Сон

      Вполне понятно, насколько тяжёлой оказалась у Итана ночь. Если поначалу он ещё упивался жалостью к себе, пытаясь придумать хоть какое-нибудь оправдание то принцу за очередное унизительное наказание, то себе за такой рискованный и глупый поступок, как проникновение в спальню Кристофера, то после полуночи все мысли были сосредоточены на уговоры своего тела не поддаваться рвотным позывам. Желудок резало ножом изнутри, тошнота волнами подкатывала к горлу, шея зудела от грубой оправы. Наверное, впервые в жизни Итан задумался о смерти, как о спасении. Возможно же, что он вернётся в своё тело, если умрёт здесь? Вот только как бы это сделать, если прикован за шею к столу… Сон, естественно, не шёл, в комнате царила тишина и стояла беспросветная темень. Час за часом парень просто лежал на мягком ковре, прокручивая в голове всю свою жизнь. Наверняка кто-то будет переживать за него… Родители не лезли в его жизнь, поэтому особо не заметят исчезновения, а вот… А, собственно, кто? Только если Саймон, да преподаватели в универе заметят пропажу. А что если на месте Итана тоже кто-то другой и остальные не поймут этого? Да ну нет, быть такого не может! Итан Янг — тот ещё индивидуум, его сложно подменить!       — Эх, вот бы Саймон был здесь. Тогда не было бы так стрёмно, — прошептал парень, чувствуя, как в носу неприятно засвербело. Нет! Плакать он больше не будет! Мысли плавно перетекли к старому рыбаку, который был зверски убит в своей хижине и по вине которого Итан оказался в плену. Он что-то говорил о не кровном родстве и синих глазах… Что это могло значить? Ну окей, допустим парнишку, в теле которого он застрял, нашли и приютили, но что за синие глаза? Бред какой-то.       К утру боли в животе притупились. Хотя, возможно, Итан просто привык. А вот трение грубой ткани на шее приносило всё больше дискомфорта, казалось, что скоро кожа просто слезет, обнажая плоть. Тело затекло от неудобной позы, но он боялся двигаться, дабы не разбудить своего тирана лязгом цепи. Так парень и лежал, уже совершенно освобождённый от мыслей, несколько часов подряд, пока из-за плотно закрытой двери не послышались мягкие шаги по комнате. Тогда Итан позволил себе сесть, кое-как справляясь с головокружением. Через минуту на пороге появился Кристофер, и парень даже сразу не понял, что к нему обратились. А всё потому, что наследный принц выглядел… таким живым и посвежевшим. Стройную фигуру украшал нежно-золотистый халат с тёмными витиеватыми узорами, а припухшие губы, сонные глаза и растрепанные волосы выглядели так естественно, что Итан залип. Красивый. Нет, даже не так. Если бы он встретил Кристофера в нормальной жизни, то он мог бы сказать, что парень милый. Милый очаровательный молодой человек с солнечной внешностью. Но никак не эгоистичный монарх-тиран. Хотя сравнение с солнцем было поспешное — принц совсем не излучал тепло, а как только его взгляд остановился на Итане, то и вовсе повеяло холодком. Пленник передёрнулся.       — Как спалось? — тихо спросил наследный принц.       — Нормально, господин Сон, — хрипло ответил Итан, ожидая подвоха. Он уже на собственном опыте узнал, что забота принца носила смертельно опасный характер.       — Ты замёрз? —безразлично продолжил расспрашивать он.       — Эм…. Вроде бы…       — Твоё тело покрылось мурашками, — Кристофер о чём-то задумался, но вряд ли парень достоин узнать о чём именно. Только в голове возникла картинка, каким именно способом такой человек, как наследный принц, может попробовать его согреть, как тот резко встряхнул головой и продолжил: — Ты извлёк урок из наказания?       — Да, в полной мере, наследный принц.       — Какой же?       — Я не должен был заходить в ваши покои без разрешения. Точнее, даже не имел на это право, — искренне и твёрдо ответил Итан. — Я, правда, сожалею и полностью понимаю свою оплошность.       — Хорошо, — удовлетворённо кивнул принц, отстёгивая цепь и снимая с пленника ошейник. Кожу снова запекло, но Итан почувствовал такое облегчение, что хотелось рассмеяться от крошечного счастья.       — Спасибо!       — Одежду я тебе пока не дам, похоже, ты не осознал, что ещё испортил мою собственность, —красивое лицо исказилось ненавистной ухмылкой. Как же она портила его красоту! Пока Итан совершенно неприлично пялился на своего мучителя, тот наклонился к нему и осторожно прикоснулся подушечками пальцев к чужой шее, прочерчивая дорожку вдоль воспалённой кожи. Ухмылка тут же пропала с лица Кристофера, от чего пленник осмелел.       — Я осознаю, что испортил одежду, которую вы мне подарили, наследный принц. Но побоялся, что наказание за испачканный ковёр будет куда более жестоким, поэтому просто выбрал наименьшее из зол, раз наказание было неизбежно.       — Вот как, — Итану на секунду показалось, что уголки губ принца дрогнули в намёке на улыбку. Не ухмылку, а улыбку! Это настолько его поразило, что он чуть снова не пропустил вопрос. — Ты голоден?       — Нет, — твёрдо сказал Итан, а Кристофер просто молча направился на выход. Пленник поймал себя на мысли, что образ милого парня всё никак не хотел выходить теперь из головы, наверное, именно поэтому скользнула мысль, что наследный принц может заболеть, если продолжит щеголять босиком по каменному полу. От этих странных дум Итана отвлекла охрана, которая подхватила его подмышки, ставя на ноги, и потащила вон из комнаты.       — Эй, куда вы меня тащите? Мне нельзя покидать покои наследного принца! — возмутился парень, скрывая за громкими выкриками возмущения охвативший его дикий страх. Мало ему вздрагивать при каждом появлении принца, так теперь ещё и охрана его увела втихаря куда-то. Правда, повозмущаться он так и не успел, его практически сразу толкнули в незаметный из коридора проём, за которым, как оказалось, находилась банная комната и уборная. Скептически осмотрев каменный выступ с круглым большим отверстием, Итан отметил, что лучше уж так, чем способ, которым ему приходилось пользоваться ранее. Опробовав местное удобство, он зашёл в импровизированную кабинку. Возле огромного таза с горячей водой и ковшом располагались колбочки и баночки с приятно пахнущими жидкостями. Роскошь для раба, с чего бы это такое снисхождение? Сразу в голову пришла мысль, что это какой-то подвох, но парень сомневался, что стража привели бы его сюда без приказа принца. А это значит, что подвох мог быть только от Кристофера. Не придумав ничего страшнее чесотки, Итан плюнул на всё и принялся за водные процедуры. Удобно устроившись на лавочке, он с наслаждением начал обливать себя водой, отмечая, что температура её явно комфортнее, чем была при его первом приёме «душа» в этом мире, потом выбрал колбу с запахом каких-то трав и тщательно вымыл голову и тело. Следующим удивлением для него стало присутствие травяной пасты на деревянной полочке. Не надо было быть гением, чтобы понять, что это средство для чистки зубов и полости рта. Сетуя на то, как же сильно недооценивают водно-банный комфорт в цивилизованном мире, Итан зачерпнул немного густой субстанции пальцем, кое-как почистил зубы и язык, прополоскал рот и поспешил закончить с утренним туалетом, подозревая, что уже и так задержался. Наскоро вытерев кожу полотенцем, Итан оглянулся в поисках одежды и уже было с ужасом подумал, что её украли, как заметил аккуратную стопку на полке возле двери. При ближайшем рассмотрении это оказалась свежая рубашка и штаны мятного цвета. Одевшись, Итан почувствовал себя гораздо лучше, будто заново родился. Ему даже стало интересно, что его ждёт этим днём. Глубоко вдохнув и выдохнув, он вышел в коридор, сразу же попадая в руки стражи.       — Долго, — констатировал факт всё тот же охранник, а Итан тихо фыркнул себе под нос. Но неожиданно в животе неприятно заурчало, заставляя сменить весёлое выражение лица на болезненную гримасу. В полной тишине его вернули в покои принца, хозяин которых встретил Итана холодным голосом, не успел тот переступить порог.       — Понравилось?       — Да, наследный принц. Спасибо за вашу щедрость, — Итан вежливо поклонился, успевая заметить посуду на столе.       — А теперь ты должен поесть. Меня не интересует, хочешь ты этого или нет, ключевое слово — ДОЛЖЕН. Мне не нужны слабаки, тем более трупы. Ешь, потом пойдёшь со мной на улицу, — резко развернувшись, Кристофер вихрем пролетел мимо озадаченного парня и скрылся за дверью в свои покои. Удивлённо поморгав, Итан подошёл к столу, рассматривая тарелки. Лепёшка с маслом, рисовая каша и какой-то напиток. Обалдеть, да это же съедобно! Чем это он так порадовал наследного принца, что с утра такие сюрпризы сыпятся… Решив не испытывать судьбу и устроившись на полу, парень принялся с превеликим удовольствием поглощать еду и остановился только тогда, когда не осталось ни крошки. Закончив с прекрасным завтраком, он выставил посуду за порог, чтобы служанка могла подобрать её, и принялся ожидать дальнейших указаний. Собственно, день начинался неплохо. Его освободили от оков, позволили выкупаться и переодеться, а также вкусно накормили. А сейчас можно было просто лежать и ждать, когда ледяная скала Кристофер Сон снова покажется на горизонте. При мыслях о наследнике королевского престола раздражённая кожа на шее снова начала зудеть. Если они сейчас собираются пойти гулять, значит ли это, что на него снова наденут ошейник? За мыслями Итан даже не поймал тот момент, когда оказался в комнате не один. Кристофер только молча махнул рукой, призывая следовать за ним, а затем они вместе засеменили по длинным коридорам, пока не вышли из дворца. Оказавшись на улице, наследный принц пихнул Итану тёмный расписной зонт и уже прогулочным шагом двинулся по аллее вглубь парка.       — Сегодня хочу просто прогуляться по территории, — как-то грустно заявил он, показывая пальцем на предмет у пленника в руках. Итан поспешно поднял зонт, прикрывая Его Высочество от ярких лучей солнца. — Иди рядом, я не потащу твоё обморочное тело обратно, если тебя хватит солнечный удар. Ты выглядишь тяжёлым.       — А если бы выглядел лёгким, то понесли бы? — не сдержался и фыркнул Итан, но тут же осёкся и извинился. Здесь не то место, где можно было шутить. — Простите, наследный принц, я забываюсь.       — Расскажи о своей семье, — неожиданно попросил Кристофер, игнорируя и мимолётную заносчивость, и извинения.       — Что именно вы хотите знать?       — Что угодно.       — Мм, — Итан задумался. Что он может рассказать? О своей реальной семье, которой нет никакого дела до отпрыска, якобы живой, да и ладно… Или всё-таки про того рыбака? Хотя да, принц же знал, что тот убитый старик являлся его здешним отцом. Ладно, так как свидетелей нет, то и импровизировать можно, не боясь расправы. — Меня воспитывал отец. Маму я не видел ни разу в жизни, а папа о ней ничего и не рассказывал. Мы очень дружная семья, я во всём помогал ему, а он дарил мне свою любовь и заботу.       — В чём она проявлялась?       — А? — Итан удивлённо посмотрел на принца, сбиваясь с рассказа, когда его перебили.       — В чём проявлялась его любовь и забота? —сдержанно повторил Кристофер.       — Да во всём и везде. Пока я был маленький, папа всё время говорил, что не голоден, и отдавал мне свою порцию, когда видел, что я не наедался. А ещё, например, если я болел, он всегда мне приносил что-то вкусненькое. Уж не знаю, откуда он всё это брал, но благодаря этому я не боялся болеть и легко переносил инфекции. А если он меня наказывал, то я всегда использовал свой коронный приём — садился к нему на колени и крепко обнимал, а он сразу меня прощал, — Итан поймал себя на мысли, что увлёкся. Он с удовольствием перечислял все запомнившиеся с последнего кинопросмотра моменты заботы отца к сыну. А ведь там ситуация была очень похожа — бедная семья, состоящая из простого рабочего на полях и его маленького слабого и недоразвитого сына. Вот только в фильме был счастливый конец — мужчину приметила врач-исследователь, которая приехала в деревню с проверкой. У них закрутился роман, они переехали в большой город и оказали ребёнку всю возможную медицинскую помощь. А в этой реальности работяга уже мёртв, а его недоразвитый отпрыск теперь является личной вещью наследного принца.       — Твой отец — мягкотелый дурак.       — Вовсе нет! Он просто любил меня, и моё хорошее настроение и здравый дух были превыше всего, — почему-то обиделся Итан.       — Детей надо строго воспитывать! — повысил голос Кристофер, грубо перебивая разошедшегося пленника и резко останавливаясь возле небольшого пруда. — Особенно мальчиков. Поэтому ты такой безграмотный, избалованный и наглый мальчишка!       — Папа хорошо меня воспитывал! — всё не мог остановиться Итан. Принц сейчас вёл себя, как инфантильный говнюк, несправедливо наезжая на ни в чём неповинного парня. Да если он сейчас тут начнёт читать стихи или писать поэмы… Сразу будет видно, кто из них необразованный. — Он прививал мне любовь к стране и искусству и объяснял, что нельзя нарушать законы…       — Ага, и именно поэтому позорно гниёт в своей постели, задолжав крупную сумму налогов королевству. Он шарлатан, — фыркнул принц, некрасиво сплёвывая на аккуратный газон.       — Он заплатил за это своей жизнью, а вам всё мало, вы ещё и отнимаете мою! — Итан уже откровенно кричал, наплевав на все законы и рамки приличия. Он завёлся и горел изнутри. И за себя, и того, чьё место занимает, и за старика, который трагично погиб из-за дурацких законов. Кажется, теперь понятно, для чего Кристофер спрашивал про семью. — Если вас недолюбили родители в детстве, это не зна… — Итан так и не понял, что заставило его резко замолчать — звонкий удар или боль, которая опалила щёку. Он инстинктивно прижал ладонь к горящей щеке, широко открытыми глазами уставившись на искажённое ненавистью лицо напротив.       — Ты не имеешь права говорить такое, ублюдок, — прошипел Кристофер, раздувая ноздри от ярости. — Ты вообще не имеешь право отныне говорить. За каждое произнесённое слово ты будешь получать удар розгами, — принц быстро заморгал, словно смахивая невидимые слёзы с ресниц. — Жди здесь, — он отобрал у всё ещё ошарашенного Итана зонт и направился на другую сторону пруда, усаживаясь на лужайке и с видимой злостью швыряя камни в воду. Оцепенение и кроваво-красный туман в голове рассеялся, уступая место досаде и вине. Да, этот избалованный молодой человек оскорбил Итана и прошёлся по самому больному, отчего он и вспылил, но обиду можно было и проглотить, а не идти в наступление, оскорбляя уже королевского отпрыска. Как минимум, он поступил глупо. Чёрт подери, всё только начало налаживаться! Удивительное утро превратилось в отвратительный день. Очень захотелось извиниться, но говорить ему запретили. Превосходно. Итан также уселся возле кромки озера, упираясь коленями в каменные бортики, набрал в ладони прохладной воды и умылся, охлаждая разгорячённую кожу. Мимо проплыли две золотые рыбки, догоняя друг друга. Хорошо им, наверное. Они есть друг у друга. А у него есть только недолюбленный жестокий принц. Взгляд снова метнулся на фигуру на другом конце пруда — Кристофер сидел, согнувшись пополам и зарывшись руками в волосы так, что лица не было видно.       — Кристофер! — послышался громкий властный голос. Итан заметил, как молодой человек от него вздрогнул и быстро поднялся.       — Верни раба в покои, — кинул принц стражнику, что молча сопровождал прогулку, а сам совершенно не по-аристократски ринулся в сторону статного мужчины, с которым пленник уже был знаком. Король. Судя по жестикуляции, глава был чем-то недоволен. Но разузнать, что случилось, Итану не удастся, поэтому лучше поскорее вернуться в комнату, чтобы не разгневать кого-нибудь ещё больше. Вдруг принц пожалуется на него королю и его просто казнят? От подобных мыслей по спине пробежали неприятные мурашки. Уже через десять минут он остался снова наедине с самим собой, расположившись на светлом мягком ковре «своей» комнаты, а спустя ещё несколько минут и вовсе уснул, сморённый свежим воздухом и перенесённым стрессом.

***

      Пробуждение оказалось резким и неприятным. Громкий удар чего-то тяжёлого о стену заставил подскочить и сфокусироваться. Следом послышалась тихая ругань, а затем и шипение. Итан присмотрелся к скрюченной фигуре, прижимающей кулак к груди и сверкающей злым взглядом. Кристофер тихо зарычал.       — Наследный принц! — Итан вскочил на ноги, подбегая к молодому человеку, и схватил за плечи, стараясь заглянуть в глаза. Взгляд был пустым и пугающе безжизненным. Почему-то стало страшно. Не за себя, а за него. В таком возрасте парень должен гореть, проявляя заинтересованность ко всему вокруг, излучать энергию, улыбаться, громко смеяться, не справляться с любопытством, шкодить… Да что угодно, но никак не быть «мёртвым». — Что случилось? — вопрос сам вырвался наружу, опережая мысли. Сглотнув, Итан слегка ослабил схватку, но Кристофер не изменился в лице. Просто смотрел перед собой: бледный и пустой. Не мешкая ни минуты, пленник просто притянул его к себе, крепко обнимая за плечи. — Вернитесь. Можете накричать на меня, только прекратите смотреть ТАК, — Итан почувствовал, как наследный принц вздрогнул, слабо вырываясь. Не испытывая судьбу, он отстранился, практически с облегчением видя растерянность во взгляде напротив, а потом увидел капельки крови на его руке. — Господин Сон, вы ранены! Надо обработать ссадины.       — Ты… — тихо прохрипел принц, — раб… Я запретил тебе говорить…       — Да плевать я на это хотел, лишь бы вы пришли в себя и не подхватили инфекцию! — Итан отмахнулся от слабых возражений и открыл дверь, объясняя стражнику, охраняющему покои принца, что тот ранен и ему нужна помощь. Через пять минут в комнату зашла молодая симпатичная женщина с небольшим сундуком, проследовала с Кристофером в его покои, а затем воцарилась тишина. Только сейчас Итан понял, что его бьёт мелкая дрожь. Что это было вообще? Принц явно был не в себе. Страшно. Но долго мучиться мыслями ему не дали, дверь вновь открылась, выпуская из святая святых наследного принца женщину, которая без слов ретировалась в коридор.       — У тебя мозгов совсем нет? — спросил появившийся следом наследный принц. Выглядел он уже вполне прилично, на руке виднелась стерильная ткань, скрывающая повреждение. — Молчи, — тут же предупреждающе зашипел он, стоило Итану открыть рот. — Ты хоть понимаешь, что крича на весь коридор о ранении наследного принца, ты подставляешь под удар себя? Придурок! Кроме нас здесь никого нет! На этот раз я тебя спас, но, если это повторится, пеняй на себя, — Кристофер раздражённо помотал головой и отошёл на несколько шагов. И только Итан мысленно закатил облегчённо глаза на то, что легко отделался, как будущий правитель достал из-за спины тёмный хлыст. — А пока… Я благодарен тебе за помощь, хотя она была мне и не нужна, но я обязан наказать тебя за неповиновение. Иначе ты не поймешь свою оплошность. Я не вспомню, сколько слов ты сказал, — Кристофер подошёл ближе, — остановимся на десяти ударах. Повернись спиной!       Итан во все глаза смотрел на наследного принца, понимая, что должен повиноваться. Понимал, что заслужил, даже несмотря на то, что именно побудило его нарушить приказ. Помнил, что привело к такому наказанию изначально, но не мог и не хотел подчиняться. Он ненавидел наследного принца Кристофера. Только сейчас Итан осознал эту простую истину, когда смело оголял торс, принимая удары голой кожей спины, когда корчился от возрастающих раздирающих волн боли, стараясь выстоять наказание на ногах, но позорно падая на четвереньки уже на шестом. Когда начал скулить от бессилия. Сжимать веки, чтобы не дать и слезинки вырваться наружу. Кусать губы, сдерживая крики боли. Он ненавидел его. НЕ-НА-ВИ-ДЕЛ! А потом просто снова остался один.