Ах, я страдаю!

Моя жизнь стала спокойнее, благодаря переезду, только вот с деньгами были большие проблемы. Я получала десять тысяч из которых восемь отдавала и из шкуры вон лезла, чтобы прожить на две тысячи. Как я выяснила, тут требовался особый талант! Пришлось научиться считать свой скромный бюджет. В принципе питаясь кашей, макаронами и рисом с курицей я могла протянуть месяц и только потому, что теперь не отказывалась ужинать с Охотовой. Я думала, это будет неловко, но ошиблась: не было никаких задушевных бесед и попыток превратить наш договор в какие-то малопонятные отношения. Она накладывала мне и себе еды, мы молча ели, иногда обсуждая какую-нибудь душещипательную тему с лесби форума, потом я мыла за нами посуду и уходила. Без всяких телячьих нежностей, страстных поцелуев и обещаний, что кто-либо из нас будет скучать. Иногда на выходных я оставалась у неё на ночь и экономила дважды: ужином и завтраком. Какая-то урезанная версия семейных отношений. Или скорее их пробник. Или типа жены напрокат. В моем случае, правда, любовницы, на выгул которой не надо было тратить деньги, время, силы и нервы. Верочка с Зоей проявили необычайное упорство в том, чтобы выяснить где я обитаю, но мне удавалось ускользать от них и теряться среди новостроек. В конце апреля сестра все же выяснила, в каком доме я живу и даже вызнала квартиру. Наверное, она станет хорошим следователем… Чувствую, тут не обошлось без помощи разговорчивых соседей, но смысла портить с ними из-за этого отношения я не видела. Верочка отлично умеет манипулировать людьми. Сестра пришла на порог квартиры Дианы и, получив от той посыл далеко и надолго, ушла. А вот Зоя стала теперь постояно ждать меня сидя перед квартирой на лестничных ступеньках. Ах, бедная и несчастная! Наверное, я должна была ее пожалеть? Обогреть? Накормить? И с собой спать уложить? Хренушки. Я не героиня ее романа и у меня нет желания гробить себя ради девицы, которая сама себя не хочет спасти. - О, Надь, иди сюда! - крикнула мне с кухни Диана, едва я зашла в квартиру, игнорируя сидевшую с потерянным видом Зою. Я разулась, разделась и прошла, чувствуя, что глазами пожираю приготовленные ею полуфабрикатные блинчики мираторга. -В общем, сегодня разговорилась с женщиной, с отдела кадров, когда устраивалась совместителем в стационар на дежурства. Ладно не суть… У неё дочь взрослая, но сидит дома и зарабатывает блогерством. Короче говоря, ей нужен нормальный рабочий стаж и эта женщина спросила, есть ли у меня знакомые, которые бы поработали вместо неё. Под ФИО ее дочери. Она все устроит: сама оформит, сама зарплатную карту сделает и отдаст. Работа в травмпункте две ночи через две. Я так подумала, что для тебя будет идеально. Ты как? Я села за стол, рассматривая поджаристые с корочкой блинчики с мясом. Ароматные, горячие и наверняка жутко вредные. - Сколько зарплата? - поднимаю взгляд с блинчиков на ухмыляющуюся Диану. - Двадцать, но тебе придётся бросить работу в «магните». Сама понимаешь, тут на двух стульях не усидеть. О да, я выбираю лучший вариант. Там где не буду жить впроголодь. И так похудела на 2 кило за месяц диетического питания. - Я понимаю, Диан. - вздыхаю и снова смотрю на блинчики. - Когда устраиваться? - Я скажу. - отмахнулась она лопаткой и снова повернулась к плите, переворачивая скворчащие блинчики. - Иди мой руки. Угощу тебя блинами, с условием, что с первой своей зарплаты ты проставишься пиццей. Идёт? О да, ты моя богиня! Когда я пришла в магнит на следующий день, рассказать администратору, что увольняюсь, увидела мимолетно мрачное выражение лица маман. Это было невыносимо, как бы я не кичилась своей новой ролью свободной и независимой малолетки, я остаюсь все ещё ее дочерью. Я подошла к ее кассе и она выдавила из себя улыбку. - О, Наденька, как ты? Серьезно? Ты спрашиваешь меня об этом только сейчас? Ты не позвонила мне ни разу за месяц даже спросить не умираю ли я там с голоду? Да и важно ли тебе это? - Отлично. Вот, увольняюсь, нашла работу уборщицей чуть получше оплачиваемую. - смотрю на ее тёмные круги под глазами и потухший взгляд. Раньше, когда я жила с ними, она не выглядела так ужасно. Видимо, Вера старается держать маман в тонусе. - А… это хорошо, хорошо, - кивнула она, смотря на меня, но ощущение что не видя. - А ты как, мам? - хмурюсь. Может она заболела? И молчит? Рак, гепатит или что там ещё? - Ой, мы хорошо, - улыбнулась она. - Вера готовится к экзаменам! Репетиров вот наняла ей. Занимается, хвалят ее… Что, люби ее, Любовь Ведьмина. А Вера пусть и дальше верит в свою исключительность. Ну а я буду надеется, как мне и полагается на лучшее. - Ясно. - оборвала я ее и пошла к администратору. - Ладно, до встречи, мам. Наверное, я делала ей больно этим своим безразличным отношением, но и мне тоже было больно. Я хотела услышать как она сама, а не как Вера, которую я вижу почти каждый день в школе. Вряд ли после всех этих переживаний, я когда-либо захочу свою собственную семью.