Вспомнить нас...

Способны на всё лишь три типа людей: глупцы, влюблённые и отчаянные. И самый бесстрашный тот человек, который совмещает в себе всё это. Сергей Руденко. Письмо впервые влюблённого. Нехватка будущего. Прошлое, промелькнувшее мимо. Проблема выбора. И прежде на меня не раз накатывало чёрное отчаяние. Тибор Фишер. Философы с большой дороги.

Кап. Кап! Кап. Странное ощущение. Кап! Кап. Кап! Я не понимаю, что и зачем я делаю. Я устал, но стоит мне отвлечься, и он полностью подчинит меня. Я больше не могу, устал, устал, устал! Пожалуйста, убейте меня. Фран не успеет его одолеть. Это существо, оно не страшнее приспешников ада, может, я с ним и справился бы, но нет сил. Слишком поздно понял. Я просто не могу… Кап. Кап! Кап. Я знаю, как тебе страшно, как вам всем страшно. Ты боишься за всех, а они - за тебя. Ты не имеешь права показывать это, а я уже не могу. Я боюсь за него. Босс спаси его. Он мне очень дорог. Он не сдастся, а я уже не смогу вернуться… Он не сможет мне помочь, не сможет спасти себя… просто не захочет. Спаси его. Помоги снова начать жить. Кап! Кап. Кап! Знаешь, он умеет улыбаться. У него такая красивая улыбка. Он добрый. Весёлый. Заботливый. Такой же человек, как и вы. Просто оступился. Ошибся. Обжёгся. Называй, как хочешь. Вот только после этого он перестал доверять. Стал холодным и бесстрастным. Так легче. Мне было бы легче смеяться и убивать. Ему - не видеть и устранять. Мы похожи, но вы не хотите видеть всего этого. Кап. Кап! Кап. Босс… Убей меня. Спаси его. Я не знаю, где я сейчас, но ты можешь почувствовать моё местоположение с помощью пламени моего кольца. Просто использую своё. Надо лишь захотеть. Кап! Кап. Кап! Лучик света. Ещё один... Ещё… Снова. Сколько их?.. Только сейчас я заметил, что стою в воде, но она на удивление тёплая. Комнату стал озарять яркий, искусственный свет. Подождите… Это же не вода! Это КРОВЬ! Море крови! Резкий подъем, тяжёлая отдышка, в ушах отдаётся стук сердца, отчего кажется, что перепонки вот-вот лопнут. Всё тело в поту, с лица градом скатываются небольшие холодные капли. Громкий топот ног, дверь, громко ударившаяся о стену, и тяжёлое дыхание четырех Хранителей. Не было только Хибари по причине бессознательного состояния и нахождения в больнице. Хотя он вряд ли пришёл бы. - Джудайме! - Тсуна! - Савада! - Вонгола! – хором прокричали вошедшие наперебой друг-другу. - А ну тихо! Устроили цирк в комнате босса среди ночи. Вы должны охранять сон своего Неба, а не прерывать его! – сделал замечание из неоткуда появившийся на кровати младенец со знакомой оранжевой пустышкой. - Реборн, ты то здесь что забыл? – устало проговорил шатен, с трудом сдерживая зевок. - Глупый Тсуна, мы здесь все по одной и той же причине: нам всем приснился Мукуро. Луна заглянула в окно как бы желая подслушать ответ, но осветив кивающих ребят вновь покинула помещения погружая его во тьму. - Давайте через полчаса встретимся в моём кабинете, а пока приведём себя в порядок, - растерянно предложил Савада, чему Хранители беспрекословно подчинились. В назначенное время в кабинет вошли четыре человека, прерывая беседу молодого Вонголы с маленьким киллером. Легкий кивок головы, и все сели за длинный дубовый стол. Было видно волнение каждого, их нерешительность начать разговор и поведать услышанное. Страх – это эмоция, которую можно научиться контролировать, но также Страх заставляет людей размышлять. - В общем… Мы все знаем, что нам снился Мукуро… Расскажите, что вам снилось, подробнее, - Тсуна обвёл внимательным взглядом собравшихся. - Начнём против часовой. Ламбо, ты первый. - Всё-всё? - Да. - Ну, сначала мы все были в особняке, в столовой. Дечемо как обычно вещал что-то о планах на день. Потом зашел какой-то человек, но он был не совсем человек. Будто какая-то тёмная субстанция. Это существо шло к нам, но, прежде чем оно дошло до стола, молодой Вонгола выстрелил в него столбом пламени, но оно осело, словно мука через сито. А дальше получилась какая-то неразбериха. Сон начал искажаться, получалось что-то невероятно странное. Каша, в общем. Мы были в космосе в летних плавках и купались в тазике смолы, которая тут же превратилась в костюмы и, преобразившись, мы уже стояли в церкви, где у алтаря стоял Дечемо с Глопудерой, который был в роли невесты, из-за чего плакали Хару и Киоко - они затопили нас своими слезами, но эти капли были чёрные. В итоге, мы потонули в этой чёрной жидкости. Я вас звал, но никто не откликался, а потом я увидел свет, на который и побежал. Когда добрался, там были вы все….в крови… Ваши тела были искорёжены, погнуты неестественными позами, но губы шевелились, издавая последние хрипы, образуя своеобразный ад для меня. А потом я услышал смех и всхлипы. Мне стало жутко, но я пошёл на эти звуки, мысленно готовясь присоединится к вам, а когда дошёл, увидел Мукуро. Он сидел в углу, как маленький испуганный ребенок, прижав колени к груди, и плакал, плакал и смеялся. Он словно бился в истерике. А потом он посмотрел на меня. Он был весь в крови, она текла вместо слез, его глаза были безумны. И он начал говорить одно и тоже: «Я не хочу этого. Убей. Убей. Убей меня. Я не хочу убивать вас. Я не могу его контролировать. Убей. Убей. Убей…» Он повторял это снова и снова. А потом он кинулся на меня, и я проснулся. И тут же побежал к Вонголе. - Интересно. - Омерзительно! - Обыденность! - Тварь, да как он мог! - Господа, мы что, в слова играем? Заметки все сделали? Следующий, Гокудера! - Х-хорошо, Джудайме, – Хаято покраснел, но начал свой рассказ, отводя глаза, – Мой сон… Он был не совсем мой, я…. В общем, это были воспоминая. Личные. Очень личные! Ураган еще раз посмотрел на выжидающие лица присутствующих и поспешил отвести смущенный взгляд зелёно-серых глаз. Прерывисто вздохнув, он продолжил: - Я стоял на обрыве. Местность была не то что, не знакомая, а в общем неузнаваемая. Впереди был или океан, или море, а позади - развалины какого-то строения и несколько уцелевших несущих колонн. В руках у меня была какая-то урна, а внутри поселилась скорбь и печаль, душа просто рыдала. Когда я уже хотел выбросить урну, меня обняли чьи-то руки и прижали к телу их хозяина, а потом был нежный шепот: «Не спеши меня хоронить, зверёк…» Урна упала, и из неё высыпался “прах” – это был ОН. Моё тело буквально раскисло в руках этого недохищника. Я уже сидел на обрыве, из глаз лились слёзы обиды и облегчения вперемешку со злостью и недоверием. Было страшно повернуться назад, потому что я знал, что он там. Но я боялся, что, когда повернусь, его не станет. Я начал что-то орать про то, какой он идиот и сволочь, о том, что я НЕ переживал, и он может катиться куда подальше со своими сверхсекретными заданиями, что мне это надоело, и я хочу нормальной, спокойной жизни. Пока я изливал душу, мы пришли в какой-то домик коттеджного типа*. Не помню, как до него добрались, но потом… – Хаято, потупив взор, дрожащей рукой потянулся за минералкой и, открыв её, не удержал бутылку, уронив её так, что она буквально выплюнула всё содержимое на Реборна. - Надеюсь, то, из-за чего я в таком состоянии, стоит моих мучений юноша, иначе... – Реборн достал пистолет и вытянул его вперед, показывая, что случится если его не удовлетворит полученная информация. – А теперь продолжай со всеми подробностями. - Я…я….в общем, когда я услышал щелчок замка, то обернулся: за мной стоял похотливо улыбающийся Хибари. В той улыбке, может, и ещё что-то было, но эти эмоции были не понятны моему разуму. А вот в Мукуро я чувствовал нежность, исходящую от него, и счастье. Кёя буквально накинулся на Рокудо, сминая губы иллюзиониста грубым поцелуем и прижимая к стене, от столкновения с которой тот тихонько застонал. Они раздевались прям на ходу. Хибари, распустив волосы Мукуро, заботливо перебирал их, укладывая непонятными волнами. Я даже не понял, как они дошли до кровати, когда остались совершенно голыми. Это была смесь чего-то животного с невероятной нежностью и неким поклонением. Хибари жадно ласкал Рокудо: он целовал, а то и кусал шею, соски, живот, плечи, рёбра, ключицы, бёдра, икры - всё. Было невозможно понять, что он сделает следующим. Он был не таким как обычно, он был живым! Он целовал его нежно и агрессивно одновременно, он был, был… не такой, каким мы его видим, он живой только рядом с ним. Я видел, как Кёя вошёл в его тело, как выгибался Мукуро, не стесняясь собственных стонов. Я был одновременно в двух пространствах, я всё это чувствовал, будто в том теле был я, но также был и свидетелем этого влюбленного таинства. Когда они закончили, Кёя встал и принялся торопливо надевать штаны - я думал, что он уйдет, но Хибари подхватил уже уснувшего Рокудо и понёс в ванну, где смыл с безвольного иллюзиониста следы собственной страсти. Потом Кёя перестелил кровать и, положив Мукуро на неё, заботливо укрыл одеялом своего любовника, да и сам улегся рядом с ним. Нежно поцеловав в лоб и обняв иллюзиониста, он прошептал на грани слышимости: «Ты моё сокровище!». На этом рассказ Гокудеры закончился, и в кабинете повисло молчание. Напряжение застыло в воздухе, а Хаято боялся даже пошевелиться, дабы не привлекать к себе еще большего внимания. Реборн отошел от шока первым - его задорный смех, наверно, слышала вся Италия, а Гокудера лишь всё больше и больше краснел, хотя казалось, что больше быть уже просто не может: - Это того стоило! И ещё, судя по всему, у тебя или недотрах, или полное отсутствие секса как такового в твоей жизни! Что бы из двух вариантов ты не выбрал, поскорей исправь это! Тсуна, уже почти дойдя до точки кипения, взмахом руки прекратил ещё не начавшуюся, но уже нецензурную брань между присутствующими: - Итак, Гокудера, большое спасибо за столь… э-э-э… живое представление. Следующий ты, Рёхей. Жду от тебя экстремально подробного рассказа. - Я ЭКСТРИМАЛЬНО постараюсь!!! То место, в котором я очутился, было мне ЭКСТРЕМАЛЬНО не знакомо, но отдаленно напоминало Италию. Точнее то, что от неё могло остаться. То, что я видел, было остатками пожарища. Огонь ещё горел, всё тлело, вокруг был только огонь, пепел, горелые тела и запах крови и гари. Я шёл вперед, зная, что я должен что-то найти. Вскоре я вышел-таки на такое же погоревшее кладбище. Я подошел к первой попавшейся могиле – уж очень сильно она бросалась в глаза: возле неё было очень много трупов, пять из которых были прислонены к надгробию. Узнать их было невозможно, но от чего-то мне стало неимоверно жутко. Я стёр рукавом пыль с надгробия. Тсуна, это была твоя могила. Там было много слов похвалы, обещаний светлой памяти… Некоторые были явно сделаны нами – скорее всего теми трупами были мы. А потом появился он. Мукуро был весь в крови, она стекала с него ручьями. В левой руке он держал свой любимый трезубец, а в правой - череп. Потом он посмотрел словно сквозь меня и сказал черепу: «Жить ему или не жить, Тсунаеши-кун? Вот в чем вопрос!..» А после, как-то уж слишком плотоядно усмехнувшись, он кинулся на меня, но на этом моменте я проснулся. - Хорошо, следующий, – Савада уже откровенно стирал с себя пот ужаса. – Такеши, говори. - Ха-ха-ха… Х-хорошо… Я попробую, – брюнет проглотил вязкую слюну и с трудом продолжил, не зная, куда деть руки от нервов. – Всё начиналась не так уж и плохо: это был пикник, на котором собрались все уважающие себя мафиозные семьи Италии. Пришли все, за нами был зарезервирован целый парк, чтобы мирные жители не пострадали в случае чего, так как организацию отдыха взял на себя Реборн-сан, и, естественно, это был ещё один день в стиле Вонголы. Сначала всё было хорошо: все играли и смеялись, царила очень дружелюбная атмосфера. Особой популярностью пользовалась игра с деревянным молотком - надо было с его помощью прогнать мяч по всем железным воротам, но, к несчастью, кто-то что-то не поделил, и мячи начали лететь по головам. А потом появился Рокудо. Мукуро был одержим и зол, глаза его просто пылали гневом! Он что-то говорил про то, что это мафия во всем виновата, и её надо уничтожить. Надо ли говорить, что он незамедлительно приступил к этому?.. Он шинковал людей своим трезубцем так, словно это нарезка огурцов от шеф-повара. Был огонь и вода, он лишал людей кислорода своими иллюзиями, он открыл Ад на земле. Он словно пытался показать, что он жив. Но главное, что я заметил - тот монстр, который внутри него, с которым Рокудо был просто не в силах совладать. Словно эта тварь сидела в нём не одна, а с горсткой своих сородичей! Рокудо отчаянно кричал, борясь с ними, но безумие взяло верх. А потом появился наш Мукуро… Ну, точнее, его призрак: он был весь бледный и худой, с огромными синяками по всему телу. Он просил убить его и не позволить случится этому нападению в реальности. Ещё он сказал, что дал каждому из нас по подсказке, где его искать: если мы соберем все сны воедино, то сможем понять, что делать! А после Рокудо попросил отдать ему свои силы, чтобы продержаться до нашего прихода, ведь дождь способен подарить немного гармонии и успокоения. В общем, силы я ему отдал почти все. Да, и нахожусь я только за счёт подпитки Гокудеры. - Ясно… - Савада устало выдохнул и перевёл взгляд на своего репетитора, - Итак, Реборн, твоя очередь, и без утаек, если можно. - Ну, мой сон до безобразия прост… _________________________ В России коттедж – это невероятно большое здание со всеми техническими новинками и т.д. и т.п. , а вот за границей коттедж - это небольшой домик на подобии наших охотничьих, немногим больше избушки.