Одиночный забег на выживание

*** Подмосковье, ш. Энтузиастов, ОДОН, штабной корпус, 13.04.2008 г., 11:30 Тёма и Федя — неразлучные близнецы, изрядно вымотались, да внешне накинули лет по десять за прошедшую без малого неделю. Но сегодня, будто на крыльях воспарили, совсем скоро появится возможность обнять родителей, с которыми последний раз виделись, за неделю до катастрофы. В самом начале, когда привычная реальность стремительно рухнула, братья не имели возможности связаться. На задачу по усилению, в первый день мертвяцкого сумасшествия, телефонов не брали. Да и жарковато было в столице. Лишь пару суток спустя, после возвращения в часть, обнаружили несколько тревожных сообщений от матери, да последнее от отца: — «Дозвониться не смогли. Мама волнуется. Мы в порядке. Из дома пришлось уйти, много соседей сожрали, пока в ГСК, за „Гончаркой“. Вода, еда, тёплая одежда, всё есть. Дизельная печь в боксе, генератор, оружие. С нами несколько человек. Здесь безопасно, пока. Берегите себя, по возможности дайте весть». Стоит ли говорить, что первым делом, братья разрядили в ноль телефоны, пытаясь дать обратку — впустую! Абонент, как говорится, не абонент! Спустя час, плюнув на задачу ехать с группой за выжившими и решив своими силами спасать родителей — наконец позвонила мать. Всё оказалось не так плохо. Телефоны просто сели, а генератор гоняют для холодильников, которые уволокли из небольшого магазинчика неподалёку, но, иногда дают подзарядить телефон. Начали вскрывать гаражные боксы в поисках полезных вещей, топлива, инструментов. Вот папа сейчас, с дядей Толей, этим и заняты. Стараются всё делать тихо, чтобы мертвяков от жилых домов не привлечь. Живут в вагончиках, на территории стройки, что начинается на стыке Почтовой и Речной улиц. Забор там высокий, а жилые дома далеко, потому и зомби почти не доходят. Рабочие, те, что не разбежались в самом начале, сперва пускать не хотели, но мужики им бока намяли, да ружьём пригрозили, те и стали посговорчивей. А сейчас и вовсе, Женька-депутат приехал, да пулемёт привёз. Вообще, много людей с оружием появилось. У отца теперь, тоже ружьё есть. Когда мать услышала о том, что сыновья скоро приедут, сильно обрадовалась. Затем узнав, что поедут от ОДОНа вдвоём, на обычном УАЗе попросила не рисковать. Кто-то из местных чинуш или вояк с автобата неподалёку, перед тем как сгинуть в небытие, запаниковал и приказал наглухо Носовихинское шоссе перекрыть. Подчинённые дуболомы и рады стараться. Выкатили бензовоз на мост через Чечёру, да запалили. Съезд на Леоновское, через «дырку» (местное название путепровода под железной дорогой), также замуровали, а на Салтыковском переезде, товарняк с Реутова заблокировали. Теперь сюда только со стороны Железки (тогда, г. Железнодорожный, сейчас микрорайон г. о. Балашиха) на машине, или по путям на танке. Да и сами знаете, что там и на танке не везде въехать можно, а сейчас, в такую погоду и подавно. Так стоит ли рисковать? Мертвяков много, но новым взяться особо неоткуда. Даст бог, и до нас эвакуация дойдёт. Сидим покуда, а вы не рискуйте понапрасну. Мы тут уже и самогоночку гнать наладили, дождёмся, не пропадём. Всё, к сожалению, оказалось правдой. «Дзержинка» (ОДОН им. Ф. Э. Дзержинского) оказалась фактически заперта между мертвеющей столицей и такими же Балашихой с Реутовым. На МКАД и шоссе Энтузиастов, без нужды да малыми силами больше не совались. Только заторы расталкивали. Пришлось экстренно расширять под технику лесные тропы, выделяя мужиков из спасённых, под усиленной охраной стрелков. Командир, как говорят, орал от бешенства, узнав о проделках местного начальства. Обещал лично пулю в лоб пустить, за такие художества. Тысячи людей, погибли, не имея возможности ни проехать дальше баррикад, ни вернуться, пополняя орду плотоядных тварей, рыскающих по округе. Обрекая на смерть тех, кто ожидает, но так и не дождётся помощи. Также какие-то умники начали поджигать частный сектор, возле Серебрянного и Жёлтого прудов. Может следы грабежа прятали, а может, думали это остановит орду зомби из Москвы. Отчасти тактика сработала, кое-где действительно поток мертвецов почти иссяк, но и живых оттуда больше не приходило. Что, впрочем, понятно. Не живым, ни мёртвым на тлеющих руинах ловить нечего. Поползли слухи, о бандах то ли цыган, то ли гастарбайтеров, что грабят богатые домовладения, попутно глумясь и убивая всех, кого встретят. Якобы они стоят, за попытками поджечь Салтыковку с Никольским. Сбивающиеся в группы местные, начали весьма нервно реагировать на появляющихся чужаков. Всё чаще стреляли по самому незначительному поводу. Выходило так, что батя с матушкой, пребывали в относительной безопасности, в отрезанном как ломоть Южном Кучино и прилегающих районах. У бегущих подальше от столицы людей, смысла заглядывать туда, делая крюк и рискуя встреться с какой-нибудь местной шайкой — немного. Только если родню забрать. Вот Тёме с Федей родню забрать надо, но ехать туда налегке точно не стоит. Особенно после того, как отец, в недавнем созвоне рассказал, что Женька-депутат, который там сейчас рулить начал, свою шпану осадил, залётную на дух не переносит, непотребств не творит. Какой масти будет неясно, он вроде со всеми на короткой ноге был, но в свете последних событий не беспределит и ладно. Правда, накладочка вышла. Батраков на него поначалу за баррикады наехал, да в расход обещал, а тот, вроде не при делах. Говорит, по его сведениям, виновные уже наказаны, кто это был и, кто их «исполнил» — тоже молчит. Мол, если всё наладится, ему лишние проблемы нахер не впёрлись. Так, в рацию орал, что вся округа в курсе, он теперь с полковником если и не на ножах, то очень близко. Да и вся история больно мутная. Насилу договорились, чтобы колонна пришла, за теми, кто эвакуироваться захочет. Депутат ещё и в прибытке будет, Батраков ему стволов с боезапасом подкинуть обещал. Попахивает всё это не хорошо, зато через день, туда уйдёт несколько машин с ништяками, а оттуда батя с мамой приедут, сразу в Зарю разумеется. Но и братья там же будут, как здесь всё закончат. Но это будет послезавтра, а сейчас… *** Одной из привычек братьев, как и многих из тех людей, что жили сейчас на территории дивизии, стало прогуляться вдоль щитов с объявлениями. Искали родню, друзей, куда податься. Близнецы, специально никого не искали, но вдруг… Проходя мимо одной из досок, у Артёма глаз задёргался, а Фёдор, застыв как вкопанный, протянул руку и сорвал листок, распечатку с награждения на каком-то турнире. Внизу несколько строчек, телефон и координаты места, куда заглянуть с информацией, здесь же в ОДОНе, да имя — Анна Сергеевна. *** Подмосковье, ш. Энтузиастов, ОДОН, пункт регистрации прибывших, 13.04.2008 г., 12:50 Когда раздался звонок, Аня уже почти дошла до общаги. На сегодня её смена окончена. Дольше только коротать остаток дня за чтением, на спортплощадке или с оружием холостить. На последнем брат настаивал особенно. Честно говоря, загонял их с Наташкой, мочи нет, зато они уже стрелять худо-бедно умеют, да и в целом с оружием управляются уверенней, тут и чистка, и снаряжение, да и тактика кой-какая. — Алло?! — ответила девушка… — Есть информация по Белкину Максиму! — Раздался сухой, будто выдавливает каждое слово голос. — Не застал Вас, в пункте регистрации! — Общагу офицерскую знаете? Там удобно будет или можно в столовой… — Знаю! — Перебил её мужчина, — Через пять минут буду. Аня, закусив губу, смотрела на трубку. Собеседник откровенно напугал, в таком тоне, только отец мог себе позволить разговаривать, в те редкие моменты, когда она и сама вину за собой чувствовала. У подружки пару раз задержалась дольше обычного, да после выпускного под утро пришла. Девушка нерешительно огляделась, идти в сторону общежития желание пропало. Повертев телефон, она набрала брату. Он точно здесь, сегодня его очередь заниматься стрельбой с гражданскими. Потянув время, ещё пять минут, девушка двинулась в сторону общежития. Уже подходя, с облегчением, увидела брата, который за руку здоровался с двумя рыжими парнями в форме. Они о чём-то говорили, а затем брат обернулся и увидел её. — Анна Сергеевна? Присоединяйтесь к разговору! Как раз о нашем общем знакомом речь идёт. По его тону девушка поняла, ничего хорошего она не услышит. Так и случилось: упырь, тварина беспредельная и уголовная мразь — было, пожалуй, самым мягким из сказанного. Да ещё, как назло, командир пожаловал, хорошо хоть в суть разговора вникать не стал. Служебный «Патриот» остановился, и Пётр Дмитриевич Батраков, легко выскочив с водительского места, махнул рукой вытянувшимся бойцам. — Вольно! — Молодцевато гаркнул он и, щегольски, подкрутив воображаемый ус, обратился уже к Анне: — Прошу прощения, барышня, что прерываю разговор, готов загладить! Потом! А сейчас разрешите вашего братца, похитить. Ненадолго по службе. Геннадий направился было к машине, но полковник отмахнулся: — Значит так, Гена! С завтрашнего утра и до особого распоряжения чистишь Железку (г. Железнодорожный, Мос. обл.), от криминала! Не церемонясь. Так… чтобы ни одна, поганая рожа, нос высунуть ни смела! Посмотри, что с заторами сделать можно, хоть рвани к чертям, но дороги надо расчистить. Задача ясна? — Так точно, товарищ полковник! — усталое, но гладковыбритое лицо капитана, мимолётной тенью, тронула плотоядная ухмылка. У него, как и у всех, кто в последние дни, насмотрелся на «художества», животных, в человечьем обличии, и речь совсем не о зомби. Давно «чесались руки» повырывать им клыки с когтями, а ещё лучше, головы с яйцами! Но, человеческий и воинский долг, требовал, спасать людей. Даже в условиях, когда численный состав «дивизии» сократился почти вдвое. Сейчас же, поток выживших, тех, кто пробивался из столицы, по шоссе Энтузиастов и «Носовихе» почти иссяк. А легендарные «краповые береты», с боями отступали, перед многократно превосходящим «гарнизоном», московских мертвецов. Оставалась ещё, зыбкая надежда, успеть вырвать из лап смерти, хотя бы кого-то из запертых в домах, жителей близлежащих городов. Задание не мимоходом, а «конкретно», надавать по «сусалам», разгулявшимся всласть подонкам, капитана откровенно обрадовало: — Разрешите усилить группу? — Разрешаю! Возьми волонтёров, «мотоциклисты» давно в дело просятся. Побеседуй с их старшим, на «Бондарь» отзывается, это и фамилия его. Бывший «кусок» (прапорщик) из погранцов. Хотя… не бывает там бывших. Подбери несколько бойцов, из местных, да позлее! Разберёшься, не маленький. А мне пора, в «Пламени» совещание, нужно решать, как дальше жить будем. А ты дуй к Филёву, подбери что надо, а будет жмотить, глаз натяну. Он знает куда! — Пётр Дмитриевич! По пути, с Вами прокачусь? — Добро! — Батраков козырнул вытянувшимся братьям и направился к машине. Гена хлопнул близнецов по рукам, растрепал чёлку сестре и запрыгнул на пассажирское сидение. Когда машина тронулась, Аня услышала голос полковника: — Да! Ещё. Депутата пока не трогаем… — расслышать окончание не удалось, машина скрылась, и девушка осталась в компании незнакомых бойцов. Один, смотрел на девушку с жалостью, другой будто бы с осуждением. — Аккуратнее надо со знакомствами! Барышня! — выделил последнее слово тот, что стоял ближе, — Ладно брат, пошли отсюда, нам к скорому выезду готовиться. Если удача улыбнётся, завалим несколько тварей, я не о мёртвых говорю! — Симпатичная же девчонка, а брат у тебя, вообще мировой мужик, что же со всякой сволочью водишься? Девушка стояла у подъезда, её душили слёзы. Всё, что было сказано, это ложь. А если нет, если правда? Да и плевать, решила она и расправив скомканную бумагу, зашагала в сторону досок объявлений.