Лето, пропахшее пылью

Дай руку, мне плохо без тебя

1 июня 2007 года Первый летний рассвет, ничем не отличается от вчерашнего, но все-равно такой особенный. В уголке подоконника валяется блокнот с наброском зверят, тот самый компакт-диск и пестрые фантики от конфет. Прошло уже десять дней, а он так и не удосужился посмотреть и вернуть найденную вещицу. Вообще, все можно списать на галлюцинацию, но диск... Пропихнув замызганную пластинку в дисковод, подросток взглянул на экран. Фотографии, много фотографий. А на них дети какие-то, рядом с ребятами игрушки, все совпадает с его теорией. "Я хочу встретиться с вами снова" "Я же смогу это сделать?" Черный рюкзак снова набит под завязку, еле закрыл, но там все очень нужное, выкинуть что-то нельзя. Даже сам диск не влез, ну ничего, он донесет его в руках. Та же самая пыльная дорога, вдоль которой тянутся старая библиотека, ненавистная школа, магазин и его любимый автомат с газированными напитками. Но все это не так важно. Мэй соскучился?... Пепел, осыпающийся с сигареты, прожигает бумагу, оставляя неприятные жёлтые дырки. Где-то сзади бренчат значки, а вообще, ему по барабану, ему хочется ещё поговорить, ещё потрогать, пообнимать этих зверюшек. Вот он хмурый лес, узенькая тропинка, по которой когда-то бегали дети и секретный штаб. Ничего не поменялось, а должно было ли? Поднявшись по лестнице, подросток наткнулся на лиса, жующего листы старой, желтоватой бумаги. —Доброе утро. Ты почему тут один? —Доброе, внутри слишком шумно, ты если хочешь заходи, Мэйн очередную херню придумал,— лис снова переместил свой взгляд на деревья, и как под гипнозом продолжил жевать какой-то старый, порванный рисунок. —Понятно, а бумагу почему ешь? —Мне нравится ее жевать, она намокает и скапливается под языком, ощущение странное, но меня все устраивает. —Вот как, слушай, у меня где-то были конфеты,будешь? Не деликатес конечно, но думаю, будет получше бумаги. А конфеты и вправду были. Самые разные. От терпких шоколадных до приторных леденцов и обратно. —Смотря какие конфеты,—самодовольно буркнул лис,—С орешками хоть есть? Если нет, можешь даже не предлагать. —У меня есть всякие, подожди, я сейчас все найду,—бесполезная возня, был бы кто-нибудь другой, может Мэй и не заметил его,но этому лису хочется отдать все, что есть— Таак, вот смотри, есть с орешками и какой-то посыпкой. Будешь? —Буду. Обёртка шелестит, а конфета плавится под языком, и вправду получше бумаги. Все тот же теплый, летний ветер ерошит волосы, мелодично пробегается по листьям деревьев. Тишина, только Нейт под боком чавкает, но все же когда-то заканчивается? Так и тишина между друзьями. —Чего сидите? Небось скучаете тут без меня? Конечно скучаете, мы вот с Крисом нашли новогоднюю гирлянду, вот думаю куда ее повесить,— в его руках покоится блеклая, староватенькая мишура. —Мэйн, первое июня, какая гирлянда? —Обычная вроде, но мне бы хотелось сделать необычную, из конфетных оберток. —Делайте, что хотите, только меня не трогайте, ублюдки. Позови сюда Филла, будь добр,— лис начал перебирать швы на своей кофтенке, видно, что не в настроении. —Почему ты так груб с ним?— уже пожалел о своем вопросе. Правда. —Я могу и к тебе также относится, что ты думаешь? Мы не друзья, мы скорее собратья по несчастью, лично я кланяться всем и каждому не собираюсь,— он небрежно поправляет вишневый берет, который слетает с головы и летит куда-то под домик. —Блять, как там тебя, Мэй вроде, не будь ушлепком и сгоняй мне за шляпой, а то я тебе лицо раздеру. —Да-да, сейчас принесу, ты только не уходи. Верёвочная лестница постукивает своими ступеньками по стволу, иногда трясется и кажется вот-вот порвётся или развалится, но... —Привет, ты почему мне друзей обижаешь? А? Ну Нейт, не молчи, расскажи мне, что тебя волнует,— с верху доносится мурчащий голос, приятный тембр, ничего не скажешь. Мэй практически не слышит голосов сверху, лишь подбирает берет и снова поднимается по лестнице...