнате зазвучал мелодичный Bruno Mars «Locked out of heaven». Танец Джисона был чертовски сексуальным и энергичным. Он с легкость как дышать передавал чувства музыки своими движениями, которые из резких переходили в плавные и обратно. Рельефы его торса и рук напряглись, выдавая годы тренировок. Он с легкостью бабочки делал эффектные акробатические движения, добавляя элементов на шесте.       — Вау, а у вас тут весело. Я что-то не помню такого стриптизера… — засмотрелся Феликс, чуть тормозя в дверях.       Минхо и Мина даже не заметили, что он вошёл, пораженные акробатическими способностями спокойного на вид парня.       — Ой, Феликс, привет. Этот малыш не стриптизер, он везунчик, — улыбалась девушка, обнимая Феликса. Минхо приобнял друга следом.       — Я к вам ненадолго, господин Джи Юн должен заехать ко мне за документами, — рассказал Феликс, в то время как Джисон закончил танец.       — Посиди со мной, — постучав по дивану ладошкой, позвала Мина. Минхо и Феликс пили виски. Время шло за разговорами быстро.       — Оппа, отвези меня домой. Я не хочу ехать одна, — Мина умоляющим взглядом смотрела на Минхо.       — Я даже не знаю, думал дождаться, когда Феликс освободится.       — Если скучаешь и ждёшь меня, то не стоит.       — Феликс прав, оппа, у него целый дом гостей, ты так до утра его прождёшь.       — Ладно. Поехали зануда, — немного поломавшись, произнес Минхо.       — Ликс, зайка, можно мы заберём с собой твоего мальчика Джисона? — с улыбкой хитрой лисы, Мина обратила внимание Феликса на парня.       — Да, пожалуйста, он весь ваш, играйтесь. Джисон, ты свободен, спасибо за работу.       Хан сидел, покраснев как помидор.       — Да ты не бойся, не съедим же тебя. Мы покатаемся, отвезем Мину, и я довезу тебя до дома в целости, — по-доброму улыбнулся Минхо, хлопая его по плечу.       — Хорошо, тогда я пойду переоденусь.       Джисон вышел на улицу, вдыхая прохладный ночной воздух. К нему подъехал шикарный красный ролс. У парня перехватило дыхание.       — Садись, везунчик, — смеясь от вида шокированного Джисона, произнес Минхо.       Мина уже разлила шампанское.       — А знаете, поехали смотреть рассвет!       Они катались по городу остаток ночи, смеясь и выпивая уже пятую бутылку шампанского, то и дело останавливаясь и просто прогуливались по красивым местам. Потом поехали к мосту Банпо, чтобы посмотреть на фонтан радуги и встретить рассвет.       — Ребятки с вами конечно хорошо, но мне пора домой. Хотя бы пару часов вздремну перед самолетом, — зевала Мина, потирая глаза.       Они доехали довольно быстро, девушка на прощанье поцеловала Джисона по-французски в губы, поблагодарив за беззаботно проведённое время. Минхо, проводив её до квартиры, с улыбкой сел обратно в машину.       — Ну что, говори адрес, поедем к тебе, — хищным взглядом смотрел пьяный Минхо.       Из-за выпитого или из-за смущения уши Джисона покраснели.       — А что мы будем делать у меня? Там нет ничего интересного, маленькая квартирка.       — Я вообще-то хотел просто отвести тебя домой, но раз ты приглашаешь в гости… — Минхо придвинулся к Джисону ближе и, положив голову на плечо, закрыл глаза. Тот, лишь замерев, краснел от смущения.       Водитель ехал медленно, чтобы не разбудить хозяина. Спустя некоторое время они приехали, Джисон шёпотом поблагодарил водителя за то, что тот его привез, и неспеша попытался убрать голову спящего Минхо. Не вышло, он проснулся.       — Минхо, ты отдыхай, я пойду домой, не буду тебя тревожить, спасибо что, я стал частью вашего столь прекрасного вече-       Джисон не успел договорить, Минхо ловким движением взял его за шею, притянув к своему лицу так близко, что чувствовалось дыхание и запах ароматного дорогого шампанского.       — Спасибо за вечер, красавчик, иди отдыхай. Я тоже, пожалуй, поеду спать, — Джисон не мог ничего сказать, он застрял, завис и полностью утонул в серых глазах Минхо. Тот это почувствовал и, не сдержавшись, сладко поцеловал губы Джисона, оставляя на них влажный след.       — Ещё увидимся.       Хан покинул машину, провожая шокированным взглядом уезжающий красный ролс.       «Очень странный вечер», — подумал он, касаясь влажных губ. Щёки всё ещё предательски горели смущением.