Я люблю вас, госпожа генеральный секретарь

«Я объявляю Московскую международную Модель ООН имени … закрытой», - уверенно произнесла генеральный секретарь, едва скрывая волнение. Девушка не выдержала, и её глаза в один миг намокли от слёз. Хоть она и была главным человеком на модели, до этого я её как-то не замечала. Почему в последний день генсек привлекла моё внимание? Такая уверенная, статная и невероятно привлекательная. Я невольно восхищалась ею, но в то же время было непривычно видеть слёзы на лице такой серьёзной и уважаемой девушки. Однако сейчас это никого не смущало. Казалось, каждый, находящийся здесь, разделял эти чувства. Огромный зал встал и аплодировал, крича: «Спасибо! Спасибо!» «Неужели это всё? Как так уже закончилось?»- подумала я, не желая верить в происходящее. Всё время преследовало обманчивое ощущение, что заседания будут длиться вечно, а наша делегация всегда будет present and voting. Как же нравилось вносить процедурные предложения, голосовать, участвовать в жарких дебатах. Как это всё за пять дней успело стать столь важной частью моей жизни? И вот всё закончилось, оборвалось одной фразой. Нет, такое просто не возможно. Я не хотела принимать неизбежное и покидать это прекрасное место. Мой разум понимал всю ситуацию, а сердце отказывалось мириться с ней. Но я гнала от себя подобные мысли, даже ни с кем не прощалась. Иначе было бы ещё больнее и труднее расставаться с тем, что уже стало таким родным и любимым. Я пыталась утешить себя тем, что это ещё далеко не конец: впереди было неофициальное закрытие. Тогда уж точно наступит конец… После я превращусь из honorable delegate в обычную старшеклассницу обыкновенной московской гимназии, которой нужно будет решать не мировые проблемы, а варианты и домашние задания. Выходя из университета, опять же ни с кем не обмолвившись и словечком, я прошептала, что очень скоро вернусь сюда, но уже не как delegate, а совсем в ином качестве. Приехав домой, я переоделась и разобрала свою сумку. Сложила всю модельную атрибутику, включая бейдж и табличку, исписанную добрыми пожеланиями, в большую синюю папку с логотипом модели. Обожаю собирать вещи, связанные с ценными воспоминаниями и дорогими сердцу моментами. Погрустив, я крепко уснула. Во сне меня преследовал образ той прекрасной девушки, что сегодня приковала моё внимание. Даже находясь в царствии сновидений, я не хотела отпускать её и тот прекрасный момент. Потом моё сознание начало рисовать уж совсем странные сюжеты: мы каким-то образом оказались совсем одни, и эта девушка вдруг начала меня целовать. Сил сопротивляться не было, да и желания тоже. Тут я проснулась, судорожно глотая воздух, которого секунду назад лишила меня генсек. Неужели это сон? Всего лишь иррациональное, глупое видение… Наваждение какое-то… Как жаль, что это оказалось не реальностью, а сладким сном. Стоп, что же такое я несу? Как подобное возможно? Я в девушку влюбилась? Не могу этого понять, отказываюсь. Самой себе не верю. И тени такой мысли допустить нельзя, а тут… Да я же по парням… была. Решив оставить подобные мысли, я побрела в душ и встала под сильный поток, чтобы отрезветь. После того сна я была словно пьяна, но теперь от прохладной воды стало немного лучше. Она словно охладила мой разум, до этого полыхавший огнём. А сердечко только начинало медленно - медленно сгорать. С наступлением вечера я стала готовиться к неофициальному закрытию – моему первому походу в ночной клуб. Несмотря на то, что мне было только семнадцать, родители это позволили, надеясь на моё благоразумие. Тем более, я буду в кругу таких же моделистов, поэтому было не так уж и страшно, хотя определённое волнение всё-таки присутствовало. Когда я накладывала макияж, надевала своё маленькое чёрное платье - наиболее подходящий наряд для такого случая, меня не оставлял её образ. Очень надеялась хоть в последний день поговорить с этой невероятной девушкой, а может, и не только… Решив не придаваться глупым и несбыточным надеждам, я сделала последние приготовления и вышла, немного подрагивая от волнения и предвкушая самую яркую ночь модельной недели. В клуб меня отвёз отец. Всё-таки переживал. Когда мы остановились у незнакомого строения, я увидела на стеклянной двери плакат с модельной символикой и поняла, что место точно правильное. Отец поцеловал меня в щёку и пожелал хорошо провести время. Я вышла из машины, а затем он уехал. В клубе было ещё мало людей: не все успели подтянуться. Я отдала вещи в гардероб, после чего разговорилась с девушкой из своего комитета. Всё же была рада видеть знакомое лицо. Через полчаса началось всё веселье. Играла громкая музыка, которая неприятно била по ушам: я не привыкла к такому. А в общем и целом всё проходило просто прекрасно. Все танцевали, общались, пытаясь снять постмодельное напряжение. Однако кое-где слышались пьяные разговоры о международном праве, что звучало очень забавно. Мой взгляд приковала девушка в чёрном обтягивающем платье с открытой спиной, поблёскивающем в свете клубных огней. Это была она. Моя прекрасная возлюбленная. Господь, что же опять несу? Хотя сейчас это не столь важно. Немного подвыпившая, я была готова отдаться с головой любому чувству. В толпе всё же удалось найти генсека. Я, особо не думая, выпалила: «Спасибо тебе за модель! Это было потрясающе!». Она меня обняла, ответив «Тебе спасибо, солнце!». Как же я была счастлива в тот момент, словами не предать. Неужели она меня действительно обняла? Поверить просто не могу. Даже эта толика её внимания заставила моё сердце биться с бешеной скоростью: казалось, оно вот-вот выпрыгнет. Мимолётное объятие опьянило меня и совсем вскружило голову. Всю оставшуюся ночь я была на седьмом небе. На моём лице сияла улыбка, однако я понимала, что моё счастье на этом и закончится. Надежда была лишь на следующий год, весьма призрачная, но всё же она ещё теплилась. Стоя в стороне от танцующей топы, пытаясь разобраться в своих мыслях чувствах, я не заметила, как мои губы будто сами прошептали то, что было у меня на языке весь этот день, то, что мне ещё, возможно, предстоит сказать: «Я люблю вас, госпожа генеральный секретарь».