Сингулярность. Всё в ничто.

«Без любви нет и смысла вставать», - сказал кто-то однажды. Иногда человек делает своим смыслом желание спасти свою жизнь, но именно любовь дает силы бороться до конца. Вставать, сколько бы ни падал. Вот и я стояла у двери, прислонившись к стене и держа в руках ту самую железяку, которой меня обжигали. Когда послышались щелчки открываемых замков, я приготовилась нанести удар. Дверь со скрипом отворилась и в комнату вошел довольный Тэтиногонгл, которого я тут же треснула по голове своим «оружием». Души, шедшие сзади, подлетели ко мне и хотели напасть, но я угрожающе замахнулась железным стержнем. Они в ответ наколдовали мечи, усмехаясь. Старик разгневанно, жмурясь от боли, приложил руку к голове. У него на месте удара шла кровь, которая, кстати, осталась и у меня на железяке. И это вызвало во мне странное чувство кровожадности. Это так начало мотивировать… — И все потраченные силы были ради нескольких капель крови? — уже спокойнее усмехнулся он. — Ох, что ты, нет, — на моё лицо вдруг пробилась улыбка. Я потянула железяку с небольшим алым пятном ближе к лицу. Некий металлический запах тут же ударил в голову, и я решила попробовать эту кровь на вкус. Сладковатая, с привкусом железа. Я ощутила неожиданный прилив сил, а также хоть и непонятное, но удовольствие. Внутри все потребовало продолжение «банкета». Я злобно улыбнулась, посмотрев на старика. Ему от этого взгляда стало не по себе. — Фиксируйте её, — бросил Тэтиногонгл, подходя к столу. Один из духов махнул мечом, вышвырнув из моей руки железяку и оставив на ладони порез. Очередной. Остальные тут же схватили меня и начали вести к столу. А я ощущала, как быстро приливают силы, и лишь рассмеялась, ведь была уже готова напасть, но решила подождать. — Чокнутая, — сказал кто-то. Но старик внимательно смотрел на меня, будто до него только сейчас начало что-то доходить. Мне начали привязывать к рукам и ногам по цепи. За время, проведенное в этой комнате, я поняла, что, если чему-то сопротивляться, тебе беспощадно дадут отпор. Именно об этом думали сейчас все присутствующие здесь. Кроме меня. Ведь они даже не представляют, как облегчают мне работу. В комнату зашло ещё несколько душ с какими-то железными валами и парой инструментов и, закрыв за собой дверь, начали крепить их к столу. Вдруг Тэтиногонгл будто что-то услышал. Он нахмурился и начал прислушиваться. Однако лично я ничего такого необычного и не уловила. Ну, не считая того, что меня планируют сейчас снова пытать. Старик резко дёрнулся и пошёл к двери. — Чертовы замки, — гневно проворчал он и снова начал клацать ключом. — Вам стоит ещё подумать над тем, как именно лучше запирать двери, — хмыкнула я. — Тебя что ли кто спрашивал? Меня ударили кулаком в живот, из-за чего я скрючилась от боли. Ведь на том месте был ещё и недавний ожог. Тэтиногонгл поспешно вышел из комнаты, на ходу крикнув: — Закройте за мной! Какой-то дух подошел с ключом к еле прикрытой двери. Это мой шанс! Пора. Я грубо растолкала рядом стоящих душ и, обхватив длинную цепь, свисающую с руки, метнула в того духа. Своими колечками она быстро обвязала его и сожгла. Я, как и остальные, оказалась в замешательстве. Мне-то вообще нужно было просто вышвырнуть у него ключ. Желательно – куда подальше. Заметив на своем запястье чуть подсвечивающий браслет, который дала Эрида, я поняла, что к чему. И это меня развеселило. Ну все, теперь им точно всем хана! А говорили, магия не работает. Хотя, может, дело в открытой двери? Несколько ещё удивленных душ наколдовали мечи, другие взяли уже раскаленные железные стержни (когда успели??). Ну, а я покрепче схватилась за цепи, которые так любезно привязали мне к рукам, и сынициировала первые удары. А противники-то оказались ловкими. Они все увернулись от атаки и пошли в ответное наступление. С мечами было справляться легче – обвязанные на запястьях цепи послужили некими щитками, которыми можно было отбиваться от лезвий. А вот со стержнями было сложнее… Души безжалостно, короткими рывками, обжигали всё, до чего могли добраться. А те, кто хотел двинуть по голове, ещё на замахе получали приговор сожжения. Не позволю им проесть плешь! Их было больше, но я была быстрее. Однако в какой-то момент почувствовала дикую острую и давящую боль к руке. Вскрикнув, я увидела, что одна из душ насквозь прошла мечом в руку. Еще несколько мечей вонзились в грудь и живот, что вызвало горящую боль, а в ушах начался гул. — Какая же ты заноза! — рявкнул кто-то сзади. Злорадная ухмылка близстоящих душ длилась недолго. Когда они вынули из меня мечи, и я рухнула на колени, из ран начала идти чёрная дымка с не растворяющейся в ней примесью чего-то белого. Это было и красиво, и пугающе. Ненавязчиво начала болеть голова. Я почувствовала ещё один прилив сил, но уже какой-то другой. Магия. Она начала мерцать на руках, хотя я ничего не делала. Но почему бы и не сделать? Встав и абсолютно не почувствовав боли, я заплела энергетические сферы. В этот раз что-то было по-другому, ведь они искрили. Запустив сразу несколько таких штучек, я не промахнулась ни разу. Еще несколько секунд, и мне удалось перебить всех душ, что были здесь. Почти всех. — Где Арамен? — прорычала я, держа последнего крепкой хваткой цепи. — Горит в аду, — ответил он, пыхтя и улыбаясь. Я начала нагревать цепь и, встряхнув его, спросила снова: — Где она? Он лишь начал хихикать. Я не сдержалась и сожгла его. Распахнув дверь с такой силой, что она сошла с петель, что привело меня в секундный ступор, я осторожно выглянула в коридор, готовясь к тому, что там стоят ещё несколько душ. Но было пусто. В нескольких шагах напротив была дверь, из низов которой исходил уж слишком яркий для этого места свет. Я подошла, сбросив цепи с рук и ног, и осторожно попыталась отпереть дверь, но она была заперта. Я хотела было уже пойти дальше, но что-то удерживало меня. То ли любопытство, то ли некое предчувствие. — Чёрт!.. Дымка на животе, груди и руке развеялась, забрав за собой и ранения. Это порадовало. И… дало ощущение могущества. Я почувствовала невероятную силу и злость. Мне хотелось снести здесь всё. И начала я с двери. На секунду меня обжёг резкий и ослепляющий свет, а по спине и рукам прошлись мурашки. Мне пришлось закрыть глаза, да ещё и прикрыть рукой, чтобы зайти. Стало некомфортно. — Арамен? — окликнула я, — Ты здесь? — Энн? — послышался слабый голос. — Арамен! — облегченно выдохнула я, — Говори, чтобы я поняла, где ты. Здесь невозможно открыть глаза… — Как ты… выбралась? Я медленно подошла к ней. Но нащупав очередные кандалы, мне пришлось постараться, чтобы разбить их. Эти гады по полной её сковали… — Сможешь встать? — спросила я. Ответа не последовало. Я на ощупь приподняла её и взяла на руки, быстрее сваливая из этой странной комнаты. От лица Арамен. Я вдруг почувствовала невероятное облегчение и приятную прохладу. Свет больше не слепил глаза, а Энн сейчас на свободе. Кстати об этом… — Так как ты сбежала? Я открыла глаза, но красные и зеленые пятна заполонили зрение, ещё привыкая к темноте. — Долгая история, — вздохнула она, — Нужно идти, пока о нас никто не узнал. — Да… Зрение потихоньку возвращалось, как и сознание. — Ты сможешь пойти? Хотя бы с моей поддержкой? — Да… Стой! Мой брат. Я послала его кое за чем, но он так и не вернулся. Нужно его найти. — Твой брат, говоришь? Она помогла мне встать. — Да. Сначала зайдём в мою комнату. — Давно ты его видела? — Не знаю, часов-то у меня не было. Я уже начинала видеть четко, и это всё упростило. Идти тоже могла сама. Рассудок также пришёл в порядок, и, как буран, на меня накатило понимание. — Боги, Энн, ты жива! — я остановила её и крепко обняла, — Как же это было мучительно – слышать твои крики и не иметь возможности спасти. Она ответила на объятье такой сильной хваткой, что я сначала немного удивилась. — Задушишь, — прохрипела я. — Извини, — тут же виновато ответила она и со всхлипом отпустила меня. — Ты что там, плачешь? — я объятий не разомкнула. — Это не я умирала у тебя на глазах… — она легонько приобняла, — Ты даже не представляешь, как Я рада, что ты жива… — Чтобы меня убить, нужно намного больше, чем просто нож в спину, — хмыкнула я, — Хотя твой нож меня бы убил. — Не шути так! Я посмотрела на неё и хотела что-то сказать, но вдруг увидела трещину на её лбу и замерла. Это была не травма головы, а самая настоящая трещина, изнутри которой исходил свет, а по краям извивалась чёрно-белая дымка. — Энн, что с тобой? Конечно же, я понимала, что с ней. Но верить не хотелось. Это ничего хорошего не сулило. — Ты о чём? — Что они с тобой сделали… Внутри все сжалось от воспоминаний душераздирающих воплей моей златовласки. — Нужно идти, — с обидой в глазах произнесла она. — Да, — поддержала я с невероятным желанием уничтожить Тэтиногонгла. Мы бежали по коридору. Когда нам попадались стражники, Энн сжигала их своей магией. — Выучила новое заклинание, стихийница воды? — Обзавелась артефактом, — сказала она, сжигая очередного стража. — Не из моего ли хранилища? — Нет. А у тебя есть хранилище? — Это неважно. Всё самое главное уже со мной. — У тебя же ни одного кармана, как… А… Ооу… До неё дошло, и она смущенно улыбнулась. Это выглядело довольно очаровательно со стороны. — Арамен, — Энн вдруг нахмурилась, остановив меня и смотря куда-то вперёд. В нескольких метрах перед нами стоял тот, кого хотелось видеть на своем пути меньше всего. Он во всей своей красе и в уже настоящем обличии Тёмного паладина грозно смотрел на меня. — Здравствуй, Чеду.