Глава 4.
16 мая 2022 г., 13:00
"Человеческие взаимоотношения – сложный и утомляющий процесс" – уверенно думал Генри Робертс, идя на поводу у своей прихоти. Именно такое объяснение находил парень его завязавшемуся диалогу с немного странным юношей по имени Айзек Уотсон. Он знал: ему понадобится не неделя и не месяц, чтобы отказаться от своего утверждения, что без сомнения касалось и нового знакомого.
Тем прохладным субботним вечером, взглянув в окно, могло показаться, что солнце играет своими лучами с окружающей средой. Тогда же брюнет непринужденно сжал холодную и бледную руку Генри. Она казалась похожей на фарфоровую статуэтку, что упадет на пол и разобьется, если её отпустить. Этот небольшой жест чем-то был похож на утверждение какого-то важного контракта. Сделка с дьяволом, которую парни позволили себе заключить. Их прогулка длилась не дольше полу часа, но этого было достаточно. Достаточно для того, чтобы ребята неосознанно нашли друг в друге что-то, на что их души будут отзываться ещё долгое время.
Генри чувствовал себя неспособным произнести хотя бы пару слов. Он медленно шёл и лишь задумчиво слушал неугомонный трепет Айзека, который перескакивал с темы на тему, не говоря подолгу о чём-то одном. На миг у блондина создалось ощущение, что они знакомы очень давно. Настолько давно, что он бы с лёгкостью ответил на любой вопрос касательно человека, о котором не знал почти ничего. И он ухватился за это чувство, теша себя иллюзией о том, что у него есть друг детства.
Улыбка Айзека казалась сияющей, а глаза – наполненными чем-то ярким, сродни звёзд. Тон речи был быстрым, а голос – мягким и приятным, совсем немного будоражащим сознание. К нему хотелось прикоснуться, заключить в нежные объятия и больше никогда не выпускать.
И сердце Генри откликалось. Оно трепетало от каждого движения и смены тона речи почти что незнакомца. Он плохо понимал самого себя и не знал, почему чувствует наплыв этих эмоций. Только сознание отдаленно повторяло, что так мы реагируем на людей, что вскоре могут стать для нас больше, чем просто прохожими на улице.
– Вот тебе не кажется, что облака какие-то обкуренные? – это был первый вопрос, после изначальных "Как зовут?" да "Сколько лет?", что произнёс Айзек.
Генри вырвался из своих размышлений и внимательно посмотрел на небо. Прошла секунда, десять, тридцать. Парень уверенно смотрел на облака, пытаясь понять, что от него хотят услышать. Сама формулировка и некая странность поставленного вопроса его вовсе не смущала. Можно сказать, что на неё Генри было просто всё равно.
– Не понимаю, что ты имеешь ввиду, – всё же признал своё поражение блондин.
– Ну вот посмотри! Они выглядят так, как будто их кто-то выкурил.
Айзек по-детски захохотал с своих же слов, а Генри выдал лишь тихий смешок. Блондин ещё раз посмотрел на небо. Теперь он немного понимал, о чём говорил его собеседник. Облака сегодня были серые, похожие на вату или вовсе сигаретный дым. Они расплылись по всему небу, но полностью его не заслоняли.
Генри пытался идти медленно и даже немного прискорбно думал о доме, что скоро увидит за углом. Но если он начнёт делать шаги ещё медленнее, то в какой-то момент вовсе остановиться.
Айзек не умолкает и в это же время внимательно изучает окрестности. Местность навевает ему множество различных воспоминаний. Некоторые он готов с замиранием сердца прокручивать в голове сотни раз, от некоторых бы желал навсегда избавиться. Хоть он и относится к тому типу людей, что считают необходимым все ситуации, которые происходят на протяжении жизни, и полностью осознают их важность для становления личности. Но вспоминая свой подростковый период, его телом проходятся сотни импульсов, а на душе становится невыразимо плохо.
Парень тяжело вздыхает и на миг все же перестает говорить. Он смотрит себе под ноги, взгляд непроизвольно косится на обувь Генри, а после – на свою собственную. Они как будто из разных вселенных, которые при всех возможных раскладах судьбы не должны были пересечься и уж тем более заговорить.
– Почему? – неуверенно подаёт голос блондин, – Почему тебя заинтересовал именно я?
Он произносил эти слова с волнением и неким укором, который скорее всего адресовал самому себе, а не собеседнику. Да, со стороны он выглядел как неплохой юноша, но стоило человеку завести с ним диалог, как этот образ, словно карточный домик, рушился на глазах. Застенчивый асоциальный парнишка, который в неформальном диалоге и двух слов толком связать не может, а в формальном – похож на живого робота, равнодушного и безэмоционального. Таким себя видел Генри Робертс в отражении зеркала, в собственной голове. Он длительно выстраивал этот образ в сознании, чтобы в конечном счёте просто разочароваться в себе.
– Потому что ты милый, – воодушевленно произносит Айзек и с неким теплом смотрит прямо в мутно-оливковые глаза, из-за чего блондин поспешно опускает их вниз.
Генри многочисленное количество раз с тоской вглядывался в фасад своего дома и сегодня был один из таких. Парень плавно остановился и обернулся к Айзеку. Он знал, что сейчас нужно сказать что-то из разряда "Вот мы и пришли", но ему не хотелось этого признавать.
– Это твой дом? – спрашивает Айзек, показывая на здание сзади блондина пальцем.
Генри безмолвно кивает, при этом пристально сканируя брюнета. Он хочет, как можно чётче воссоздать образ парня в своей голове, чтобы у него даже на миг не было какого-то сомнения касательно внешности Айзека.
Длинные прямые русые волосы, с которыми чудом не смешались две зеленные пряди, глаза светло-карие, а взгляд наполнен какой-то хитростью, немного пухлые губы и небольшая родинка под правым глазом, чертовски густые брови, смуглая кожа, на которой можно разглядеть небольшие шрамы – всё это будет составлять существующего в голове Генри Айзека. И лишь иногда, думая об этом, блондин заинтересовано будет пытаться угадать рост юноши, хотя на глаз точно может сказать только то, что он ниже среднего.
– Может, как-то спишемся, – бодро произносит брюнет и тут же ловит себя на оплошности, – но для этого тебе нужен мой номер.
Генри хмыкает, заинтересовано наблюдая за действиями его собеседника.
– Могу дать свою визитку, – Айзек тянется в карман и тут же даёт себе щелбан.
"Я их дома забыл" – поспешно разъясняет парень и предлагает просто записать его номер на телефон. Что, собственно, и делает Генри немного дрожащими от легкого волнения руками.
– До встречи, – почти шепчет блондин, из-за чего короткое "Ага" от Айзека звучит слишком громко.
Парни разворачиваются, готовясь расходится в разных направлениях, но брюнет будто что-то вспоминает.
– Ах, да. Ещё кое-что, – и на эти слова сердце Генри снова трепещет, не зная, чего ожидать, – Как ты относишься к тактильности?
Блондин с долей непонимания смотрит на лицо, на котором красуется то ли улыбка, то ли ухмылка. Он не знает, что на это ответить, ведь с тактильным контактом в своей жизни не особо часто сталкивается.
– Ну желания выцарапать глаза человеку, что тебя обнимает, нет? – на полном серьёзе спросил брюнет, совсем немного приподняв левую бровь.
Генри от удивления поперхнулся собственной слюной.
– Что?! Нет, конечно, – с каплей обиды в голосе произносит парень. Как Айзек вообще мог такое подумать?
– Вот и чудно.
Айзек сдвигает плечами, а после быстро приближается и аккуратно приобнимает Генри одной рукой. И на пару секунд тело блондина содрогается, а сердце как будто останавливается. Стоит брюнету выпустить его из объятий, как он тут же внешне приходит в норму.
Айзек поспешно отдаляется, как будто убегая. Ему не хватает смелости взглянуть на реакцию парня, поэтому он со спины машет рукой добавляя "До встречи". Генри надеется, что эта встреча все же когда-нибудь произойдет.
Оказавшись в доме, блондин громко хлопает дверью, хотя сам этого не замечает. Он наваливается на неё всем своим телом, как можно сильнее прислоняясь спиной. Парень тут же закрывает своё лицо руками и ему кажется, что он чувствует горячий жар, что оно источает. Генри может только догадываться, насколько алый румянец красуется на его щеках.
С дверного проёма, что ведёт в гостиную, показывается силуэт Шейн. Девушка аккуратно высовывается, чтобы взглянуть на пришедшего.
– Генри, всё нормально?
Парень немного отодвигает свои ладони. Почти все лицо, что всегда было необычно бледным, покрылось стыдливым румянцем, а взгляд был то ли напуганным, то ли растерянным.
Видя это, девушка лишь тихонько хмыкает. Ей казалось, что она знает парня достаточно хорошо, чтобы предвидеть невозможность такого выражения его лица. Похоже, что она очень заблуждалась в своих доводах. Честно говоря, Шейн была только рада этому. Не говоря ни слова больше, девушка снова скрывается где-то в гостиной, давая Генри в одиночке прийти в себя.
Идя в свою комнату, парень достает телефон и смотрит на новый контакт. Ему хочется что-то написать. Но что и зачем?
Генри не знает, какие отмазки ещё придумать, поэтому все же принимает факт, что Айзек Уотсон его заинтересовал и совсем немного заинтриговал.
Чтобы ворваться в его жизнь, брюнету понадобилась не неделя и не месяц, а ничтожные несколько часов.
***
Идя просторными улицами, в одной руке Айзек держит ярко-салатовую картонку, во второй – телефон со входящим сообщением. Он раз за разом его перечитывает, но не спешит отвечать, думает над чем-то. Парень ещё раз смотрит на бумажку с напечатанными черными буквами "Напиши мне, если буду нужен" и тут же прячет её в карман. Он понимает, что дать ее Генри было бы не самой лучшей идеей. Теперь все внимание юноши приковано к сообщению. "Просто хотел проверить тот ли это номер. Я ведь пишу Айзеку? Генри". Брюнет поправляет прядь волос и думает, как будет лучше ответить. Он перебирает все возможные забавные фразы, но в конечном итоге отправляет короткое "Да. Это Айзек".
